В России Кольт всех не уравняет

Судя по социологическим опросам, сегодня идею легализации оружия поддерживают 53% населения России. Главный аргумент авторов проекта – совершенно очевидный тезис: государство вас защитить не может, защищайте себя сами. Простому человеку сегодня здесь ничего доказывать не нужно – широко разрекламированная реформа МВД, как и можно было ожидать, обернулась грандиозным блефом, очередным «распилом» бюджетных средств. Но станет ли меньше бандитов и трупов в России, если вооружить поголовно всех желающих россиян?

 Среди многочисленных приемов манипуляции общественным сознанием, используемых политиками для поднятия собственного рейтинга, самые подлые и безнравственные, но, увы, и самые эффективные – те, что апеллируют к безопасности жизни. «Бейте вот этих (черных, узкоглазых, поклоняющихся другому богу) – они угрожают вашим семьям!», «Останавливайте строительство АЭС (дамбы, завода, телевышки) – она угрожает вашему здоровью!», «Требуйте введения смертной казни – преступность наступает!». Характерная черта подобных лозунгов – это соблазнительная для обыденного сознания идея решения той или иной сложнейшей социальной проблемы В ОДИН УДАР. Быстро и без хлопот. Ставка на инстинкт самосохранения – дело беспроигрышное.

Из той же серии – периодически вбрасываемая в общество идея легализации оружия.

Судя по социологическим опросам, сегодня ее поддерживают 53% населения России. Главный аргумент авторов проекта – совершенно очевидный тезис: государство вас защитить не может, защищайте себя сами. Простому человеку сегодня здесь ничего доказывать не нужно – широко разрекламированная реформа МВД, как и можно было ожидать, обернулась грандиозным блефом, очередным «распилом» бюджетных средств.

Выкидывая на ветер немереные миллиарды и при этом сотрясая воздух пустыми обещаниями, наша власть еще больше ослабила и без того не очень мощный фронт борьбы с преступностью. Все призывы «еще потерпеть» вызывают ассоциации лишь с гениальной фразой Жванецкого: «При слове «будет» меня начинает тошнить». Люди никаким обещаниям больше не верят. Они хотят жить безопасно ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС.

Согласитесь, поддержать такой «сигнал снизу» и с ходу стать «выразителем народных чаяний» ушлому политику, что называется, сам бог велел. «Конечно, – говорят «спасители» с политического олимпа (в том числе, кстати, и те, кто вчера давал зеленый свет пресловутой реформе), – дело, безусловно, дрянь. Бандиты нас окружают. Но выход есть. И очень простой. И даже не нами придуман. И проверен временем. Кольт уравнивает всех!»

«Спасение» выглядит примерно так, как в популярном сериале «Ликвидация». Подходит к тебе бандит, ты ему немного зубы позаговариваешь, бдительность его усыпишь, а потом выхватишь из-за пазухи «пушку» – бах-бах, и бандита нет. Или даже еще лучше – бандит просто побоится к тебе подойти, потому что будет знать, что у тебя в кармане может оказаться «пушка». И жизнь сразу настанет прекрасная. Грабители и воры бросят свое ремесло и пойдут работать на фабрики и заводы. Наркоманы, «мочившие» стариков по подъездам, «переломаются» без дозы, а потом одни умрут, а другие излечатся и тоже пойдут работать.

Серьезные специалисты такие сюжеты всерьез даже обсуждать не хотят. Любой, кто имел дело с оружием (не те, конечно, кому папа-охотник в 12 лет купил «тулку» и научил бить белку в глаз, а те, кто носил его для борьбы с преступностью), знает, что такое реальное «бах-бах». При угрозе нападения оружие надо успеть достать из кобуры, привести в боевое положение – снять с предохранителя, дослать патрон в патронник. Потом надо оценить обстановку – наличие посторонних людей в секторе стрельбы, возможность рикошетов и т. д. Необходимо также определить правомерность применения оружия – можно ли, допустим, стрелять на поражение, если на вас идут с бейсбольной битой (ошибетесь в оценке – и тут же из жертвы сами станете преступником).

На все эти процедуры у вас считанные секунды. Чтобы уложиться в такой норматив, люди обучаются долгие годы. Повторяют каждый прием тысячи раз, доводят его до автоматизма, до безусловного рефлекса. А потом эти навыки еще постоянно поддерживают. Да и к учебе той еще допускают не всех, а только людей определенного психотипа, прошедших тщательный отбор. При этом вместе с отработкой алгоритмов поведения им в мозги забивают еще и чувство колоссальной ответственности. В подкорке закладывается: применение оружия – это самый крайний случай! А в условиях города (во всяком случае в дневное время) это практически исключено.

– На нас с напарником напали хулиганы прямо у отеля «Европа», – рассказывал мне один бывший опер. – Конечно, при нас было оружие, и мы вполне могли его применить. Но в это время из дверей отеля выходили молодожены в окружении многочисленных гостей. Свадьба! И мы засунули свои пистолеты, извини, себе в трусы и отбивались кулаками. Мне тогда сломали нос. Но что мой нос по сравнению с жизнью девочки в белой фате!

У носителей оружия формируют страх не только за тех, кто может стать случайной жертвой, но и за себя самого. Ведь если на тебе нет милицейской/полицейской формы, то вынутый пистолет – это уже право твоего противника НА ПОЛНОМ ЗАКОННОМ ОСНОВАНИИ тебя убить. И уже неважно, приведено ли оружие в боевое положение и есть ли в нем патроны. И вообще настоящий ли это пистолет или муляж, зажигалка. И потому, вынув пистолет, ты уже фактически ОБЯЗАН стрелять.

Не случайно, несмотря на то что на руках сотрудников правоохранительных структур сотни тысяч единиц оружия, случаи его применения чрезвычайно редки, и каждый из них становится предметом тщательной служебной проверки.

Кстати, на всякий случай сообщаю: преступники далеко не всегда стремятся себя заранее обнаруживать и давать время приготовиться к обороне. Более того – чаще они используют эффект неожиданности. Нападают, например, сзади, когда человек не только протянуть руку за оружием, но даже и подумать об этом не успеет. Я лично знал двух опытнейших оперов, которых злодеи просто, «по-бытовому», тупо били сзади по голове, забирали их табельные макаровы и уходили. А представляете, какой соблазн отобрать оружие у хлипкого интеллигента или у бабушки – божьего одуванчика? И бить их будут крепко, «с гарантией», ведь недобитый может и дотянуться до своего оружия и нажать курок…

Автор этих строк по молодости работал в военизированной охране (ВОХР). Теперь могу покаяться: положенные нам револьверы системы «наган» мы на пост с собой не брали, а хранили в сейфе. Начальник охраны в первый же день объяснял: если что случится, воспользоваться оружием шансов у вас не будет, а вот стать жертвой охотников за оружием шансов как раз очень много.

Да что мы – люди штатские. У нас вот в последнее время с завидной регулярностью грабят ювелирные магазины. Там в охране стоят (как мы думаем во всяком случае) реальные профессионалы с реальным оружием. И, несмотря на это, все ограбления проходят как по маслу. Никто из этих профессионалов даже вынуть свою «пушку» не успел. Один раз вроде кто-то успел стрельнуть, да и то неудачно.

Надо признаться честно: наше общество озлоблено, пропитано агрессией, многие его представители развращены безнаказанностью. Человеку поцарапали машину – он вынимает «травматику» и стреляет в упор. Не думает при этом ни об угрозе здоровью или даже жизни своей жертвы (а летальные исходы, как мы знаем, это «нелетальное оружие» дает постоянно), ни о возможности самому оказаться за решеткой. Сторонники легализации утверждают: дай ему в руки боевой ствол, он сразу отнесется к ситуации ответственно и стрелять не будет. Сказка для маленьких детей. Особенно хорошо она звучит после недавней истории с одним «мирным гражданином», гулявшим с собакой, имея в кармане заряженный ТТ. Который, не задумываясь, пустил в ход в ответ на сделанное ему замечание.

Нас, конечно, уверяют, что оружие кому попало давать не будут – только несудимым, во всех отношениях положительным гражданам. Вот же охотничье оружие разрешено – и никаких проблем не возникает. Все под контролем. Только вот какими средствами и силами предполагается обеспечить этот контроль, когда ствол будет едва ли не в каждом доме, представить трудно. И к бабке не ходи – из легального оборота оружие будет плавно перетекать в нелегальный. За счет украденного, отобранного, утерянного, небрежно хранимого и т. д. К каким отморозкам в руки может попасть ствол, одному богу известно. И ведь, когда власть опомнится и этот беспредел захочет прекратить, обратно джинна в бутылку уже не затолкаешь. Вычерпать это море оружия будет уже просто нереально.

Еще более смехотворной выглядит ссылка на заграничный опыт. После серийного убийцы Брейвика, «колорадского стрелка», многочисленных расстрелов в школьных классах и студенческих аудиториях. И заметьте – даже там, где «кольт уравнивает всех» и у самих жертв могли быть в кармане законные стволы, никто и нигде не оказал сопротивления. Людей стреляли, как воробьев! Ну и где эти равные шансы?!

«Козырный туз» сторонников легализации – опыт Молдавии и Эстонии. Вот там, дескать, оружие разрешили, и сразу снизилось количество убийств. При этом «забывают» отметить: сравнение-то идет с серединой 1990-х годов. С пиком преступности!

– За это время, – говорит один из создателей подразделений по борьбе с организованной преступностью генерал-лейтенант милиции в отставке Александр Гуров, – число убийств в России снизилось с 32 тысяч в год до 12 – 13 тысяч. Зачем нам оружие?

Надеемся все же, что здравый смысл победит. Что, вместо того чтобы вооружать свой народ, власть сама начнет его защищать. Хотя бы из соображений собственной безопасности.

Автор: Михаил РУТМАН, С.-Петербургские ведомости

Читайте также: