Пьяная стрельба на поражение

 Ночные посиделки сотрудника угрозыска со своими однокашниками в кафе закончились смертельным выстрелом из табельного пистолета. Суд переквалифицировал действия милиционера с умышленного убийства при отягчающих обстоятельствах на убийство при превышении пределов необходимой обороны. Бывший опер освобожден с испытательным сроком. 

 

Прокурор обжаловал приговор Апелляционного суда Донецкой области как необоснованный и мягкий.

Вечер начинался весело

Фабула этого уголовного дела потрясает нелепостью и жестокостью содеянного.

Тот вечер, 26 июня 2009 года, начинался для Сергея В. весело. Была пятница, впереди выходные и праздник — День Конституции Украины. Старший лейтенант в 11 часов сменился с суточного дежурства и приехал домой. Отдохнул, привел себя в порядок и отправился на своем автомобиле «ДЭУ-Ланос» в райцентр Великую Новоселку. Здесь проходили торжества в честь государственного праздника.

Из райцентра Сергей отбыл далеко за полночь. Откликнувшись на просьбу знакомых девушек, подвез их в родное село. По пути заехал в кафе «Янтарь», расположенное в селе Старомлиновка. По словам очевидцев, он был крепко выпившим, язык у него заплетался.

26-летний милиционер подошел к барной стойке, купил воду и сигареты. В кафе сидели его знакомые, с которыми учился в школе, и их друзья. Они пригласили его к себе в компанию, и он присоединился к ребятам. Сергей присел за столик и выпил несколько рюмок водки. Затем купил еще бутылку беленькой…

Примерно в половине четвертого заведение общепита закрылось, и компания переместилась выпивать на задний двор кафе. Разговор не очень клеился: Сергей вел себя дерзко, бравировал тем, что он крутой опер из угрозыска, почему-то похвастал, что ему «до пенсии пять лет»…

Около четырех утра между старшим лейтенантом В. и его бывшим одноклассником Иваном произошла ссора, а 22-летний Андрей хотел успокоить знакомых. Но офицер милиции не унимался и полез в автомобиль, достал пистолет и направил его в сторону Ивана и Андрея, которые стояли рядом с ним. Парни пытались успокоить вооруженного милиционера, и тут неожиданно прозвучал выстрел. Андрей упал на асфальт, его футболка побагровела от крови.

Пуля угодила парню в грудь. Старший лейтенант немного протрезвел и стал пятиться назад, к машине, потом приставил ствол к своей голове, что-то бормотал. Один из присутствовавших кинулся к Сергею и выбил у него оружие.

Истекающего кровью и теряющего сознание Андрея парни разместили на заднем сиденье «Дэу» и помчались в больницу. За рулем своего автомобиля был В.

На полпути к райбольнице офицер зацепил забор сельского домика и резко затормозил. Затем он выскочил из салона и прокричал парню, поддерживавшему еле дышавшего Андрея: «Вези сам, меня здесь нет!». После этих слов опер рванул полем в сторону садов совхоза «Октябрь».

Тот довез раненого в медучреждение. В 8.45 в хирургическом отделении Великоновоселковской райбольницы от сквозного проникающего пулевого ранения грудной клетки и острой кровопотери Андрей скончался.

Версии арестованного опера

В этот же день районный прокурор возбудил уголовное дело в отношении В. по факту умышленного убийства. Спустя два дня обвиняемый явился в прокуратуру. Его арестовали.

Сначала Сергей объяснял свой поступок тем, что на него напали и он оборонялся. Затем выдвинул новую версию: получил, мол, оперативную информацию о распространении в кафе наркотиков и хотел проверить ее. На него напали, пришлось применить табельное оружие.

Однако показания потерпевших и свидетелей, заключения экспертиз доказали вину В. в умышленном убийстве. Да и сам бывший опер с трудом вспоминал и объяснял — как и почему нажал на курок. Очевидно, виной потери памяти было алкогольное опьянение, что еще больше отягчало вину старшего лейтенанта.

Таков был основной состав обвинения в уголовном деле, которое следователь облпрокуратуры направил в Апелляционный суд Донецкой области.

«Оружие ему нельзя доверять»

По ходу расследования выяснилось, что огнестрельное оружие оперу вообще нельзя было доверять. Таково было предостережение психолога ГУ МВД Украины в Донецкой области. Вот выдержка из его заключения:

«В. свойственна повышенная напряженность и возбужденность, импульсивность, он агрессивно реагирует на критику и замечания. В стрессовых ситуациях может проявлять агрессию, несдержан, что может привести к негативным последствиям (пьянство, неисполнение служебных обязанностей). Желает во всё вмешиваться, склонен к риску».

Таковы были результаты психологического изучения В., проведенного 12 марта 2009 г. и содержащегося в личном деле оперуполномоченного. От составления этого документа и до рокового выстрела опера минуло чуть больше трех месяцев.

Из-за такого психического состояния старший лейтенант с сентября 2008 г. находился на учете в группе усиленного психологического внимания как работник, склонный к нарушению дисциплины (в 2008 г. имел несколько дисциплинарных взысканий). А в марте 2009 г. после психодиагностического обследования было не рекомендовано закреплять за старшим лейтенантом огнестрельное оружие. Психолог вручил эту рекомендацию руководителям Великоновоселковского райотдела, однако начальник милиции почему-то к ней не прислушался, и В. продолжал пользоваться пистолетом.

Жители пгт Великая Новоселка в ходе расследования уголовного дела рассказывали и о неоднократных фактах применения В. табельного оружия в качестве развлечения после употребления спиртных напитков. Об этом не могли не знать его руководители, ведь населенный пункт небольшой, и стрельбу «по бутылочкам» из боевого оружия возле заведений общепита жители живо обсуждали.

В личном деле В. только за последний год зафиксировано несколько дисциплинарных взысканий. А служебная проверка, инициированная руководством областного ГУ МВД, выявила ряд нарушений им присяги и уставных требований, Закона «О милиции», приказов МВД. И за это он после громкого происшествия был уволен из органов внутренних дел.

Суд переквалифицировал деяния

Апелляционный суд Донецкой области рассматривал дело о роковом выстреле пьяного опера почти полтора года. Подсудимый и его адвокат заявляли ходатайства, просили провести экспертизы. Суд ходатайства удовлетворял, процессуальные действия велись, заседания откладывались, время шло…

В итоге В., 1983 года рождения, осужден по ч. 1 ст. 118 Уголовного кодекса (умышленное убийство при превышении предела необходимой обороны) к двум годам лишения свободы. На основании статей 75 и 76 УК он освобожден от отбывания наказания с испытательным сроком в 1 год. По обвинению в хулиганстве, совершенном с применением огнестрельного оружия (ч. 4 ст. 296 УК), оправдан из-за отсутствия, по мнению суда, в его действиях состава преступления.

Приговором был удовлетворен гражданский иск родителей убитого — с осужденного взыскан материальный ущерб (расходы на похороны, помины, установку памятника) в сумме 13453 грн. и моральный ущерб — 50 тысяч грн. (родители просили 100 тысяч).

Кассация прокурора

С мягким приговором офицеру, совершившему убийство из табельного оружия на глазах у очевидцев, не согласилась областная прокуратура, представитель которой поддерживал обвинение в суде. Прокурор, участвовавший в рассмотрении дела, подал кассационную жалобу в Высший специализированный суд по рассмотрению гражданских и уголовных дел.

В жалобе говорится, что судебное следствие было односторонним, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, нарушен уголовно-процессуальный закон, неправильно применен УК. Суд не принял во внимание показания ряда свидетелей, которые утверждали, что ссора между В. и его бывшим одноклассником Иваном была лишь словесной, кулаки в ход ребята не пускали. Драку вообще никто из присутствовавших не видел, некоторые только слышали ругательства и возню.

«Свидетель в суде говорил, что именно Андрей предложил разрешить конфликт на следующий день, на свежую голову. А в приговоре такое предложение приписано В., — недоумевает прокурор Константин Швачко, поддерживавший гособвинение. — Эксперт дал заключение, что показания обвиняемого не соответствуют механизму причинения ранения Андрею. Однако суд не аргументировал, как того требует ст. 334 УПК, свою позицию: почему он принял во внимание слова В., а показания эксперта, большинства свидетелей и иные доказательства по делу признал несостоятельными».

Освобождая В. от отбытия наказания, суд не принял во внимание, что он, будучи в состоянии алкогольного опьянения, совершил особо тяжкое преступление — лишил жизни человека, говорится в кассационной жалобе. Приведены и другие доводы в подтверждение того, что приговор необходимо отменить, а дело направить на новое судебное рассмотрение.  

Авторы: Дмитрий Сергеев. Коллаж Татьяны Толстых, «Донбасс»

Читайте также: