Тело — в дело. Новый облик проституции Kaзaxcтaнa

Прощай, улица. Здравствуй, бордель!.. Сегодня Сауле работает на себя. У нее свой бизнес. Голый, постыдный, но востребованный. Но было время, когда она львиную долю заработанных денег отдавала сутенерше… 

Тело — в дело

Проституция давно является неотъемлемой частью социального развития общества. И сегодня даже самые нравственно-настроенные граждане перестали воспринимать первую древнейшую как занятие из ряда вон выходящее.

А она тем временем пополняет ряды. Что приводит девушек (и не только) на эту тропу? И как обычно заканчивается судьба проститутки осознанно сделавшей выбор — торговлю своим телом?

На эти вопросы есть ответы. Они разные, но суть, в сущности, одна — деньги. Ведь это не форма аморального поведения от безысходности, а просто не легализованный пока бизнес.

Прощай, улица. Здравствуй, бордель!

В этой среде, как и в любой другой, существует своя иерархия: уличные проститутки-путаны, девочки по вызову и элитные. Схема выхода на тропу секс-услуг в нашем городе достаточно проста. Для начала — красивое, завлекающее имя в газете частных объявлений в разделе "Досуг": Алина, Руслана, Полина, Александра, Лилия и до плюс бесконечности. Иногда, важно, чтобы оно стояло в первых рядах.

Так больше вероятности, что клиент заметит и выберет. Гонка за именами на букву "А" колоссальная. Их придумывают, роются в справочнике. Ведь если странное имя, к примеру, Абелина, не найдут в отделе приема объявлений газеты — значит, все усилия пошли насмарку. Агенты отделов могут и не взять, поэтому Аделаиды и Аббы нарасхват. Да-да, встречается даже имя созвучное названию шведской группы "Абба". Хотя стараться запомнить имена не имеет смысла. Все равно они вымышленные. Таковы правила.

Зато их хорошо запоминают администраторы некоторых бань и гостиниц. В Костанае такса, положенная администратору от общей суммы, которую "отстегивает" девочка за вызов в подобное заведение, равняется 1 тысяче тенге. За час удовольствий клиент платит 5 тысяч тенге, вызов такси для девочки оплачивает он же.

Уличная проституция в Костанае свой бум пережила давно. Сегодня улицы Карбышева и Абая котируются все меньше и меньше. Придорожная боевая подруга с раскрасом индейца Джо на помятом лице ушла в прошлое. Быстрый секс на скорую руку за 200-400 тенге был 5 лет назад. Там же сегодня остался и спрос. Теперешние любители "клубнички" предпочитают отдых покомфортабельнее, большей частью на съемных квадратных метрах.

Самая высокая планка — элитные, те, которые работают на спецслужбы или обслуживают высокопоставленных чинов, бизнесменов. С клиентов девушки берут намного дороже и в долларах, ориентируясь на столицу нашей родины. В Астане час плотских утех равняется 300 долларам, такие расценки, по крайней мере, были полгода назад.

Рекламное агентство как прикрытие

Двухкомнатная благоустроенная квартира в центре города возле главного храма знаний — КГУ. Снимают вдвоем, Сауле и Ирина, за 60 тысяч тенге в месяц. Сауле на вид тихая, скромная девочка, на момент нашей встречи с минимумом косметики на лице. Мы говорим, что называется, по душам. Карие глаза, маленький рот с губками-ниточками, выдающиеся скулы, прямой нос, прямые черные волосы, подстриженные под каре — в этот момент она меньше всего похожа на гейшу. Этакая примерная студентка. Студенткой Сауле была. Лет 5 назад. Сейчас ей уже 25.

По специальности — учитель русского языка и литературы. Проработала два года в одной из поселковых школ и уволилась. Зарплата в 15 тысяч и жалкое сосуществование. Тем более, что помощи ждать было неоткуда. Девочка росла в проблемной семье: родители частенько в запоях, все воспитание лежало на престарелой родственнице. Она как могла тянула Сауле до ее совершеннолетия, а потом открыла двери и выпустила на волю. Попытка устроиться на работу по специальности и не по специальности где-то в городе провалилась. Та же минимальная зарплата и большой груз ответственности.

Сегодня Сауле работает на себя. У нее свой бизнес. Голый, постыдный, но востребованный. Было время, когда она львиную долю заработанных денег отдавала сутенерше. Тогда девчонок набиралось порядка семи в двухкомнатной квартире. Сутенерша взимала с них квартплату, а заодно и "крышевала", благо дело, что в наше время есть от кого. Сутенерство — дело подсудное, поэтому и шифруются основательно.

В Костанае все помнят некую Леру, у которой квартировало чуть ли не 20 красавиц, но, по словам самих проституток, Лера умела договариваться и потому была надежной крышей. Избавиться от хозяйской опеки и стать свободной жрицей любви оказалось делом не из простых. В целом в бизнесе Сауле 3 года, на вольных хлебах — только год. Родственникам говорит, что работает в рекламном агентстве, такое вот заношенное до дыр, но верное прикрытие. Пока ему верят.

Задаю вопрос:

— Когда приходишь к клиенту, с чего начинаешь?
— С простого (улыбается и мгновенно становится серьезной). С обыска. Захожу в квартиру одна или с девочками, в зависимости от того, сколько человек отдыхают. Сначала осматриваю все комнаты, балкон, шкафы, даже под кроватью …
— А под кроватью-то зачем?
— А вдруг там кто-то прячется.
Логично. Проституткам невыгодно, чтобы во время "отдыха" вдруг нежданно-негаданно из шкафа вывалился еще один "незарегистрированный" клиент, прущий "на халяву".
— А потом?
— Потом садимся обычно за стол, я курю, он курит, разговариваем минут 15-20.
— О чем?
— Обо всем, я не запоминаю.

Нас перебивает звонок. На другом конце провода мужской голос: "Здравствуйте, у вас девушки есть?" — "Есть. Вас какие интересуют: полненькие, худенькие, азиатки, европейки?" — "А размер груди у них какой?" — интересуется голос. — "У нас имеются девушки со вторым и третьим размером бюста". — "Хорошо, запишите адрес…" — одобрительно отдает распоряжение трубка.

Пока Сауле, она же по совместительству диспетчер, запоминает номер, смотрю и стараюсь понять, чего не хватает девушкам в обычной простой жизни, в которую они скорее всего, нескоро вернутся. Причина одна — привыкнуть к деньгам можно быстро, а вот отвыкнуть… Ради них готовы терпеть любые унижения и ради них они идут на все, точнее на "вызов" — так называется предварительный звонок потенциального клиента.

Через полчаса она накрашенная, разодетая отправится в неизвестность, к тому голосу, который звонил и который жаждет ласк и плотских утех. И бог его знает, кем окажется ее очередной клиент: бухгалтер, который решил развлечься на квартальную премию, половосозревший студент, губернатор какого-нибудь районного штата или бригадир мостостроительного отряда, сорвавшийся в недельный запой или образцовая семья, которая пожелала стать шведской… Но факт остается фактом — наши проститутки, как всегда, всепогодны, востребованы.

Работа, знамо дело. К ней привыкают. Шмотки, косметика — порой очень дорогие вещи. Грязь, пинки, пьяные сопли, нежности, обычно начинающиеся и заканчивающиеся фразой "Ах ты, сука!" — куда же без этого…

Пока идут сборы, продолжаю спрашивать:

— Деньги не отбирают? Мало ли, какой дебил появится…
— Застрахована. После того как проверю везде и всюду, беру деньги, выхожу на лестничную площадку, спускаюсь на две-три ступеньки, прячу деньги куда-нибудь подальше и возвращаюсь. Все выглядит для клиента так, будто я спустилась и отдала деньги водителю. А вот что самое беспонтовое для меня — это субботники.
— А что это?
— А то, что пашешь на них, причем бесплатно.
— На кого?
— По-разному…

Дальше Сауле отказалась отвечать.

— А мальчики есть?
— Есть, а что, надо? Могу позвонить.

От студентки до челночницы — один шаг

В Департаменте внутренних дел работницы коммерческого секса стоят на учете, чтобы надежней было. И спокойней. Имеется специальная база данных.

По неофициальным источникам в Костанае порядка 300 представительниц коммерческого секса. Основная часть — из деревни. Слетаются на огни большого города. В принципе, никто не против поискать здесь счастья, принца, хорошей работы, но это в принципе. Без принципа — это студентки без комплексов. Добрая половина проституток — студентки. Хотя какое это имеет значение?! От уровня образованности ее секс-услуги не зависят.

Днем она сидит на лекциях в каком-нибудь вузе и грызет гранит науки, а вечером — где-то на съемной квартире в компании клиента. Причина опять же — банальна. Желание заработать на "карманные" расходы. И то, каким путем достанутся деньги, мало волнует, главное, хорошая конспирация, чтоб потом не узнали на улице. И не стали показывать пальцем.

Как и любому процессу всему приходит конец. Сауле тоже верит, что наступит и на ее улице красных фонарей праздник. По крайней мере, судьба у девочек разная.

Ее возраст уже становится неликвидным для секс-индустрии. Пока еще жрица, Сауле всерьез задумывается о том, чтобы сменить этот статус на более спокойный — статус жены. Благо, что предложение руки и сердца есть. Но не всем так везет.

Сауле — Джулия Робертс из "Красотки" по сравнению с другими. Другие рискуют больше и не только здоровьем, но и жизнью. Года два назад среди проституток пронесся страшный шепот: убили одну из "коллег". Отрезали голову. Девушка в тот раз, как обычно, поехала на вызов. И не вернулась…

Этот случай заставил многих путан относиться с подозрениями к новым клиентам и особенно — к приезжим. Хотя некоторых никакой риск не пугает, они идут еще дальше. Точнее едут. За границу.

К примеру, как говорит представитель международной организации по миграции Нина Шабурова, несмотря на проводимую профилактическую работу среди населения, проблема сексуального трафика весьма актуальна.

— В северном регионе он менее распространен, чем в южном. Причем едут челночницы, берут одну сумму денег, а возвращаются с другой. Неопытные молоденькие девушки из танцевальных коллективов, которые стремятся уехать за рубеж, по объявлению о работе, попадают в руки к преступникам, к торговцам людьми. На юге трафик не прекращается, потому что дает баснословную прибыль, а доказать и наказать причастных к этому людей, трудно. Чаще всего хотят подзаработать те, кто считает, что заработать танцами они могут больше, чем свои умом. Девушки сознательно идут на занятие проституцией в погоне за материальным достатком и прекрасно знают, что такая карьера может закончиться быстрее, чем они того ожидают.

Правда, что ищут казахстанские девушки за границей — тема для другого разговора.

Сабина Каримова, «Gazeta.kz»

****

ЗаПУТАНные законы

Проституция в крупных городах Казахстана является их неотъемлемой частью, впрочем, как и в любой другой стране. От этого никуда не деться. Но вот что странно – все чаще в нашей стране проблемы проституции выносятся на обозрение широкой общественности, но результатов никаких эти заботы не дадут.

Часто граждане Казахстана озабочиваются проблемой легализации коммерческого секса, и уже только это говорит об актуальности обсуждаемого вопроса. Сегодня мы оказались в такой ситуации, когда закономерность этого процесса исходит от самой политики государства – хочешь войти в число передовых государств мира, будь добр перенимай их социальные принципы. В том числе и отношение к любви за деньги.

Либерализация и дальнейшее узаконивание коммерческого секса, судя по всему, рано или поздно станет фактом в истории любой страны, которая в ближайшие десятилетия будет пытаться позиционировать себя как “цивилизованное”, “передовое” и “развитое”. Суть, которая подкладывается под легализацию проституции, по большому счету зиждется на тезисе о человеколюбии и эффективности, а нормы морали в данном случае перечеркиваются неизбежностью и неистребимостью существующего явления. Плюс ко всему, выход профессии из стопроцентно теневого оборота хотя бы частично на законную траекторию в условиях современного жесткого капиталистического бытия будет означать появление еще одного широкого финансового потока, направленного в казну государства.

Причем, потока непрерывного. Ведь доходы от проституции не могут быть глобально снижены в период любого финансового кризиса, потому как женское тело – товар (как бы это цинично не звучало), востребованный в основном среди обеспеченных слоев населения, которые особо не страдают в трудные для государства моменты. По последним данным, в Южной столице постоянно трудится порядка десяти тысяч проституток. На самом же деле их много больше. Если обязать их покупать годовую лицензию на работу или делать ежемесячные взносы, то сумма будет довольно внушительная – и это только “сбор” с Алматы. А на сегодняшний день проституция существует во всех более или менее крупных городах страны.

В городах Казахстана контингент ночных бабочек напрямую зависит от их регионального положения. Нужно учитывать, что очень большую часть путан в нашей стране составляют сексуальные гастарбайтеры, то есть незаконные мигранты из близлежащих государств. Именно поэтому в южных регионах, а в последнее время и в северных, страны огромное количество проституток составляют жительницы Узбекистана, Кыргызстана и Таджикистана.

Нужно сказать, что они, часто даже не подозревая об этом, являются наиболее ущемляемыми среди общего количества ночных бабочек. И это вполне объяснимо – никто ведь не будет спорить с тем, что манипулировать человеком под страхом санкций со стороны государства легче, чем с местным населением. Легализация в этом аспекте позволит наладить контроль над человеческим трафиком и взять, наконец, в руки ускользающие поводья незаконной миграции. Кроме того, серьезно будет подорваны позиции криминалитета, контролирующего проституцию.

Более года назад правительство дало команду на очистку знаменитых улиц Саина и Сейфуллина. И бабочки разлетелись – по гостиницам, съемным квартирам, саунам и баням. Еще некоторое время в районе алматинских улиц “красных фонарей” можно было встретить девушек, скрывающихся в салонах автомобилей – для того, чтобы не снимать квартиру (слишком дорого), девчонки снимали машину, где и коротали вечера в ожидании клиентов. Все это привело в итоге к тому, что сутенеры были вынуждены поднять цену, дабы оплатить проживание и “домашние”, а не “уличные” условия жизни проституток.

Если раньше девчонки “стоили” 2-3 тысячи тенге в час, то теперь цена возросла до 5-10 тысяч тенге. Сегодняшний финансовый кризис, думается опять скорректирует цены, вот только в сторону уменьшения или увеличения – пока непонятно. Сами путаны говорят: “чем меньше у людей денег – тем больше появляется конкуренток, тем жаднее и привередливее клиенты”. Разовая акция государства по очистке улиц от девиц легкого поведения особых результатов в смысле морального очищения нашего общества не принесла. Так, наведение тени на плетень и не более того.

Это мы к тому, какие меры принимает сегодня государство для того, чтобы как-то решать проблему проституции. То, что она стоит, причем остро, можно понять, например, подняв отчеты Минздрава по динамике распространения венерических заболеваний в стране.

Более половины сексуально активных подростков, прошедших обследование, перенесли какое-либо венерическое заболевание, большой процент среди них переболели сифилисом (слава Богу, что в эпоху пенициллина полное выздоровление вполне возможно). Узаконивание проституции сможет решить вопрос здоровья нации в этом аспекте – ведь поставив на контроль здоровье жриц любви, правительство фактически ставит на контроль здоровье большой части нашего общества.

Другими словами, легализация проституции несет в себе много разумного, а главное, может решить многие проблемы. В противовес этому противники легализации могут противопоставить лишь наш статус исламского государства и подрыв устоев. Вернее того, что от них осталось…

Корнем всех проблем в вопросе любви за деньги является то, что государство решило для себя: легче закрыть глаза на очевидный негатив, выметя вопрос о проституции на задворки ночных городов, чем тратить людские и финансовые ресурсы для решения столь деликатной проблемы. Видимо, сейчас нам чужое мнение важно гораздо больше, чем здоровье собственной нации.

М.Чигеев, Закон

Читайте также: