Кризис таки добьет планету. Поживем — увидим!

Поразительно: Едва не уничтожив всю экономику, современный финансовый кризис не вызвал даже намека на реформу банковской системы! Мир ждут глобальные потрясения. Нам всем остается одно: ждать, пока кризис сам доведет дело до логического конца и развалит весь виртуально-финансовый макабр до основания. До полного коллапса. Амока. Клинической смерти. А дальше: поживем — увидим! 

В январь 2010 года мировые финансовые рынки вступили в той же безумной эйфории, в какой пребывали последние три месяца канувшего в небытие 2009-го. Первые торги на Нью-йоркской бирже подтвердили худшие опасения неангажированных аналитиков: реакции инвесторов на фондовом рынке оторваны не только от реальной экономики (отрыв-то этот продолжается уже девять месяцев), но и от банального здравого смысла.

«Нет даже намека на то, что эти люди извлекли хоть какой-нибудь урок из кризиса. Они ничего не усваивают, продолжая жить в каком-то своем, особом мире».

В начале 2009 года практически все эксперты предсказывали обвал фондового рынка с последующим затяжным выходом из медвежьего тренда. Этот вывод напрашивался по двум причинам. Во-первых, макроэкономические показатели декабря 2008-го (темпы падения продаж, роста безработицы, сворачивания программ кредитования и размах ипотечного кризиса) демонстрировали худшие данные за весь послевоенный период. Во-вторых, развитие событий по сценарию L как нельзя лучше соответствовало не сиюминутной выгоде, а долгосрочному оздоровлению экономики.

В самом деле, резкий кульминационный обвал фондового рынка, отражающий качественное изменение в макроэкономике, с последующим медленным выходом из кризиса (тот самый сценарий L), отвечает естественным процессам саморегуляции рынка, а не искусственному его стимулированию.

Допинг, конечно, способен продемонстрировать весьма зрелищные результаты, однако он лишь усугубляет пагубное состояние экономики. Именно такой допинг закачали в американскую экономику (а примеру флагмана тут же последовали и все остальные сателлитные экономики мира — от Европы до Японии) в апреле 2009 года в форме абсолютно беспрецедентных мер. Как то: снижение ставки рефинансирования почти до нуля, финансовое субсидирование, отсрочки на неопределенный срок платежей по кредитным обязательствам, предоставление безусловных гарантий государства по вкладам и прочая.

Точные цифры мы никогда не узнаем, но по неофициальным данным1 правительство США направило на стабилизацию экономики в 2009 году более 11 трлн долларов. Еще больше запланировано для интервенций в 2010 году. В результате столь невероятного вмешательства «внерыночного фактора» события в 2009 году пошли не по внутренне адекватному (здоровому) сценарию L, а по паллиативному сценарию V, следствием которого стал искусственный и неоправданный объективными предпосылками рост фондового рынка, не имеющий, к тому же, аналогов в истории.

Для усиления эффекта от допинговых субсидий и безответственных индульгенций в духе развитого социализма, выданных финансовой группе, известной под именем Too Big To Fail2 — банкам Goldman Sachs, JP Morgan, Morgan Stanley, Bank Of America, Citigroup и Wells Fargo, — были ангажированы все так или иначе интегрированные в истеблишмент средства массовой информации и аналитические агентства.

С нечеловеческой энергией они принялись, с одной стороны, переосмысливать макроэкономические показатели (в основном по давно отработанному сценарию переноса положительных результатов более отдаленных периодов на близлежащие), с другой — педалировать мажорную картину развития экономики. Начиная с сентября 2009 года, когда любой бычий тренд без искусственной поддержки просто обязан был войти в стадию здоровой коррекции, абсолютно все мейнстримные СМИ в унисон запели об «окончательном выздоровлении экономики», о «повсеместных признаках стабилизации — от показателей безработицы до снижения количества дефолтов по недвижимости и оживления покупательной активности населения».

Следствием этой блестяще скоординированной пропаганды стало продолжение и без того беспрецедентного рыночного аптренда, основанного, на сей раз, на каких-то совсем уж химерических ожиданиях, ощущениях и эмоциях, не имеющих ни малейшей опоры в реальности.

Самым показательным моментом выхода ситуации из-под контроля стала реакция рынка в середине декабря 2009 года на заявление Bank Of America (NYSE: BAC) о возврате государственных дотаций, полученных годом ранее по программе TARP. Поскольку своих денег у Bank Of America давно не водится, фантасмагорическую сумму в 45 млрд долларов было решено материализовать из воздуха: частично путем дополнительной эмиссии в размере 18 млрд 600 млн долларов, частично — за счет кредитов на стороне (по большей части — у того же самого государства через Федеральную резервную систему по сверхнизким процентным ставкам).

В нормальной ситуации и при нормальных обстоятельствах дополнительная эмиссия даже в десятикратно меньшем размере неминуемо должна была вызвать массовый сброс акций существующими акционерами — ход, продиктованный здравым смыслом: любая дополнительная эмиссия обесценивает уже существующие акции, поскольку увеличивает их количество при оставшемся неизменным объеме активов.

Единственным поводом для сохранения акций в портфеле и ставки на повышение может служить безупречное финансовое и экономическое положение эмитента, мощная позитивная динамика развития его бизнеса и радужные перспективы. Ничего подобного в анамнезе Bank Of America (равно как и остальных участников финансовой группы Too Big To Fail) не наблюдается: положение аховое, динамики никакой, перспективы в лучшем случае неопределенны.

Да и откуда этим перспективам взяться? «Самое поразительное в современном финансовом кризисе заключено в том обстоятельстве, что он, едва не уничтожив всю экономику, не вызвал даже намека на реформу банковской системы. Казалось бы: после клинической смерти устранение первопричины просто обязано стать приоритетной задачей. Однако по ряду обстоятельств, среди которых не последнее место занимает рост фондового рынка, никакого устранения первопричин не последовало», — сетует профессор Массачусетского технологического института Саймон Джонсон.

Утешает лишь одно: любое массовое безумие (в отличие от индивидуального) рано или поздно утоляется. Есть надежда, что бессознательная эйфория, переметнувшаяся в новый 2010 год, вскоре все-таки захлебнется под давлением объективных обстоятельств. Ведь их невозможно убрать с глаз долой даже лицемерными рассуждениями о некоем компромиссном сценарии W, о котором в последнее время заговорили встроенные в систему аналитики.

Как я уже сказал, первый этап роста — с апреля по август — был связан с активной интервенцией государства. Второй этап — с сентября 2009-го по январь 2010 года — обусловлен не позитивными изменениями в экономике, а некими иррациональными ожиданиями, связанными, в основном, с надеждой на быстрое и скорое изменение ситуации. Дело в том, что государство практически исчерпало все возможные средства паллиативного воздействия на экономику при условии сохранения ее первоосновы — порочной системы виртуально-кредитных отношений, которые опираются на фикции ничем не обеспеченного доллара, штампуемого частной конторой — Федеральным резервом.

Ставку рефинансирования опускать дальше некуда, уровень безработицы даже в объеме фиктивного показателя (10% против реальных 17–20%) невидан со времен Великой Депрессии, а главное — совершенно не собирается опускаться; банки вопреки призывам и запугиваниям со стороны правительства по-прежнему не выдают кредиты предприятиям; малый и средний бизнес закрывается лавинообразными темпами; розничная торговля загибается; население страны на долгие годы вперед отказывается от бездумного потребления в пользу парадигмы сохранения сбережений, уже успешно апробированной в 30–40–е годы. Даже видимость контроля Too Big To Fail невозможно соблюдать после массового исхода этой банды из-под колпака TARP.

ПОРАЗИТЕЛЬНО: ЕДВА НЕ УНИЧТОЖИВ ВСЮ ЭКОНОМИКУ, СОВРЕМЕННЫЙ ФИНАНСОВЫЙ КРИЗИС НЕ ВЫЗВАЛ ДАЖЕ НАМЕКА НА РЕФОРМУ БАНКОВСКОЙ СИСТЕМЫ!

В подобных обстоятельствах сценарий W, подготавливающий общественность к вероятному повторению рыночного обвала марта 2009 года, смотрится еще менее жизнеспособным, чем предыдущий сценарий V. Хотя бы потому, что на V у правительства еще оставались ресурсы, а на W нет ничего, кроме денежного печатного станка. Проблема, однако, в том, что печатный станок находится в руках не правительства США, а частной конторы Федерального резерва, которая выражает интересы своего единственного хозяина — финансового капитала и Старых Денег. А этот финансовый капитал (в первую очередь группа Too Big To Fail) совершенно не заинтересован в инфляционном сценарии развития событий3 .

Если не L, не V и не W, то что тогда ожидает американскую — а вместе с ней и мировую — экономику? Рискну предположить, что объективная реальность рано или поздно одержит верх над всеми искусственными паллиативами и допингами и вернет экономическое развитие общества к натуральной динамике L. Правда, с учетом случившейся в 2009 году коррекции V, сценарий условно можно представить чем-то вроде русской буквы Ч, но сути дела ничто не меняет: всех нас ждет не просто еще одна коррекция по типу W, а обвал с последующим затяжным спадом. Причем, чем продолжительнее этот спад окажется, тем лучше будет для экономики в долгосрочной перспективе.

Первыми, кто признал неизбежность грядущего обвала, стали — удивляться не приходится! — сами виновники кризиса, крупнейшие финансовые институты из группы Too Big To Fail. Доказательство: сначала массовый исход из TARP в декабре 2009-го, затем — раздача бонусов и поощрений сотрудникам по результатам 2009 года.

Начнем с первого действия. В декабре, как известно, откупились от государства три голиафа: Bank Of America, Citigroup и Wells Fargo. Ранее из-под колпака т. н. Pay Czar4 вышли Goldman Sachs, Morgan Stanley и JPMorgan Chase. Все процедуры выхода проходили по более или менее единому сценарию, поэтому ограничусь фактами из биографии лишь одного банка — Bank Of America.

Перед тем как выйти из программы TARP и вернуть государству 45 млрд долларов, Bank Of America порадовал нацию в квартальном отчете своими финансовыми достижениями (по состоянию на 30 сентября 2009 года) — убыток в 2,24 млрд долларов5 . Не нужно иметь высшего экономического образования, чтобы догадаться: положение у банка, наверное, не лучшее. Бывает, конечно, и хуже, но в любом случае 2 млрд убытков только за один квартал — неподходящий момент для дополнительных трат. Тем более что год назад Bank Of America продемонстрировал полтора миллиарда долларов прибыли, а затем через месяц де-факто обанкротился, после чего и был спасен государством за счет денег налогоплательщиков по программе TARP.

Тем не менее, Bank Of America принимает решение, что ему негоже отставать от более удачливых коллег из Goldman Sachs и Morgan Stanley и непременно нужно откупиться от государства. И откупается — как я уже сказал, частично путем дополнительной эмиссии в размере 18 млрд 600 млн долларов, частично за счет кредитов на стороне.

Точно так же поступили Citigroup и Wells Fargo. Внешняя мотивация, разумеется, на высоте: «Программа TARP была создана, чтобы предоставить банкам поддержку до того момента, когда они окажутся в состоянии со всей осторожностью вернуть деньги. Нас радует то обстоятельство, что мы сейчас можем выкупить у правительства США свои привилегированные акции и расторгнуть соглашение о разделении риска. Мы выражаем признательность американским налогоплательщикам и осознаем свой долг содействовать возрождению экономики посредством кредитования и поддержки домовладельцев и других кредитополучателей», — заявил Викрам Пандит, генеральный директор Citigroup.

Нам остается только согласиться с удачно выбранным моментом: как-никак Citigroup, вернувший государству ту же сумму, что и Bank Of America (45 млрд долларов), в последнем квартале обошел коллегу на целый миллиард долларов, продемонстрировав убыток в размере 3,24 млрд (также по состоянию на 30 сентября 2009).

Для чего же на самом деле ребята из группы Too Big To Fail откупались от государства в момент, когда аппарат искусственного поддержания жизни является самым ценным активом на балансе? Ответ на вопрос стал материализовываться в середине января 2010 года, когда банки приступили к своему любимому занятию: раздаче премий и бонусов сотрудникам.

ЗА ПЕРВЫЕ 9 МЕСЯЦЕВ 2009 ГОДА CITIGROUP, BANK OF AMERICA, GOLDMAN SACHS, JPMORGAN CHASE И MORGAN STANLEY ЗАРЕЗЕРВИРОВАЛИ НА КОМПЕНСАЦИИ $90 МЛРД!

Воображение зашкаливает от размаха этих бонусов: оказывается, за первые 9 месяцев 2009 года Citigroup, Bank of America, Goldman Sachs, JPMorgan Chase и Morgan Stanley зарезервировали на грядущую самокомпенсацию — поверите ли! — 90 млрд долларов (The New York Times).

Гомерическая сумма, сопоставимая с национальными бюджетами не одной дюжины суверенных государств планеты, распределяется следующим образом: Bank of America выделяет на компенсацию сотрудникам 24,17 млрд долларов, Goldman Sachs — 16,7, Citigroup — 18,73, Morgan Stanley — 10,87 и JPMorgan Chase — 21,82 млрд.

Усредненный размер бонусов, выписываемых сотрудникам банков группы Too Big To Fail по результатам 2009 года, составит около полумиллиона долларов. Деньги эти, как вы понимаете, будут распределяться неравномерно. На нижнем полюсе размер компенсации исчисляется несколькими тысячами долларов, зато наверху цифры обретают феерическое звучание: 9 млн долларов предполагается заплатить Джону Хейвенсу, главе инвестиционного подразделения Citigroup, 18,4 млн должны перепасть генеральному директору Wells Fargo Джону Стрампфу. Сколько получит Ллойд Бланкфейн, председатель правления и гендиректор Goldman Sachs, можно только догадываться: в 2007 году его компенсация составила 68 млн долларов6 .

Аргументация для самокомпенсации у банков магическая: финансовый 2009 год оказался едва ли не самым прибыльным за последнее десятилетие! Люди хорошо поработали, как же их не отблагодарить?! Однако дело не в том, что «жирные банковские коты» премируют себя в ситуации, когда каждый 15-й американец сидит без работы. А в том, что «самый доходный финансовый год» образовался исключительно благодаря тому, что государство создало для банков Too Big To Fail инкубаторские условия, не только влив в критический момент десятки миллиардов долларов, но и разделив с частными банками их риски! Вдумайтесь: TARP предоставил Bank Of America гарантии по кредитным обязательствам на сумму в 118 млрд долларов, а Citigroup — 306 млрд! Стоит ли объяснять, что означают подобные гарантии для любого банка в ситуации, когда массовый исход вкладчиков автоматически ведет к банкротству?

Между тем все банки из группы Too Big To Fail не только вернули деньги по TARP, но и благородно отказались от разделения рисков! Иными словами, полностью обнажились на пороге второй волны кризиса! Неужели Викрам Пандит со товарищи столь наивен, что не предчувствует грядущий обвал рынка? Да бог с вами! Всё тонкий индус понимает не хуже нас с вами! Даже лучше, потому что делает ставку на одно обстоятельство, о котором обыватели не догадываются: что бы такого страшного ни приключилось с экономикой и мировой финансовой системой, Белый Дом будет прикрывать Too Big To Fail до последнего. Можно не сомневаться, что на пороге нового банкротства правительство изобретет новую программу, которая вытащит финансовую элиту за уши из болота. Опять на деньги налогоплательщиков.

Пока же очередной час Х не накатил, можно смело раздавать самому себе щедрые бонусы.

Правда, у банковских бонусов есть и другое justificatio7 : финансовая элита прекрасно осознает ограниченность ресурсов государства для искусственной реализации сценариев V и W. Инфляционной закачки пустых денег не избежать, а значит, необходимо максимально быстро превратить дивиденды в кэш, а затем перевести их в более надежные инвестиции (например, в золото). Чем банкиры и занимаются, выплачивая себе колоссальные бонусы — пусть даже ценой окончательной потери общественного лица.

Закончить статью мне хотелось бы на конструктивной ноте. Существует ли возможность пережить грядущую катастрофу с минимальными потерями? Конечно! Для начала достаточно забыть как страшный сон саму лицемерную формулу Too Big To Fail, скрывающую за заботой об экономике спайку власти с финансовым капиталом. Как сказал Джеральд Селанте: «Это Америка, черт побери! Дайте этим Слишком Большим, Чтобы Разориться, шанс наконец разориться!»

Печалит лишь объективная невероятность такого забвения. Кто ж даст Обаме забыть о спайке?! Одно дело — трафить публике хлесткими лозунгами про «жирных банковских котов», другое — ликвидировать тепличные условия для крупнейших банков.

Подобный шаг не позволят сделать не только президенту Обаме, но и любому другому политику. Не для того Старые Деньги создавали эту кукольную двухпартийную систему, чтобы потом она восставала против собственного демиурга. Разве что породить третью партию в США, способную взять на себя функцию демонтажа спайки власти и финансового капитала.

Но и это, увы, нереально. А значит, нам всем остается одно: ждать, пока кризис сам доведет дело до логического конца и развалит весь виртуально-финансовый макабр до основания. До полного коллапса. Амока. Клинической смерти. А дальше: поживем — увидим!

Сергей Голубицкий, Бизнес журнал

1 Цифра Джеральда Селенте, президента Исследовательского института трендов (The Trends Research Institute).

2 Слишком большие, чтобы обанкротиться (англ.). Прозвище, данное шестерке крупнейших американских банков, получивших от государства системообразующий статус, беспрецедентные налоговые льготы и финансовые дотации.

3 За подробностями этого вывода отсылаю читателей к блестящему анализу ситуации, выполненному Михаилом Хазиным в его прогнозе на 2010 год.

4 «Царем зарплаты» называют юриста Кеннета Файнберга, назначенного Казначейством США в июне 2009 года Special Master for TARP Executive Compensation, главным контролером материальных выплат руководящих работников компаний, облагодетельствованных программой TARP.

5 Показатель Net Income to Common Shareholders Including Extra Items.

6 Справедливости ради отметим, что в 2008 году чудо-менеджер от каких бы то ни было бонусов предусмотрительно отказался.

7 Оправдание, обоснование (лат.).

Читайте также: