Черный октябрь. Часть 2

Бывший министр внутренних дел Андрей Дунаев рассказывает, как в октябре 93-го Россия балансировала над пропастью. 15 лет назад в стране произошли события, которые позже окрестили черным октябрем. Они предопределили нашу последующую жизнь. Тогда cхлестнулись две силы. Каждая хотела управлять страной по-своему. Парламент требовал восстановить сбережения граждан, обесцененные гайдаровской реформой, пересмотреть предложенные правительством схемы приватизации, не допустив чубайсовского варианта реформ, внести поправки в Конституцию, открывающие путь к смещению президента. Президент Ельцин предпочел переговорам язык пушек. Сегодня о тех кровавых событиях рассказывают Андрей Дунаев и Альберт Макашов.

В стане противников Бориса Ельцина, защищавших «Белый дом», он оказался, отказавшись убить «красного вождя» Виктора Анпилова. Александра Руцкого не устроила его мягкость. Сам Андрей Дунаев, бывший министр внутренних дел, считает, что удержал Россию от братоубийственной войны и уберег от сползания к диктатуре.

Ольга Ходаева

Министр по особым поручениям РФ, – говорит Дунаев, протягивая руку.

Шутит.

– Руцкой меня назначил на этот пост, и никто пока не снял, – объясняет Андрей Федорович.

С бывшим министром внутренних дел РФ мы разговариваем в офисе Московского экспериментального завода средств автоматизации. Заводик его. Есть и другие, побольше – в Туле, Ульяновске. Есть еще и собственные банк, корабль и фермерское хозяйство. Все это у него появилось после отсидки в «Лефортово» за участие в защите «Белого дома». 69-летний генерал-лейтенант открыто говорит, что он очень богатый человек. А своему бурному милицейскому прошлому благодарен за полученные навыки и хорошие знакомства.

– Незадолго до разгона Верховного Совета Ельцин освободил вас от должности заместителя министра внутренних дел. Говорили, вы просто мстили обидчику, поддержав Руцкого с Хасбулатовым.

– Кроме должности заместителя министра, у меня был к тому же и депутатский мандат. Как избранник народа я обязан защищать Конституцию, были и разногласия с Ельциным. Помните, 1 Мая 1993 года на площади Гагарина произошло столкновение ОМОНа с демонстрантами, а 9 Мая коммунисты грозились вывести еще больше людей на улицы и даже захватить Кремль? Мне поставили задачу предотвратить беспорядки и приказали убрать Анпилова. Я предложил задержать его за какое-нибудь маленькое нарушение на праздничные дни. Но тогдашний министр внутренних дел Ерин отреагировал жестко: «Тебе сказано, чтобы Анпилова не было!» Но это возврат 37-го года. Поэтому я вызвал начальника разведки, 33-летнего генерала, и приказал сформировать две оперативные группы и следить за Анпиловым, чтобы ничего с ним не случилось. Лидер «Трудовой Москвы» мне как человек не очень симпатичен, он – провокатор, но тут вопрос стоял принципиально – у нас или демократия или диктатура.

На следующее утро слышу сообщение по радио: Анпилова украли. Спрашиваю начальника разведки: «Где Анпилов?» Он: «Не знаю». – «Пиши объяснение». Тот доходит до кабинета и падает в обморок, его – в больницу, и через день он умирает. Темная история – молодой, здоровый. Сам умер или помогли. И все же Анпилова не убрали – потому что втихаря уже не получилось бы. А незадолго до этого я узнал, что по поручению Ельцина в МВД и в силовых структурах создан штаб по подготовке разгона Верховного Совета. Борис Николаевич вызвал меня по текущим делам, ну я и сказал: «Пока я в МВД, вам трудно будет разогнать Верховный Совет». О создании штаба сообщил Хасбулатову. Тот собрал президиум, и мне пришлось выступить, по сути, с обвинениями в подготовке государственного переворота. В итоге нас с Виктором Баранниковым, министром безопасности РФ, срочно отправили в отпуск. А потом отстранили от должностей.

Пьяные на бэтээрах



В противостоянии между президентом и депутатами гибли простые граждане

– Руцкой назначил вас министром внутренних дел, а потом вдруг снял. Что-то с ним не поделили?

– Руцкой призывал быть резче, как он говорил, с «ельцинскими». Мы втроем – Баранников, Ачалов, назначенный Руцким министром обороны, и я – говорили: стрелять нельзя ни в коем случае, но остальные были настроены куда решительнее. Из регионов предлагали прислать вооруженные отряды. Представьте: 50 тысяч поддерживали Ельцина и столько же приехало бы в Москву. Тот же Анпилов меня обвинял, что я не захватил МВД. Александр Коровников, сейчас сенатор, приволок 200 гранатометов. Такое оружие за один выстрел уничтожает все вокруг на сотни метров. Мясорубка была бы. Мы не позволили ни разу выстрелить из «Белого дома». А если бы хотели сопротивляться, то продержались бы и месяц, и два. Имелись стратегические запасы оружия и продовольствия. Но тогда бы грянула гражданская война.

Когда захватили мэрию, там находилось 300 солдат внутренних войск, первогодок. Разъяренная толпа давай их на улицу вытаскивать. Я пистолет вынул, кричу: «Что вы делаете, это же ваши дети, при чем они?» Построил их, разоружил, только один автомат отдал командиру и сказал: «Шагом марш отсюда!» Поставил охрану до утра, чтобы не разграбили. Утром, как только стрельба началась, наши люди ушли оттуда, и вскоре приехал автобус МВД. Из него высаживается бригада милиции, командует ею мой подчиненный – начальник угловного розыска Колесников. Баркашовцы нижнее стекло в здании напротив ломают, устанавливают пулеметы, прилаживаются. Успел крикнуть: «Не сметь, в спину стрелять буду!» Захваченные 11 бэтээров, окружавшие «Белый дом», мы с Баранниковым тоже отпустили.

Члены их экипажей дали слово не участвовать в операции. Генерал Голубец, руководитель обороны «Останкино», их встретил на проспекте Мира, в каждый бэтээр – по ящику водки, напоили ребят. Они на площади перед «Останкино» прямо по людям ездили. После этого 3 октября вечером я повздорил с некоторыми депутатами. Они требовали открыть огонь по танкам, а я был против. Так появился указ Руцкого сделать меня другим министром – по особым поручениям.

По «Белому дому» – вакуумными бомбами

– 3-го вечером начальник УЭП ГУВД Сергей Солдатов прислал ко мне человека предупредить, что в 6 утра начнут штурм, предлагал уйти. Баранников спрашивает: «Остаемся или уходим?» Я говорю: «Получится, страшно стало – ушел». Так сделал, к примеру, Починок. Мы остались.

– Говорили, что «верхушка» защитников «Белого дома» пила для храбрости во время осады.

– Это Ельцин во время осады «Белого дома», как всегда, был подшофе. Об этом мне рассказывали его помощники. А я перед штурмом велел весь запас водки раздать по кабинетам. Десять бутылок положил и в свой холодильник – вместо спирта использовать на случай ранения. Какой же дурак станет пить, когда известно: стрелять будут. В 6 утра дали воду и свет. Я в душ залез. Тут и началось. На моих глазах убивали людей, которые разбили у «Белого дома» палатки, среди них было много стариков. Они не вошли в число погибших, их сразу увезли. Из окна наблюдал, как трупы штабелями клали под мост. Применяли, по-моему, и вакуумные бомбы. Идешь по коридору – взрыв. А потом на стене отпечаток человека. Руцкой напрасно «бомбил» телефоны посольства США: выскажите свое мнение. Америка молчала.

«Витязь» и «Альфа» отказывались штурмовать «Белый дом» до тех пор, пока в спину не выстрелили бойцу «Витязя». Его скосил снайпер с гостиницы «Мир». Кинулись туда, но стрелок успел уйти, лишь поняли, что почерк ни эмвэдэшников, ни кагэбэшников, а чей-то другой. Баранников мне говорил, что это могли быть «массадовцы», их в России работало около 80 человек. А направляли подстрекателей из американского посольства. США хотели раздуть гражданскую войну и разорить Россию.

Грачев хотел пулю в лоб

– С теми, кто в вас стрелял в 93-м , сейчас здороваетесь?

– Через несколько лет после этих событий я встретился на дне рождения с бывшим министром обороны Павлом Грачевым. «Ты на меня сердишься?» – спрашивает. А потом он сказал: «Помнишь, я перед танками шел без каски? Это чтобы вы меня убили». То есть, он хотя и выполнил приказ Ельцина, но прекрасно знал, что этого делать было нельзя. Специально себя подставлял. Но мы-то не стреляли. Впрочем, не он, так другой выполнил бы этот приказ.

– Правда, будто в какой-то момент в «Белом доме» хотели сместить Хасбулатова?

– Два раза Александр Соколов поднимал этот вопрос, хотели заменить Хасбулатова на Юрия Воронина. Но потом поняли – поздно. И дело не в Руслане Имрановиче, он порядочный человек. Мешало его чеченское происхождение. Во время путча 91-го года вся милиция меня поддержала. В 93-м году ростовский ОМОН приехал в Москву. Я спрашиваю: «Почему выполняете преступный приказ?» Они отвечают: «Два му…а дерутся за власть. Один – русский, другой – чеченец. Так мы лучше русского поддержим». Поддержали не закон, а русского Бориса. Если бы вместо Хасбулатова был русский, возможно, все иначе повернулось.

– Перед тем, как из «Белого дома» вывели вас, Руцкого и Ачалова, началась какая-то пальба.

– Мы пригласили в «Белый дом» переговорщиков от «Витязей», сложили в кучу пистолеты на третьем этаже. Выходили через 8-й подъезд. И тут шквальный огонь. Стреляющим издалека не видно, кто выходит. Связи почему-то нет. Бойцы «Витязя» открыли ответный огонь по своим же. Нам обещали: до зоопарака довезем, пойдете домой, а разбираться будем потом. Но обманули. Выходим, нас встречают Барсуков с Коржаковым, поздоровались и предложили пересесть в автобус. Привезли в «Лефортово», обыскали и в камеру. Мой охранник в «Лефортово», полковник, однажды улучил момент и сказал: «Представители Ельцина летали в Америку, договорились: десять дней – расследование, десять дней – суд, и вас расстреляют». Не уверен, так это ли на самом деле, но знаю точно: Ельцин негодовал, что нас выпустили.

А я ни о чем не жалею: посидеть пришлось, преследования были, но я не убийца и приказ стрелять по своим не давал. Про нас говорили, что мы устроили красно-коричневый путч. Депутаты защищали законность. И если нашлись люди в окружении Ельцина, которые отдавали приказ убрать Анпилова, то существовала реальная опасность сползания к диктатуре. Хотя Ельцин и дал приказ стрелять по «Белому дому», но уроки все же извлек.

Справка: * Андрей Федорович Дунаев родился в 1939 г. До 1990 г. – на различных должностях в территориальных органах внутренних дел, 1990 г. – сентябрь 1991 г. – заместитель министра внутренних дел РСФСР, народный депутат, сентябрь – декабрь 1991 г. – министр внутренних дел РФ, 1992 г. – июль 1993 г. – первый заместитель министра внутренних дел РФ. Во время событий октября 1993 г. в правительстве, сформированном А.Руцким, – министр внутренних дел РФ. Отсидел в «Лефортово», амнистирован.

* Председатель совета директоров коммерческого банка «Глобэкс», крупный бизнесмен.

РУЦКОЙ И ХАСБУЛАТОВ – ТРУСЫ!

– считает Альберт Макашов, один из главных участников событий октября 93-го.

В канун 15-летия октябрьских событий «Экспресс газета» разыскала отставного генерала в Самаре – он живет на даче, некогда принадлежавшей маршалу Тухачевскому. Альберт Михайлович Макашов согласился поделиться воспоминаниями о противостоянии парламента и президента.

Анатолий Белевцев

– Я горжусь званием участника событий октября 93-го года. Тогда многие думали так же, как и я, но решиться на действия не смогли. Спасибо тем тысячам людей, что пришли тогда к Дому Советов. Их никто не гнал, не мобилизовал. Пришли сами. Пришли и те, кто в 91-м помогал разрушать СССР, – депутаты, – говорит Альберт Макашов. – К сентябрю 1993 года у очень многих прорезались глаза: за два года ельцинского правления многие отшатнулись от него, а указ о разгоне Верховного Совета сплотил порядочных. Легковесные, как навоз, уплыли – списки тех депутатов, что ушли, так и не удалось найти, все засекречено. К сожалению, как это часто бывает, храбрыми и честными управляют трусы и проходимцы. Под последними разумею Руцкого и Хасбулатова.

Руцкой матерился, как сапожник

– Руцкой собрал в первые дни осады тех, кто носил погоны. Сам, с 12 лет росший в грубом мужском коллективе, такого мата, как от Руцкого, я нигде больше не слышал. Он сыпал отборной руганью вперемешку с приказами: «взять», «блокировать», «разогнать». Все это выглядело смешно. Помню, наклонился к соседу по столу, к депутату-генералу в милицейской форме и прошептал: «Сейчас прикажет взять почту, телеграф, вокзал». Руцкой точно подслушал меня и… «Генералу Макашову взять почту, телеграф, вокзалы…» В отличие от классика он приказал еще и МВД занять, Генштаб, «Останкино»… На третий день пребывания в Верховном Совете я пошел к Хасбулатову. Если мы нужны депутатам, то выдавайте оружие. Со скрипом, но решили вопрос. Каждый из бойцов сдавал удостоверение или паспорт, иначе не была бы обеспечена сохранность. Сколько оружия я получил под свою ответственность, столько его и оказалось в куче после того, как «демократия» победила.



Генерал Макашов собирает отряд для захвата мэрии

– У вас имелись только автоматы?

– Ни гранатометов, ни снайперских винтовок, ни гранат у нас не было. Жалко. Да, видел я тот гранатомет, о котором потом орали все кому не лень. Видел у человека в старом саперном маскхалате – он пытался подготовиться к стрельбе, стоя на коленях. Я бросил ему, проходя к техническому зданию: «Смотри, не выстрели, сзади люди». Он мне отвечает небрежно: «Ты что, не видишь, что граната инертная? (Инертная граната применяется для стрельбы по марлевым или фанерным мишеням. – А.Б.) А еще генерал…»

– Как проходил штурм «Останкино»?

– Я первым вошел в холл технического здания – через расположенный справа от двери оконный проем. Со мной три человека из моей группы. Положил автомат к ногам и начал говорить по мегафону. Мои друзья стояли за колоннами, я в проеме двери, в пятачке света. Увидел, как красный лучик вспыхнул на балконе, потом скользнул по полу, по моему правому плечу, по груди и, наконец, замер на лице. Я успел сгруппироваться, упасть плашмя, и тут с балкона грохнул первый выстрел. Ранили подполковника из Полтавы. Мы выскочили из холла. Это был первый выстрел, раздавшийся в «Останкино». Потом надо мной некоторые смеялись: «Генерал Макашов не справился с задачей батальонного масштаба». Другие стратеги рассуждали, сидя у камина, что надо было идти на Кремль, а не в «Останкино». На Кремль… Господи, со мной было пять автоматов и по одному магазину патронов.

Сначала расстреляли архив

– А 4 октября начался штурм «Белого дома»…

– Первые выстрелы пришлись по шестому этажу, по архиву Верховного Совета. Видимо, было что скрывать. Позже прорвалась группа десантников, мы ее заблокировали в коридоре и кричали: «Сейчас забросаем вас гранатами!» Они сложили оружие.

Потом пришли «Витязи», два молодых подполковника. С уважением обратились ко мне: «Генерал, мы идем к Руцкому и Хасбулатову». Прошли наверх, и вдруг оттуда посыпалось оружие охраны Хасбулатова: они выторговали свои условия. Было предложение: зайти в башню и сжечь себя, а я сказал: «Ребята, мы еще пригодимся России и нашему народу». Я готов был к расстрелу и выходил из «Белого дома» с чувством выполненного долга.

Справка: * Альберт Михайлович Макашов родился в 1938 г. Военную карьеру закончил в 91-м году в звании генерал-полковника в должности командующего войсками Приволжско-Уральского военного оркруга, отправлен в отставку за поддержку ГКЧП.

* Один из организаторов обороны «Белого дома», руководил штурмом мэрии, возглавлял попытку штурма «Останкино». Освобожден из Лефортовской тюрьмы по амнистии. Сейчас на пенсии.

Мария Светлова. Экспресс-газета

You may also like...