Что толкает разведчика на путь измены? «Секреты» нелегальной разведки

Старые разведчики пришли к одинаковому выводу: в основе предательства прежде всего лежат деньги, распутный образ жизни, некоторые психические отклонения. В измене прежде всего проявляется ущербность личности и целый конгломерат комплексов.

13 июня 2010 года во Флориде внезапно остановилось сердце бывшего полковника Службы внешней разведки Сергея Третьякова. Он работал в Америке под «крышей» первого секретаря российской миссии при ООН. Получив от ЦРУ за 5 тысяч секретных документов около 2 миллиона долларов, остался в США. Говорят, что именно этот предатель выдал российских разведчиков-нелегалов, которых этим летом обменяли на американских агентов, «мотавших срок» в наших тюрьмах.

Виски страшнее пули

По поводу провала российских нелегалов и странной смерти Третьякова Владимир Путин заявил: «Я сказал уже о том, что это результат предательства, а предатели всегда плохо кончают, они кончают, как правило, либо от пьянки, либо от наркотиков, под забором. Вот недавно один примерно так закончил свое существование. И непонятно ради чего».

Разведчики не любят говорить на тему предательства. Вот и Вадим Алексеевич Кирпиченко долгое время не хотел даже разговаривать об «оборотнях в погонах». А они ему, конечно, встречались.

Более полувека отдал работе во внешней разведке генерал-лейтенант Кирпиченко. На его мундире 54 государственные награды. Так отмечены подвиги разведчика на невидимом фронте. Из соображений секретности только о первой награде, медали «За отвагу», он мог рассказать внукам. Остальные ордена и медали – за тайные операции, о которых можно написать лет через пятьдесят. В том числе за работу резидентом в Тунисе, Египте…

Семнадцать лет он заместитель и первый заместитель начальника Первого главного управления КГБ СССР. Но был в его биографии особо секретный период. Пять лет Кирпиченко руководил святая святых любой спецслужбы – нелегальной разведкой. Цена предательства у нелегалов особенно высока. На карту у них поставлена не только свобода, но порой сама жизнь. Предателей Вадим Алексеевич называл душепродавцами.

Его страшно раздражало, когда их пытались выставить чуть ли не «диссидентами от разведки», «борцами с советским режимом», «светочами демократии». Вот, скажем, генерал Калугин. После увольнения со службы он был и депутатом, и помощником тогдашнего председателя КГБ Бакатина.

Но Кирпиченко первым, еще в мае 1991 года, публично назвал его предателем. Как гражданин США, тот клянется на Библии и выступает с разоблачениями российской агентуры на шпионских процессах. Точку зрения Вадима Кирпиченко разделяют и другие разведчики. Так, Борис Соломатин бывший заместитель начальника ПГУ, имея в виду Калугина, саркастически заметил: «Вот и у нас появилась новая категория людей – «предатель в законе». Еще резче выразился о нем бывший начальник внешней разведки Леонид Шебаршин: «…Калугин, на мой взгляд, давно переиграл свою роль и вместо эксперта по борьбе с коммунизмом превратился в эксперта по борьбе с Россией».

Вадим Алексеевич отвергает «идейные» мотивы предательства. Тогда что же толкает разведчика на путь измены?

Феномен предательства пытались исследовать многие. У Кирпиченко были беседы по этому поводу с бывшими директорами Центрального разведывательного управления США Ульямом Колби и Ричардом Хелмсом. Старые разведчики пришли к одинаковому выводу: в основе предательства прежде всего лежат деньги, распутный образ жизни, некоторые психические отклонения. В измене прежде всего проявляется ущербность личности и целый конгломерат комплексов.

Как признавался Кирпиченко, для него, специалиста по Африке и Ближнему Востоку, приказ Андропова о назначении на эту должность был как гром среди ясного неба. Они вместе с ним ходили на прием к Брежневу, так сказать, «на смотрины». Этот визит состоялся 25 апреля 1974 года. Генсек был ласковый, томный, неторопливый, незамысловато шутил. Говорил он – явно с подсказки Андропова и его же словами – о том, что работа в нелегальной разведке штучная, что туда должны идти самые стойкие, смелые, сильные, без всяких слабостей и изъянов люди.

Действительно, нелегальная разведка существенно отличается от других звеньев внешней разведки своей спецификой. Не зря же сами разведчики часто шутят, что нелегалу, вышедшему на оперативный простор, уже можно давать звание народного артиста.

У Кирпиченко всякое бывало за эти пять лет: и победы, и разочарования. Но судьба в те годы была к нему благосклонна. За время его руководства управлением «С» в нелегальной разведке не было ни измен, ни крупных провалов. И все равно даже «железная» нервная система, казалось, была на грани срыва. Ни до того, ни после он не испытывал подобных нервных перегрузок.

Но куда труднее приходилось тем, кто непосредственно вел нелегальную работу за границей. Ведь труд разведчика-нелегала попросту несравним с работой разведчика обычной резидентуры. Каким бы напряженным ни был день сотрудника разведки, работающего, скажем, под «крышей» посольства, вечером он все-таки возвращается в свою семью и забывает тревоги дня. Наступает расслабление.

У нелегала нет родной «крыши», нет места, где можно расслабиться и забыться. К сожалению, и семьи часто нет рядом. Хотя тут по мере возможности руководство старалось помогать. Порой Кирпиченко приходилось выступать даже в необычной роли то ли священника, то ли заведующего загсом – давать санкции на заключение брака.

Бывших разведчиков не бывает

Бывший госсекретарь США Генри Киссинджер, который не был профессиональным разведчиком, как-то заметил, что лучшие люди во власть пришли из разведки. А вот известный шахматист Гарри Каспаров в своей статье в американской газете «Уолл-стрит джорнэл», напротив, посетовал на засилье силовиков на российском властном олимпе. При этом он припомнил Путину выражение: «бывших работников КГБ не бывает».

При этом отбор в разведку всегда был самым строгим, научным. И сейчас нет ни одного государственного учреждения, где была бы разработана такая система проверки и подготовки людей, как в разведке. Поэтому разведчиков так охотно берут в самые разные структуры, в том числе и во властные.

Конечно, как и везде, среди разведчиков встречаются и лодыри, и пьяницы, и негодяи. Но их процент ничтожен. Вспомним заявление академика Сахарова, который не имел оснований любить органы госбезопасности. В конце своей жизни он сказал, что некоррумпированными в СССР являются только органы КГБ. В России – это разведка.

А.Кондрашов, С.Третьяков; Россия, Аргументы недели

Читайте также: