Солдаты народа. Аттестация

Сверху в наш провинциальный Матюнинск из столичных верхов спустили директиву: «произвести проверку деловых, политических и моральных качеств сотрудников городской и районных администраций.» Городской голова господин Антон Антонович Паляница «взял под козырёк», и тут же дал команду нижестоящим структурам — в месячный срок провести повальную аттестацию всех руководящих кадров. Что это за штука такая — в ЗДАНИИ нашей администрации никто не знал, ведали только, что аттестованным оклад будет повышен в полтора раза, а не прошедших аттестацию — выгонят в шею.

Чуть позднее последовали разъяснения. Лично господин Паляница проведёт аттестацию своих двух первых и всех прочих заместителей, каждый из замов аттестует 2-3 начальников управлений, каждый из начупров

займётся завотделами, те – своими замами, которые в свою очередь приступят к аттестации референтов, и так — вплоть до нашего с Юриком уровня младших референтов. Ниже нас в ЗДАНИИ — только уборщицы, но их решили не аттестовать, это тебе не чиновники, тех сегодня всех выгонишь — завтра на их место в сто раз больше легко найдёшь, а вот хорошую уборщицу ещё попробуй сыскать, все ведь рвутся в начальство да в бизнес, а убирать мусор — некому…

Ребятишки мы с Юрой — хоть куда. Любую справочку сварганим в наилучшем виде, любой открывшийся вопросик закроем обратно по всем правилам изящного делопроизводства (чтоб комар носа не подточил!), любого посетителя обласкаем, приветим, обнадёжим и выставим за дверь, не потратив на него ни грамма своего мозгового вещества… В своём мелко – бюрократическом ремесле мы — настоящие асы, виртуозы, подлинные гроссмейстеры!..

Но никто ж не ценит… Потому зарплата у нас — мизер, взятки брать нам по ничтожности должности не положено, и всех наших привилегий — это право и даже обязанность регулярно прослушивать выступления господина Паляницы на аппаратных совещаниях и заседаниях. При таком стимулировании будем мы работать на все 100% своих возможностей? Не будем! От силы на 10-15% лишь выкладываемся, не больше, и наше непосредственное начальство об этом прекрасно догадывается…Из чего вытекает, что наши шансы пройти успешно аттестацию — мизерны!..

Но это ж и у всех так… Все — волнуются, без исключений… Взять 1-го первого заместителя, к примеру. Знает он про себя, что – глуп как пробка из-под дешёвого «сухаря». Глупость ведь тоже бывает разной. «Глуп как пробка из-под шампанского» — элитен, отмечен печатью избранности. «Глуп как пробка из-под пива» — близок к народу, выходец из масс, представитель и отражатель настроений широких слоёв. «Глуп как пробка из-под портвейна» — надёжен, крепок в испытаниях, звёзд с неба не хватает, но в трудную минуту не подведёт. Ну а когда кто-либо «глуп как пробка из-под сухого вина» ( простенького, неколлекционного, без благородной выдержки ), то это уже финал, финиш, предел падения, самое дно маразма. Именно это 1-й первый заместитель и демонстрировал.

На торжественных мероприятиях с трибуны частенько такую ахинею нёс, что пресс-служба потом краснела от стыда, пытаясь разъяснить публично, почему сказанные ранее слова столь высокопоставленного матюнинского руководителя не являются бредом психбольного. Однажды в собственном кабинете во время приёма иностранной делегации ухитрился при всех ущипнуть за грудь родную секретаршу… Понятно, что своих секретарш в меру сил щипают все, но — не при иностранцах же!..

Да и всякого другого натворил сей державный муж немало, над чем после чиновничий люд животики надрывал… При таком огромном количестве минусов был у него только один плюс: у Антоновича числился он в друзьях детства, некогда в одном классе учились и за одной партой сидели… Но в политике такой плюс — малозначим и временен… Слишком это опасное занятие, чтобы терпеть рядом дружка – балбеса!..

А 2-й первый заместитель был помоложе, пошустрее и помозговитее. Пожалуй, даже — слишком шустр и мозговит… Ходили слухи, что подсиживает он Антона Антоновича и метит на его место. Наверняка про те слухи и сам Антон Антонович кое-что да слышал!.. И была такая общая мысль, что не пережить 2-му первому аттестации…

Прочие замы, научпры и завотделами — тоже живые люди. У каждого — рыльце в пушку, любому за себя страшновато… Это — даже нашенским «аксакалам»!.. А про рядовую чиновничью «пехоту» и говорить нечего, мы – лишь пыль под ногами у руководства, любого из нас вышвырнуть — дело секундное!.. Так что все мы сидели и тряслись от ужаса…

Ну а персонально наша с Юриком судьба оказалась в руках нашего завотделом Юхима Затеребельного. Что сказать о нём?.. Какашка средней съедобности. Болтливей радио, шустрей сперматозоида, и такой скользкий… такой вредненький!.. Ему нас с Юрасиком «сдать» — что высморкаться!.. Мол, строг я и принципиален, собственных сотрудников не пожалел, запади родимого начальства собственную маму на мясокомбинат отправлю… Нет. не даром поговаривали, что аттестованным обещали считать лишь тех завотделов, кто «подсёк» хотя бы одного из «своих» референтов…А Юхим и двоих не пожалеет — для надёжности. Недаром ведь в застойный период заведовал он в областной газете отделом морали — потому как совести не имел вовсе!..

Короче, начались в ЗДАНИИ интриги, ходы, контрходы, тайные операции, — типичная подковёрная борьба всех со всеми за выживание. Своё место у державной кормушки каждый готовился отстаивать до последней капли крови. Не своей, понятно, а своих противников…

В параллельном отделе наш с Юриком общий корефан Кирилл трудился. Хороший мужик, старательный, имел перспективу на замзава. Так вот он стал после работы каждый день на час-два в своём кабинетике задерживаться, — чтоб начальство заметило его старательность и оценило…Причём ведь наверняка и делать-то ничего не делает, а просто сидит за своим канцелярским столом и газетки перелистывает. Но если кто-либо из начальничков случайно заглянет или позвонит – вот он, Кирилл, на своём боевом посту!..

Потом узнал Кирилл, что заведующий его отделом живёт в многоэтажке напротив ЗДАНИЯ, через площадь. И — перестал выключать свет в кабинете, уходя вечером домой. Выглянет зав из своего окна в полночь-заполночь, а свет в кирилловом кабинете всё ещё не погас — работает подчинённый и глубокой ночью, аж взмок от усердия! ( Только в полтретьего ночи свет в кабинете выключал делающий обход ЗДАНИЯ вахтёр — Кирилл за это отваливал ему пачку сигарет еженочно).

Один из начальников управлений, отставной полковник – танкист Сопила, подарил 2-му первому заместителю золотой потсигар на день рождения. Главное ведь, и взяткой не назовёшь — подарок ведь. Другой начупр, Лямкин, моложавый и подтянутый, из бывших комсомольских вожаков, срочно развёлся с женой и вступил в законный брак с двоюродной племянницей господина Паляницы. Старше его на 5 лет, уродина, дурёха, психичка, но зато аттестация, считай — в кармане.

2-й первый заместитель взял за правило заявляться на работу и в нерабочие субботние дни. Дескать, вот я какой трудяга!.. (Тут был и скрытый вызов самому Палянице, который по субботам, естественно, отдыхал за городом на даче ). Да ладно бы сам… А то ведь и все сотрудники курируемых им управлений вынуждены были тоже вместе с ним «субботничать» на службе. Никто никого не заставлял, вестимо… Но попробуй-ка не выйти на работу, если твоё начальство — парится!.. Эх, тяжела ты, чиновничья доля…

Увидел в раздевалке, как Кирилл из параллельного услужливо помогает надеть пальто своему заву. Суетится, проворничает, лакействует вовсю… Смотреть противно!.. Потом зав солидно проследовал к выходу, а Кирилл бежал следом, чуть сзади, что-то льстиво бормоча на ухо… Тьфу!..

Мы-то с Юриком до такого не опустимся вовек. Хотя тоже немножко стали приноравливаться к ситуации… Раньше на работу частенько приходили с опозданием, а теперь — тютелька в тютельку, раньше домой уходили сплошь и рядом вскорости после обеда, теперь — только после окончания рабочего дня, и в кабинет своего зава Затеребельного старались нынче входить чётким строевым шагом, и преданно «ели» его глазами. Но он в ответ недоверчиво сверкал глазками, явно подозревая нас в лицемерии… Сволочь… Вот ведь даже и СПИД таких гадов не берёт!..

Способов насолить своим референтам у любого завотдела — сколько угодно. Скажем, всучит тебе для принятия срочных мер служебную бумаженцию за сутки до истечения предельного срока реагирования – а там над ней ещё неделю надо пахать и пахать!.. Или пошлёт тебя в командировку тогда, когда ты не можешь, и с тем, кого ты на дух не выносишь… Или поручит тебе составление трудоёмкой и никому не нужной справки, причём он знает, что ты знаешь, что он знает, что справка никому не нужна, и просто издевается над тобою…

Из-за начальственных причуд порой и дело страдает. К примеру, кинул мне Юрка однажды какую-то невнятную докладную, а что делать с нею — объяснить забыл. Я ничего и не делал, памятуя, что в нашем ЗДАНИИ инициатива — наказуема. А потом что-то там закоротило — и пол — Матюнинска три дня сидело без света. Я в докладную случайно случайно заглянул — мама миа, оказывается в ней именно про угрозу самопроизвольного отключения света и предупреждалось!..

Хорошо хоть, зав сообразил, что и по нему эта история ударить может, поэтому спустил её на тормозах… Но и у референта супротив своего шефа тоже есть отличные ходы! Скажем, подсовываешь ему на подпись бумагу, «забыв» предупредить, что она — на контроле у господина Паляницы. Завотдела ту бумагу – под сукно (не любит начальство быстро бумаги подписывать — боится ответственности ), а через пару деньков ему оплеух и навешают — за тягомотину с оформлением документации… Но сейчас, правда, не та ситуация, чтобы под своего шефа копать — самим бы в седле удержаться… А вот он так и норовил под нас подкопаться…

Как-то вызвал нас с Юрой Затеребельный и сообщил, что завтра у 1-го первого заместителя проводится совещание глав райадминистраций — требуется всех обзвонить и обеспечить поголовную явку. Стали мы с Юрасиком названивать… А районщики — ещё тот народец!.. Привыкли на своих территориях к вольготности, мы с Юркой для них — чиновничья мелкота, не в любой микроскоп и разглядишь… Не грубят, понятно, помнят о субординации, но в вежливой бюрократической форме посылают тебя куда подальше. Ввиду важнейших объективных причин не могём, мол, явиться на завтрашнее совещание, и всё тут!.. Уговариваешь каждого персонально, втолковываешь, насколько то совещание важно и судьбоносно (хотя в нашем ЗДАНИИ ничего действительно важного по определению происходить не может!), к четырём вчера вроде бы всем втолковали, что ежели завтра с утра на тот сходняк не сбегутся — всё, хана Матюнинску, рухнет и загнётся…А в полпятого зовёт нас снова Юхим и «радует»: совещание отменено, всех надо снова обзвонить и оповестить об этом… Говорит – и следит за нашей реакцией: не возмутимся ли, не проявим ли признаки неполного служебного соответствия?.. Но мы с Юркой — сама невозмутимость. Кулаки только за спиной так крепко стиснули, что аж костяшки затрещали, на лицах же — полнейшая готовность исполнить любое указание руководства.

На работе, естественно, почти никого уже не застали, и сидели до 10 вечера, обзванивая «районщиков» по домашним номерам и культурно извещая их про то, что столь важнецкое мероприятие оказалось неважнецким и отменено. Чего мы только не наслушались в свой адрес — никакими цензурными словами не передать!.. Тем более, что внешне слова произносились благообразные. – нас интонацией в основном хлестали по харе, оттенком произносимых фраз!.. Лады, стерпели, стиснув зубы… Пара седых волос появилась на висках у каждого, в ушах звенело, в груди кололо, но в целом — порядок, почти без потерь…

Оповестили мы всех, значит, утром приходим на службу, невыспавшиеся, немножечко злые, и тут-то нас Юхим и ошарашивает: совещание-де всё же состоится, немедля звоните и оповестите всех!.. Перекосило меня, потянулась рука за дыроколом — шефа на месте прибить как поганку… но тут слышу — спокойный голос Юрасика: «Будет сделано, Юхим Аскольдович, не волнуйтесь!» Оглянулся я на спокойного кореша своего… немножко опомнился… Только поэтому в тот день Затеребельный живым и остался!..

А то ещё Юхим заставлял нас обращаться в другие инстанции по вопросам, не относящимся к компетенции нашего отдела, но тем или иным боком касающимся личных его надобностей. Скажем, выбиваешь для него в гараже какого-либо другого учреждения машину для поездки в командировку ( из гаража ЗДАНИЯ в подобных случаях машина ему не полагается по должности), или помогаешь достать стройматериалы для его дачи, или что-нибудь подобное… Клянчишь у людей то, в чём они вправе тебе отказать!.. Ясно, что и тут не нагрубят открыто, что-то наобещают, даже и сделают чего-нибудь, но сколько нервов при этом издёргаешь, и каким жалким червячишкой себя в такие минуты чуешь… То ли дело, когда звонишь по вопросу в пределах твоей компетенции (хотя таких вопросов немного — отдел наш маломощен и невлиятелен), — рявкнул в трубку: «Надо!», и тебе в ответ готовное: «Есть!..» Разумеется, и в этом случае сделают лишь одну десятую необходимого, но разве ж в этом — дело?.. Нет, главное — в уважении!.. Человеком себя чувствуешь, с большой буквы!..

Но внутренняя возмущённость Юхимом – гадом не мешала нам исполнять все его даже и самые нелепые указания с энтузиазмом и старательностью. При всём своём желании никак не получалось у него навешать на нас крючков!..

Между тем аттестационные вихри сотрясали ЗДАНИЕ. Ежедневно волнами проходили слухи то об одном, то о другом чиновнике, попёртом с любимой службы за «несоответствие». Сперва это была мелкая референтская рыбёшка, но потом из чиновничьей колоды стали выпадать замзавы и даже завы. Ходуном заходило кресло и под нашенским Юхимом. Почуяв это, он вконец озверел и смотрел на меня и Юру с откровенной ненавистью. Дескать, не желаете уйти «по-хорошему» — я вас отсюда уйду «по- плохому»!.. Ох, вражина… Надо было срочно что-то придумывать.

В ЗДАНИИ имелась своя негласная служба прослушивания телефонных разговоров. Звоню, к примеру, я куда-нибудь, а в неприметной комнатушке на первом этаже ЗДАНИЯ некая чуть ли не импортная аппаратура все мои разговорчики записывает на плёнку, и в случае каких-либо моих любопытных высказываний завтра же распечатка разговора ляжет на стол господина Паляницы или его курирующего мой отдел заместителя. Официально этой службы прослушивания не существует, но любой в нашем учреждении, слыша характерные постукивание и пощёлкивание в телефонной трубке, вмиг укорачивает язык в телефонных разговорах до пределов своих должностных полномочий и служебных инструкций. Никто не знал — кого, когда и на каком основании будут подслушивать (не могли же всё время слушать всех — на это никакой плёнки не хватило бы), это — приучало к осмотрительности и дисциплинировало…

Так вот, мы с Юриком пошли дальше: стали каждый день названивать друг дружке и нахваливать нашего начальника управления, отставного полковника Сопилу: компетентен-де небывало, башковит афиногенно, и в глазах есть что-то этакое… капитальное! Получалось, что не начупр у нас, а прям — таки глыба. Золота, понятно… А вы о чём подумали?.. Вначале, правда, накладочка получилась…Три дня мы с Юрой усиленно комплиментарили вышеуказанного деятеля, а на четвёртый чисто случайно узнали, что в секретной комнатушке аппаратуру временно отключили для профилактического ремонта.

Пришлось сделать перерыв в хвальбе. Но потом в трубке вновь застучало – затрещало, и мы развернулись вовсю!.. Что ни день — придумывали всё новые и новые лестные для Сопилы сравнения. Уж и с Сократом его сравнивали, и с Наполеоном, и с Матерью Терезой (в смысле — такой же добрый), однажды даже Юрик ляпнул, что в сравнении с Сопилой Господь Бог — и тот не тянет… он ведь с управлением танка наверняка не справится, а Сопиле это — как семечки!.. В общем, кинули мы семена в почву и стали ждать благоприятного для нас урожая…

Когда бац — известие: золото в том потсигаре, что подарил Сопила 2-му первому заместителю на день рождения, оказалось фальшивым!.. Видать, сам получил его от кого-то в виде взятки, проверять пробу у ювелира не стал, отнёс шефу в подарок… Дурашка!.. Естественно, сразу же Сопилу не уволмлм, соблюдая чиновничий этикет, но все понимали: аттестационный барьер вырос для него теперь до километровой высоты, а поверх этой стены ещё и битым стеклом присыпали… Короче, хвалить такого начупра — всё одно что себе под ноги противотанковую гранату кинуть.

На несколько дней притихли мы с Юриком, ожидая, чем аукнется для нас неудачная похвальба. Но — пронесло как-то… Тогда стали мы по телефону нахваливать другого начупра, новоприобретённого родича Паляницы Лямкина. Дескать, обаяшка он, красавчик каких поискать, и по слухам из надёжнейших источников — сексуальный рекордсмен!.. Насчёт сексуальности Юрка сообразил, мол: для любого мужика такое про себя услышать — что французкого коньяка на халяву бутылку вылакать!..

Хвалим мы экс – комсомольца, значит, надрываемся вовсю, вкладываем в него свои акции и надеемся на скорые дивиденты, когда бац — очередная новость: Лямкин с двоюродной племянницей господина Паляницы разводится!. И причина — именно в его сексуальных возможностях. Ей надо было, чтобы её ударно удовлетворяли 10 раз в день, а он, оказывается, в юности во время комсомольского субботника напоролся своим «хозяйством» на металлический заборчик, после чего мог делать ЭТО только раз в год, да и то не в каждый, а лишь — в высокосный… Прежнюю супругу Лямкина по причине её полнейшей фригидности такое положение вполне устраивало, нынешнюю же — не устраивало категорически, и она нажаловалась дяде. Антон Антонович дюже осерчал («на фиг в зятья лезть, если и не шевелится даже?!» ), и Лямкина как-то очень быстро опрокинули и низвели до уровня редактора районной многотиражки… А мы с Юриком опять в испуге залегли на дно…

Кто понаивней — сразу сунется с советом: «А вы самого Паляницу по телефону хвалите — уж с ним-то осечки не будет!» Э, мужики, подхалимаж — штука тонкая… Не по чину нам лично господина Антона Антоновича Паляницу расхваливать, понимаете?.. Может подумать: «До чего же я докатился, если какая-то младреферентская шелупень осмеливается давать свою пусть и положительную, но — о ц е н к у моей деятельности!..» И – всё… Выгонят в шею!.. Даже заведующие отделом по нашим неписанным правилам не смеют льстить господину Палянице, это разрешается делать лишь начиная с должности начальника управления…

Казалось бы: хороша хотя бы тем должность младшего референта, что ниже её опустить тебя не могут — только уволить. А и то… жаль ведь увольняться!.. Не на завод же нам потом, к станку, идти… Испортим станок ведь!.. Любим мы с Юрасиком свою Отчизну, хотим лишь блага её промышленности, а потому хоть и велика наша Родина, но не имеем мы морального права отступать дальше проходной нашего ЗДАНИЯ. Но пасаран!

А Затеребельный всё присматривается к нам, принюхивается, примеривается для внезапного удара… Никак определить не может, то ли нас с Юрасем обоих выпереть, то ли ограничиться кем-то одним… И горько признаться, но стал замечать я, что наша давняя дружба с Юрой дала печальные сбои. Всегда были мы с ним в одной связке, дружили семьями (я с его женой втихую сплю, он — с моею), а тут приметил я, что стал дружок мне подленько пакостить…

Чтоб Юхим меня турнул, стало быть, а его — оставил!.. Был один вопрос, в котором Юрка разбирался хорошо, а я — ни в зуб ногой, но решать его именно мне поручили. Обращался я к Юрику за советом, и такое он мне насоветовал, что когда по моей докладной по этому вопросу было принято окончательное решение, то через неделю на каком -то там объекте что-то построенное слегка обрушилось… И хоть до смерти никого не придавило, а так… слегка покалечило 9 человек, и начальство по своим резонам не стало подымать шум и делать оргвыводы, но всё равно — на душе было неприятно!.. Юрик сочувствовал мне, лил крокодиловы слёзы над моими маленькими неприятностями, но я-то понимал, что это он их мне устроил, и не его заслуга, что меня пока что не уволили!..

Но я Юрке тоже — устроил… Стал из дома брать на работу термос с чаем, и в обеденный перерыв Юрика им угощать. А в чае том был подмешан… нет, не цианистый калий, хотя и стоило бы… а – коньяк. Постоянно стал Юрка после обеда ходить в состоянии лёгкого подпития, то посетителю своему ни с того ни с сего нагрубит, то в коридоре проходившую мимо секретаршу из чужого отдела за ягодицу цапнет, а однажды в ответ на какое-то замечание Затеребельного вместо привычных оправданий и объяснений лишь захихикал тупо и дулю ему показал. Юхим глазам своим не поверил!.. Пока протирал изумлённые гляделки — вмиг протрезвевший Юрась уж забормотал какие-то унылые обьясниловки… Короче, сошло всё у Юхима за галлюцинации.

Перестал Юра в обед пить мой «чай», косо поглядывал на меня, явно что-то готовил… Не стал ждать я и нанёс по нему упреждающий удар: написал на него 1-му первому заместителю анонимку. Так и так, мол, всем хорош младший референт Юрий Гладковский, но: а – алкоголик, б – бабник, в – взяточник, г – головотяп, д – дурак, ж – жулик, з – зубоскал против начальства, и – интриган, к – кляузник, л – лизоблюд, м — мудак, и так далее — по всем буквам алфавита… То есть я прямо не утверждал, что он такой и есть, а как бы интересовался: не из таковских ли случайно ваш сотрудник Гладковский?..Подписался так: «Случайно проходивший мимо Доброжелатель.»

Но оказалась моя «телега» не ко времени… Всегда отличавшийся непроходимой тупостью 1-й первый вдруг нежданно частично прозрел и понял, что аттестационный топор в руках старого школьного дружка Антона Антоновича вот – вот отсечёт ему башку. Это открытие вначале подкосило его, а затем — подхлестнуло к действию, и стал он вдруг косить под «своего в доску парня». Пару раз публично на совещаниях сквозь зубы высказался против «чиновничьих привилегий», потом обозвал закреплённого за ним персонального водилу «дармоедом» и стал демонстративно ездить на работу в общественном транспорте, по дороге демократично общаясь с простым людом и расспрашивая его про житьё – бытьё в городе.

Все так и ахнули, а закусивший удила 1-й первый вместо форменной для любого чиновника шляпы стал носить рабочее – крестьянскую кепочку, — ну прям-таки как Ильич в 17-м!.. В рабочее время захаживал на крупные предприятия и, прохаживаясь по цехам, в беседах с трудящимися анонимно критиковать неких высокопоставленных злодеев, которые ему, любовнику народных интересов, мешают навести в Матюнинске полный порядок и окончательную справедливость. Смысл всех его телодвижений был понятен: когда его турнут в ходе аттестации — объявит он себя жертвой «антинародных и антидемократических сил», завалит столицу жалобами, понаедут проверяющие комиссии разбираться. А начнут копать — при желании такого накопать могут!.. Тем более: 1-й первый всё про всех знает…

Не выдержал господин Паляница морального пресса со стороны своего одноклассника, вызвал его к себе и поговорил по душам. В смысле: поставил ему «5» в аттестационные ведомости, и вообще всячески гарантировал ему дальнейшее руководящее будущее.

И сразу же — как отрезало у 1-го первого всякую оппозиционность. Кепку в мусорное ведро выкинул, по заводам шататься перестал, перед водителем за давешнюю грубость извинился — и тут же уволил его за 2-минутное опоздание на работу, а все доносы подчинённых друг на дружку на радостях списал в архив. Мол, мне простили все мои грехи, и я вам все ваши грехи — прощаю!..

Продолжаться бы нашей с Юрасем войне и дальше, но тут обстановка неожиданно в корне поменялась…

Вызвали Юрика ко 2-му первому. Пошёл он на полусогнутых, — не его ведь уровень, не привык — с!.. В приёмной высокого начальства — пять завов, три начупра и один иностранец, но первым секретарша пригласила войти в кабинет его, младшего референта Гладковского!.. Все чуть со стульев не попадали, а Юрик, похолодев от мистического ужаса перед непонятным, вошёл… У самых дверей (!!!) встретил его 2-й первый, как равному руку пожал и до кресла для почётных посетителей за руку довёл.

О настроении стал спрашивать, о планах на будущее (!!!!!!!!!!!), потом секретарша кофе с сухариками принесла, а после её ухода 2-й первый сделал совершенно растаявшему от подобного приёма и готовому сделать для шефа что угодно Юрику деловое предложение — стать его двойником!.. Да – да, ибо помощники 2-го первого, оказывается, определили после долгой кропотливой работы, что из всех сотрудников ЗДАНИЯ именно младший референт Гладковский похож на него больше всех остальных: фигура слегка пожиже, лицу чуток не хватает значительности, и походка не совсем генеральская, а скорее фельдфебельская, но в остальном — схожи как две капли!..

И предложил он Юрику некоторое время под видом 2-го первого исполнять все его служебные обязанности, пока сам 2-й первый будет в столице исполнять некое совершенно секретное правительственное спецзадание… Вначале обрадовался Юра: «Какая честь мне оказывается!» Потом испугался: «А что, если на 2-го первого готовится покушение, и меня элементарно хотят подставить вместо него?!» Но затем – успокоился: «Да кому эта болтуха улыбчивая могла поперёк дороги встать?!. Не будет никаких покушений!..» И — согласился.

Со следующей недели в слегка замаскированном виде стал Юра ходить на работу под видом 2-го первого. Принимал посетителей, участвовал в совещаниях и заседаниях, посещал различные официальные мероприятия. За пределами ЗДАНИЯ никто подмены и не заметил, для простого люда что одно руководящее мурло, что другое — какая разница?!. Ну а в городской администрации все про подмену прекрасно знали, но делали вид, что ничего особенного не происходит. Приказано вести всем себя с Юриком как со 2-м первым — все так себя и ведут, а что да почему — это уж не нашенское дело, а начальственное…

Сам же 2-й первый знаете кем на поверхность вскорости вынырнул?. Двойником самого господина Президента!.. Включил я как-то вечерком телик, по которому Президент на очередной совещаловке речугу пилит с трибуны, гляжу — а ведь то 23-й первый докладищем себе горло полощет!.. Фигура у него, конечно же, малость пожиже, солидности в физии меньше наблюдается, да и подмаргивать аудитории Президент любит левым глазом, а 2-й первый — правым, но в остальном — вылитый глава державы!.. На кой только это Президенту понадобилось?.. Может, покушения боится?.. Так зря — никому он, штукатурка политическая, всерьёз не мешает… Хотя с другой стороны — всегда найдутся желающие плюхнуться в обжитое и обогретое твоею задницей высоко-руководящее кресло…

Спустя какое-то время вызывает меня к себе Юрка. В смысле: к себе как ко 2-му первому. Иду, затаив дыхание, не ожидая ничего хорошего, помня наши последние боестолкновения. Но зря я думал плохое про друга…

-На загородной базе отдыха администрации организован учебный Центр переаттестации кадров! — глядя куда-то сквозь меня, сухо проинформировал Юрик. — Ты назначен туда инструктором. Что-то вроде сержанта в армейской учебке… Не справишься — выгоним.

— Справлюсь, босс! – радостно гаркнул я.

И стал я в УЦПК инструкторствовать. На выходные дни присылали мне на аттестирование очередную команду администраторов. В основном это были чем–либо проштрафившиеся кадры из средне – командного звена. Все они целиком и полностью находились в моём распоряжении, представляете?!.

И оба выходных дня гонял я их по плацу, заставляя исполнять самые идиотские приказы, скажем — громко лаять на портреты лидеров парламентской оппозиции, до блеска вылизывать мои заляпанные грязью туфли, хором скандировать тезисы последней из президентских речуг, и так далее…

Для лично знакомых и чем–либо «доставших» меня чинуш придумывал я завсегда что – либо особенькое. Так, начупра Сопилу я оплеухами и пинками под зад быстренько приучил отзываться на кличку: «Слоновье дерьмо». А экс-начупра Лямкина заставлял лечь в глубокую лужу, и оттуда вопить фальцетом: «Я – импотент!.. Я – жалкое ничтожество и неудачник!..»

Ну а с собственным завом Затеребельным выделывал такое, что в приличном обществе и не расскажешь… Достаточно сказать, что после этих уик-эндов со мной Юхим элементарно спятил, — средь бела дня ходил по ЗДАНИЮ в обнажённом виде и делал посетителям всякие неприличные предложения… (вы меня понимаете?.) Пришлось даже на некоторое время поместить его в привилегированную психушку.

Кое – кому даже начало казаться, что в учебном Центре слегка перегибают палку, и на меня пожаловались господину Палянице. Узнав про мои методы перевоспитания кадров, он долго смеялся, а потом, по слухам, буркнул:

— А что, в этом что-то есть… Пусть не борзеют шавки, помнят своё место!.. Не мешайте ему…Пущай отведёт душу!..

И я — отводил… До седьмого пота гонял по плацу задыхающихся при беге брюхатых и неповоротливых завов и начупров, взбадривал их хлёсткими ударами кнута, покрикивал:

— Выше ножку задирай, вонючки номенклатурные!.. Шире шаг!.. Больше жизни!.. Я научу вас работать, козлины!..

И ведь старались, бегали всё прытче и живее… Боялись меня, младшего референта!.. О, как приятно было на моей душе от их позорной униженности!..

А в один прекрасный день ко мне Юрку сослали. Не как 2-го первого, а как самого себя. Кажись, маленько напортачил в столице настоящий 2-й первый, самолично Президента малость подставил. Подробностей никто не знал, но втихомолку передавали из уст в уста, что во время приёма иностранной делегации у тамошнего олигарха за пустяковую услугу от имени Президента потребовал 2-й первый сто миллионов долларов на лапу, а олигарх возьми да и опубликуй за рубежом распечатку тайно сделанной магнитофонной записи той беседы…

А у 2-го первого, оказывается, никаких полномочий требовать на президентскую лапу не было, Президент подобные просьбы о спонсорстве осуществлял исключительно самолично… Особо серчать на 2-го первого и наказывать его не стали, веря в то, что не для себя просил он — для Лидера, но пришлось ему бесславно вернуться в свой задрыпанный Матюнинск и на прежнюю малозаметную в державе должность. Услуги Юрки – двойника стали ненадобны, и его турнули обратно в отдел. А оттуда — переправили ко мне, помощником инструктора.

Забыли мы с ним все прежние распри, пашем на пару, тянем служебную лямку. Суббота и воскресенье — наши дни. Берегись, номенклатурная свора!.. Погоняем, поиздеваемся, отведём душу вволю, а потом в отчёте об итогах аттестации очередной группы чиновников в графе напротив фамилии такого-то выставляем своё заключение: «годен» или «не годен». Сами-то мы собственную аттестацию давно уж заслужили…

И одно лишь смущает: закончатся горячие аттестационные денёчки и вернёмся мы к исполнению привычных младреферентских обязанностей — не припомнят ли нам наши начальнички собственные мучения и позорища?.. Но Юрка утверждает, что не сожрут нас боссы… Господин Паляница — не даст!.. Наверняка ведь впереди будут и другие – всякие аттестации – переаттестации…

Кадры вроде нас руководству ещё сгодятся!..

Продолжение следует

Автор: Владимир Куземко, специально для «УК»

Читайте также: