Президентское село: зона или пасека?

Нет, порядка в этой стране нас не дождаться. при нынешней власти — точно. Скажите на милость: ну разве может глава державы навести порядок в целой стране, ежели в селе, где он живет – небольшом, хат на 800 — бардак и беззаконие? Эх, поспешили мы на морозном Майдане. Прежде чем доверять руль державы, надо бы дать Ющенко порулить колхозом или селом. К гадалке не ходи — завалил бы гарант хозяйство: скотина б с голоду подохла, селяне с горя спились, огороды бурьяном бы позарастали. И только сытые пчелы жужжали бы над этой разрухой… Политики-односельчанам

Родное село для руководителя — как для маленького украинца собственный двор: лучше выбросить окурок подальше, но у себя под носом будет чисто.

Взять хотя бы Леонида Даниловича. Украина при нем мягко говоря, не процветала. Зато село родное превратил в цветущий островок среди загаженного океана. Люди в Чайкино (Черниговская обл.) Кучму разве что не в молитвах поминают. И ведь есть за что: дороги заасфальтировал, газ подвел, хаты отремонтировал, в школе и поныне бесплатное питание. Или вспомним депутатку Засуху — супругу бывшего губернатора Киевщины. Вельможное семейство обчистило область, как зайцы липку, зато их вотчину — село Коваливку — хоть сейчас в коммунизм зачисляй. Говорят, там даже зимой лебеди в прудах плавают.

А вот Виктору Андреевичу, видать, не мозолят глаз оплеванный порог и куча мусора у своей калитки. Автору на днях довелось побывать в Старых Безрадичах, что под Киевом — деревушке, в которой еще со времен управления Нацбанком живет Виктор Ющенко (госдача в Конча-Заспе – место временной дислокации президента). Тамошний люд письмо в редакцию написал: приезжайте, мол, пропишите про безобразия, что творятся у нас — скоро перестанем быть хозяевами на отцовской земле. Я взял и поехал.

Люди добрые, не поверите, но первое, что подумалось, когда я въехал в село: это ж колония строгого режима… Когда-то старый урка рассказывал про знаменитый Ванинский порт, где была всесоюзная арестантская пересылка. Под дикий лай ментовских овчарок выводили зеков из трюмов и гнали прикладами по улице Портовой. По четной и нечетной сторонам — одни зоны. Одинаковые серые стены с колючкой по верху тянутся на километры. Справа и слева — один сплошной забор.

И в Безрадичах — у кого только ума хватило – точно как в Ванино. Прежние ограды-заборы — у каждого на свой лад, колорит любого села (у кого — штакетник мхом поросший, у кого — частокол, у кого бетонный опалубок) — снесли, а на их месте вдоль всей дороги присобачили двухметровую ограду «а-ля Ванино». Знаете, такой металлический шифер, которым кроют коровники и промышленные склады — гадкого коричневого цвета, как пол в солдатской казарме. Теперь представьте картину: вся эта казарменно-зоновская «прелесть», закрывая людские дома и избы, тянется почти по всем улицам президентского села.

Как оказалось, придумал это сельское «великолепие» и выделил средства кум Виктора Андреевича, по совместительству — глава Обуховской райгосадминистрации (Безрадичи входят в Обуховский район) Виктор Остринский. Убогие вкусы наших чиновников, их жлобская натура — общеизвестны. Но не до такой же степени! Не знаю, за кого держат людей в Безрадичах, но мой отец таким шифером, и то окрашенным в светлый цвет, пристраивает к сараю изгородь для свиней — чтобы по весне на свежем воздухе живой вес набирали…

Разговор, которого не было

Посидеть за гончарным кругом где-то в карпатской хате, разрисовать пысанку с деревенскими рукодельницами на Волыни, поколядовать в сельской глуши Франковщины — это наш Президент любит. А хоть бы раз, едучи с работы домой, тормознул Виктор Андреевич край дороги в собственном селе — жалуются селяне — и поспрашивал односельчан: как оно им живется? Ох, они б ему сказанули.

— Может за тонированными стеклами он не видит, — возмущается депутат сельсовета, — что в Безрадичах — селе, которое в былые времена молоком пол области кормило — коров почти не осталось.

— А почему? — спрашиваю я вместо президента. И объяснили мне доходчиво аграрии, что еще пять лет назад на каждую череду (стадо коров) было свое пастбище. А нынче выпасных земель почти не осталось — все распродали! Даже лес, кивают люди на край села, и тот уходит под застройки. Причем, интересным образом. По закону вроде бы, не положено. А ежели, борони бог, случится пожар?.. Пожарные приехали, когда пламя уже охватило десятки гектаров леса. Вылили воду из машин — и разворачиваются обратно в Обухов — заправиться свежей. Им люди на речку в ста метрах показывают, а огнеборцы — ни в какую, по инструкции не положено, мол. Короче, дали лесу догореть. Домины нынче на пепелищах возводятся — будь здоров.

Есть, правда, в Безрадичах земли — десятки гектаров, где раздольно было бы скотине пастись, да кто ж их пустит. Туда коровы только смотрят с тоской — они безмозглые, не понимают. А люди — при уме, знают, что эта территория — святая святых: там посевы посевы клевера и прочих аппетитных культур, где государевы пчелы медоносную пыльцу собирают. Кто не в курсе, сообщаем: в Безрадичах за высокими заборами функционирует личная пасека Президента… в полторы сотни, а то и больше ульев. Бывший председатель сельсовета случай рассказал. Перед президентскими выборами 2004-го пробрался он к Виктору Андреевичу с идеей. Неплохо было бы, говорит, раздать медок с вашей пасеки в окрестные школы да садики — оно и деткам польза, и вам, значится, дополнительная реклама. Ага, разогнался. Гляди, чтоб детвору от того меда не пронесло …

«Продается надцать соток под застройку. В 15 минутах ходьбы от президента»

Не знаю, приплачивают ли брокеры президенту за использование его в рекламных целях, однако подобные объявления в газетах нынче не редкость. А нынешний председатель сельсовета никак в толк не возьмет: откуда берутся земли на продажу? Ведь прежняя власть в селе — ставленники того же ющенковского кума Остринского (по словам селян бывшая секретарь сельсовета Галина Шевченко в открытую заявляла: «Моя крыша — Ющенко»), разбазарили все до последней сотки. А сотка, надо сказать, в тех краях стоит до десяти тысяч долларов. Эх, жалко все-таки, что Виктор Андреевич по дороге на пасеку не тормознет своего водителя и не выйдет к людям на пятачке в центре Безрадич. Душевный разговор получился бы.

— Что ж это вы, люби друзи, коров не пасете, капусту-свеклу не выращиваете? Тоже мне, селяне называются! — Президент к селянам. Селяне к Президенту: — А нету, Виктор Андреевич, такой возможности — Как это? — Земельные паи, вроде бы, раздали — да толку с них? Самим заниматься земледелием непосильно — не то, что лошадки, плуга ржавого не осталось. А сдать паи в аренду фермерам — так их за версту не допущают. — Кто не пускает? — Районная власть… Стало быть — под руководством вашего кума, Виктор Андреевич. Всякими путями выцыганивают у нас земельку — то государственный акт подделают, то земельных чиновников вместе с депутатами подкупят. — А чего ж вы не жалуетесь куда надобно? — Пожаловалась, было, одна наша предпринимательница, — чешут затылки селяне, — так ее вечерком подстерегли, по голове чем-то тяжелым огрели… Словом, отбили у нас охоту жаловаться. — А ну вас! Не хотите вы вставать с колен. — махнет рукой на селян Президент, хлопнет тяжелой бронированной дверью и отправится в Закарпатье расписывать пысанки…

Виталий Цвид, ТЕМА

Читайте также: