«За нечаянно бьют отчаянно»

В некоторых культурах преступников судят исключительно по делам, не обращая внимания на смягчающие обстоятельства. Обычно мы чувствует разницу между проступком, совершённым нечаянно, и проступком, совершённым с заранее обдуманным намерением: если, к примеру, ребёнок разбил чашку, просто нечаянно задев её локтем, его ждёт менее суровое наказание, чем если бы он специально столкнул её со стола.

Различие между преднамеренностью и непреднамеренностью отражено и в нормах права: скажем, преднамеренное, спланированное убийство карается более жестоко, чем непреднамеренное, совершённое в состоянии аффекта.

В современном западном обществе преступник может рассчитывать на снисхождение, если докажет, что действовал непреднамеренно. (Фото Andreas Schlegel / fstop / Corbis.)

В современном западном обществе преступник может рассчитывать на снисхождение, если докажет, что действовал непреднамеренно. (Фото Andreas Schlegel / fstop / Corbis.) 

Иными словами, оценивая чужие поступки, мы всегда смотрим на намерения, и моральные суждения всегда большой степени опираются на анализ чужих желаний и стремлений. Считается, что это общечеловеческое свойство, однако все исследования, посвящённые связи морали и намерений, проводились, так сказать, на западном материале, то есть в обществах западного типа, к тому же ещё и индустриализированных.

Ну а если обратиться к другим типам социума? Антрополог Кларк Барретт (H. Clark Barrett) из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе и его коллеги так и сделали: они показали одни и те же инсценированные преступления нескольким сотням людей из самых разных уголков мира; западный тип социума был представлен среди них только двумя вариантами, американским городом (собственно Лос-Анджелесом) и украинской деревней.

 Люди, пересекающих улицу в центре Лос-Анджелеса, 15 июля 2015 года.

В западных обществах ,  таких как Лос — Анджелес, исследователи обнаружили , что намерение , кажется, влияет на моральные суждения человека больше всего. Авторы: shalunts / shutterstock.com

В сценках, которые смотрели участники эксперимента, специальный актёр совершал разные нехорошие действия, среди которых были кража сумки в супермаркете, насилие, отравление источника воды и нарушение пищевого табу (то есть когда он ел то, что в данной культуре есть непозволительно). В разных вариантах зрителям давали знать, что «преступник» совершает свои деяния либо преднамеренно, либо по ошибке, не нарочно.

В статье в Proceedings of the National Academy of Sciences говорится, что спланированное преступление вызывало в среднем у всех людей большее осуждение, чем случайный проступок. Но это если в среднем. При более детальном анализе оказалось, что на Земле есть этносы, для которых в определённых случаях нет разницы между намерением и нечаянностью. Так, аборигены острова Ясава архипелага Фиджи и африканские племена хадза и химба осуждали отравление источника вне зависимости от того, было ли это сделано случайно или же по злому умыслу.

Народ хадза осуждает отравление источника вне зависимости от того, было ли это сделано случайно или же по злому умыслу.. Здесь семейство хадза в Mangola, Танзания. / LUCARELLI TEMISTOCLE / Shutterstock.com

Кроме нечаянности, спонтанности проступка антропологи использовали и другие смягчающие обстоятельства: например, когда человек должен был сделать что-то плохое для самозащиты, или будучи введён в заблуждение, или же он просто был сумасшедшим. И опять же, в целом все участники исследования соглашались с тем, что всё вышеперечисленное в известной степени смягчает вину, однако некоторые культурные особенности проявлялись и здесь: так, на острове Ясава в одинаковой степени осуждали как безумцев, так и тех, кто совершил преступление, будучи обманутым.

В некоторых случаях равную суровость в отношении смягчающих обстоятельств можно понять: например, очевидно, что для фиджийцев и коренных африканцев вода является настолько ценным ресурсом, что неосторожность здесь ничего не извиняет – с водой человек в любом случае должен быть исключительно аккуратен.

В других случаях срабатывают какие-то другие, менее очевидные культурные механизмы. Так или иначе, хотя в целом все люди способны разделять дела и намерения, конкретные особенности того или иного этноса могут вносить свои коррективы в моральные правила. И сугубо криминальной сферой дело здесь не ограничивается – например, известно, что у детей понимание того, что такое честно, зависит от окружающего культурного контекста. 

Автор: Кирилл Стасевич, по материалам LiveScience«Наука и Жизнь» 

 

 

Читайте также: