Украинское общество свыклось с унижением достоинства?

Зверское надругательство, учиненное над николаевской девушкой Оксаной Макар, вызвало волну возмущения. Поскольку в этом случае в концентрированной форме проявилась совокупность омерзительных явлений действительности – жестокость, пренебрежение жизнью и достоинством человека, беспредел «мажоров», цинизм правоохранительных органов и непреходящую черствость власти.

Общественность традиционно захотела справедливости и крови (если не линчевания подонков, то хотя бы применения в исключительных случаях смертной казни). Мать потерпевшей опубликовала в Интернете видеозапись, где девочка просит самой жестокой расправы над своими обидчиками.

Стоит вспомнить еще одну похожую историю в связи с резонансным делом, фигурантом которого тоже был «мажор» — Роман Ландик. Желая ему как можно более сурового наказания (причем, не за недостойный поступок, а именно за то, что он «мажор»), многие тем не менее готовы были осудить его жертву за то, что она согласилась на мировую, да еще и «продешевила», , отмечает Comments.UA.

Эти истории заставляют задуматься над некоторыми проблемами. «Таких историй множество, просто эти две (в Николаеве и Симферополе, где изнасилованную девушку бросили на растерзание собакам – Ред.) привлекли внимание общественности не в последнюю очередь из-за того, что девушек не просто изнасиловали, а пытались убить, причем зверски. Убийство, особенно совершаемое с такой жестокостью, еще шокирует наше общество, а изнасилование – нет», — говорит руководительница гендерных программ представительства фонда им. Генриха Белля в Украине Галина Ярманова. «Случаи изнасилований «на улице» — лишь верхушка айсберга сексуального насилия, которое творится в стране.

Львиная доля изнасилований совершается внутри семьи, как между некровными (отчимы, мачехи), так и кровными родственниками, особенно в отношении детей и несовершеннолетних. Эти случаи крайне редко выходят за порог дома, даже если жертва сексуального насилия, например, дочь, решается рассказать о происходящем своей матери», — рассказывает профессор сексологии, президент Украинской ассоциации андрологии и сексуальной медицины Николай Бойко.

По этой причине статистика и не отражает этой проблемы. По данным Министерства внутренних дел Украины, число изнасилований и попыток изнасилования за последние десять лет сократилось вдвое: если в 2000 году было официально зарегистрировано 1,2 тыс. подобных преступлений, то в 2011-м – 630. Однако сексуальное насилие является одним из преступлений, которое молодежь совершает чаще всего (выше показатели только у нарушений общественного порядка). Доля молодых людей (до 30 лет), осужденных за преступления против половой свободы личности и половой неприкосновенности, составляет 63%, и этот показатель за последнее десятилетие почти не изменился.

Почему же при нынешнем уровне нравственной раскрепощенности, обилии доступных для молодежи форм общения и проведения досуга и как следствие – возможностей для реализации сексуального желания на основе симпатии и взаимного согласия возникает жестокость? «В изнасиловании ключевую роль играет не секс, а насилие.Изнасилование — это проявление власти, контроля над телом другого человека.

Дело не в сексуальном удовлетворении мужчины, которое он мог бы получить с партнером по обоюдному согласию. Речь идет о проявлениях физической агрессии ради чувства власти над объектом, над женщиной, что очень характерно для общества, где женщин считают второсортными, такими, которых можно и нужно контролировать, — утверждает Галина Ярманова. — В нашем обществе необузданная мужская сексуальность считается естественной.

Мужчина якобы просто не в силах сдержать свой порыв: «увидел, и не устоял». Этот «мачизм», предполагающий, что мужчина должен быть агрессивным, сильным, настойчивым в удовлетворении своих желаний, романтизируется нашей культурой. Женщине навязывается роль пассивной и слабой фигуры, которая должна принимать эту «страсть» и которая даже хочет этого. В нашей культуре женщина должна осторожно ходить по улицам, выбирать «приличные» места своего пребывания – если насилие случится, в этом обвинят ее и ее родителей, которые «не досмотрели».

Эти мифы, позволяющие рассматривать изнасилование как «нормальное» проявление мужской сексуальности, очень устойчивы – достаточно посмотреть комментарии общественности, которыми обросли новости о событиях в Николаеве. Такой подход имеет место даже в судебной системе, где в процессе рассмотрения дела об изнасиловании учитывается репутация девушки и ее положение в обществе, детально изучается, не спровоцировала ли она мужчину своим внешним видом и поведением».

Николай Бойко в свою очередь отмечает: «Чтобы иметь сексуальный контакт, парню необходимо приложить некоторые усилия – предпринять шаги, чтобы познакомиться с девушкой и завоевать ее внимание, доверие, понравиться ей, продемонстрировав положительные качества своей натуры, наконец, потратить на это время и деньги. Неудивительно, что когда поблизости оказывается объект непритязательный, которого достаточно поить водкой, или беззащитный, которого можно запугать, чтобы получить над ним контроль, у молодых людей возникает большой соблазн пойти по этому «простому» пути. В особенности, если они с детства усвоили, что закон не один для всех, и, что бы они не натворили, им удастся выйти сухими из воды».

И здесь важен еще один момент. Совершенно очевидно, что круг проблем, которые вскрыла николаевская трагедия, не исчерпывается кризисом сексуальной культуры и нравственных установок общества.Желание жестокого возмездия, которое в нем возникло, конечно же, диктуется ощущением незащищенности и отсутствия справедливости.

Но суровая кара, которую должны понести преступники, не исправляет ситуацию с сексуальным насилием в стране и, очевидно, не является импульсом для перемены общественных установок, касающихся уважения человеческого достоинства. Потому что унижение человека, пренебрежение его достоинством и правами практикуется буквально во всех сферах жизни. Деньги и власть над человеком (в том числе сексуальная), остаются культовыми понятиями.

Мобилизоваться для коренных перемен общество пока не смогло. Поэтому голоса тех, кто призывает к проявлениям человечности, пока вопиют в пустыне. «Девушки, хватит носить короткие юбки и коротенькие курточки! Вы не должны вызывать у мужчин только животные желания! Парни, давайте начнем уважать девушек, женщин — это ведь ваши сестры, матери! И вообще: харэ бухать! Неужели вы не видите, что мы деградируем?» — говорила одна молодая девушка на митинге в поддержку Оксаны Макар. Ей, к счастью, аплодировали.

Автор: Наталья Давыденко, Юрий Рыбачук, Comments.UA

Читайте также: