Кандидат наук 30 лет насиловал приемных дочерей!

Когда в суде Барнаула прозвучал приговор — девять лет колонии строгого режима за сексуальное насилие над ребенком, — в подсудимом словно вселился бес… …Георгий Известкин (имена и фамилии всех героев изменены) скинул с себя башмак и запустил им в судью. Но промахнулся. А после начал крушить мебель и орать: «Заговор! Меня хотят опорочить!» 

У Известкина много схожего с австрийским маньяком Фрицлем (на фото), который четверть века измывался над родной дочерью. Заслуженный ученый, экс-депутат измывался над падчерицами и даже маленькими внучками!

«ЗАЩИТНИК РОССИИ» ОКАЗАЛСЯ НАСИЛЬНИКОМ

58-летний барнаулец вызывал уважение. Преподаватель вуза. Кандидат медицинских наук. С 1990 по 1994 год — депутат Алтайского Совета народных депутатов, ярый демократ. После августовского путча в 91-м получил президентскую медаль «Защитнику свободной России».

И семья Георгия Ивановича — образцовая. Известкины, хотя было и своих двое детей, еще 30 лет назад взяли четверых приемных. За праздничным столом — только сок. Ругань? Боже упаси!

И вдруг глава семейства загремел под следствие — за сексуальное насилие над собственной внучкой!

Все раскрылось, когда 10-летняя Вера попала в больницу. Врачи сообщили матери (приемной дочери Известкина Оксане), что девочка часто обнажается перед мальчиками. Оксана поговорила по душам с дочерью, а та призналась в страшном.

— Над Верой с 6 лет постоянно измывался дед: раздевал, сам голый ложился сверху, всюду трогал. Ох! Все это я сама пережила тридцать лет назад, — плачет женщина.

Приемный отец приставал к Оксане с 5 лет. Повзрослев, она постаралась стереть это из памяти. Но после признаний дочери подала в суд на отца.

ЧЕТЫРЕ НОВЫЕ «СТАРЫЕ» ЖЕРТВЫ

Вскоре нашлись и другие жертвы насильника.

1. Лариса Чебакова. Ее мать дружила с Известкиными. Лариса вспомнила: когда ей было 12 лет, дядя Георгий вызвался учить ее печатать на машинке. А во время мастер-класса полез к девочке в трусики…

2. Галина — вторая приемная дочь Известкина. Галя сообщила, что с 18 лет папа насиловал ее, приговаривая, что учит «сексуальной жизни».

3. Полина — дочь Галины, внучка Известкина. Дед дал волю рукам, когда девочке не было и трех лет. Поля пожаловалась матери на боли внизу животика и обо всем рассказала. Тогда — десять лет назад — Галина обивала пороги прокуратуры, но в возбуждении уголовного дела отказали: мол, слишком мал ребенок, ничего не доказать.

4. Лена Сопова — сиротка из детдома. По словам Лены, Известкины забирали ее на выходные, и глава семьи распускал руки…

Доказать вину педофила оказалось непросто. Судебно-медицинская экспертиза ничего не дала — после насилия над Вероникой прошло полгода. Только с помощью психологов подтвердилось: ребенок подвергся сексуальному насилию (специалист кризисного центра протестировала Верочку и представила результаты на суде).

Оксана подала в суд на приемного отца - он стал домогаться ее дочери, то есть своей внучкиОксана подала в суд на приемного отца — он стал домогаться ее дочери, то есть своей внучки…

СУПРУГА ВСЕ ЗНАЛА

Что самое ужасное, супруга Нина была в курсе… Но ничегошеньки не предпринимала! Говорят, Георгий Иванович очень любил жену, боготворил ее. Но она была холодна к мужу. Следствие даже предположило, что это и стало причиной насилия над детьми — он хотел компенсировать недостаток любви, требовал ее силой…

Разве это оправдание?! Холодность жены может сподвигнуть завести любовницу. На худой конец — сходить к проститутке. Но, согласитесь, мало кто идет насиловать дочерей и внучек.

Понять, почему молчала жена, можно. Если очень постараться. Нина боялась злой молвы, пересудов. Огласки и позора она бы не пережила. С другой стороны, любая тайна становится известна, рано или поздно… И неужели теперь Нине, которая покрывала мужа-развратника и в глазах общества выглядит чуть ли не соучастницей, жить будет легче?!

— После подобных случаев она просто плакала и говорила: «Поскорее бы вас вырастить», — вспоминает Оксана.

На суде выяснилось, что семейную тайну знал также врач психбольницы Виктор Домцов, хороший знакомый Известкиных.

— Много лет назад Нина мне призналась, что супруг домогается дочерей! — рассказал Домцов. — Она стала подозревать, что у мужа не все в порядке с психикой. Раньше я никому не говорил об этом — врачебная этика. Но в суде сказал.

Жаль, поздно прозвучали эти слова. Если б врач принял меры вовремя, насильник получил бы по заслугам. И больше жертв бы не было. А про врачебную этику — не надо! У доктора нет моральных обязательств перед раковой опухолью, которая разрушает организм. Установив диагноз, он берется за скальпель. А Известкин и был раковой опухолью для своей семьи — метастазы его поступков еще долго будут причинять боль жене, дочкам и внучкам.

P. S. На суде брат Известкина сообщил, что якобы слышал телефонный разговор Оксаны — мол, она обсуждала, как упечь отца за решетку, учила дочь, чтобы та сказала нужные слова. Однако суд не поверил. Братец крепко выпивал и постоянно брал деньги у Георгия.

Защита обжаловала приговор. Повторный суд состоится в марте.

Вадим Алексеев («КП» — Барнаул»). Фото автора.

ДРУГОЕ МНЕНИЕ

Не бросайте в жену камень!

Полгода назад я писала материал о двух уродцах — нашем и австрийском, которые совершенно одинаково вырыли в своем саду по бункеру, куда запрятали пленниц (наш — незнакомых несовершеннолетних девчонок, возвращавшихся с дискотеки, австрияк — родную дочь), и насиловали их, один — три с половиной года, другой — четверть века.

Вопрос, догадывались ли об этом мать и жена, волновал оба наших общества больше всего.

Трудно было не догадаться — достаточно было увидеть счета за круглосуточное электричество, чтобы понять что к чему. Но ни жена австрийского маньяка Йозефа Фрицля, ни мама рязанского Виктора Мохова ничего замечать не хотели.

«Он был странный», — равнодушно скажут мне потом соседи с тихой улочки города Скопина, по которой Мохов, роя свой бункер, годами (!) катал тачки с землей.

«Он был монстр!» — испуганно зашепчут тетушки из австрийского Амштеттена, рассказывая, как Фрицль издевался над женой.

Что же вы, милые, молчали, если все это видели?

Публикуя свой тогдашний материал, я щедро нараздавала пощечин. А после барнаульского случая задумалась.

Ну хорошо: допустим, вы обнаружили, что ваш самый близкий человек — муж или сын — занимается постыдными вещами. И что? Куда с этим грузом идти?

К сексологу? В маленьком городе, где все друг друга знают?

К подружкам, чтобы о проблеме узнали все?

В милицию, в которой мудрый и опытный опер (вы уже улыбнулись?) моментально разрулит ситуацию? А как же Павлик Морозов, пионерский «подвиг» которого был заклеймен и разложен на составляющие в годы перестройки?

Механизма не придумано — ни у нас, ни на Западе, иначе громкие истории о семейном насилии периодически не сотрясали бы медиамир.

Эта Нина Николаевна, жена очередного извращенца, хотя бы пыталась свою проблему обсудить с психиатром. Все же остальные ее сестры по несчастью молчат. Почтового ящика, куда они могли бы отпустить свои письма с криками о помощи, пока не придумано.

Галина Сапожникова, КП

Читайте также: