Предновогодний «развод», или «черная метка»… с чешуей

Столь уникальное криминальное явление, как крымский бандитизм, прославивший нас в середине 90-х на всю планету, начало зарождаться на полуострове еще в начале 80-х годов прошлого века. Правда, первые свои шаги будущие известные «бригадиры» делали не по трупам, а по обманутым предпринимателям — их «крышевали», запугивали и «разводили». Иногда эти «разводы» получались весьма курьезными. Автор: ЮЛИЯ ИСРАФИЛОВА, Первая Крымская

Кавказская хватка

Анатолий Погосян (фамилия изменена) в 80-е годы был одним из немногих процветающих крымских предпринимателей. Несмотря на тяжелое постперестроечное время, когда многие никак не могли оторваться от государственной груди и перейти на вольные хлеба, у Погосяна была масса грандиозных бизнес-идей. Главные из них — цветы и шашлыки. Именно за этими двумя направлениями коммерции Толик видел великое будущее. И кавказская хватка его не подвела. К концу 80-х он держал несколько цветочных рынков в Симферополе и имел шашлычные и бары. Кстати, чуть позже именно этот человек, что называется, толкнул Виктора Башмакова на криминальный путь: сначала подвел к не совсем легальной коммерческой деятельности, а потом уже и к бандитизму. В то время Башмаков устроился работать на пивзавод дальнобойщиком и именно по подсказке Погосяна начал гонять в Украину фуры с пивом, водкой и вином по липовым накладным. Потом через того же Погосяна познакомился с известным в те годы криминальным авторитетом Александром Ткачевым (Саханом) и вскоре встал в ряды сахановской ОПГ. Примкнул к Сахану и сам Толя Погосян: в начале 90-х он стал первым основателем небезызвестного бандитского кооператива «Русь» и подмял под себя чуть ли не все цветочные рынки.

Но это было позже. А несколькими годами раньше, когда Погосян только раскручивал свой бизнес, «крышевали» его начинающие и никому в то время не известные симферопольские братки. Кстати, среди них был будущий боец ОПГ «Башмаки» Николай Кожухарь по прозвищу Молдаван. История вхождения его в банду стала чуть ли не местной легендой. На одной из разборок начинающий бандит достал обрез, пытаясь припугнуть противника. Но тот оказался не из слабого десятка и тоже направил на Кожухаря свой обрез. Потом эти двое решили не горячиться, сложить оружие и разобраться мирно. Но как только противник опустил обрез, Молдаван тут же выстрелил ему в колено. Не по понятиям, зато дерзко. Услышав о такой дерзости, Виктор Башмаков взял Кожухаря под свое крыло и назначил бригадиром. В таких беспредельщиках ОПГ нуждалась как в воздухе.

Видно, и Анатолий Погосян уже тогда почувствовал, что с молодым и горячим Кожухарем шутки плохи, и покорно смирился с его «крышей».

В «Эдеме» все спокойно

В конце 80-х Погосян купил у одного председателя облпотребсоюза актовый зал в здании общежития и сделал из него кабак под названием «Эдем». Завсегдатаями этого заведения стали преимущественно бандиты, у простых крымчан, привыкших к советскому быту и времяпрепровождению, попросту не хватало средств посещать подобные увеселительные заведения. Да и побаивался народ коротко стриженных пацанов, которых в городе становилось все больше, и они в случае чего сразу хватались за оружие. Вот и получилось, что коммерсант Погосян ничего от «райской» точки не имел: кормить и поить братву приходилось бесплатно, а других посетителей в кабаке практически не было, так что «Эдем» работал в убыток. Сами бандиты из-за дефицита раскрученных «коммерсов» тоже зачастую сидели без работы и с пустыми карманами. Доходило до того, что, если в Симферополе вдруг появлялась какая-нибудь иномарка, братва за ней гонялась целыми днями, вычисляя владельца и соответственно будущую дойную корову в его лице.

В общем, все сидели, выражаясь блатным языком, на жестких «голодняках». Поэтому Погосян просто просиял от счастья, когда однажды за несколько дней до Нового года к нему пришла незнакомая женщина и попросила о помощи.

Всем угодить и остаться в наваре

Просьба Аллы Николаевны Б. заключалась в следующем. Она умоляла видного предпринимателя Погосяна взять ее к себе на работу и рассказала душещипательную историю о том, как на днях совершенно несправедливо была уволена директором одного крымского предприятия, специализирующегося на переработке рыбы. Пока женщина говорила, в голове Погосяна лихорадочно мелькали мысли о неожиданном заработке. Взять к себе на работу Анатолий ее не мог да и не хотел — зачем помогать чужому человеку, когда собственные родственники еще не все пристроены. А вот деньги содрать с этой тети было вполне реально. Когда Алла Николаевна закончила свою пламенную речь, Погосян понимающе улыбнулся. «Я решу вашу проблему, только мои услуги платные», — сказал он, на что женщина тут же закивала головой: «Я все оплачу!».

После того как обнадеженная Алла Николаевна удалилась восвояси, ушлый кавказец запрыгнул в машину и отправился прямиком к… директору рыбного предприятия Петру Семеновичу Г. С этим человеком Погосян не был знаком, но пронырливый коммерсант благодаря обаянию и умению втереться в доверие очень быстро расположил его к себе. После короткого обмена любезностями Анатолий сказал Петру Семеновичу, что на самом деле приехал, чтобы чисто по-человечески помочь ему: ведь, как говорится, все люди братья, а земля круглая, дескать, сегодня я тебе, а завтра ты мне… Погосян шепотом рассказал директору о том, что час назад к нему приходила уволенная сотрудница Б. и… заказала своего босса бандитам. От этой новости директора затрясло. «Что же мне делать?» — спросил он у гостя, глядя на него глазами умирающей собаки. Ушлый коммерсант сказал, что не все так плохо и он постарается уладить ситуацию с бандитами, с которыми очень близко знаком. Попытается отменить заказ, но опять же за определенную плату. Петр Семенович, как и Алла Николаевна, утвердительно закивал головой: «Я все оплачу!»

Рыба в подарок

После директорского согласия Толя Погосян спешно накинул пальто и, выходя, сказал: «Ждите, буду через три часа, а пока забаррикадируйтесь». Перепуганный насмерть директор понял его команду буквально: заперся у себя в кабинете, занавесил окна, прикрываясь от зоркого глаза снайпера, и на всякий случай подпер шкафом двери. Между тем Погосян поехал в «Эдем», где его ждали бандиты. «Обед за счет заведения!» — торжественно распорядился хозяин кабака и с удовольствием отобедал вместе с братками, при этом не проронив ни слова о случившемся.

Ровно через три часа он был опять в кабинете директора рыбного предприятия. «Ситуация была безвыходной, ваша сотрудница уже оплатила заказ. Тем не менее я обо всем договорился с исполнителями, и они согласились его отменить, но на определенных условиях», — говорил Погосян внимавшему каждому его слову Петру Семеновичу. Условия бандитов были якобы следующие: нужно было оплатить отмену заказа и… восстановить Аллу Николаевну Б. в прежней должности. При этом Погосян сказал директору, чтобы тот сделал вид, что ничего не знает о заказе, и ни словом, ни взглядом не упрекнул мстительную работницу. Уволил, взял на работу — и забыли об обидах. Директор опять утвердительно закивал головой и протянул Анатолию тугой конверт с деньгами, крепко пожимая «спасителю» руку.

Следующая встреча у Погосяна была с Аллой Николаевной. Ей он рассказал, что договорился с директором о том, чтобы ее восстановили на прежней работе и ни в чем не ущемляли. Женщина поблагодарила своего спасителя и протянула ему конверт с деньгами. Все были очень довольны и счастливы. Но больше других коммерсант Погосян: неплохой навар перед праздником, и главное, на пустом месте, без риска и капиталовложений.

Новый год братки вместе с Анатолием Погосяном отмечали в «Эдеме». Стол ломился от угощений и водки. Каково же было удивление хозяина заведения, когда в самый разгар веселья в кабак вошел Петр Семенович Г. в сопровождении своих рабочих. В руках у этих людей была огромная рыба. «С праздником, уважаемые! — заискивающе начал раскланиваться директор. — Примите подарок к вашему столу от нашего предприятия». Братва была уже порядком пьяна и, к счастью, ничего не поняла. А подскочивший к директору Погосян быстренько распорядился унести рыбу на кухню.

Директор и не подозревал, что дал промашку с подарком: по бандитским законам принести мертвую рыбу — значит, предупредить о скорой смерти, то есть вручить своеобразную «черную метку». И действительно, большинство сидящих за столом начинающих братков вскоре сложили свои буйные головы в криминальной войне.

Не дожил до сегодняшнего дня и блестящий коммерсант Анатолий Погосян — умер в 1993 году под скальпелем хирурга во время операции. Может, все это было и совпадением, а может, «черная метка» действительно «черта пометка».

Читайте также: