Мировая война против наркотиков: столетие неудач и бесплодных усилий

Странно, не правда ли: после ста лет попыток силой искоренить два абсолютно законных и даже возможно полезных человеческих стремления — заработать на жизнь и получить удовольствие за счет изменения сознания — борцы против наркотиков ни на шаг не приблизились к победе. Глава ооновского Управления по наркотикам и преступности Антонио Мария Коста признает: порой его охватывает «нечто вроде отчаянья» из-за явной невыполнимости стоящей перед ним задачи. 

ООН отмечает столетний юбилей «войны международного сообщества против наркотиков». Именно в 1909 году 13 стран создали Международную комиссию по опиуму для борьбы с опиумной торговлей в Китае. Теперь посмотрим, каких успехов они добились на этом поприще. По сведениям Associated Press, в 1950-х годах диктатору Мао Цзэдуну удалось (по крайней мере, так утверждает официальный Пекин) существенно сократить масштабы наркомании в стране, однако сегодня «согласно государственной статистике официально зафиксированное число наркоманов в Китае составляет 1,2 миллиона человек, из которых 700 000 употребляют героин. Более двух третей среди них — люди моложе 53 лет».

Странно, не правда ли: после ста лет попыток силой искоренить два абсолютно законных и даже возможно полезных человеческих стремления — заработать на жизнь и получить удовольствие за счет изменения сознания — борцы против наркотиков ни на шаг не приблизились к победе. Глава ооновского Управления по наркотикам и преступности Антонио Мария Коста (Antonio Maria Costa) признает: порой его охватывает «нечто вроде отчаянья» из-за явной невыполнимости стоящей перед ним задачи.

В международных организациях все больше распространяется разочарование — вполне уместное и обоснованное — в связи с провалом «войны против наркотиков», а в США, стране, несомненно играющей главную роль в этой битве, люди начинают осознавать ужасные побочные последствия насильственной борьбы против наркотиков. Так, депутаты законодательного собрания Аризоны обеспокоены распространением в штате заимствованной у мексиканской наркомафии практики похищения людей (в Фениксе они уже происходят в среднем раз в сутки) и опасаются, что скоро через южную границу к ним придет и уличное насилие, граничащее по масштабам с боевыми действиями.

Демонстрируя самую крайнюю степень отчаяния, возможную в устах политика, генеральный прокурор штата Аризона Терри Годдард (Terry Goddard), по сути, согласился с репортером CNN: «Необходимо вернуться к дискуссии о легализации марихуаны. Мы должны найти любые способы не допустить у нас такой же катастрофы, что происходит в Мексике. Мы опасаемся, что борьба между картелями может распространиться на территорию Аризоны».

Конечно, наша собственная «нарковойна» уже стоила Соединенным Штатам гигантских бюджетных затрат и человеческих потерь — в смысле людских судеб, сломанных тюрьмой, но об ужасном беспорядочном насилии, которым борьба с наркотиками оборачивается в Мексике, пока что в основном приходилось беспокоиться туристам, посещающим эту страну. Однако, по данным недавнего исследования Института Катона, в 2005–2008 годах в ходе борьбы с мексиканской наркоторговлей погиб 131 американский гражданин. Насилию, сопровождающему мексиканскую наркоторговлю, все чаще вынуждены противостоять полицейские (и пограничники) и в Аризоне, и других приграничных штатах.

На это явление обращают внимание не только либертарианские научные центры. Даже за последние две недели несколько различных авторитетных информационных и аналитических изданий — от Stratfor до Foreign Policy — сообщили факты, хорошо знакомые большинству мексиканцев: насилие, сопровождающее там «нарковойну» и почти полностью связанное с тем фактом, что наркотики в Мексике находятся вне закона, достигает невероятного уровня. Мексику поразила эпидемия похищений, людей обезглавливают, на улицах происходят перестрелки с применением оружия, стоящего на вооружении у регулярной армии, вплоть до реактивных гранатометов. В 2008 году в стране было совершено 6300 убийств, которые можно связать с наркоторговлей; за первые месяцы 2009 года количество таких убийств уже превысило 1000.

Возможно, политики этого не понимают, но любой другой человек после минутного размышления признает: подобная вакханалия убийств никогда не сопровождает торговлю легальными товарами — независимо от того, полезны они или вредны для вашего здоровья.

На прошедшей неделе, однако, прозвучали весьма трезвые оценки «нарковойны», исходящие из кругов, от которых вы вряд ли ожидали услышать нечто подобное. В первую очередь следует упомянуть доклад Латиноамериканской комиссии по наркотикам и демократии (Latin American Commission on Drugs and Democracy), в котором трое видных политиков — бывший президент Бразилии Энрике Кардозу (Henrique Cardoso), бывший президент Колумбии Сесар Гавириа (César Gaviria) и бывший президент Мексики Эрнесто Седильо (Ernesto Zedillo) признали, как они пишут в статье, опубликованной в Wall Street Journal (она завершается призывом рассмотреть вопрос о декриминализации хранения марихуаны для личного пользования), что «запретительные меры, нацеленные на искоренение, воспрещение и криминализацию употребления наркотиков, попросту не работают.

Насилие и организованная преступность, связанные с наркоторговлей, по-прежнему представляют для наших стран серьезнейшую проблему. Латинская Америка остается крупнейшим в мире экспортером кокаина и конопли и быстро превращается в одного из главных поставщиков опиума и героина. Сегодня мы оказались дальше, чем когда-либо, от заявленной цели — искоренения наркотиков».

Реакция американских чиновников, отвечающих за политику в этой сфере, в том числе бывшего главы ведомства по борьбе с наркотиками Джона Уолтерса (John Walters) и еще одного госслужащего, не пожелавшего назвать свое имя, выглядит более любопытной — и не внушает оптимизма. Они настаивают, что вспышка связанного с наркотиками насилия в Мексике — признак отчаяния «врага», а обострение борьбы между преступными группировками свидетельствует, что «наши» уже близки к победе.

Это не так. Поверьте — не так. Усилия по контролю над оборотом наркотиков почти не влияют на цену и доступность кокаина. Из Афганистана по-прежнему потоком идет опиум, и успехи в борьбе с этой торговлей в одних районах страны сводятся на нет провалами в других. В 2007 году совокупный объем производства опиума в Афганистане достиг рекордной величины, а его небольшое снижение в 2008-м даже ооновские чиновники не приписывают принимаемым властями мерам.

Реализация разрекламированного «Плана «Колумбия»» на деньги США не привела к существенному сокращению производства кокаина, но ударила по мелким колумбийским фермерам — и обернулась гигантским ущербом. Масштабы «проблемы» кокаина в Западной Африке нарастают. В целом же усилия международного сообщества по борьбе с наркотиками ни разу не привели к сокращению их производства или употребления в мировом масштабе. «Война против наркотиков» безуспешна. И нет никаких оснований считать, что она должна быть доведена до победного конца, даже если это возможно.

В политическом плане эта война не привлекает особого внимания — она волнует лишь тех, от кого утонченная и циничная политическая «тусовка» всегда может отмахнуться: мол речь идет о занудах-фанатиках или убитых горем родственниках. Эти проблемы редко становятся первостепенной заботой для политиков — в конце концов ни одна из крупных партий не способна заработать на этой теме политические очки. «Нарковойна» остается замалчиваемым и в основном не вызывающим споров фактом — хотя сегодня уже многие понимают и соглашаются с тем, что даже у президента США иногда может возникнуть потребность «забить косячок».

Практически всем уже ясно, что множество абсолютно нормальных, добропорядочных людей время от времени нарушает законы о запрете наркотиков. (Так, почти половина граждан США хотя бы раз в жизни пробовала марихуану.) Легализация употребления марихуаны в медицинских целях не вызывает неприятия у избирателей, когда они получают возможность разобраться в сути вопроса, и исполнительная власть наконец «дозрела» до того, чтобы передать этот вопрос на усмотрение штатов.

Существенных перемен, однако, никто всерьез не ожидает. «Мировая война» против наркотиков должна была бы вызывать огромный интерес у тех, кто изучает политическую историю, политологию и философию, поскольку с почти беспрецедентной наглядностью свидетельствует о неразумности наших правителей — и нашего общества. Мало найдется других важных политических проблем, где необходимость следования намеченной цели обосновывается столь же абсурдными, архаичными и оторванными от любых разумных понятий об общественном благе аргументами (которые при этом никогда не подвергаются сомнению), а предпринимаемые усилия столь явно бесплодны и напрасны.

И тем не менее в подавляющем большинстве материалов, где «нарковойна» анализируется, описывается и подытоживается статистическими выкладками, — даже в «благонамеренных», авторы которых предлагают, скажем, перейти от военных методов борьбы с «наркобедствием» к медицинским, — не ставится под вопрос ее основополагающая абсурдность. Считается аксиомой, без каких-либо попыток представить доказательства на сей счет, что запрещать людям употреблять наркотики, если они того хотят, — это такое же несомненное благо, как забота о здоровье и сохранении жизни.

В нынешней ситуации, когда американское государство залезло в запредельные долги, когда наша экономика, как утверждают, нуждается в стимулировании, а правительство, по крайней мере на словах, декларирует необходимость сокращения расходов, Вашингтон по-прежнему намерен в 2009-м финансовом году потратить 1,6 миллиарда долларов на мировую «нарковойну» (причем эта озвученная Госдепартаментом цифра судя по всему не учитывает 1,4 миллиарда долларов, которые пойдут на осуществление «Инициативы Мериды» — долгосрочного плана по борьбе с наркотиками в Мексике).

Эти деньги будут потрачены в том числе на насильственные запретительные меры, на «подкуп» полиции и судов наших союзников, на лишение мелких фермеров средств к существованию (которое якобы должно компенсироваться кое-какими подачками в виде «помощи в целях развития»). Принятый в 1986 году Закон о борьбе со злоупотреблением наркотическими веществами ставит буквально все — от двусторонней торговли до финансовой помощи — в зависимость от нашего представления о том, насколько успешно наши союзники помогают нам в разрушении своей экономики ради «войны против наркотиков».

Разочарованный ооновский борец против наркотиков Коста уже призывает «набраться мужества и оценить непредвиденные драматические последствия контроля над оборотом наркотиков: возникновение гигантского криминального рынка этих веществ». Он правда не готов сделать следующий шаг, логически вытекающий из первого, — выступить за упразднение собственной должности.

Можно было бы предположить, что любой разумный политик, желающий сэкономить миллиард долларов бюджетных денег, в первую очередь должен присмотреться к действиям из категории «явно абсурдных и совершенно безрезультатных» — например, к мировой войне против наркотиков. Но нечто подобное практически исключено. И если что-то и способно окончательно уверить вас, что на разум тех, кто нами управляет, рассчитывать бесполезно — так это продолжающаяся и, очевидно, бесконечная «война» против наркотиков.

Брайан Доэрти, INLIBERTY

Читайте также: