Анекдот как зеркало идеологии

Альтернативная история как жанр фэнтези востребована читателями, пользуется спросом и поэтому приносит хорошую прибыль издательствам и авторам. Но ко всем произведениям таких авторов нужно относиться только как к занимательному чтиву или… анекдоту.

Для предприимчивых авторов, пишущих на темы «альтернативной истории», весьма популярной остается тема войны с фашистской Германией. Многие из них охотно развивают идеи геббельсовской пропаганды о том, что Сталин готовил нападение на гитлеровскую Германию после оккупации ею Польши.

Вместе с тем эти же авторы заявляют, что никаких документальных подтверждений их предположения у них нет. Поэтому, пока не будут опубликованы соответствующие документы (и в полном объеме), все высказанное и написанное ими – не более чем версии и гипотезы авторов весьма выгодных с коммерческой точки зрения литературных и мультимедийных проектов.

СЕКРЕТЫ ИЗ СЕЙФА НАЧАЛЬНИКА ШТАБА

У меня один вопрос. Если РККА, как пишут коммерсанты от литературы, готовилась нанести упреждающий удар по вермахту, то почему в июне 1941 года комсостав Красной армии и Красного флота продолжал брать очередные отпуска и отдыхать с семьями в санаториях на юге?

На третий день войны фронтовой корреспондент писатель Константин Симонов выехал из Москвы в Минск, в политотдел 3-й армии. Читаем его «Военный дневник» 1941 года (т. 1, с. 7): «В вагоне ехали главным образом командиры, возвращавшиеся из отпусков. Было тяжело и странно. Судя по нашему вагону, казалось, что половина Западного военного округа была в отпуску. Я не понимал, как это случилось… Рядом со мной в вагоне сидели полковник-танкист и его сын, мальчик лет шестнадцати, которого отцу разрешили взять с собой в армию. Кроме них один артиллерийский капитан…»

Художественные произведения Константина Симонова можно назвать документальными по фактическому материалу, лично собранному им как военным корреспондентом. У него колоссальный фактический материал, лично почерпнутый им как очевидцем. Еще одна цитата из «Военного дневника»: «Переехав через мост, мы свернули с дороги и остановились в небольшом редком лесу, метрах в шестистах от реки. Здесь уже кишмя кишело. По большей части все это были командиры и красноармейцы, ехавшие из отпусков обратно в части. А кроме них бесконечное количество призванных, упорно двигавшихся на запад, на свои призывные пункты».

А вот новое и реальное доказательство. Я вышел на сайт Сочинского центрального военного санатория – бывший Центральный военный санаторий имени Ворошилова. В разделе сайта «О санатории» на странице «Великая Отечественная…» прочитал следующее: «В первый же день войны из санатория в части отправилось 223 офицера, находившихся здесь на отдыхе и лечении».

Выходит, что немало командиров было застигнуто войной где угодно, но только не на своих боевых постах. Если бы Сталин готовился нанести превентивный удар по немецким войскам, он должен был, по логике вещей, отменить отпуска.

К сожалению, сторонники превентивного удара не хотят верить нашему писателю-фронтовику. А поверят ли они реальным, настоящим документам фронтового сейфа начальника штаба 22-го саперного инженерного батальона 1-й Московско-Пролетарской Краснознаменной мотострелковой дивизии? Поисковики нашли его в земле недалеко от Смоленска. После 22 июня эту дивизию, численный состав которой увеличили до штата военного времени, перебросили из подмосковного Серпухова на позиции у реки Березина.

После ожесточенных боев и потерь она отступила к Смоленску, где остатки батальона и всей дивизии фактически погибли в окружении. А сейф начальника штаба батальона бойцы зарыли в землю. В нем лежали папки, спрессованные временем. Специалистам с опытом «размачивания» удалось разделить многие спрессованные документы, которые долгие годы находились в земле.

Я исследовал документы по личному составу батальона.

С 27 мая по 23 июня 1941 года пять офицеров батальона находились в отпуске. А всего в подразделении числились по штату мирного времени 19 офицеров. Любопытные данные. 27 и 28 мая в очередной отпуск отправились два ротных политрука. Первый с билетом до Одессы, а второй – до Ярославля. 31 мая выехал в очередной отпуск до Кинешмы Северной ж.д. лейтенант-связист. 16 июня, то есть за шесть дней до начала войны, в краткосрочный отпуск отправились заместитель командира батальона по политчасти и еще один политрук. Первый до станции Курлово Горьковской ж.д., а второй – до Горького. Если готовили нападение на немцев, то почему отправили в отпуск заместителя командира батальона, ротных политруков и комвзвода связи? Оставили красноармейцев перед войной фактически без «вдохновляющей и направляющей силы партии» в батальоне.

В разделе «Командировки» с трудом читается надпись, похожая на «Нечанов, капитан». Кто он и куда 8 июня убыл из батальона? Из-за размытой надписи синими чернилами определить не удается. А не мог он быть командиром батальона?

ОПЕРАТИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ УШЛО В ОТПУСК

По сохранившимся остаткам документов 1941 года фактически разгромленных приграничных армий и дивизий Западного и других фронтов находим и другие сведения. До 22 июня находился в очередном отпуске начальник артиллерии 4-й армии генерал-майор Дмитриев. Командарма Коробова и некоторых других командиров этой быстро разгромленной армии впоследствии расстреляют.

Читаем один из самых важных документов. План отпусков начальствующего состава Оперативного управления Генштаба Красной армии на 1941 год, утвержденный 31 марта 1941 года начальником управления генерал-лейтенантом Маландиным. Апрель – 8 человек, май – 6, в том числе генерал-майор Петр Кокорев, июнь – 7 человек, в том числе генерал-майор Михаил Шарохин, июль – 10 человек, август – 10, сентябрь – 11, октябрь – 8. (ЦА МО РФ. Ф. 16. Оп. 2951. Д. 242. Л. 152.)

Многие командиры и офицеры погибли или пропали без вести после возвращения из отпуска. Это подтверждают материалы по розыску мест захоронений погибших. Читал письма их родственников. Написано в одном письме, что «мой муж получил долгожданный отпуск, мы приехали к его родителям, через пять дней началась война, муж погиб через месяц». На экзамены в военные академии перед войной выезжали действующие командиры частей. Есть и дополнительные ссылки на авторитетные источники.

В Российском центре хранения и изучения документов новейшей истории (РЦХИДНИ) узнал, что в июне 1941 года решением Политбюро ЦК ВКП(б) были отправлены в отпуск высокие партийные и советские деятели. И это в ответственное, тяжелое и судьбоносное время. Кто они? Андрей Жданов – член Политбюро, секретарь ЦК ВКП(б) и 1-й секретарь Ленинградского обкома ВКП(б), член Главного военного совета Наркомата обороны СССР. Надо полагать, что у Жданова не было особых проблем со здоровьем, если он уехал отдыхать в Сочи. Прибыл туда 16 июня, а выехал утром 22 июня 1941 года.

После назначения Сталина в мае 1941 года председателем Совнаркома СССР Жданов фактически станет его первым заместителем по партии. Он будет подписывать постановления Наркомата обороны вместе с наркомом и начальником Генерального штаба. До начала войны в отпуске находился нарком судостроительной промышленности Иван Носенко.

А наркому морского флота СССР Семену Дукельскому разрешили очередной отпуск по решению Политбюро ЦК ВКП(б) с 21 июня 1941 года. Первому наркому подчинялись не только судостроительные заводы, но и ремонтные базы, а второму – весь морской транспорт и морские порты. В этих наркоматах шла масштабная и напряженная работа. Перед наркомами поставили стратегически важные задачи, в том числе по созданию военно-морских баз на территории новых советских прибалтийских республик.

ИНТЕРНАЦИОНАЛИСТЫ ОТДЫХАЛИ

И еще один малоизвестный, но важный аргумент. 22 июня 1941 года, время посещения с 08.40 и до 10.40, Сталин принимает в Кремле Георгия Димитрова и Дмитрия Мануильского – руководителей Исполкома Коминтерна. Естественный вопрос: почему вождь целых два часа наедине встречался с ними в этот исключительно напряженный день? Попробуем ответить.

В июне 1941 года почти весь аппарат Исполкома и представители зарубежных компартий были в отпуске – 75 человек. Почему? Да тихо было, не было конкретной работы. А вот в 1939–1940 годы работали напряженно. Опять же – почему? 28 июня 1940 года СССР потребовал от Румынии возврата Бессарабии и Северной Буковины.

Бессарабский обком румынской Компартии получил приказ из Москвы и создал Бессарабский Временный Ревком, который обратился к населению с воззванием и призывал сохранять спокойствие и порядок перед ожидаемым вторжением частей РККА. Потом по призыву Ревкома повсеместно начали создаваться рабочие комитеты, дружины, отряды народной милиции. Они брали под контроль предприятия и другие важные объекты, защищая их от посягательств начавших отступление румынских войск.

В июне того же года Красная армия входит на территории Литвы, Латвии и Эстонии. На выборах, состоявшихся 14 июля во всех трех государствах, победу одержали прокоммунистические блоки (союзы) трудового народа – только их избирательные списки были допущены к выборам. Поэтому в 1939–1940 годы члены Исполкома Коминтерна трудились, не зная отдыха и отпусков. А после нападения Германии на СССР им предстояло работать в поте лица. В оккупированных нацистами европейских странах – Албании, Греции, Югославии – разгоралась вооруженная партизанская борьба. В других странах расширялось движение Сопротивления. Большую роль в борьбе с оккупантами играли коммунистические организации этих стран.

Аргументы и контраргументы убедительны своим качеством, а не количеством. Сегодня продолжаются острые споры о далекой уже войне 1941–1945 годов. Можно сделать и неутешительный вывод. Многие авторы «выращивают» якобы новые сведения о далекой войне на мешанине из отдельных достоверных источников, но с обязательной примесью занимательного слухачества и разных сенсационных, а на деле – надуманных версий. Это информационное «блюдо» должно нравиться и иметь большой спрос!

Академики, доктора исторических наук, ставшие писателями-фантастами, радуют молодого читателя также и другими вымыслами – из более древних времен. Например, о том, что печенеги, совершавшие набеги на Киевскую Русь, – это жители венгерского города Печ, Христофор Колумб – это Христя из города Коломыя, один из кораблей которого снаряжали в Америку запорожцы. Иисус Христос по национальности украинец, причем выходец с Западной Украины.

Можно добавить, что альтернативная история как жанр фэнтези востребована читателями, пользуется спросом и поэтому приносит хорошую прибыль издательствам и авторам. Но ко всем произведениям таких авторов нужно относиться только как к занимательному чтиву или анекдоту.

В России он оформился в литературный жанр не вчера и даже не позавчера – вспомним у Пушкина: «Дней минувших анекдоты», а в Италии его назвали новеллой. Вместе с тем анекдот, перефразируя классика, – это коробок спичек: относиться серьезно к нему нельзя, а несерьезно – опасно, потому что произведения этого жанра чаще других легко овладевают умами людей.

Автор: Сергей Петрович Тюляков — член Союза журналистов Москвы, , НГ-НВО

Читайте также: