Розыскники. Нет выхода! (Записки районного опера)

…По мне же, так Президентом следует избрать человека мафии. Среди наших известных политиков таковые имеются, вот я за такого и проголосовал бы! С лидерами организованной преступности милиции найти общий язык, чтоб вы знали, куда проще, чем с прочими категориями граждан. Отношение к политике – спокойное. Что – тот у власти, что – этот… Хочется другого, чем то, что есть… Но при сложившихся в стране условиях альтернативы нынешним правителям – не вижу. (Написано в 1999-м году).

Нет реального кандидата от оппозиции. Читал программы некоторых: «…за два месяца наведу порядок в экономике…» Ха, наведёт он!

«…Уберу всех запятнавших себя чиновников…» Куда уберёт — на Марс, что ли?

«…Повышу зарплаты, пенсии, рождаемость, продолжительность жизни с и темпы роста экономики, снижу цены, налоги, смертность и преступность, компенсирую замороженные вклады в сбербанке, аннулирую задолженности по квартплате…» М-да!.. Господь Бог – и тот обещает меньше…

Среди нас, оперов, мало кто проявляет к политике хоть какой-нибудь интерес. Откуда время и силы взять на то, чтобы интересоваться этим?! Из тех же, кто всё-таки интересуется, некоторые – за действующего Президента (хотя бы потому, что – действующий), а другие – за коммунистов…

Последнее – не для меня. Коммунисты — вчерашний день. Нынче у них ничего не выйдет – совсем другие исторические условия.

Раньше все ресурсы были отмобилизованы и собраны в кулак мощным государством, что позволяло делать многие реальные дела. На достижение намеченных целей бросалось буквально всё – торговали нефтью и газом, золотом и алмазами, лесом и минералами, военной техникой и промышленным оборудованием… А в самые трудные годы при собственном умирающем от голода населении — продавали за рубеж зерно. Каждый из людей по отдельности был ничем, над всеми и всем царил принцип политической целесообразности, опирающийся на идеологию. Экономика в итоге развивалась не по своим законам, а по решениям ЦК и постановлениям партийных Съездов. Как наверху решали – так внизу и должно, обязано было твориться… И если решили, к примеру, что колбаса «Останкинская» стоит 2-20, то её уж никак не могли нигде продавать по 2-80, и тем более — по три рубля: «Что вы, нас люди не поймут!..» Хотя себестоимость той колбасы могла быть, теоретически рассуждая, и три, и три с половиной… Потерь никто не считал!

Чтобы искусственно занизить цену на одно, так же искусственно завышали цену на многое другое, и в итоге всё оплачивалось за наш же счёт.

Три кита Командной Системы: «управляемость» экономики, всеобщая уравниловка и беспредельная власть государства, могущее отнять у граждан всё, что считало нужным. Именно на этом гранитном фундаменте Советский Союз и держался. Но экономика не могла вечно кормить идеологию, и Система – рухнула.

Сегодня мы живём совсем в другой стране. Всё — разворовано… Люди вроде бы и трудятся, но получают столько, что не в силах себя содержать. При такой жизни ( написано в 1999-м году) люди обнищали до крайности.

Допустим, вернутся к власти коммунисты — что они могут реально изменить, если былых ресурсов давно нет? Народ будет ждать от них возврата прежнего якобы изобилия, а они смогут только громкие слова произносить… Отнять наворованные капиталы у олигархов и раздать их трудящимся? Так богатеи при любом развороте успеют сбежать со своими капиталами за рубеж. А если кто-то из них и лохнётся, угодит за решётку — на много ли хватит тех капиталов, при дележе на всех? Коммунистам нечем будет подкармливать даже армию, милицию и госбезопасность, чтобы те не голодали, и поддерживали правящий режим… Экономика, на которую вновь навесят нахлебником идеологию, сразу же развалится, в стране наступит хаос, и всё закончится переворотом.

По мне же, так Президентом следует избрать человека мафии. Среди наших известных политиков таковые имеются, вот я за такого и проголосовал бы! С лидерами организованной преступности милиции найти общий язык, чтоб вы знали, куда проще, чем с прочими категориями граждан. Начнём с того, что бандиты (не «уличные», а именно организованные) — предсказуемы и управляемы, прекрасно понимая, что при большом желании власть может сделать с ними ВСЁ. Ну, может, и не совсем всё, но — очень многое. Нельзя прицепиться к ним по закону — сварганят какую-нибудь херню, и всё равно — посадят. А сегодня оказаться за решёткой – удовольствие ниже среднего! Бандитам есть что терять – свои супер-прибыли, например…

В 40-60-е годы у «вора в законе» не было, и не могло быть ничего ценного, что можно было бы отнять, и через угрозу отнять которое власть могла бы цепко ухватить его за горло. У него не было своей квартиры (а следовательно – и прописки). Не было своей семьи, за судьбу членов которой можно было бы опасаться. Не было работы, с которой можно было выгнать. Социально он был никем, а следовательно — абсолютно неуязвим. Ничего (кроме жизни) у такого не отнимешь. Разве что – свободу, но что такое для лишённого воли профессионального вора — тюрьма? Дом родной!

Теперь же у современных бандитов есть всё: фирмы, особняки, иномарки, жёны с любовницами, обучающиеся в западных университетах детки… Кто побывал всем, тот уж ни за какие такие коврижки не согласится снова стать никем. И за свои завоёванные позиции в этом мире будет сражаться до последнего.

Как именно? Очень просто: не конфликтовать (по крупному) с властью, а — сотрудничать с ними, подкармливая отдельных её представителей, помогая им продвигаться наверх — чтобы позднее, когда они окажутся НА САМОМ ВЕРХУ, вместе с ними встать у руля державы. И тогда дали б они и милиции жирный кусок — чтоб на них не гавкала, а сами — делали бы со страною всё, что захотят. Но опять же – не всё, а лишь то, что отвечало бы потребностям экономики, доходами от которой они кормятся.

Чем милиция тогда займётся? Известно чем – борьбой с уличной преступностью. Мы и сейчас практически только с нею и боремся.

«Группировщикам» же реально мы сделать ничего не можем, да и не хотим — нет у нас понта друг с дружкой войны вести!

Милиция и мафия — на одной стороне баррикад. Сегодня это — две самых организованных силы общества, укрепляющие его стабильность. Почти всё остальное — это толпа, хаос, разрушение, нестабильность и неизвестность. Так что мы с «группировщиками» фактически – в одной команде, хотя «на публике» — будто бы боремся друг с другом. Тем не менее лично у меня к ним отношение всё равно негативное. Сволочи! Ничего реально хорошего народу не делают, а просто присосались к кормушкам, и хавают свою «долю»…

Да, я тоже – не праведник, но есть некие общеустановленные моральные ценности, которых нельзя нарушать, и которые я стараюсь не нарушать. А они — нарушают их систематически и постоянно. Ну то есть и я регулярно кое-какие из них нарушаю… Но – по приказу государства, служащим которого являюсь. Оно за мои действия и отвечает.

А моя совесть — чиста.

МОЁ НАСТОЯЩЕЕ

Экономнее в последние годы стал я на действия. Избегаю всего нестандартного, требующего дополнительных напрягов ума и мускулов.

Что характерно: филонить и «химичить» сплошь и рядом — невыгоднее, чем просто исполнять в «бездумном» варианте то, что тебе велят. Будет конечный результат или не будет, но железная отмазка тебе есть всегда: «Я же старался!» В самом худшем случае – сойдёшь за исполнительного идиота, а таковым в органах и больше доверяет… Умники в любой момент способны откинуть какой-нибудь фортель, болваны же – понятней, предсказуемей и удобней в управлении.

До генеральских лампасов при подобной манере поведения – не дорасти, но и в лейтенантах до старости не засидишься. Уйдёшь на пенсию честно отпахавшим своё капитаном-майором, с парочкой неярких медалек на груди. А из тех, кто был поумнее, кого – выгнали давно, кто – спился, а кто – поехал крышей и попал в «дурку»…

Работа лично для меня – как персональное место у конвейера. Стоишь у него и собираешь свою детальку, передавая её затем по цепочке дальше… Не то чтоб работаешь совсем безмозгло, вовсе нет; какой-то мыслительный процесс обязателен. Но в строго очерченных рамках. Выйти за них — значит нарушить технологическую цепочку. Появятся сбои в работе механизма, что быстро скажется на результатах. И потому мой принцип: никаких лишних телодвижений!

…Раньше была у меня голубая мечта: получить «на лапу» от какого-нибудь жульмана огромную мзду — и свалить из «конторы»… Теперь — и не мечтаю, понял давно: никто мне, дешёвому районному оперу-«территориалу», о г р о м н у ю сумму не даст, а от мелких подачек разумней — отказаться. Не стоят те жалкие гроши возможных от них неприятностей! Сам же взяткодатель вполне способен побежать в прокуратуру и заявить, что это ты у него мзду вымогал… Много таких случаев уж было.

Поэтому советую имеющим со мною на допросе дело гражданам подозреваемым: и думать не могите предлогать мне «бабки»! Всё равно — не возьму, но в отношении себя вы мою настороженность вызовите. Типа: раз даёт, значит – и впрямь виновен! А уверенность опера в виновности «клиента» порою стоит куда дороже многих весомых улик. Я уж с того человека до конца не слезу, и буду теребить до тех пор, пока он во всём не расколется.

Как же следует вести себя со мною? Очень просто: если есть за тобою хоть малейшая вина — немедленно колись и сознавайся во всём. Тогда мне меньше придётся с тобою возиться, пытаясь как-то уличить и что-либо доказать. Вот тогда только не буду прессовать и кидать подлянок! И расстанемся если и не друзьями (что маловероятно – всё ж таки засуну тебя за решётку надолго!), то, во всяком случае, добрыми знакомыми. Во всяком случае, я тебя буду вспоминать без матюков и с лёгким сердцем!

Не желаешь колоться и за решётку попадать? А это уж не моя проблема… Я, может, тоже не стремлюсь в «зону», поэтому если когда-нибудь и нарушаю закон, то делаю это шито-крыто, и хрен меня поймаешь.

Почему мне можно нарушать закон, а тебе – нельзя? Да потому, что это я тебя допрашиваю, а не ты меня, хрен моржовый! А вот когда мы поменяемся местами — тогда сможешь и поумничать.

ЖУРНАЛИСТКА

С представителями СМИ редко общаюсь. На допросах у меня они не мелькают, а мне самому по редакциям хаживать тоже резонов нет.

Но как-то пропал ребёнок (позднее нашли его труп), и меня послали в местную газету с объявлением: «Разыскивается…» Тогда и пообщался с репортёршей из отдела новостей. Узнав, в каком именно райотделе я работаю, она просекла, что может иметь с меня выгоду, спросила: «Можно, я иногда буду вам позванивать, если понадобится уточнение по криминальным новостям? А то ребята из центра общественных связей при горУВД вечно темнят, ничего толком от них не узнаешь…»

Покосился я на неё и разрешил снисходительно: «Звоните…» Хотя и помнил, что сие начальством категорически не рекомендуется. Общение с прессой — только через ЦОСы. А то ляпнешь что-нибудь э т а к о е, а начальникам потом — расхлёбывай…

В соседней области начальник тамошней милиции даже громыхнул откровенным приказом по личному составу: журналистам хоть словечко без санкции руководства — ни-ни! Но кончилось скандалом: обидевшиеся журналисты накапали в столицу на зажим свободы прессы провинциальным ментярой, и злополучный приказ торжественно отменило министерство. Ринулись тогда обрадовавшиеся журналисты в райотделы за информацией. А там — все от них носы воротят и разбегаются как тараканы… «Подпольный обком действует.»

У меня же на журналистку некоторые виды тоже имелись. Мало ли что в будущем стрясётся… Прижмёт меня начальство за хреновину какую-нибудь, или зажмут зарплату за год-полтора и откажутся отдавать вчистую, или ещё по какой-нибудь причине между мною и руководством начнётся война — тогда и стану воевать посредством прессы! В парочке публикаций выставив краешек правды, намекну, что и остальное выложу, если от меня не отцепятся. Либо же — другой случай — если не пойдут навстречу моим законным требованиям… И никуда они не денутся. Если мои нервишки скрепчают до конца на своём стоять — пойдут навстречу. Пресса – великая сила, особенно если используется с умом и знанием реалий.

КУДА УЙТИ?

Из тех, с кем несколько лет назад я начинал работу в уголовном розыске, ныне в органах только я и остался. Остальные – постепенно утопали на гражданку. Кто куда, но большинство – туда, где больше платят, и чтоб нервотрёпки — поменьше. Я же застрял в уголовке, в основном, потому, что уйти некуда.

Недавно ещё один мой дружок, из нашего подотдела, уволился — перешёл во вневедомственную охрану. Раньше он там и работал, в звании сержанта, потом — окончил школу милиции и заделался розыскником. Честно отпахал три года, а теперь запросился обратно, но уже — на офицерскую должность, инструктором. Так намного лучше…

Первое — сутки отработал, и трое суток после сиди дома, делай что хочешь. Красота! И второе — кроме официальных обязанностей есть ещё и возможность неофициальных приработков, скажем – во внеслужебное время охранять что-либо или кого-либо, за вполне приличную плату. За ночь, глядишь, десятка-другая лишних долларов и набежит, а нищему менту это – сумма! Все довольны: и получившие «левый» приработок охранники (только и всего, что не трое суток после официального дежурства они отдыхают, а двое), и клиенты, имеющие фактически «ментовскую крышу», и начальство охранников, с тех сделок негласно получающее свой «законный» процент.

С огромным удовольствием пошёл бы во «вневедомственники», честное слово! Надоели постоянные начальственные придирки и нищета. Но это только на словах у нас: в какой структуре захочешь – в той и служишь. На деле же, обратись я с пожеланием перевестись во вневедомственную охрану — в отделе кадров лишь заявят: «А мы считаем, что вы больше полезны здесь, в угро, а не там, где сами хотите!» И – точка.

Мнения своего они не переменят хотя бы потому, что никакого мнения у них и нет. Им по большому счёту неважно, где именно я буду тянуть служебную лямку, а им важно, чтоб я не рыпался, и знал свой шесток! И если я буду настойчиво пытаться перевестись туда-то, то можно быть абсолютно уверенным, что именно туда-то я никогда и не попаду.

А чтобы перевестись куда хочешь — нужны связи и блат. Вот у моего дружка такая лохматая «блат-лапа» явно имеется, и кто-то настойчиво толкает его в нужном направлении. Кто именно – не знаю, у нас о подобных вещах спрашивать не принято; захочет – сам скажет, но какой же ему смысл говорить?

Как розыскник он вполне на уровне, очень дотошный — куда более дотошен, чем я. Зато у меня больше гибкости и изворотливости. И я умелей и разнообразней в работе с агентурой. Но, в целом, угрозыск в лице моего товарища потерял ещё одного квалифицированного сотрудника. На его место придёт ещё один неквалифицированный кадр, из числа плохо обученных салаг-выпускников школы милиции. И будьте уверены, что в ближайшие год-два толку от подобного жёлторотика — не дождётесь!

Я МЕНЯЮСЬ…

Наблюдаю перемены в себе за последние год-полтора.

Появилось чувство достоинства. Точнее — самоуважение, постижение своих возможностей как человеческой индивидуальности, Личности…

Но одновременно – интерес к работе не то чтоб угас, а… Исчез страх перед начальством и проверяльщиками! Я теперь более реально смотрю на многие вещи. Более цинично, скажем так.

Если раньше по каждому пустяку дёргался («Ой, если не справлюсь с этим заданием — выговор схлопочу! Надо расстараться и справиться!»), то теперь в аналогичных ситуациях — абсолютно спокоен, даже равнодушен.

На ряде примеров убедился, что хорошо ли я буду делать свою работу или не очень, но от этого совершенно ничего не изменится. И никак не повлияет на то, будет ли в итоге дрючить меня начальство или временно воздержится. (Про командирскую благодарность вообще промолчу – что это?. Не знаю такой! Ни разу не видел!..)

Я просто устал бояться, что в один прекрасный день меня выгонят с работы. Может, когда-нибудь – и выгонят. Но не потому, что плохо справляюсь со своими обязанностями (многие работают хуже меня, но выгонять их никто не собирается); нет, просто попадусь руководству под горячую руку. А такое может случиться с каждым, и в любой момент. Поэтому глупо стараться и активничать на службе в надежде гарантировать себя от внезапных сюрпризов в будущем. Никаких гарантий на моей службе для кого угодно – не существует!

Раньше боялся проверок, теперь – чихаю на них с высокой берёзы. Внешне — почтителен с многочисленными проверяльщиками, а в душе хмыкаю: «Да пошли вы все… Козлы!» Понаедут всякие мандавошки и сволочуги на иномарках, с золотыми перстнями на пальцах, и давай меня поучать! И всё критикуют, критикуют, критикуют… А чтоб реально помочь – так практически никто и ничем ! Нет у них уважения к работающим на «земле», а только чиновничье равнодушие и самодовольное хамство.

Что могу, то и делаю, честно отрабатывая зарплату. Даю тот минимум, который требуется. Но особого старания от меня теперь не ждите — с каких делов, собственно? Разве кто-нибудь ради меня – старался?..

И молодым операм-новичкам безвозмездно свои раскрытия больше не отдаю. Чай, не в детсадике работаем, чтобы о малышах заботиться. Сами пусть, собственными руками, умывшись потом, а если надо – то и кровью… Свои результаты каждый должен зарабатывать сам!

Но и радости от работы больше нет. Это когда взволнованно думаешь: «Я должен, любой ценой!..» Не получилось каких-то сверхусилий — ну и фиг с ним. В следующий раз получится! Или не получится — как фишка ляжет… Но чего попусту нервы палить?

И от этой внутренней ленивости потихоньку становлюсь я ментом более честным, то есть чаще старающимся не брать на лапу, не рукоприкладствовать с бандитами и не делать «подвесов» (это когда к реально совершённым данным бандитом преступлениям с его полу-добровольного согласия довешиваются ещё и «левые», не им совершённые – с целью улучшить отчётность). Да и в самом деле, зачем надрываться, если зарплату за это всё равно не повысят, и внеочередное звание не присвоят? А попадусь — так ещё и посадят запросто! У нас держава от любого из своих слуг в любой момент отречётся, если тот дал промашку и з а с в е т и л с я. Не любит она нас, не уважает, не бережёт. Ну и мы к ней — аналогично!

Таких, как я, в угрозыске – легионы. И я ещё лучше многих прочих, потому что не беспредельничаю, не хапушничаю, и людей без производственной надобности на куски не рву.

МОЁ БУДУЩЕЕ

Чем больше живу, тем чаще убеждаюсь, что важным и значимым для меня является лишь собственное мнение о себе, а также мнение обо мне моих близких и друзей. Имею в виду не приятелей, а именно — настоящих друзей, коих у каждого из нас – не больше, чем пальцев на одной руке.

Что думают про меня остальные — мне плевать. Каждый пусть думает всё, что ему угодно. Стараться всем понравиться – глупо, всё равно не получится, а собственное «Я» — растеряешь.

Деньги – да, без них не обойдёшься. Но сказать, что я за ними гоняюсь из кожи лезу ради них — неправда. Отношение к ним – спокойное, деловое…

Меня как мента, опера, профессионала, больше всего пугает вот какая мысль… С годами на этой работе я ощутимо меняюсь. И прощупывается два возможных направления моих перемен в будущем, ни одно из которых мне не нравится.

Или я выдюжу в этой мясорубке общей среды и окружающих меня обстоятельств, сумею остаться человеком в «волчьей стае» — и тогда, возможно, когда-нибудь и стану опытным розыскником. Но известным и уважаемым лишь в узком кругу таких же профи. И при этом — застряну здесь, в этом райотделе, на этом вонюче-беспросветном «островке», без малейших надежд на приличную должность и весомую зарплату. Ведь

без блата мой потолок в милиции — замначальника районного угрозыска, а это – пшик на палочке!

Но есть и другой вариант: всё ж таки скурвлюсь, стану одних законов и понятий с окружающей средой, начну охотно делать разные гадости… Их-то, допустим, я и сейчас частенько делаю, но – лишь по приказу начальства («Поработайте с таким-то пожёстче!»); вот я вынужденно и стараюсь. А так — сам начну отдавать подобные указания, что откроет мне дальнейшую перспективу служебного роста. Сам буду толкать других, подчинённых мне людей, в ту яму, в которую ныне усердно толкают меня…

Пока мне как-то удаётся избежать окончательного выбора, но придёт время и для него…

Уйти на гражданку? Бессмысленно… Там — то же самое, пусть и в другой обёртке. Но, опять таки: либо ты – волк, хищно пожирающий других, либо — жалкий неудачник…

Никакого другого варианта в окружающей меня жизни не вижу.

Нет выхода!..

Рассказ не пожелавшего назвать своё имя сотрудника уголовного розыска записал Владимир Куземко

P.S. Републикация материалов Владимира Куземко, возможна только с разрешения автора!

Читайте также: