Генерал Бирюзов: «Мне стыдно за нашу Красную армию, за наш народ»

Письма полководца Бирюзова — это ценнейшее свидетельство силы духа тех, кто победил фашизм, не щадя собственной жизни, отстаивал родную землю, кто был примером выполнения своего долга перед Родиной. Эти весточки с фронта со штемпелем полевой почты, написанные между боями и атаками жене, дочерям — Ольге и Валентине, племяннику, предельно просты и правдивы.

 

СПРАВКА

Маршал Советского Союза Сергей Семенович Бирюзов (1904–1964). В Красной Армии с 1922 года. В Великую Отечественную войну — командир 132-й стрелковой дивизии, начальник штаба армии. С 1943 года начальник штаба Южного (4-го Украинского) фронта, в 1944–1945 годах командир 37-й армии.

Пять раз был ранен. Герой Советского Союза (1958 г.), Народный Герой Югославии, награжден пятью орденами Ленина, тремя орденами Красного Знамени, другими боевыми наградами. После войны командовал Приморским военным округом, был главкомом Центральной группы войск, Войск ПВО страны, заместителем министра обороны СССР, первым заместителем министра обороны СССР. Его вахта продолжалась более 40 лет.

Сергей Семенович Бирюзов трагически погиб 19 октября 1964 года в авиационной катастрофе в Югославии, когда ему только исполнилось 60 лет.

Генерал Бирюзов с женой и дочерьми. Снимок лета 1941 года. Фото из книги «Творцы Победы»

Генерал Бирюзов с женой и дочерьми. Снимок лета 1941 года. Фото из книги «Творцы Победы»

В годы Великой Отечественной войны Сергей Семенович Бирюзов, занимая ответственные посты командира дивизии, начальника штаба армии, начальника штаба фронта, принимал активное участие в ряде крупных военных операций, в том числе в разгроме фашистских войск в великой битве на Волге, в Миусской, Крымской, Ясско-Кишиневской операциях. Будучи командующим 37-й армией, Сергей Семенович принимал участие в освобождении Болгарии и Югославии.

После окончания войны маршал Бирюзов был командующим войсками Приморского военного округа, главнокомандующим Центральной группой войск, главнокомандующим Войсками противовоздушной обороны страны, главнокомандующим Ракетными войсками, первым заместителем министра обороны — начальником Генерального штаба Вооруженных Сил СССР.

Сергей Семенович Бирюзов активно участвовал в общественно-политической деятельности.

Письма маршала Бирюзова — это ценнейшее свидетельство силы духа тех, кто победил фашизм, не щадя собственной жизни, отстаивал родную землю, кто был примером выполнения своего долга перед Родиной.

Эти весточки с фронта со штемпелем полевой почты, написанные между боями и атаками жене, дочерям -Ольге и Валентине, племяннику, предельно просты и правдивы.

Письма прославленного военачальника, которым более 65 лет, далеко выходят за рамки семейной хроники, они учат мужеству, чуткости к чужой боли, ненависти к врагам, любви и дружбе.

Итак… Предоставим слово ему.

Начнем с письма, написанного в самые тяжелые месяцы 1942 года и адресованного жене.

«24.07.42

Завтра у нас „концерт“, поэтому уже секрета не представляет. В общем, фрицам будет пропета веселая музыка. Не одна сотня из них найдет себе могилу на нашей русской земле. Как я их ненавижу, всеми фибрами своей души. Вот если бы все воспылали такой ненавистью, до единого человека, то мы бы разделались с ним значительно раньше. Враг коварен, подлый и ненасытный. Я свидетель десятков сожженных и стертых с лица земли сел, поселков и многих городов. Я видел обездоленных, приниженных и несчастных русских людей. Я видел, как люди впрягались в плуга и сохи, пахали на себе. Я видел людей, которые похожи скорее на зверенышей, живущих в ямах, раздетых, почти что голых и голодных. Я видел десятки малышей, которые везли повозки самодельные, а на этих повозках лежал их скарб. Посмотришь на все это, и так становится больно, больно… В каждом ребенке видишь свою Ольгу, Валентину, а в каждой женщине — тебя. И во всех них видишь наших родных, близких нам русских людей и других наций, но Советских. А сколько сволочей, сколько шпионов образовалось из советской молодежи, из трактористов, колхозников и даже рабочих, которые немцами засылаются к нам. Диву даешься и не понимаешь: неужели мы не сумели в таких людях воспитать коллективное начало и чувство патриотизма своей страны? Слишком широко развиты были свободные и подчас эгоистичные интересы каждой в отдельности индивидуальной личности. И тем не менее при всех этих отрицательных порочных явлениях победа нашего народа должна быть и будет обеспечена. И эта война научит нас многому. Эта суровая действительность является выявлением наших ошибок и их исправлением.

Теперь о себе. Живу и работаю, радуюсь и ругаюсь, нервничаю все вокруг одного — вокруг того, как можно лучше бить немцев, и каждый успех даже действует лучше твоего письма, так как вы частицы меня, а я весь частица целого общего.

Личная жизнь, есть ли она вообще здесь? По-моему, у большинства ее нет. Она неразрывно слита с общим».

Нередко строки писем адресованы дочерям генерала Бирюзова. Здесь и теплые слова и рассказы о боевой жизни.

«24.07.42

Полевая почта 1962

Ну, здравствуйте, милые ребята!

Если бы вы знали, как я об вас соскучился. Я иногда в свободные минуты вспоминаю вас с предельной ясностью и все ваши шалости и проказы, которые вызывали некоторое раздражение. Все это, ребятки, забыто. Осталось одно, самое хорошее, самое дорогое, это ваши „мордочки“, ваш смех и резвые бегающие фигурки.

Буду надеяться, что мы все счастливые и после победы встретимся. Моя судьба, ваша судьба неразрывно связаны с судьбой нашей Родины. Растите хорошими патриотками, настоящими советскими девчатами.

Юлечка, меня беспокоит: в чем дело с деньгами, получаешь ли ты по аттестату? Если не хватает — продавай мое последнее барахлишко, оно мне не нужно. Мне здесь сшили костюм, шинель, фуражку, которых на мою жизнь хватит с остатком.

Начал писать я днем, имел перерыв, продолжил с 12 ночи. Сейчас уже 1 час. В блиндаже уютно, чисто, стоят две кровати, большой стол, несколько табуреток, печка-чугунок, телефоны и даже бутылка портвейна, которую принесли врачи как необходимое лечебное средство. Водку пить до сего времени так и не научился, да и не хочу.

Изредка в блиндаже доносятся раскаты орудийных залпов, несколько раз пролетали самолеты. Позванивают телефоны.

Сейчас все затихло, и вот в ближайшее время должно все развернуться и начаться концерт. По телефонам донесли, что все готово. Верю в успех. Штабные командиры рассажены на аппараты, телефоны и радиостанции. Думаю, поздравлять новое начальство и всех (опять летит самолет) с победой.

Вот видите, ребята, сколько я вам накатал, что и за полмесяца не прочтете. Самолет сбросил несколько штук бомб, которые разорвались левее нас и безрезультатно.

Ну, дорогие мои, желаю вам успеха и счастливой жизни!

Крепко целую вас, папа Сергей. До свидания».

«15.08.42

Добрый день дорогие Юлечка, Валечка, Олечка!

Пишу вам в ночное время. Сижу в домике, горит электричество. В селе жителей почти нет. Ночь прекрасная, августовская, и здесь довольно-таки холодная. Перед наступлением темноты проехал на американском «Форде»-восьмерке трофейном. Посмотрел некоторые пункты. Чудный вечер. Прекрасные поля. Много цветов. И еще не скошенные поля. Перед темнотой периодически бороздили наше небо вражеские самолеты. Глухо доносились отголоски отдельных и групповых разрывов снарядов и мин. Все это показывало, что есть и существует война — самое страшное слово для человечества. Скоро, возможно сегодня, тишина разразится грохотом взрывов. Немцы шевелятся, готовятся к действию, но крепко держим мы свою землю. Придет время, когда мы пойдем вперед и большими темпами. Враг силен, у него много техники, но рано или поздно мы победим.

Сейчас очевидно, прекрасные вечера в Алма-Ата. (Семья Сергея Семеновича Бирюзова: жена Юлия Ивановна Бирюзова и дочери — находилась там в эвакуации. — Ю.Л.) Было бы хорошо, чтобы она никогда не ощутила жуткого ужаса войны. Сейчас там все в зелени, благоухает. Гремит музыка, есть кино, идут пьесы…

Если бы все дрались так, как требуют интересы, то мы не имели бы таких событий на юге. Юг, юг, ты его хорошо помнишь. Ты помнишь Краснодар, и ты помнишь Новочеркасск — все это теперь топчут вражеские полчища немецких свиней. Я верю в то, что мы их уничтожим и все эти горемыки города воспрянут вновь от кошмара. Мне стыдно за нашу Красную армию, за наш народ, что мы пока никак не сможем остановить и немедленно разгромить врага. Он пока нападает, а мы обороняемся. Мы иногда даем возможность врагу захватить тот или другой населенный пункт, а жителей его отдать на поругание. И вот это тяжелее всего переносить. Правда, я должен сказать, это к тому участку, где нахожусь я, не относится, но здесь нет личностей, а есть все вместе, всеобъемлющее целое, частицей которого является каждый боец-командир. И поэтому неуспех одного затрагивает другого.

Опишу я вам один бой, который провели недавно наши подразделения. Наступал вечер, все стихло, готовясь погрузиться во мрак августовской ночи. Вдруг на головы бойцов посыпались снаряды, мины, а за их разрывами показались танки, а за танками шли цепь за цепью в своих серо-зеленых мундирах немцы. Шло их много, до 800 зверей. Все они стреляли и кричали «хох». Все они были пьяные. Шли они на недавно отбитую у них высоту. Там находилось наших 60 бойцов. Завязался неравный бой 800 против 60, да еще не считая танков. Но вот подбит один, второй танк. Остальные поспешно прячутся в лощине. Пехота идет все ближе и ближе. Ее косят пулеметы и пули из винтовок, редеют ряды наступающих, но редеют ряды и обороняющихся. На помощь движется рота наших бойцов. К этому времени завязалась рукопашная на высоте в окопах и ходах сообщениях. Битва идет холодным оружием. На одного политрука наседают десятка полтора немцев и в конце концов одолевают его и в ярости начинают отпиливать ему тесаком голову. И вот за этим занятием их застают пришедшие на помощь бойцы. Враг разбит и позорно бежал, но свой звериный след пребывания на высоте оставил. Он оставил и не успел унести отрезанную голову политрука. Бойцы истребили их поголовно, и вот двое из этой падали предстали предо мной как пленные. Как было мерзко и неприятно смотреть на этих волков, так и хотелось их уничтожить. Но нужны «языки». Когда они бессильны, тогда они заявляют, что воевать не хотят и о войне слышать также не хотят. Теперь они прикидываются тихими и мирными, но у всех у них волчье сердце. Они вот таких, как Олечка, берут и сажают на штыки. Вот то, что я описал, это обычные картины. Смерть живет среди бойцов и командиров каждую секунду и минуту. Вот ты знала Корякина, а говорят, что он уже убит. Погиб случайно. Ехал километрах в 20 от переднего края. Артналет противника. Осколком снаряда убит, а все остальные, а с ним было восемь человек, целы и невредимы.

Вчера у меня гостил Павел Иванович Батов. Посылает тебе привет и вам, ребята. Семья его в Ташкенте. Помнишь Ермакова, комиссара штаба в Харькове, работает по соседству. Семья в Ташкенте.

Ну, вот, пожалуй, и хватит с вас. Пишите чаще. Письма ваши получил, твои и Валюшино. Очень благодарен. Когда их получаешь, то как будто бы вы тут, рядом«.

Буквально в каждом письме беспокойство о детях, трудностях в тылу, добрые советы и воспоминания.

«29.10.42

Добрый день дорогие Юлечка, Валюша, Олечка!

Олечка! Я тебя прошу, сходи с мамой к зубному врачу, пусть он поможет твоим зубкам роста. На боль не обращай внимания. Будь такая, как я. Когда меня ранили, и ты знаешь, что не один раз, мне было больно, а я продолжал бить фашистов, так ты тоже учись терпеть и быть храброй. Иди смело к врачу и садись на стул. Если ты этого не сделаешь, то обидишь меня.

Ну, Юлечка, старый друг. Не везло тебе всю нашу жизнь, мы всё были врозь: лагеря, маневры, поездки и т.п.

Наша жизнь шла, как в калейдоскопе. Жаль, что жизнь повернуть вновь нельзя. Ну, да нам с тобой хватит. Лишь бы довелось ее продолжить.

Пиши подробно, в чем трудности. Если и не смогу, так хоть буду знать и вместе переживать.

Крепко, крепко тебя целую и моих славных дочек».

«01.11.42

Поздравляю вас с 25-й годовщиной Октябрьской революции. Пусть 25-я годовщина будет такая же победная, как первая и ряд последующих.

Сегодня у нас чудная погода. Солнце и тепло, как будто бы начало осени. Сегодня я проехал верхом по опустевшим полям, и вспомнилась мне осень 15 ноября 1928 г. Какое невозвратимое пространство отделяет эти даты. Невольно после этих воспоминаний тянет к стихам Пушкина и осеннего направления. Ну вот, пожалуй, и все мое душевное настроение.

Работаю и живу для уничтожения немцев. Каждый день наши снайпера их уничтожают сотни, но все же мало, их нужно уничтожить всех, и вот тогда будет все хорошо.

Ну, ребята, как живете? Какие отметки принесла Валюша? Как успехи Олечки? Смотрите, чтобы не подкачали».

В декабре 1942 года Сергей Семенович Бирюзов назначается начальником штаба 2-й гвардейской армии, которая под командованием генерала Малиновского громила немцев в великой битве на Волге.

Подлинник одного из писем Сергея Бирюзова. Фото предоставлено Юрием Лурье.

Подлинник одного из писем Сергея Бирюзова. Фото предоставлено Юрием Лурье.

«15.12.42

Добрый день, дорогой Виктор!

(Виктор Бирюзов — племянник маршала, воевал на Черном море, на крейсере „Киров“. Был машинистом-турбинистом. — Ю.Л.)

Несказанно рад твоему письму. Очень и очень рад, что ты жив и продолжаешь бить немцев. Будем бить дружнее и рано или поздно разобьем это чудовище. На море его зверств не видно, т.к. все поглощает вода, а вот на земле здесь следы его чудовищных представлений видишь на каждом шагу. Сожженные города и села, обездоленные мирные жители, а сколько я видел следов его издевательств, идя по следам его отступления. Всего этого забыть невозможно. С каким остервенением я проводил и провожу бои, особенно когда командовал дивизией, т.к. там к бою ближе. На том участке, где я нахожусь сейчас временное затишье, так, периодические каждодневные небольшие бои. В этих боях очень многие показывают геройство и боевой дух русского народа.

О себе могу сказать, что воюю с 5.7.41 г. Имел перерыв в результате ранений. Всего я их получил пять. Два, полученных в разное время, не потребовали моей эвакуации, и я оставался в строю с небольшим пребыванием в своем госпитале. А три последующих ранения вынудили эвакуироваться в тыловой госпиталь. Сейчас чувствую себя хорошо. И способным бить немца, как в первые дни.

Сколько пленной сволочи прошло через мои руки. Вот и сейчас ожидаю привоза пленных.

Сегодня с танками пошел в наступление, в итоге, кроме трупов своих и подбитых танков, ничего не получилось. В общем, эпизод небольшой, но стоил ему свыше 500 человек. Это у нас считается по мелочам.

Да, жизнь идет своим чередом. Семья моя в Алма-Ата. Дочки растут, одной 12, другой 7.

У меня уже масса седых волос. Скоро запишусь тоже в старики. Шутишь, что ли, — ведь 38 лет.

Крепко жму руку и целую тебя, Виктор.

С приветом, Сергей».

20 октября 1943 года Южный фронт переименован в 4-й Украинский, начальником штаба которого до мая 1944 года был генерал Бирюзов.

«24.10.1943

Добрый день дорогие Юля, Валичка и Олечка!

Работаю я начальником штаба фронта, раньше он назывался Южный, а теперь 4-й Укр. фронт. Поэтому все то, что читала в приказах Верховного главнокомандующего о Южном фронте, есть частица и моего труда. За этот год наши войска и я с ними отшагали зимой 800 км, и летом два раза по 300 км, итого 1400 км. За эти операции я в этом году дважды награжден высокими наградами, а всего трижды, включая медаль «За оборону Сталинграда». Не так удовлетворяли награды, как успехи которые мы проделали.

Сейчас ко мне часто заезжает запорожец Дорофеев.

В Запорожье я не был, наши части прошли несколько южнее до Очакова и Перекопа. Гнали немца очень сильно.

Летом раза два был в Боково — Антраците, месте вашей эвакуации. Там проходила наша оборона, как говорят, передний край. Оба раза меня немцы обстреливали, но я тщательно все-таки ознакомился с этим местом.

Жителей почти там не было. Из отдельных подвалов вылазили испуганные изможденные дети, и в каждом из них мне казались мои дети. Я очень жалею и переживаю за всех крошек, и когда еду, то всех находящих на дороге детишек сажаю в машину. Посадил я однажды двух маленьких мальчиков и вез их 25 км. Интересные дети. Один из них назвался Мишка, при разговоре картавил, ему лет шесть, и вот он изрек: вот если бы нам сейчас убитого немца, мы бы с него штаны и ботинки содрали, а то, говорит, у меня худые штаны, а у Гришки нет ботинок. Страшная жизнь: едешь и видишь то там, то там валяются трупы убитых людей и животных, и как-то чувства огрубели и не воспринимают, а вот от поселков уничтоженных дотла бежит по коже мороз. Пойманных поджигателей-факельщиков вешаем.

На днях у нас были тяжелые бои, сотни танков противника ходили в атаку, но ни одного метра ему не удалось взять, а десятки танков были подожжены. Сейчас идет дождь и туман. На улице очень грязно, а война не останавливается ни на одну минуту.

Здоровье в основном хорошее. Чувствую себя хорошо. Условия работы и сама работа нервная. Все 24 часа звонки, а не каждый звонок несет радостные вести. Часто бываю на передовых в 2 и менее км. С линии наблюдаю бой и руковожу им, что бывает только на самых ответственных направлениях. Несколько раз пришлось быть под непосредственной бомбежкой, не говоря уже об обстреле. У нас это обычное явление. Хлопцы со мной ездят храбрые. Шофер имеет три награды, адъютант две или три, да и сам не промах«.

«21.01.44

Добрый день, дорогой Виктор!

Благодарю за письма. Видимо и у вас началась активная работа. Хотелось бы, чтобы пространство было быстро завоевано и враг был на вашем фронте разбит.

Будешь писать папе, передай ему мой горячий братский привет. Большое желание встретиться с ним, надеюсь, что после войны встретимся все за одним большим родословным семейным столом.

А пока суровая действительность войны, которую нужно победно закончить.

И так пока пожелаю всех лучших успехов.

Крепко целую. Сергей».

В мае 1944 года упраздняется 4-й Украинский фронт. Генерал Бирюзов назначается начальником штаба 3-го Украинского фронта. В этой должности он пребывает до октября 1944 года, участвует в Ясско- Кишиневской операции, освобождении Крыма, Румынии, Болгарии, Югославии.

«24.06.1944

Добрый день дорогой Витя!

Благодарю за теплое письмо. По-моему, как раз теперь у вас начинается самая активная работа за всю войну. Ваш род или вид войск на вашем направлении получает полную возможность обеспеченных боевых действий. Топить немцев побольше, да и на наибольших глубинах, чтобы этому ошибочному созданию природы был безусловный конец. А вот если допустить мысль, что они бы победили, то нашу нацию они бы умертвили.

Но счастлив наш народ, что имеет такого стального и мудрого вождя, который вывел народ на окончательный победный путь над коричневой чумой.

Кто-кто, а я видел живые следы действий этой коричневой чумы.

Все же за три года величайших страданий нашего народа мы отплатили.

Кратко о себе. Юля с ребятами сейчас гостит в одном из ваших специфических городов, а для многих моряков и особенно утесовцев он самый любимый город.

Привет всем через твои письма. Ну будь здоров, пиши не ленись.

Целую, Сергей».

«17.10.44

Добрый день, дорогой Витя!

Мы упорно поддерживаем связь, чему я очень рад. Очень сожалею, что не так много приходится тебе воевать, однако я думаю, что такая возможность еще представится. Пожелаю тебе и твоим боевым товарищам боевых успехов.

В отношении меня и моего места пребывания ты прав. Я нахожусь в южной столице. Скоро буду в столице несколько севернее. Немцев бьем везде, где только встретим. Бьем хорошо, по-русски. Как удар, так стремительно. Объездил все вплоть до моря. Красивые места. Но беднота. Румыны же значительно богаче. Беднее болгары, еще беднее югославы. А по-настоящему бедные это греки. Какой только нищеты не встретишь! Пашут на коровах и сохой. Обуви нет совершенно. Ходят в деревянных башмаках. Сравнивая их убожество с нашими былыми богатствами, становится их очень жаль.

Наш русский человек, освобождая себя и их, полил своей кровью не только свою землю, но и далеко лежащие от наших земель скалы и горы времен Суворова, Скобелева, Героев Плевны, Шипки и др. места. Мы можем гордиться: великие дела может делать и творить только великий народ. Только великий народ делает настоящую историю и вписывает в нее прекрасные страницы.

Целую, Сергей».

В октябре 1944 года генерал-полковник Бирюзов назначается командующим 37-й армией и председателем Союзной контрольной комиссии в Болгарии.

«11.11.44.

Добрый день, дорогой Виктор!

Ну, как твои морские дела? С моряками я познакомился. Ведь освобождал Азовское и начало Черного, дело наших рук. Вот закончим войну, соберемся обязательно в г. Москве у самого старшего нашего рода — твоего отца и моего брата. Он твой отец, но и мне он был тоже вроде отца. Я много взял от него: трудолюбие, прямоту и честность.

Я теперь вроде как на мирном положении. Командую войсками, которые не воюют, и одновременно возглавляю Союзную контрольную комиссию в Болгарии. Стою на страже интересов нашей страны. На вашем морском языке звучит — несу вахту».

Автор: Юлий Лурье, ветеран военной службы, Независимое военное обозрение 

Читайте также: