Откуда у милиционеров берутся машины. История обворованного читателя «УК»

«Я, Дулин Дмитрий Анатольевич, «являюсь» владельцем черного Mitsubishi Lancer X (2007 г.в., госномер АА7294ТС. За семь с лишним месяцев с момента «исчезновения» моей машины всевозможный мыслимых и немыслимых событий произошло на хороший криминальный роман (или комедию…)» О том, как милиция Киева ворует (или профессионально способствует кражам) автомобилей граждан — рассказ читателя «УК». 

«13 декабря 2008 года приблизительно с 23,00 я со своим братом Евгением Сидоренко смотрел бой Кличко в пабе «Столыпин» на Лесном массиве в Киеве, по улице Шолом-Алейхема, 17. Спиртных напитков мы не употребляли. Через некоторое время после окончания боя я отвез его к нему домой на Лесной массив (ул. Шолом-Алейхема, 13) и поехал домой на Оболонский проспект, д. 2-А, где проживаю со своей женой и дочерью.

Приехав, я поставил машину возле своего подъезда (№…) и поднялся домой; через несколько минут лег спать. Утром жена пошла на работу и обратила внимание, что не видно нашей машины. Но, учитывая, что я мог припарковать ее где-нибудь дальше, не придала этому значения, а позвонила мне с работы, сказав, что почему-то не увидела машину. Я спросонья ответил ей, чтоб не шутила так, и лег спать дальше, так как был выходной (воскресенье). Придя домой чуть раньше (примерно в 15.00) моя жена уже специально поискала на улице нашу машину, и, не найдя ее, разбудила меня. Мы вдвоем вышли на улицу, и я убедился, что она исчезла…

Решили вызывать милицию (теперь я понимаю, что это была глупость), и жена со своего мобильного позвонила на 102 примерно в 16.30, заявив об угоне нашей машины. Нам сказали, что милиция вскоре приедет. Их не было довольно долго, мы с женой очень переживали по поводу пропавшей машины, так как она не была застрахована. И, чтобы хоть как-то успокоиться, я выпил дома граммов 70 коньяка, хотя я вообще не пью, т.к. у меня больная печень, и только в апреле 2008-го я вышел из больницы.

Приехав, милиционеры начали нас обо всем подробно расспрашивать (минут 30-40); потом предложили нам проехать с ними в Оболонский райотдел, для того, чтоб написать заявление об угоне. Не проехав и полпути, нам вдруг сказали, что машину нашу уже нашли (!), и предложили нам проехать ее опознать. Сказали, что угонщик не справился с управлением, т.к. в тот день был гололед, и совершил ДТП, ударив еще одну или две машины. И так как наша машина была повреждена – бросил ее на озере примерно в километре от дома. Приехали туда: нам показали нашу машину без заднего номера и с разбитой правой передней фарой.

Возле машины было несколько человек, в том числе и несколько работников ГАИ. Спросили: наша машина? Мы ответили, что вроде наша. Но выйти из машины нам не предложили, т.к. сказали, что нам нужно ехать в райотдел милиции, а работники ГАИ тут «сами во всем разберутся». Приехали в Оболонский райотдел, к нам вышли два мужчины в штатском. Спросили, наша ли машина с госномером АА7294ТС? Мы ответили: да. Они попросили у меня техпаспорт и права на машину — я отдал им права и техпаспорт. Они спросили у жены: есть ли права у нее, она ответила, что нет. Они не представились нам, но я понял, что это настоящие работники милиции, т.к. те милиционеры, с которыми мы приехали, их явно вызвали, и они их знали. После этого они ушли и сказали нам, чтоб мы ожидали. Через некоторое время к нам подошел милиционер и предложил нам проехать в ГАИ на экспертизу алкоголя. Я сказал, что проедем, но то, что я употреблял алкоголь – я не отрицаю. Вернувшись уже в седьмом часу из экспертизы ГАИ, нам снова сказали подождать…

(Примерно в это же время, в Козелецком районе Черниговской области разбилась в ДТП сестра жены со своим сыном. Отдельная история, в общем-то, но она некоторым образом тесно связана с моей: ночью в лесу за ней на ее «Ланосе» гнались пьяные ублюдки на папиной Toyote Tayge. Ослепляли ее каким-то ручным фонарем, а когда она с испугу вылетела в кювет, — проехали мимо, даже не предложив помощь.

Ребенок попал в реанимацию, неделю не приходил в себя – был в коме, ублюдки исчезли, — вместо них появился какой-то бывший милиционер на пенсии, чей «авторитет» не позволил следователям даже усомниться в его показаниях. Он «просветил» всех, что за рулем был якобы он, что он якобы — услышал выстрелы в лесу (!) и действительно светил на всех, кого увидел на трассе, фонарем, но ни за кем не гнался, и вылетевший в кювет «Ланос», разумеется, не видел… Свидетели трагедии через пару дней изменили свои показания, дело – закрыли, осталась только боль, искалеченный 11-ти летний пацан, и ВОПРОС!).

…Потом вышла женщина следователь в форме и предложила моей жене пройти с ней, чтоб написать заявление (впоследствии бесследно исчезнувшее). Приехал мой брат, примерно через час жена вышла. Нам сказали еще ждать. Мы ждали втроем примерно еще час… Потом вышел мужчина в штатском, сказал, что он оперативник, и я прошел с ним писать заявление (также впоследствии бесследно исчезнувшее). Я описал все, как было, подробно, и он сказал мне прийти завтра к 10.00 сюда же в райотдел, и обратиться к дежурному.

Было примерно 20.00, и мы собрались домой. Но из недр выскочил дежурный «офицер», и начал допытываться, где находится второй ключ от машины. Все очень устали, и я ответил ему, что я не знаю. В ответ он начал кричать на меня, угрожать мне, что я буду всю ночь ночевать в камере, если не принесу ему ключ. Я спросил его: как же мы заберем машину, если я отдам ему ключ? Он ответил, что машину заберут на экспертизу они сами (работники райотдела, видимо). Я спросил у жены, дома ли второй ключ от машины — она сказала, что дома. Я сказал дежурному, что съезжу домой и привезу ему ключ от машины, на что он стал еще больше кричать, и сказал, что не отпустит меня, пока не будет ключа, и что ему – … (все равно), кто его привезет, но до этого времени я буду сидеть в камере.

Спорить с ним, очевидно, было бесполезно, и мой брат сказал, что он съездит с моей женой на его машине за ключом. Дежурный не возражал, но сказал, что я останусь в райотделе (заложником, что-ли?), пока мой брат с женой не вернутся. Примерно через 30 минут брат с женой вернулись, мы отдали дежурному ключ и еще раз попросили его обязательно забрать машину, чтобы она на ночь не оставалась на озере без охраны. Он сказал, что конечно заберут, и отпустил нас домой. (Теперь уже нам стало известно, что дежурный не имел права забирать у нас ключи и не отдавать машину. Потом в своих показаниях он обосновал причину своего поступка, разумеется, своими самыми хорошими намерениями: что, мол, он боялся, «что мы с женой можем куда-нибудь поехать и кого-нибудь сбить!).

На следующий день — 15.12.2008, примерно в 10.00 утра — я приехал в райотдел и подошел к дежурному с вопросом, к кому мне обратиться по поводу моей машины. Он позвонил куда-то и сказал, чтоб я прошел в 300-й кабинет. Поднялся на третий этаж; меня встретил мужчина в штатском и сказал, чтоб я прошел с ним уже не в 300-й, а в 304-й кабинет. Там сидел еще один следователь (или оперативник), а на столе лежали мои документы: права и техпаспорт на машину, ключ от нее и еще штук 15 исписанных листов формата А4. Меня снова попросили описать, все как было, я рассказал; один из них записал все, и я расписался… Мне снова угрожали, что им, якобы все известно, что я обманываю их с целью возместить страховку, что они завели на меня уголовное дело, и что меня посадят.

Но я объяснил им, что моя машина не застрахована, и что обманывать их мне нет смысла. Я спросил, могу ли я забрать ключи и документы на машину, и где находится моя машина? Мне ответили, что машину забрали на экспертизу, а документы и ключи мне забрать нельзя, т.к. мои собеседники должны передать их в ГАИ. Я (по наивности своей, что ли), поверил им, т.к. предполагал, что, возможно, действительно требуется экспертиза, чтобы обнаружить отпечатки пальцев угонщика, и что это, собственно, и есть работа и обязанность работников милиции: проводить экспертизы, ловить преступников, и пр. Потом мне сказали, что я могу идти домой, и чтоб я пришел на следующий день — 16.12.2008 в 9.00. Но тут же уточнили, что приходить не надо – мне позвонят когда, куда и во сколько мне прийти.

Но 16.12.2008 никто не позвонил. Еще несколько дней спустя, т.к. никто нам не звонил, мы с женой забеспокоились, времени самим заниматься этим у нас не было (большую часть времени мы находились в больнице или на работе), и мы наняли адвоката — для того, чтобы выяснить, где машина, и почему «экспертиза» длится так долго. Еще через несколько дней, по очереди, моя жена и я приходили в райотдел с целью выяснить, почему меня не вызывают, и почему до сих пор не отдают машину. Но дежурный (позвонив куда-то) всегда отвечал, что все документы, ключи и дело были переданы в ГАИ. На вопрос, где моя машина, нам ответили, что она тоже в ГАИ. На протяжении нескольких последующих дней мы все — я, моя жена и наш адвокат — приезжали в ГАИ Оболонского р-на, но нам с завидным терпением объясняли, что у них в ГАИ нет ни моих документов, ни ключей, ни самой машины, и что все это находится в райотделе!

Потом, мы с женой снова поехали в райотдел, и снова услышали ответ, что ни машины, ни документов в райотделе нет, и что все это в ГАИ! Я возразил, что в ГАИ говорят то же самое, и мне, разумеется, ответили, что ничего не знают… Я еще раз сказал дежурному, что в ГАИ говорят, что они не забирали нашу машину — на что мне ответили, что тогда ищите ее там, где она стояла — на озере. Хотя в их обязанности входило забрать ее, и они так мне и сказали, что забрали ее на экспертизу.

Вечером того же дня я пошел на озеро и проверил, что на озере нашей машины нет. (Гораздо позже мне удалось выяснить, что запись о моей машине была пять дней в журнале объектов, охраняемых райотделом, а потом – исчезла и машина, и как совпадение – записи о ней…) Потом события развивались по «классическому» (как я уже сейчас знаю) сценарию…

Заявления, написанные мной и моей женой, исчезали вновь и вновь, потом их просто вообще перестали у нас принимать. Иногда доходило до идиотизма: меня даже в туалет в райотдел перестали пускать, объясняя это тем, что, мол, «пусти меня в туалет, а я побегу по этажам искать свою машину и буду мешать «людям» работать»! Потом были звонки с «намеками», что милиции, мол, известно о том, что мы с женой продаем наркотики, что машину мы сами у себя и украли, предложения «во всем (!) признаться» и пр.

В январе 2009-го я обзвонил и объездил все штрафплощадки в Киеве, но и там нашей машины не оказалось. В управлении МВД г.Киева, прочитав мое заявление, очень удивились неординарности случившегося, но заявление, наконец, приняли и передали его в… Оболонский райотдел. А мне объяснили: что машину мог украсть кто угодно, кроме работников Оболонского райотдела, мотивируя это тем, что «они – не могли»! Я спросил: почему же не могли, если они забрали у меня ключи от машины и документы на нее, таким образом лишив меня и кого бы-то ни было еще возможности забрать ее самостоятельно? Плюс к этому — они еще и убедили меня в том, что они ее забрали на «экспертизу»?.. Оказалось, что человек, занимающийся в управлении МВД моим делом, сам проработал в райотделе Оболонского района больше 10-ти лет (!), и поэтому: «они – не могли»! (Образец четкой логики человека в чине то ли подполковника, то ли полковника милиции!).

И вот наконец, спустя полгода, раздался долгожданный звонок из райотдела: мол, здравствуйте, ставим вас в известность, что с текущего момента ваша машина официально находится в розыске… Наученный к этому времени горьким опытом, я спустя пару дней поинтересовался у уже ставших знакомыми (чуть не родными) работников ГАИ – действительно ли моя машина числится в ихней базе данных как угнанная? Оказалось, что – НЕТ!!! В базе данных по угонам машин моя машина не числится угнанной, но там есть запись, что у меня якобы украли номера от машины! (Разница между самой машиной и ее госномером — либо не очевидна для работника милиции, оформлявшего пропажу, либо несущественна. Либо что-то ТРЕТЬЕ, простым людям — непонятное…).

Паралельно мы с женой обратились в Управление внутренней безопасности МВД Киева. В первый день с нами разговаривали лояльно и даже с некоторым сочувствием, однако смешанным с некоторым недоверием. При следующей нашей, со следователем, встрече все кардинально изменилось… Посыпались угрозы, предупреждения, что им – «все уже известно», были вызваны какие-то люди, в нас тыкали пальцем, мол – «точно не они», с нескрываемым разочарованием, что это – «точно не мы». И в конце сделали два замечательных по своей тупости заявления: 1-е — что машину угнала моя жена, что ее видели за рулем (хотя, она не имеет ни малейшего представления о том, как управлять автомобилем — сколько я ни пытался ее научить, кстати). И 2-е — что они не начнут искать нашу машину, пока мы не признаемся в том, что мы сами угнали собственную машину! (Даже слово «абсурд» в этом месте – звучит нелепо).

В конце-концов УВБешники закончили свое «расследование» и передали материалы в прокуратуру г. Киева, откуда они попали в прокуратуру того же Оболонского района! И вновь история повторилась, но в другом жанре. Сначала быстренько завели уголовное дело на дежурного «офицера» из Оболонского райотдела — того, который отбирал у нас ключи от нашей машины, — по факту халатности, приведшей к суще енному материальному ущербу. Буквально через день или двауголовное дело так же быстренько закрыли — за отсутствием состава преступления!

На сегодняшний день ничего не изменилось: то есть машина не в розыске, в розыске только номера от нее (кому-то это – выгодно!). Дело о преступной халатности работников милиции прекратили.

***

А вот что удалось узнать в результате самостоятельных поисков.

1. Машина стояла на обочине возле озера, напротив дома № 9-Е по ул. Лайоша Гавро с (примерно) 9.00 утра 14.12.2008г. по (примерно) 3.00-4.00 ночи 21.12.2008г. или 22.12.2008г..

2. Охранник стоянки возле дома 11-Д, Анатолий, видел стоящую на озере машину черный Lancer X. Потом, примерно в 2.00 ночи (числа он не помнит — «кратное 3 или 4») мимо стоянки к озеру проехал эвакуатор. Через некоторое время он уехал (возможно, он не был готов к тому, что машина окажется без колес), а еще минут через 30 приехал снова. Потом долго шумел (минут 30) и снова уехал, увозя машину черного цвета LancerX ту, что стояла на озере. Это было охраннику ясно, так как дорога, ведущая к озеру – тупиковая, ни парковок, ни подъездов к домам на ней нет, и другой Mitsubishi черного цвета LancerX там быть не могло. Эвакуатор проехал прямо мимо его стоянки.

3. Многие жильцы близлежащих домов слышали шум этого эвакуатора и возмущались тем, что он грузит машину не днем.

4. Галина Петровна, проживающая в доме 9-Е (тел.: …) сообщила, что она каждый день гуляла с собакой возле озера и каждый день видела нашу машину. Машина простояла на озере примерно 10-12 дней. Что примерно 15-16 числа она позвонила в милицию и поинтересовалась, не ищет ли кто-то эту машину, ей ответили, что не заберут, пока хозяин машины не признает свою вину. Она позвонила в ГАИ и, узнав, что про машину там знают, попросила их забрать ее, т.к. ее могут украсть. Ей ответили, что приедут и заберут. Работники ГАИ приехали на третий день, поговорили с ней, сказали еще раз, что заберут, и уехали. Еще через пару дней женщина обнаружила, что у машины сняли ночью колеса, и снова вызвала милицию. Но милиция не прореагировала. И еще через несколько дней машина исчезла вообще.

5. По моему объявлению позвонил человек и сказал, что он тоже вызывал милицию по 02 по поводу машины, стоящей на озере. Это было примерно 15-17 числа.

6. Владелец Mitsubishi Galant Демин Сергей Алексеевич, сказал, что он обнаружил мою машину на озере 14.12.2008г. примерно в 8.00 утра и вызвал ГАИ. Приехав, работники ГАИ вместе с ним обнаружили, что машина открыта, и ключ находится в замке зажигания. Работники ГАИ закрыли ее, и он ушел. Таким образом, один ключ находился в ГАИ, а другой — в райотделе.

7. 20 или 21 числа примерно в 23.59 мужчина по имени Руслан, приезжающий каждый день в дом № 9-Е к своей девушке, и видевший там мою машину каждый день на протяжении недели, увидел, что возле моей машины стоит другая машина: Mitsubishi L-200 черного или другого темного цвета с включенным двигателем и фарами. Простояв там некоторое время, приблизительно минут 30, дождавшись свою девушку, Руслан уехал вместе с ней, а L-200, когда они уезжали, оставался еще там. А приехав туда утром, увидел, что моей машины на озере уже нет.

8. Михаил, проживающий рядом с местом стоянки моей машины, утверждает, что ее забрали работники милиции, т.к. примерно 19 или 20 декабря 2008г. он увидел, что с моей машины сняли колеса, и вызвал со своего домашнего телефона милицию, позвонив 02. И в тот же день (ночь) машину забрали.

9. Владимир, проживающий в доме № 9-Е по ул. Лайоша Гавро, сказал, что 21-го или 22-го декабря во дворе его дома милиция проводила какой-то следственный эксперимент. Он обратился к ним, чтоб они обратили внимание на то, что стоит машина, что ее обворовывают, и что нужно ее забрать. Ему ответили, что о машине милиция – знает, и что вскоре ее заберут. В ту же ночь машина исчезла…»

(Продолжение следует)

Дмитрий Дулин, читатель «УК»; Киев

Читайте также: