Розыскники. Служба: отношения оперов, зачеты и звания (записки районного опера)

Как правило, живут опера дружно, объединённые общим делом и общей судьбой. Обычный наш принцип: в случае надобности любой ценой отмажь товарища, не ожидая его просьб и намёков! Тогда завтра, в случае надобности, и он тебя отмажет… А можно при желании скосить под дурачка Дескать: не скумекал, что ему моя помощь нужна. Но у каждого из нас своя особинка в душе, от чего вполне возможны, и даже неизбежны — всевозможные досадные нестыковочки и конфликтные тёрки… Бывает, что и на своего напарника уж смотришь волком и думаешь: «Эх, исчез бы ты куда-нибудь, зараза!..» Но и в таких случаях подлянок друг дружке стараются не кидать, потому как — коллеги всё-таки… И кроме того, сделать товарищу что-нибудь плохое по работе — это означает почти автоматически сделать плохое и самому себе.

Завалит он свой участок работы, к примеру — начальство оттрахает во все дырки и его, и тебя, и весь ваш подотдел. В итоге же вполне может получиться так, что часть его обязанностей на тебя же и спихнут!

…Что ещё поганого сделавшему мне какую-либо бяку товарищу я могу сотворить?.. Не стану же сознательно уничтожать улики против закрытого напарником бандита! Хотя, в принципе, и такое — можно… А вскройся моя роль в этом — всегда можно сделать вид, что от неумелости напортачил, мол – глаза у меня косые да руки кривые, вот и…

Но проще всего однажды — всего лишь не вытащить товарища из той бодяги, в которую он по собственной нераспорядительности и залез…

Обычный наш принцип: в случае надобности любой ценой отмажь товарища, не ожидая его просьб и намёков!.. Тогда завтра в случае надобности – и он тебя отмажет…

Ну вот, а можно при желании – скосить под дурачка в каком-либо конкретном случае… Дескать: не скумекал, что ему моя помощь нужна…

Пример для наглядности… Мой напарник – заболел. День, два, три провёл он на больничном… А на 4-й день — пришёл в ваш с напарником общий кабинетик заявитель по материалу, числящемуся за моим коллегой. Срок оформления этого материала истекает завтра, и если этот заявитель не будет опрошен, то моему товарищу начальство навешает звездюлей!. Будь у нас с напарником нормальные отношения — сейчас запросто опросил бы этого заявителя, и оформил материал вместо него, всех и делов-то… Но напарник мне – не друг… крупно подвёл однажды… В этом-то и соль!..

И вот, пользуясь тем обстоятельством, что заявитель не знает ни о наших производственных нюансах, ни о том, что материал надо обязательно оформить до завтра, и ни о том, что мне известна суть его вопроса (я знаю его в лицо, он меня – нет), — всем этим я пользуюсь, спокойно сообщая этому якобы незнакомому мне гражданину чистую правду: старший лейтенант такой-то сейчас — болен, и выйдет на работу лишь через пару деньков…

Всё!.. Заявитель уходит, назавтра истекает срок оформления материала, и когда в конце недели мой напарник выходит на работу — начальник тут же сношает его всячески за просроченный материал…

Напарник бежит ко мне: «Такой-то приходил?..», «Такой-то?.. М-м-м… Да, кажись, мелькал…», «А чего ж ты его не опросил?!» Я делаю честные глаза: «А разве ж ты меня предупреждал, что его опросить надо?.. Пришёл человек, тебя спрашивал, я сообщил ему, когда ты примерно появишься…» Ему и крыть нечем. Взглянет исподлобья, ничего не скажет, и, сплюнув, отойдёт…

Но если между напарниками начались уж такие подлянки и подставы, то вместе после этого они обычно не работают. В конечном счёте такие тёрки быстро сказываются на конечном результате. Без всякой видимой причины ваш «куст» (опекающая данную «территорию» группа оперов) начинает валить показатели… Начальство не знает, в чём дело, но нутром чует: несёт дерьмецом!.. И через месяц-два таких рассобачившихся друг с другом оперов обычно разводят по разным кабинетам и «кустам»…

СДАЧА ЗАЧЁТОВ

…Регулярно начальство вспоминает, что каждый сотрудник органов обязан с о о т в е т с т в о в а т ь… И — устраивает сдачу зачётов, желая выяснить, насколько каждый мент оправдывает ожидания своих боссов… Практически всегда это мероприятие смотрится настоящим цирком..

Вначале — собирают весь личный состав РОВД, точнее — тех, которых удаётся собрать. Обычно это – чуть больше половины числящихся в штате 400-х с гаком сотрудников, остальные же кто — в суточном наряде, кто — болен, кто – в отпуске, отгуле, на больничном или в запое (для приличия обычно маскирируемого под ту же болезнь или отгул), иные – в командировках, или — дежурят где-то далеко от родного райотдела… Но около двухсот оперативников, следователей, участковых, паспортисток, гаишников и прочих опогоненных граждан-милиционеров — это уже немало. Вполне достаточно для проведения очередного смотра райотделовских силёнок, позволяющего начальству окинуть мудрым взором собранные вместе милицейские рати, ощутить их силы и слабости, прикинуть свои потенциальные возможности по применению этого скопища в действии…

Всем собранным — раздают специальные бланки с вопросами, куда надо вписать своим ответы. После письменного «экзамена» следует устный, вопросы, задаёт проверяющий офицер, и будь добр знать ответ на каждый!.. Впрочем, вопросы — стандартные, и в принципе — не сложные, касающиеся правил применения табельного оружия, технических характеристик этого самого оружия, порядка ареста и задержания граждан, всякой иной мелочёвка из «Закона о милиции» и различных подзаконных актов…

И хоть сложного тут ничего нет, но большой объём информации приходится учить и запоминать наизусть, а когда ж этим заниматься, — при нашей текучке буден?.. Так что большинство правильных ответов — не знает. Если удаётся – наподобие двоечников, списываем у немногих знающих, а на устных опросах — надеемся на подсказку…

После застольного школярства — сдача физической подготовки. Тоже – ещё та комедия…В кинофильмах и увлекательных книжках все милиционеры поголовно — атлеты, мастера рукопашного боя, отличные бегуны и прыгуны с результатами не ниже мировых… В реальности же единственный вид спорта, которым розыскники владеют виртуозно — это л и т р б о л , то бишь — поясняю для Даунов – поглощение максимально больших доз алкоголя в максимально короткие сроки. Тут – да, тут мы если и не мировые, то республиканские рекорды бьём практически одной левой…

Остальное – не для нас, проспиртованных насквозь, измученных ведением многочасовых допросов разнообразного бандитского отрёбья, занудливым общением с начальством и писанием великого множества служебной бумаженции…

Недавно пришедшие в уголовный розыск из школы милиции, и ещё не успевшие растерять форму — ещё кое-как справляются со всеми этими подтягиваниями, отжиманиями, беготней, приёмами самообороны… У них — и молодость, и нерастраченное службой здоровье…Для остальных же — поезд ушёл. В угрозыске по износу организмов сотрудников постоянными стрессами и перегрузками год идёт за три, а у некоторых – и за десять!..

И дай Бог, чтоб утром хватило сил до работы дотащиться, а вечером — добраться с работы домой… Ну и в промежутках между этими самыми важными событиями — ещё и суетишься весь день… Вот и выходит, чем больше лет в органах отпахал-отмучил, тем меньше следов физической и боевой подготовки обнаруживается!..

Но начальства это не касаемо. Какими развалюхами наши отцы-командиры не смотрелись бы, и какие пивные животики у них ни свисали, но по отчётам о сдаче зачётов они всегда стреляют, бегают, подтягиваются и единоборствуют только — на пятерки с плюсом!.. И при этом — на самих зачётах лишь присутствуют, ухитряясь сдавать их, так сказать, «вприглядку»…

Кое-кто из наших сотрудников, впрочем, пытается заниматься спортом в порядке личной инициативы, но получается хреново, потому как опять-таки нет ни времени у личного состава, ни возможностей… А глянешь в документы — всё окей, каждый из нас — спортсмен, и буквально каждый — исполняет категорический приказ начальства — заниматься спортивными упражнениями не менее 4 часов в неделю… Комики!..

В завершении зачётов — самая интересная их часть, стрельбы. О, это надо видеть своими!..

Мужчины из числа оперов, участковых и следователей ещё кое-как отстреляются, а вот мужики из других служб — пасут задних, и уж совсем фигово обстоят дела у наших женщин… Нет, оружие они видели — что раз в вино, и пару раз — вблизи… Но даже и не держались за него ни разу, а чтоб ещё и — стрелять?!.

Впрочем, а кто ж и из нас, мужчин — меткий стрелок?.. Стрельбы проводятся обычно 2-3 раза в год, да ещё и — всячески экономя на патроны. На руки обычно выдают 6 патронов, которые полагается выстрелить в два захода. При таком «обучении» научиться владеть оружием практически невозможно. Разумеется, и на эту тему есть категорический приказ — устраивать стрельбы

не реже двух раз в неделю… Всё на бумаге смотрится красиво, а в реале посмотришь — бардак во всём!..

Самый смак — наблюдать, как на боевую позицию выходит дамский пол.

Вот, к примеру, напротив мишени грациозно качает бёдрами и трясётся тугой грудью миловидная следачка, старший лейтенант Таисия Владиславовна Портная. Тяжелый «Макаров» в её хрупкой ручонке смотрится дико и неэстетично, да ещё и трусовато вздрагивает…

Шесть патронов нервной дамочке — слишком много и опасно, поэтому зарядили «макарыча» только одним, но и то…Из наших кто умнее и осторожнее, — на всякий пожарный тут же попрятались, кто – за дерево, кто – за коллегу пузатей (чтоб пуля не пробила насквозь)… А мишень придвинули к «снайперше» как можно ближе, почти что рядом поставили, тут и захочешь – не промажешь!..

Да и не было у старшего лейтенанта Портной желания промахиваться, наоборот — явно же хотелось попасть, утерев нос всем мужикам-скептикам, но…

Как-то неуверенно подняла пистолет, и целилась… целилась… целилась так долго и тяжко, словно рожала тройню!.. Пальчик неуверенно давил на спусковой крючок, потихоньку сдвигая его, и Портная в ожидании оглушительного выстрела даже зажмурилась. Окружающие настороженно затаились. Нависла тревожная пауза…

И – ничего. Слишком слабо давил на спуск дамская ручонка!..

Не знаю, почему министр внутренних дел не запретит допускать и на пушечный выстрел женский пол в МВД к табельному оружию… Может, ещё не было у нас ни одного умного министа?..

Время, между тем, стремительно шло, и не одной Портной сегодня предстоит сдать зачётные стрельбы!..

Наблюдая эту задержку со стороны, начальник райотдела не выдержал, подошёл, ворчливо посоветовал: «Обеими руками за пистолет возьмись, Таисия, и жми двумя пальцами!»

Таисия Владиславовна бодро повернулась на звук голоса: «Что вы сказали, товарищ подполковник?..» Начальник открыл рот для дублежа, и… замер.

Бабёха ведь не только головой к нему повернулась, но и — корпусом, то есть — и кулачком с крепко стиснутым в нём «Макаровым». И теперь пистолет смотрел нашему шефу прямо в грудь, в сердце. Остолбенев мгновенно побелев как штукатурка, он зачарованно смотрел, как тужится пальчик на спусковом крючке от желания нажать и произвести выстрел.

Сейчас – бахнет, и одним руководящим долбоёбом в милиции

станет меньше…

Все — стояли, буквально парализованные ужасом. Боялись даже чихнуть!.. От малейшего звука Портная могла нервно дёрнуть пальцем на спусковом крючке, и кто знает, не объявят ли позднее чихнувшего – основным виновником произошедшего… Ещё и отдадут под суд, вместе с дурёхой-следачкой!.. «За преступную халатность в обращении с табельным оружием, повлекшую смерть человека»… Срок по этой статье светит – немалый!..

Да и подполковника, хоть и сволочюга он, немножко — жалко… Живая же душа, привыкли мы к нему… И ещё неизвестно, какого гондона пришлют взамен!..

Больше всего жалел начальника райотдела сам начальник РОВД. Распахнув рот и жалобно моргая, зачарованно пялился в зрачок дула, и вся предыдущая жизнь явственно мелькала перед его трагически застывшим взором.

Где, на каком этапе своей безупречной служебной карьеры он сделал просчёт или ошибку, расплатой за которую должна теперь стать 9-граммовая свинцовая примочка?.. С вышестоящими вроде бы всегда — понятлив и исполнителен, подчинённых — не распускал, и воли их порочным наклонностям не давал, мирных граждан из пулемёта в упор — не косил, совсем даже наоборот, старался быть с ними в меру приветлив и периодически отзывчив… За что ж именно ему теперь суждено бесславно погибнуть от руки распоясавшейся стервы?!.

Эвон, невдалеке — начальник штаба РОВД стоит… Такой пузатый, что никакая пуля из лёгкого стрелкового оружия его не возьмёт, увязнув в жире… Такого только из противотанкового орудия свалишь, бронебойным снарядом и в упор, — почему бы в него не шарахнуть?!.

Но тут удивленная наступившей тишиной Таисия Владиславовна наконец-то открыла зажмуренные было глаза – и обнаружила перед собою собственную руку с нацеленным в непосредственного начальника пистолетом. «Ой, извините…» — воскликнула она испуганно, и опустила кулачок чуть ниже.

Теперь дуло целилось в живот начальника райотдела. Ещё лучше!.. Пуля вспорет брюхо, клубок кишок вывалится наружу, и по дороге в больницу в трясучей машине подполковнику придётся придерживать их руками, чтобы не растерять… А если в мошонку жахнет?!. Ой-ё-ё!.. После такого позора начальником РОВД его уже не оставят, не может занимать подобную должность человек, про которого в горУВД за спиною все шепчутся: «Это тот мудак, которому собственная подчинённая на стрельбах яйца отстрелила!..» Чем такой позор – так лучше уж мгновенная смерть!..

Подполковник жалобно повёл очами, в последней надежде на то, что сейчас подчинённые кинутся толпою и скрутят вооружённую заразу, или хотя бы заслонят его своими телами от её бесшабашной пули… Но кто ж согласится заради родного начальника собственной шкурой рисковать?.. Дураков – нет…

Впрочем, один – нашёлся… И не дурак даже, а просто — человек, умеющий найти подход к женщинам… Лейтенант Остроумов, коллега Портной по следственному отделу. Осторожно приблизившись к ней сзади, и ласково полуобняв её за плечи, он развернул её в сторону мишени со словами: «Не туда метите, Таисия Владиславовна… Цель – там!..»

И тут же бахнул выстрел!.. В самое яблочко!.. «Эх, вот так бы и в мошонку — подполковнику!..» — с сожалением подумал не один из нас.

Портная обрадовалась удаче, потребовала: «Дайте мне ещё несколько патронов, я хочу повторить!..»

Заслышав такое, окружающие в панике начали разбегаться. Вот когда принимать бы у нас зачёты по бегу!.. Лично я сдал бы их сейчас играючи, добежав до «уазика» начальника райотдела раньше самого подполковника. Но — пропустил шефа вперёд, памятуя, что без него машина всё равно не уедет. И мы рванули с места. Где-то за нашей спиной ещё раз жахнуло — это старший лейтенант Портная пыталась завалить кого-нибудь из тех, кто не успел отбежать от неё достаточно далеко…

Удачи вам, мужики!

…Вообще же, при сдаче зачётов исходят из принципа: главное – не результат а участие. Ну выяснится, допустим, в результате всех опросов и зачётов, что не соответствует сотрудник такой-то по своим теоретическим знаниям или физическим данным нормативам – ну и что?!. Со своими служебными обязанностями он справляется? Справляется! Всё, вопросов больше нет.

Приказы министра и его замов, конечно, многое регламентируют и указывают как обязательное к исполнению, но и ежу понятно, что для исполнить всё предписанное — не хватит и 48 часов в сутки, так не стоит и стараться… Вот никто и не старается!.. И минимум на три четверти министерских указаний-приказаний в реальной практике все — спокойно плюют…

Понятно, что если судить о положении дел по исходящим «сверху» приказам и телефонограммам, то абсолютно все стороны нашей жизни находятся под чутким контролем руководства. Оно, бедное, постоянно и бессонно бдит, заботясь о нашем благе… Но только ведь заботиться по разному можно… Скажем- приехать, поговорить, попытаться реально как-то помочь… А можно- послать кучу телефонограмм с указанием сроков, в которые следует отчитаться о проделанной работе, и позднее —

влепить кому-нибудь пару выговоров «за ненадлежащее исполнение»…

Так – легче. А в случае необходимости (случись ЧП!) — тут же предъявить эту груду макулатуры в качестве доказательства: во как я работаю!.. Видали?.. Всё держу под неусыпным контролем, вот все необходимые справки о проделанной под моим руководством работе, вот выводы и результаты… Но они, эти гады-нижестоящие, несмотря на мои титанические усилия и мою отеческую заботу про их же интересы, почему-то настойчиво

всё тупят и портят…

Любому вышестоящему начальству именно такие объяснения — удобнее всего. Потому как оно – такое же, как и объясняющееся нижестоящее начальство…

Так и сочиняются подобные бумажки, плодя друг дружку и кочуя сверху – вниз, снизу-вверх, и по обратной… На бумаге у нас всё есть, и всё — хорошо. В реальности же нет ни черта, и погано так, как будто специально кто-то сидит и вредит…

…А всё-таки, сдача зачётов – это здорово!.. Какое ни какое, а — развлечение, яркое пятно в серой пелене буден… Лучше каждый день зачёты сдавать, чем работать, честное слово!..

…Кстати, пару дней назад видел по телику, в местных новостях, интервью с начальником нашего РОВД. Ответил он на пару вопросов о резонансных преступлениях, потом теле-журналистка кокетливо поинтересовалась: «А часто ли вам приходится самому рисковать жизнью в схватках с бандитами?..»

Подполковник крякнул, припоминая, браво насупился, по-маршальски

усмехнулся в теле-камеру: «Не часто, но – бывает… Совсем недавно, к примеру, довелось взглянуть в нацеленное на меня пистолетное дуло!..»

И – умолк, давая понять, что присущая ему скромность, а также некоторые оперативные нюансы и соображения секретности не дают возможности поведать телезрителям всю правду о произошедшем. Но подразумевалось, что когда-нибудь, в будущих мемуарах, он, быть может, и приоткроет завесу тайны над теми событиями…

Так вот, чтобы заинтригованным телезрителям не пришлось ждать слишком долго — проясняю картину произошедшего. Вовсе не матёрый бандит целился в нашего отца-командира, а старший лейтенант милиции Таисия Владиславовна Портная!.. Но физическая и стрелковая подготовка дуры – следачки оказалась настолько недостаточной, что отстрелить гениталии товарища подполковника она так и не сумела… Позор вам, товарищ старший лейтенант!..

Кстати: начальник РОВД категорически укал все будущие зачёты по стрельбе Портной впредь ставить «автоматом», и на пушечный выстрел

не допуская её к боевому оружию!..

ОЧЕРЕДНОЕ ЗВАНИЕ

В прошлом месяце мне должны были дать капитана. Выслужил положенное количество лет, работал как все, на должном уровне тянул показатели… В беспределах не засвечивался, мирных обывателей в лицо ногою не бил, с начальством был в меру вежлив…

Когда наступает срок получать очередное звание, то первое, что делаешь – идёшь в отдел кадров и сдаёшь зачёты на знание «текущих» приказов по министерству, облУВД, горУВД и своему райотделу: порядок применения оружия, обращение с гражданами, прочая фигня… В принципе знать это обязаны все, но все на это положили с прибором, утонув в текучке буден, а вот ты так — не имеешь права… Не сдашь зачётов — до глубокой старости старлеем и останешься!..

Отдел кадров – не то место, где можно гордо заявить: «В вонючую манду ваши зачёты!.. Вы хоть отдалённо понимаете, сколько нераскрытых дел на мне висит?!. Некогда мне тут глупостями заниматься…» На такую словесную бурду они ещё и скажут ехидно: «Какой же из вас — капитан, товарищ старший лейтенант, если вы и зачёты сдать не можете, и раскрывать дела качественно и оперативно — не умеете?!.»

Отличительная черта буквально всех кадровиков: их – не переспоришь!.. Но кто умный — тот с кадровиками и не спорит… Ведь это им же ещё на тебя представление к новому званию писать, при желании — такого насочинять могут!.. И тогда не только капитанских звёздочек не дадут, но ещё и до сержантских лычек разжалуют… Так что захлопни говорливую пасть, офицер, и сдавай всё, что велено!.. А нераскрытые преступления с пойманными бандитами в придачу – подождут, не до них, коль есть дела и поважнее…

Но такое происходит только до определённого звания, пока не станешь как минимум майором. А вот если ты уж – майор, да ещё и – начальник одного из отделов, то песня поётся совсем иная…

Уж не бегать тебе в комнатушку к кадровику… Совсем напротив, это он вежливо притопает в твой кабинет, встречаемый твоим дружески — фамильярным: «А, канцелярская душонка припёрлась!.. Ну, говори быстренько, а ещё лучше — черкани мне на бумажке, какие же на фиг приказы я обязан знать назубок для получения «подполковника»?..» И оба вы засмеётесь твоей незамысловатой шутке, после чего ты распишешься в подсунутой кадровиком бумажке, а он затем удовлетворённо напишет в представлении: «Все зачёты майором таким-то сданы успешно!»

Материалы на представление идут в горУВД, затем — в облУВД, далее — в министерство, где его в числе прочих якобы внимательно изучают, и уж только после этого — следует приказ министра внутренних дел: «Старшему лейтенанту милиции такому-то присвоить звание «капитан милиции»…»

Эх, хорошо!..

(Добавлю в скобках, что, кроме официальной сдачи зачётов, неофициально полагается перед оформлением представления доставить в отдел кадров канистру бензина для отделовских «Жигулей», и пару пузырей водяры, — «А иначе удачи тебе не будет, старлей, — примета такая…» Вот кадровиков и ублажаешь, чтоб удача не отвернулась…)

…И вот — долгожданный приказ!.. Берёшь две дополнительно полагающиеся тебе к погонам звёздочки у старшины (а если эта жила по обыкновению начнёт темнить и ссылаться на «звёздный» дефицит, — идёшь в магазин и сам покупаешь), и – с волнением пришиваешь к погонам…

Ну, что новые звёздочки надо ударно обмыть с корешами — про то я вообще молчу…

Что я выигрываю от присвоения очередного звания?.. На ближайшее будущее — практически ничего. Прибавка зарплаты в 10 долларов (писалось в 1999-м году), и мечтающим о карьере — возможность когда-нибудь занять должность повыше… Вот и всё.

Какого-то особого уважения к званиям в угрозыске нет. Типа: щёлкать каблуками, прикладывая руку к козырьку, и гаркая: «Товарищ майор, разрешите обратиться!» Ничего подобного… Спокойно вошёл в кабинет к тому же начальнику угрозыска, или начальнику райотдела, или ещё какому-нибудь руководящему хмырю доступного тебе уровня, и обращаешься так: «Валентин Савельевич, у меня вопросик один нарисовался…», «Дмитрий Макарович, вы меня вызывали?..», «Юрий Алексеевич, я принёс то, что вы велели…»

Если в беседе с начальством его звание обычно не упоминаешь, то тем более неприлично это в отношениях с товарищами-операми.

Что с того, допустим, что твой дружок и ровесник Васька уже «кэп», а ты — всё ещё «старлей»?.. Важно не эти чисто формальны обстоятельства а то, каков ты в деле и в дружбе…Гавное – именно в деле!.. И если оперскую лямку тянешь ты лучше Васьки, то не ты его, а он твои советы будет выполнять, и следовать твоим рекомендациям… И чхать вам обоим, что званием (а возможно – и должностью) он повыше тебя…

Единственно – когда являешься уж на глаза к самому начальнику горУВД, или к одному из его замов то там немножко робеешь, и начинаешь придерживаться субординации…

Ну и кадровики любого уровня тоже — обожают чинопочитание. Все это знают, и чуточку им подыгрывают. Стучишься аккуратно в дверь кабинетика, «Товарищ капитан, разрешите войти?..» В ответ слышишь снисходительное: «Да, разрешаю!»

Но кадровик – это ж не мент вовсе, а так… Канцелярит!.. Настоящий мент, а тем более опер, к таким дешёвкам – не приучен.

…В принципе если залётов по службе нет, то очередное звание в положенный срок получают все. Пьянки тоже считаются залётом, но если со службой всё окей, то остальное – простят…

Единственное, что может задержать присвоение звания – это наличие служебных взысканий. «выговор», «строгий выговор», «неполное служебное соответствие»… В зависимости от строгости наложенного взыскания звание могут присвоить с задержкой на 3, 6 или 12 месяцев.

Причины же наложения взыскания могут быть разные. Самое распространённое – к с и в у в общественном транспорте потерял. Из другого, тоже частого — следак дал поручение по своему делу, а ты его в срок выполнить не успел (пришло с запозданием, потом были праздники, там – пьянка по случаю Дня милиции, после — запаруха с «тяжкими телесными»)… А следак бац — жалобу начальнику горУВД!.. И всем плевать на твои проблемы. Не уложился в срок — «натянуть его на головку, заразу!»

Если «поджопники» (т.е. заявления граждан о совершённых преступлениях, вовремя не зарегистрированные должным образом, а положенные под задницу) всплывают — тоже повод для оргвыводов. И не за то, что вместо расследования преступления ты мариновал бумажку, такое все делают по сто раз на день, в наших условиях это – неизбежно… А — за то, что не сумел скрыть, засветился, подставил и себя, и, косвенно, своих начальников… Такое – не прощается!..

В общем, залететь можно по всякому… И, как многие наверняка уже догадались, я тоже… лопухнулся недавно!.. Не буду вникать в детали… Теперь до «капитана» мне ещё полгода служебную лямку тянуть!..

Да я особо и не в обиде. Подумаешь…

Все равно в генералы никогда не выбьюсь — для этого характером надо обладать ну уж очень дерьмоватым!

(Продолжение следует)

Рассказ не пожелавшего назвать своё имя сотрудника уголовного розыска записал Владимир Куземко

P.S. Републикация материалов Владимира Куземко, возможна только с разрешения автора!

Читайте также: