Как дантисты отправляют пациентов на тот свет

Зубных врачей принято бояться. Даже несмотря на все достижения современной медицины. Впрочем, как правило, мало кто боится их до смерти. История москвички Нины Луковцевой — исключение. Ее первый сын Алексей умер через несколько дней после удаления зуба — врач занесла инфекцию. Мать пожалела молодую дантистку, и ее не осудили. Но в прошлом году фактически в кресле стоматолога скончался ее второй сын, Борис. Теперь Нина Луковцева решила во что бы то ни стало добиться справедливости…

— Нашу семью просто какой-то злой рок преследует. Сначала Алеша. Ему всего 27 было. Даже жениться не успел. Теперь Борис… — рассказывает Нина Дмитриевна, мужественно сдерживая слезы.

В 80-х годах о коммерческой медицине еще не знали. Зубы старший сын, Алексей Луковцев, лечил в государственной поликлинике. Молодая врач при удалении зуба занесла инфекцию. Через три дня у пациента началось заражение крови. Через две недели женщина хоронила своего сына.

— Тогда я работала в районном суде. Там мне все сочувствовали. Судья перед заседанием прямо сказала: «Будем сажать!», — рассказывает пенсионерка.

Но дантиста не посадили. Мать погибшего просто сжалилась над молодой девушкой, которой не было и 30 лет.

* * *

История повторилась в апреле прошлого года, когда в частную клинику ЗАО «Стоматология-2» в районе Вешняки обратился младший сын Нины Дмитриевны — 48-летний Борис.

— В начале марта у Бориса сильно разболелись зубы. Достаточно быстро он нашел клинику — ближайшую от дома, — рассказывает женщина.

Предстояла операция — удаление девяти зубов, затем протезирование. Во время консультации Бориса долго не мучили — осмотрели, сделали рентген челюсти и зубов. После этих процедур врач озвучил цену — 93 тысячи рублей. Операция была назначена на 12 апреля.

Утром перед операцией Борису позвонили из клиники и напомнили о встрече.

«Ма, я пошел», — последние слова, которые сказал Борис матери, уходя из дома.

Забрать из клиники Луковцева должна была его сестра Мария.

— Примерно в 15.10 брат позвонил, сказал, что он сидит в стоматологическом кресле и ему сейчас будут делать наркоз, — рассказывает Маша. — В 18.20 я приехала в клинику. Ко мне вышла врач-анестезиолог Наталья Козушина со словами: «Случилось непоправимое. Луковцев Борис Борисович умер».

* * *

— Мой сын умер, как только ему стали вводить наркоз, — у него остановилось сердце. Гендиректор ЗАО «Стоматология-2» Лазарев в тот день признался мне, что врачи его клиники работали непрофессионально, — вспоминает Нина Дмитриевна.

Судебно-медицинская экспертиза, которая была назначена Перовской районной прокуратурой, также признала ошибки медиков.

Из справки о проведении анестезиологического пособия Луковцеву Б.Б., составленной анестезиологом-реаниматологом Консультативно-методического центра лицензирования Росздравнадзора О.Б.Мишневым:

— Отсутствует предоперационный осмотр анестезиолога, не проведено элементарное обследование по внутренним органам и системам, отсутствует ЭКГ… не проведено клинико-лабораторное обследование.

— Отсутствует оценка состояния пациента и риск анестезиологического пособия.

— Несмотря на плановую операцию, премедикация проводилась в операционной, а не за 30—40 минут до операции, с возможностью наблюдения за состоянием пациента…

— Согласно записи анестезиолога в карте, введение наркотических седативных препаратов выполнено одномоментно, что могло вызвать остановку дыхания и нестабильность гемодинамики с последующей остановкой сердца.

Но и это не все. Возможно, Бориса можно было бы спасти, если бы в клинике была аппаратура для оказания реанимационной помощи. Поэтому эксперты посчитали, что «реанимационные мероприятия нельзя расценивать как эффективные и в полном объеме». Так считает и мать Бориса.

Сами же дантисты, «обработавшие» Бориса, своей вины не признали.

«Каких-либо медицинских нарушений с моей стороны и стороны медицинского персонала не было…» — заявил на допросе старший врач анестезиологического отделения Валерий Минин, который также в тот день был на операции.

* * *

Чтобы скрыть свою профнепригодность, считает мать погибшего, врачи пошли на подделку документов. Когда поняли, что Бориса уже не спасти, решили сделать его… хроническим алкоголиком, больным туберкулезом и гепатитом.

— Пока кто-то откачивал Бориса, другие подделывали его медицинскую карту, — уверена мать погибшего. — Они не только болезни приписали, но и халтурно подписались за сына.

Но, по словам родственников и близких друзей, Борис был совершенно здоровым человеком — никогда не жаловался на здоровье. Более того, он никогда не злоупотреблял алкоголем.

— Борис работал водителем. Его рабочий день начинался в шесть утра. Иногда подрабатывал ночью. За 25 лет у него не было ни одного штрафа. Посудите сами, если бы он пил, давно бы лишился прав, — уверена сестра Бориса.

Чтобы доказать, что Борис не страдал алкоголизмом, гепатитом и туберкулезом, родственники решили поднять медицинскую карту поликлиники №206, где по месту жительства наблюдался Луковцев. Но в поликлинике им сообщили, что карта… утеряна.

— Мы искали карту Луковцева Бориса. Даже архивы поднимали. Но ничего не нашли, — рассказала «МК» главврач поликлиники №206 Людмила Добуляк.

Утилизировать ее не могли. Как нам пояснила главврач, если пациент не появляется здесь более 25 лет, его карту помещают в архив.

— Приписав несуществующие болезни, медики подписали себе приговор, — говорит Нина Дмитриевна. — Если диагноз стоял в медкарте, значит, они знали, что имеют дело с тяжело больным человеком. Выходит, в клинике легко назначают операции больным без предоперационного осмотра, обследования и консультации специалистов? И после всего этого считают себя невиновными…

* * *

Чтобы выяснить, за-за чего у Бориса случился сердечный приступ, Перовская районная прокуратура назначила судебно-медицинскую экспертизу. Но после ее проведения Департаментом здравоохранения г. Москвы у родственников и следствия возникло еще больше вопросов.

«…Причиной смерти Луковцева Б.Б. явилась острая сердечная недостаточность, вызванная имевшимися у него заболеваниями и спровоцированная высоким психоэмоциональным напряжением (страхом) в связи с предстоящим удалением всех зубов. Развитие острой сердечной недостаточности у Луковцева Б.Б. совпало с начальным этапом правильно спланированных и тактически оправданных лечебных мероприятий — подачей вводного внутривенного наркоза…»

— Судя по выводам экспертизы, введение наркоза просто совпало с сердечным приступом, который мог случиться у Бориса, к примеру, из-за страха перед бормашиной, — говорит Нина Дмитриевна. — Я сильно сомневаюсь в том, что экспертиза была проведена добросовестно.

* * *

4 июля Перовская районная прокуратура возбудила дело по статье «Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей». 30 декабря уголовное преследование медиков было прекращено. Следствие не увидело причинно-следственной связи между действиями врачей и смертью Бориса. Однако уже через десять дней следствие вновь возобновилось.

Сейчас родственники Луковцева добиваются повторной независимой судебно-медицинской экспертизы и почерковедческой экспертизы медицинской карты Бориса Луковцева.

Дарья Федотова, МК

Читайте также: