Солдаты народа. Из рассказиков младшего референта.

В городе Матюнинске есть администрация, главным в которой — господин Антон Антонович Паляница. «Солдат партии» — как любил называть он себя во время своего былого компартийного секретарствования. «Солдат народа» — как, слегка видоизменив любимую присказку, предпочитает именоваться теперь. «Папа» — как за глаза с уважительной фамильярностью поминают его прочие матюнинские «солдаты народа». Как и в предыдущие времена, нашим городом твёрдой рукой руководит крепкий мужик с жёстким взглядом из-под кустистых бровей и могучим типично-вельможным брюхом.

А у нас с Юркой — один на двоих кабинетик на 3-м этаже ЗДАНИЯ городской администрации. Оба мы — в самом низу административной лестницы. Выглядит она так: глава (господин Паляница), его 1-й первый заместитель и 2-й первый заместитель, просто заместители, начальники управлений, их заместители, заведующие отделами, их заместители, ведущие референты, простые референты и младшие референты. Так вот, мы с Юрасем — младшие референты. Ниже нас по должности — только уборщицы, но у тех зарплата чуточку повыше.

Прямо под окнами нашего кабинетика — главный вход в ЗДАНИЕ. Стоя у распахнутого окна, частенько поплёвываем мы на головы снующего туда-сюда люда. Соревнование у нас с Юрой такое — кто больше раз попадёт плевком в чью-нибудь макушку. А те, снизу, недоумённо задирают головы, думают — дождик капает… Смехота!..

Лозунг: «Слава КПСС!» на ЗДАНИИ давно уже заменён другим — «СЛАВА БОГУ!» Ленинское Полное Собрание Сочинений в книжных шкафах чиновников заменили Библия, Жития святых и маленькие иконки (второпях зачастую поставленные вниз головами). К выступлениям и докладам Антона Антоновича помощники в обязательном порядке подбирают актуальные цитаты на темы: «Христос о демократии», «Господь Бог — о всемерном повышении производительности общественного труда», «Святой Дух — о производственной и государственной дисциплине», «Дева Мария — о моральном облике сотрудников городских администраций», и т. д .В позолоченной рамочке под стеклом над письменным столом господина Паляницы висит его любимое изречение: «Христианство — это есть божья власть плюс церквилизация всей страны!» Во всех государственных организациях и учреждениях заместо былых «красных уголков» и «ленинских комнат» устроены ИХМ («иисусо – христианские местоприсутствия»). Бодрячков — лекторов по научному атеизму в обществе «Знание» сменили велеречиво – бородатые толкователи библейских текстов. А на праздничных демонстрациях колонны трудящихся несут над головами уж не портреты членов Политбюро ЦК КПСС, а лики Отца, Сына, Святого Духа и Патриарха… Лепота!..

Впрочем, Антон Антонович чужд догматизму, и в любой момент готов вновь перестроиться применительно к очередным требованиям текущего момента. И ежели, скажем, завтра ведущей идеологией объявят ислам, то в книжном шкафу Паляницы вмиг появится Коран, а в его докладах замелькает: «Как совершенно правильно указывал Аллах по вопросу о капитальных вложениях…», или: «Как учил нас по вопросу о мусульманском воспитании широких масс товарищ Магомет…» Держать нос по ветру — главное правило любого С.Н..

Зато нам с Юрасем всё — по фиг. Начальство — прилично зарабатывает, ударно ворует, взятки берёт, да плюс к этому в различных фирмах и акционерных обществах ещё и тайно со-учредительствует, — вот пусть оно и бегает шустрячками, а нам-то чего?.. Плюём всем на головы из окон своего кабинетика — и забот не знаем!.. Газетки с весёлыми картинками разглядываем в служебное время, по телефону с приятелями лялякаем, сплетничаем… Есть чем заняться.

Умных в ЗДАНИИ нет ни одного, это точно, без балды. Мы с Юркой как-то специально целый день прошастали по нашим учрежденческим коридорам, во все кабинеты и курилки заглянули, прошлись по туалетам, сплюнули во все унитазы, потом вернулись в свой кабинет, обшарили ящики столов и полки в шкафу, на всякий случай друг на дружку покосились — точно, ни одного умного вокруг!.. Представительных, важных, ловких, пробивных и проходимистых — сколько угодно, а умных — нет.

Зато честных у нас куда больше. Есть аж один честный — зав отдела культуры Афанасий Скиба. Вынырнул он в былые времена на гребне перестройки на том этапе, когда за инакомыслие уже не сажали, но ещё считали героем. Клеймил в газетах компартийную власть с её злоупотреблениями и привилегиями, пикетировал у памятника Ленину с призывами немедля отправить на переплавку этого кровавого тирана и убийцу миллионов, изнурял всех своих последователей регулярными как океанские приливы с отливами голодовками протеста, короче — вовсю болел душой за народное дело. Ну а потом, когда демократия победила, и компартийное чиновничество тотчас перекрасилось в «солдат народа», понадобилось слегка разбавить чиновничью жижу кем – либо «с именем», вот Афанасия «во власть» и взяли. Пост не из шибко влиятельных, но — свой персональный кабинет и персональная же машина с водителем, а также своя родная секретарша, на которую можно при желании и наорать, не рискуя нарваться на ответную грубость… Так и стало одним борцом с привилегиями в Матюнинске меньше… Из своего демократического прошлого одно лишь сохранил в неприкосновенности Афанасий — любовь к долгим и пылким речугам, как взбежит на очередном совещании на трибуну — так и говорит, говорит, говорит… Слушали его вполуха, посмеивались и переговариваясь между собой, но — терпели. Понимали: по нынешним временам один такой в каждом серьёзном учреждении должен быть обязательно.

А бронзовый Ильич на центральной площади города как стоял, так и стоит, с усмешечкой поглядывая на очередных копошащихся у его глыбистых лодыжек очередных ниспровергателей всего и всех… Однако на всякий пожарный ведущие городские скульпторы – монументалисты уже готовят свои проекты будущего заменителя главного памятника города. Вот названия некоторых из этих проектов: «Господь Бог указывает протянутой рукой местонахождение рая.», «Христос с броневой колесницы зачитывает ближневосточному пролетариату текст своей Нагорной проповеди.», «Бюст Святого Духа в натуральную величину»…

Любые выборы в Матюнинске выигрывает тот, кто их организовывает. Вот почему «снизу» господина Паляницу не снимут никогда. А «сверху» им тем более довольны: регион – «держит» крепко, встречать «хлебом-солью» проверяющие комиссии умеет, крупных проколов по старой компартийной закалке ни по чём не допустит… Зачем же т а к о г о — менять?..

А нам с Юрасем норовят нахамить даже в подотчётных нам районных администрациях. Понимают, что нули мы без палочки, вот и маринуют часами в своих приёмных, разговаривают потом как с бедными родичами, цедят сквозь зубы: «А этот вопрос — вне пределов вашей компетенции…» Но мы и со своего уровня ухитряемся устроить какому – либо таковскому маленькую подлянку… Трудно ли опорочить нижестоящего в глазах вышестоящего, ежели умеючи?.. Вплоть до оргвыводов, между прочим… И такая тогда радость на душе!..

Власть сегодня — уже не совсем власть. Это раньше коммунисты всех держали в кулаке и всем правили, нынче же власть при народе — как одряхлевший муж при своей юной супруге. И хочет, и старается даже, а – не может. Нету силы, иссякла!.. Ну что сегодня может сделать тот же якобы всесильный Антон Антонович Паляница с растёкшейся по рыночным реалиям
экономикой?.. По — большому счету — ничего. Так, палки в колеса некоторым подставить… себе мелочёвку в кармашек загрести… Но Паляница – хитрый, умеет напомнить люду о своём существовании. Тем свет велит отключить, этим — воду. тех — без газа оставил, на этих налоговиков с пожарниками и санэпидемстаницей напустил… Только этим пока что уважение к себе и поддерживает!..

Маловато власти для реального управления процессами, но зато вполне достаточно для обеспечения себя неким жизненным комфортом, жильём, дачками и так далее… И не только себя, а и жены, дочери, любовницы, кумовей, просто близких приятелей… Чем-то же надо само — матстимулироваться за самоотверженную работу на благо Отчизны!..

Прочитали мы с Юрасиком в газете, что, оказывается, в каждом крупном админздании создан крупный НЗ продуктов на случай всяких ЧП. Интересно, а куда деваются этот НЗ после истечения срока хранения? В торговлю-то эти продукты точно не отправляют, мы бы знали… Наверняка начальство себе прикарманивает!. Нет чтоб с младрефентами поделиться… Гады!

Шарада для любопытных: официально никакой спецстоловой для начальства в ЗДАНИИ нет, но никого, начиная с должности начальника управления, в нашей общей столовой не наблюдается. Так где ж они тогда обедают?.. Неужто и впрямь служат народу на голодный желудок?!

Регулярно к нам с Юрой наведываются к кабинет посетители. Чего-то просят, или требуют даже… Лыбимся им навстречу, выслушиваем внимательно, обещаем всего и побольше, до дверей провожаем — и точка. Через минуту спроси нас, с кем только что битый час общались — не вспомним даже!.. А чё, за эту нищенскую зарплату ещё и горбатиться на всяких посторонних?!. Ведь нет чтоб на лапу нам дать — жилятся… Да пусть спасибо ещё скажут, что вежливы мы, не харкаем в них и по роже не бьём… А ведь так хочется иногда!..

Ещё интересный вопрос: почему секретарши Антона Антоновича все как одна — пышнотелы, задасты и грудасты? Юрчик считает: чтоб в случае надобности можно было пахать на них в подсобном спецхозяйстве, заместо тракторов… Шутит, наверное.

Святая наша с Юрасем обязанность: грамотно оформлять бумаги. Любой возникший вопрос мы обязаны задокументировать, слегка помариновать и затем закрыть таким образом, чтобы и начальству ничего делать не пришлось, и проверяющие потом не придрались.
Для примера — конкретный случай. Какая-то бабка прислала в городскую администрацию слёзную просьбу выделить ей на зиму дровишек для обогрева её частной хибары. Отказать такой сразу — не солидно, да и в столицу может нажаловаться. И вот для начала создаём мы с Юркой комиссию из нас обоих для проверки изложенных в просьбе фактов «по существу». Затем мы затеваем переписку с ребятами из другого отдела (он — в соседней комнате) о возможности и целесообразности оказания помощи заявительнице де-юре и де-факто. Они нам отвечают спустя не очень короткое время (спешить – некуда ), что де-юре помочь — запросто, а де-факто — можно, но сложно. (Как будто мы это и без не знаем прекрасно!) После чего мы высылаем бабулю анкету из 846 вопросов, попросив подробно ответить на каждый из них. Вот некоторые из этих вопросов: «Бывали ли за границей?.. Какими иностранными языками владеете?.. Ваше отношение к экзистенционализму?.. Находились ли на оккупированной территории, и если «да», то — с какой целью?», и так далее. Покряхтев, бабка сочинила ответную писульку (такие каракули!), думала — всё, отписалась до недолгого конца своей жизни… А вот и нет, мы ей сразу же — новую анкету шлём, уже на 1439 вопросов… Короче, полтора года тянулась волынка (две зимы — тю-тю!), ну а потом старушка благополучно откинула коньки, причину я даже и не знаю — вполне возможно, что и замёрзла в своей халупе до смерти… Мы тут же на её просьбу о дровишках наложили резолюцию: «Вопрос закрыть ввиду смерти заявительницы.»

ЗДАНИЕ у нас — высокое, внушительное, с толстыми снарядо-непробиваемыми стенами, и хорошо простреливаемым из окон и с крыши пространством вокруг. Вздумай нас атаковать недовольное результатами нашего руководства население – выстоим. Отобьёмся, отстреляемся, в крайнем случае отмашемся ножками от стульев… Одно пугает: вдруг восстанет местный гарнизон?.. Давненько наши вояки ни с кем не воевали… чешутся у них руки… а зарплата у офицеров –мизер!.. Тут лишь шаг – до вооружённого мятежа…

В прошлую среду в ЗДАНИИ проводились учения по гражданской обороне. Репетировали, как будем обороняться от своих сограждан в случае ихних посягательств на наши должностные кормушки. По отделам раздали оружие и холостые патроны. Нам с Юриком достался старенький «максим». Выставили пулемётное дуло из окна, прикинули свой сектор обстрела, затаились… В полдень красным живчиком жахнула в небо ракетница, и тотчас изображающие «восставших» собранные из всех городских учреждений С.Н. с двух сторон хлынули к ЗДАНИЮ. Одну из атакующих колонн возглавлял наш 1-й первый заместитель , а другую — 2-й первый заместитель. В лицах — гнев, рты извергают яростные вопли, в руках — разноцветные ненашенские знамена и какие-то анти-общественные транспаранты… Юрику даже померещилось, что мы действительно — в настоящем бою.

— А-а-а!.. Врёшь, не возьмёшь! — закричал он подобно Чапаю из одноимённого блокбастера (молодёжь вряд ли его уже помнит, поэтому лишь скажу: был в наше время такой), и «максим» в его руках затрясся как сумасшедший, а Юрка злобно хохотал и сверкал глазами сквозь прорезь прицела на атакующих. Палили из всех наших окон, с крыши, даже с близстоящих деревьев ( на них засели снайперы). А когда цепи неприятеля приблизились вплотную, из главного входа навстречу им со штыками наперевес выбежал взвод вахтёров охраны, и завязался рукопашный…

На нашем этаже в коридоре оглушительно взорвалась учебная граната. Вооружившись на всякий случай увесистым дыроколом, я осторожно выглянул в приоткрытую дверь. Сквозь клубы чёрного дыма в окружении нескольких помощников по коридору стремительно проследовал господин Паляница – в каске и плащ — халате, с патронташем через плечо, с тяжеленным ручным пулемётом в могучих лапищах.

— Всех прорвавшихся в холл первого этажа — опрокинуть и уничтожить!.. Пленных – не брать!..Ни один не должен уйти живым! — властно велел он кому-то через плечо. Группа скрылась за коридорным поворотом.
«Чокнутый… — подумал я. — Кого уничтожить-то?.. Там ведь тоже — наши!..»
— А-а-а-а-а-а! – опять заорал сзади меня Юрка, и пулемёт в его руках снова яростно загрохотал – забился как припадочный.

…Потом подвели итоги учения. 1-го первого заместителя, сумевшего прорваться к ЗДАНИЮ ближе всех, перевели во 2-е первые заместители (больно прыткий!), А бывшего 2-го первого зама, под огнём отступившего от ЗДАНИЯ с большими потерями — назначили вместо него. Рядовых участников обороны премировали двумя пачками «Примы» каждого, участникам же штурма не дали ничего, некоторых и вовсе уволили без всякого указания причин…
Наш же с Юрой энтузиазм никто не заметил и не отметил. Гады… могли бы хоть старшими референтами назначить!.. Предвидь я такую чёрную неблагодарность — захватил бы Антона Антоновича в плен и сдал в руки штурмующим…

Прессу господин Паляница любит, но — не очень. Интервью газетчикам даёт охотно, но — изредка, небольшие и исключительно через свою пресс-службу. Там у журналиста забирают его обязательно изложенные в печатном виде вопросы, внимательно изучают в десятке различных кабинетов, тщательно отсеивают всё вредное, подозрительное, ненужное и нежелательное, Затем эти отобранные и «утверждённые» вопросы возвращаются вместе с подготовленными в том же десятке различных кабинетов и утверждённых «на верху» ответами на них. А Антон Антонович, наутро открыв газету, узнаёт из неё, что же именно сказал он накануне в своём интервью газетчикам. И хотя ничего толкового он прессе обычно не говорит, но ведь и лишнего — тоже!..

А мы с Юрасиком давно поняли: хоть и безмозгл господин Паляница, но — не совсем, пара мозговых извилин в его голове всё ещё осталась. И вот некоторые из его откровений в «узком кругу», где-нибудь в сауне среди «своих», под пивко с раками:
«Неважно, куда мы идём, а важно — что у нас в карманах»,
«Хоть коммунизм строй, хоть капитализм, хоть гомосексуализм — главное, чтоб народ хоть что-нибудь что-то строил и не отвлекался на лишние мысли»,
«Нас от демократов отличает только одно – степень близости к кормушке!»

Ещё одна из «паляничек»: «Нам умных не надо, бездельники они все… Нам деловитых надо!..» Но тут уж я с Антоном Антоновичем решительно не согласен: где ж он вообще в нашем Матюнинске умных видел?.. Раз такого городского голову терпят над собою — какие же они умные?.. Все – дурилы!..

Однажды в ЗДАНИИ был приём для деятелей науки и культуры, Набежали толпой писателишки всякие, актёришки с профессурой, ну там ещё разные художнички, музыкантишки, прочая творческая дребедень… Заслушали краткое вступительное слово господина Паляницы и длиннючий, часа на два, доклад Афанасия Скибы, а затем — хлынули неудержимым потоком в банкетный зал, где их уже заждались столы с дармовой выпивкой и закуской. Взахлеб пили, с чавканьем и с вытиранием пальцев о скатерти жрали так, как будто на минутку вырвались сюда из блокадного Ленинграда. А когда уходили домой (пьяненькие, падающие во все стороны, замызганные от многократных падений мордой в салат), — украдкой порассовали по карманам склямзенные со столов фрукты. М-да… Глядя на всё это, понял я, что не скоро бывать рассвету в матюнинской науке и культуре!..

Когда три года назад я пришёл на работу в наш отдел, всей документации здесь было — несколько тощих папок. А сейчас — четыре канцелярских шкафа забиты папками доверху, это — только у нас с Юриком. У остальных сотрудников отдела — та же картина. Бумаги размножаются у нас буквально на глазах, и каждую изволь обслужить, облизать со всех сторон, обсосать как конфетку…

Среди посетителей встречаются и особо назойливые. Особенно достают взъерошенные и крикливо заявляющие с порога, что есть-де у них гениальный план скорейшего вывода нашей страны из кризиса. Ну да… у городского головы — нет такого плана, и у Премьера нет, и у Президента…. А вот у этого горлопана — есть!.. Таких мы обычно терпим до крайности, а потом — сдаём в психушку. Там все палаты нынче под завязку забиты такими вот «спасителями Отечества»!..

Охрану в ЗДАНИИ несут молоденькие милиционеры. Бывало, идёшь утром мимо них, с трещащей от похмелья башкою, со свинцовой тяжестью на душе, но шаг чеканишь твёрдо, смотришь на них из-под нахмуренных бровей с начальственной суровостью, и выглядишь в их глазах БОССОМ! Так ни одна милицейская овчарка тогда не решится потребовать у тебя пропуск! А чуток замешкался, засуетился глазками, утратил хоть на грамм солидности — сразу цепляются: «Предъявите ваши документы, гражданин!..»
Так что при наличии представительной внешности любому террористу в ЗДАНИЕ мимо охраны просочиться и господина Паляницу шлёпнуть — что сплюнуть пару раз… А что до сих пор его не шлёпают — так кому ж он нужен на фиг?!.

От террора у нас ещё никто не погиб, а вот от глупости — многие. Недавно вот целый цех на фабрике пищевых концентратов взорвали… Котлы – изношены, технологию — лишь по пьянке иногда соблюдали, ну а в тот день как назло все оказались трезвы как стёклышко… Правда, уже маялись этим, страдали души, и даже уже послал мастер одного из работяг за самогоном, но только тот успел выйти за проходную — так и рвануло…Из всей смены только тот посланец и уцелел. ( Ещё одно подтверждение давно всем известной мысли, что без пьянки в этой жизни — ну просто никак! ) Но самое смешное, что когда кинулись разыскивать директора фабрики для «разбора полётов», то оказалось, что он отдыхает на своей дачке, и не где-нибудь, а под Цюрихом, в Швейцарии!.. Видали ловкача?.. У Антона Антоновича нет дачи под Цюрихом, а у этой фабричной шмакодявки — есть!.. Где же тут, спрашивается, социальная справедливость?!. Разумеется, тотчас сняли с должности наглеца без лишних дискуссий… Так он даже со своей швейцарской дачи возвращаться в Матюнинск не стал, дескать: да пошли вы!..

Ну а теперь о том, как я попал в больницу. Ночью затеребила меня жена, требуя срочного исполнения супружеского долга. Тут я ей спросонок в ответ на её претензии и брякнул: «Изложите свой вопрос в письменном виде, мы его внимательно изучим и в месячный срок пришлём Вам ответ…» Так она так меня ногой в бок саданула, что я упал с кровати на пол, сломал руку и два ребра.

В больнице очнулся, огляделся — а на соседней койке напарник мой Юрка отдыхает!.. Пошёл в магазин за водярой, а там — очередь у кассы. Он и заявил, не подумав: «Я – сотрудник городской администрации, пропустите меня без очереди!» А народ у нас — нервный, сразу развопились многие: «А, бюрократ-чинуша! Без очереди лезешь?!» Ну и выбили его головой толстое витринное стекло… И ведь опытный же, матёрый товарищ, знал прекрасно: нельзя на улице среди простого люда сознаваться в своей принадлежности к городскому начальству — сразу ведь бьют в морду!.. Но – промашка вышла…

Ничё, С.Н. – парни крепкие!.. Другой от таких травм давно б загнулся, а нам с Юрасем всё — ништяк!.. Лежим на соседних койках в гипсовых панцирях, радио слушаем, с медсестрами Шуры – муры разводим, жён с домашней пищей поджидаем… А главное — отдыхаем от работы нашенсой… Уж больно она у нас — в печёнках!..

Кто-то прочтёт и испугается: да не погибнет ли Отечество наше при таких руководителях?! Отвечу авторитетно: не погибнет!.. Живуч народ наш, всякого навидался, многое пережил… И нас — переживёт!.

Продолжение следует

Автор: Владимир Куземко, специально для «УК»

Читайте также: