История отката

Понятие «откат» вошло в русский язык сравнительно недавно, заменив такие понятия, как «взятка» и «коммерческий подкуп». Писать историю отката – дело неблагодарное. Потому что писать её можно бесконечно. Потому что откат есть та же взятка, только узкопрофильная. И труднодоказуемая. В любой стране откат считается чрезвычайно серьезным уголовным преступлением, и Россия тут не исключение. Главной практической проблемой применения 204-й (коммерческий подкуп) и 290-й (получение взятки) статей Уголовного кодекса Российской Федерации является доказуемость состава преступления. Доказать в суде наличие связи между получением денег или «борзых щенков» и выгодой, полученной дающим, всегда крайне сложно. Подавляющее количество дел по факту отката разваливается в суде.

Автор книги «О.Т.К.АТ. Особая Техника Клиентской Аттракции» Дмитрий Ткаченко рассказывает такую притчу:

«Японский чиновник едет в Китай, встречается с китайским чиновником и видит, что у него большой красивый дом, хотя получает он меньше японца. «Как это так? Зарплата у вас небольшая, а такой дом». Китайский чиновник проводит японца к окну, указывает на дорогу и говорит: «Дорогу видите? Мне с нее 25% пошло». Затем японский чиновник едет в Нигерию, встречается с африканским чиновником, и все повторяется. Только африканский чиновник получает еще меньше китайского, однако у него дом гораздо шикарнее. Японец спрашивает: «Как это так?» Африканский чиновник подводит японца к окну и говорит: «Дорогу видите?» «Нет там никакой дороги». «Потому и нет, что мне с нее 100% досталось».

«Если проводить параллели, то случай с китайским чиновником ближе к сфере закупок коммерческой организации, с африканским — закупок для госсектора», — заключает Дмитрий Ткаченко.

Самые громкие примеры коммерческого подкупа иоткатного взяточничества в России — закупка Фондом обязательногомедицинского страхования льготных лекарств и Пенсионным фондом -компьютерной техники, коррупционный скандал в Агентстве по страхованиювкладов, расследование причин сотрудничества Министерстваинформационных технологий и связи с компанией Siemens. «Неплохо»обстоят дела с откатами и на благополучнои и законопослушном Западе –достаточно вспомнить коррупционный скандал, в котором оказалисьзамешаны топ-менеджеры сети магазинов IKEA. Их обвинили в получениимиллионных взяток от строительных компаний, которым эти менеджерыустраивали подряды на строительство торговых комплексов в Германии.Менеджеров германского подразделения Philips недавно заподозрили вподкупе сотрудников розничных сетей.

Итак, неофициальным термином «откат» принято называть негласное вознаграждение служащего коммерческой фирмы или административного органа сторонними лицами или организациями за принятие выгодного им управленческого или хозяйственного решения в рамках его должностных полномочий. Получатель отката — это практически всегда управленец или менеджер, в силу своего служебного положения имеющий возможность распоряжаться ресурсами своей организации, будь то бюджеты, средства для приобретения товаров и услуг или же, наоборот, товары и услуги, предназначенные для реализации.

Каждый раз, когда должностное лицо принимает решение об использовании этих ресурсов, руководствуясь не столько интересами своей организации, сколько личной выгодой, следует говорить о факте отката. Форма, которую принимает «благодарность» откатодателя, в этом случае не важна; это может быть как конверт с наличными, так и контракт с перечислением денег на счет «карманной» фирмы откатчика, например за проведение некого «маркетингового» исследования.

По неофициальным данным (официальных, естественно, не существует), примерно треть всех коммерческих сделок в России совершается по откатным схемам. В тех отраслях, где откаты стали обычной практикой продвижения продукта, только крупная фирма с именем и хорошей долей рынка может позволить себе работать «безоткатно». Для остальных же действует принцип: «Не откатишь — не продашь».

Традиционно наиболее «откатоёмкой» считается сфера бюджетных закупок и контрактов. Доля госзакупок составляет около 35% от бюджетов всех уровней, чиновничьи «откатные» варьируются в широких пределах. Вспомним хотя бы пресловутого экс-премьера Михаила Касьянова, которого, судя по всему, не голословно называли «Миша-два-процента».

Долю отката в отечественном ВВП подсчитать даже приблизительно не представляется возможным. Пакет молока в супермаркете у вашего дома стоит несколько дороже – за счет отката, «внесённого» производителем или дистрибьютером хозяевам торговой сети, — за то, что на самом видном месте стоит товар именно этой марки, а не конкурентов. В цену вашего бизнес-ланча, скорее всего, включен откат, который получает шеф-повар с поставщика продуктов. Откаты получают владельцы аптек – за продажу тех, а не иных лекарств, хозяева книжных магазинов – за то, что самая читающая нация покупает книги того, а не другого издателя, да и тот компьютер, за которым вы в данный момент сидите, куплен в магазине, где кто-то слегка обогатился за счет расширения или сужения ассортимента компьютерных брендов.

При этом, для «откатодателей» последствия этой бизнес-практики не столь разрушительны, сколь для компаний, чьи сотрудники эти откаты получают. Именно владелец бизнеса должен создавать систему «противооткатной обороны» с целью если уж не извести этот порок вообще, то хотя бы держать служащих в определенных рамках. «Если владелец бизнеса не отыгрывает «откаты» в свою пользу, то, скорее всего, подсуетится кто-нибудь из подчиненных. На коррумпированном рынке у служащих складывается отношение к «откатам», как к ничьим деньгам, на которые велик соблазн наложить руку», — говорит Андрей Петраков, сотрудник консалтинговой компании «Ресткон».

В некоторых случаях владельцам бизнеса удаётся использовать ситуацию на благо своего дела. Чтобы продвинуть своё пиво в ресторане, заведению выделяется маркетинговый бюджет, чтобы поставить свою продуктовую линейку на полки магазина – практически официально оплачивается «билет за вход». Но не в карман закупщику, а на счет самой компании.

Итак, неофициальным термином «откат» принято называть негласное вознаграждение служащего коммерческой фирмы или административного органа сторонними лицами или организациями за принятие выгодного им управленческого или хозяйственного решения в рамках его должностных полномочий. Получатель отката — это практически всегда управленец или менеджер, в силу своего служебного положения имеющий возможность распоряжаться ресурсами своей организации, будь то бюджеты, средства для приобретения товаров и услуг или же, наоборот, товары и услуги, предназначенные для реализации.

Каждый раз, когда должностное лицо принимает решение об использовании этих ресурсов, руководствуясь не столько интересами своей организации, сколько личной выгодой, следует говорить о факте отката. Форма, которую принимает «благодарность» откатодателя, в этом случае не важна; это может быть как конверт с наличными, так и контракт с перечислением денег на счет «карманной» фирмы откатчика, например за проведение некого «маркетингового» исследования.

По неофициальным данным (официальных, естественно, не существует), примерно треть всех коммерческих сделок в России совершается по откатным схемам. В тех отраслях, где откаты стали обычной практикой продвижения продукта, только крупная фирма с именем и хорошей долей рынка может позволить себе работать «безоткатно». Для остальных же действует принцип: «Не откатишь — не продашь».

Традиционно наиболее «откатоёмкой» считается сфера бюджетных закупок и контрактов. Доля госзакупок составляет около 35% от бюджетов всех уровней, чиновничьи «откатные» варьируются в широких пределах. Вспомним хотя бы пресловутого экс-премьера Михаила Касьянова, которого, судя по всему, не голословно называли «Миша-два-процента».

Долю отката в отечественном ВВП подсчитать даже приблизительно не представляется возможным. Пакет молока в супермаркете у вашего дома стоит несколько дороже – за счет отката, «внесённого» производителем или дистрибьютером хозяевам торговой сети, — за то, что на самом видном месте стоит товар именно этой марки, а не конкурентов. В цену вашего бизнес-ланча, скорее всего, включен откат, который получает шеф-повар с поставщика продуктов. Откаты получают владельцы аптек – за продажу тех, а не иных лекарств, хозяева книжных магазинов – за то, что самая читающая нация покупает книги того, а не другого издателя, да и тот компьютер, за которым вы в данный момент сидите, куплен в магазине, где кто-то слегка обогатился за счет расширения или сужения ассортимента компьютерных брендов.

При этом, для «откатодателей» последствия этой бизнес-практики не столь разрушительны, сколь для компаний, чьи сотрудники эти откаты получают. Именно владелец бизнеса должен создавать систему «противооткатной обороны» с целью если уж не извести этот порок вообще, то хотя бы держать служащих в определенных рамках. «Если владелец бизнеса не отыгрывает «откаты» в свою пользу, то, скорее всего, подсуетится кто-нибудь из подчиненных. На коррумпированном рынке у служащих складывается отношение к «откатам», как к ничьим деньгам, на которые велик соблазн наложить руку», — говорит Андрей Петраков, сотрудник консалтинговой компании «Ресткон».

В некоторых случаях владельцам бизнеса удаётся использовать ситуацию на благо своего дела. Чтобы продвинуть своё пиво в ресторане, заведению выделяется маркетинговый бюджет, чтобы поставить свою продуктовую линейку на полки магазина – практически официально оплачивается «билет за вход». Но не в карман закупщику, а на счет самой компании.

Ярослав КРАЙНОВ, NOTheft

Читайте также: