Врала ли разведка Сталину?

Доклад разведуправления от 20 марта 1941 года военно-политическому руководству СССР — с позиций сегодняшнего дня. Прошло 67 лет со дня начала Великой Отечественной войны, и до сих пор в обществе не утихают страсти о причинах внезапного нападения: просчет советской разведки, которая не смогла добыть и доложить военно-политическому руководству страны достоверную и упреждающую информацию о предстоящем нападении Германии, или руководство страны не принимало во внимание данные разведслужб, так как эти данные не вписывались в сценарий развития международных событий, в котором было уверено руководство страны 

В данном очерке рассматривается более узкая задача — деятельность военной разведки накануне Великой Отечественной войны, которая была изложена 20 марта 1941 года в докладе начальника Разведывательного управления Генерального штаба генерал-лейтенанта Ф.И. Голикова в Народный комиссариат обороны СССР, в Совет народных комиссаров и ЦК ВКП/б/.

В этом докладе генерал Голиков излагал точку зрения военной разведки на важнейшие международные события первой половины 1941 года, позиции главных действующих фигур на международной арене — Германии и Англии, а также на военно-стратегические планы Германии.

В СМИ широко тиражировалось мнение маршала Г.К. Жукова об этом докладе. В своих «Воспоминаниях и размышлениях» он дает следующую оценку доклада: «В этом документе излагались варианты возможных направлений ударов немецко-фашистских войск при нападении на Советский Союз. Однако выводы из приведенных в докладе сведений, по существу, снижали все их значение и вводили И.В. Сталина в заблуждение. В конце своего доклада генерал Ф.И. Голиков писал:

«1. Ha основании всех приведенных выше высказываний и возможных вариантов действий весной этого года считаю, что наиболее возможным сроком начала действий против СССР будет являться момент после победы над Англией или после заключения с ней почетного для Германии мира.

2. Слухи и документы, говорящие о неизбежности весной этого года войны против СССР, необходимо расценивать как дезинформацию, исходящую от английской и даже, может быть, германской разведки».

Многие историки, военные в своих статьях и выступлениях полностью солидаризировались с мнением Г.К. Жукова.

Так, авторы книги «Сталин. Тайный «Сценарий» начала войны» Я.Г. Верховский и В.И. Тырмос утверждают, что «вопреки всей имеющейся информации, вопреки всем фактам, вопреки логике и здравому смыслу генерал-лейтенант Филипп Голиков делает совершенно неожиданный вывод». И далее, объясняя позицию генерала Голикова, авторы пишут: «Воля Хозяина, приказ Хозяина — вот что определяло действия марионетки — Голикова».

Другими словами, генерал Ф.И. Голиков и возглавляемая им военная разведка обвиняются в том, что военные разведчики вводили военно-политическое руководство страны в заблуждение относительно планов Германии, руководствуясь не получаемой развединформацией от своих легальных и нелегальных резидентур, а соображениями угодничества, страха перед возможными репрессиями, и представляли ложную информацию, которая подтверждала бы мнение И.В. Сталина, что Гитлер до разгрома Англии открывать для себя второй фронт на востоке не будет.

Такая оценка доклада военной разведки, который представил генерал Ф.И. Голиков, бросает несправедливый упрек в адрес большого коллектива работников военной разведки, которые, рискуя жизнью в сложных условиях работы за рубежом, добывали по крупицам ценную информацию о противнике, в адрес работников центрального аппарата, которые руководили зарубежными аппаратами, анализировали и обобщали полученную информацию и, рискуя своей карьерой, а возможно, и свободой, готовили объективные выводы по складывающейся военно-политической и военно-стратегической обстановке на западных границах СССР.

В воспоминаниях ветеранов военной разведки есть и другая оценка деятельности генерала Ф.И. Голикова как начальника военной разведки: «Как начальник военной разведки он делал все для того, чтобы наша служба в крайне сложных, чрезвычайных условиях того времени функционировала эффективно и могла успешно выполнять возложенные на нее задачи…».

Эти слова принадлежат сотруднику военной разведки в 1933-1946 годах генерал-лейтенанту М.А. Мильштейну, который при Голикове занимал должность начальника отделения 1-го /западного/ отдела Разведывательного управления Генерального штаба.

В связи с тем что основная критика доклада военной разведки была сконцентрирована на выводах доклада, в интересах исторической правды, уже ретроспективно, зная последующие события после 20 марта 1941 года, можно рассмотреть представленные в докладе выводы и определить их как угодничество, дань культу вождя, страх за свою судьбу или как высокую ответственность работников военной разведки, объективность, верность своему долгу.

Итак, первый вывод доклада Ф.И. Голикова: »…наиболее возможным сроком начала действий против СССР будет являться момент после победы над Англией или после заключения с ней почетного для Германии мира».

Всего через несколько недель после доклада Ф.И. Голикова, в апреле 1941 года, посол Англии в СССР Криппс передал для советского правительства меморандум, состоящий из идей возможного сепаратного мира с Германией. Как бы в подтверждение заявления английского посла, 10 мая 1941 года в Англию перелетел заместитель Гитлера Р. Гесс. Английская пресса изображала Гесса как «идеалиста», прибывшего в Англию с «миссией мира».

Немецкая пресса выдвинула версию, будто Гесс перелетел в Англию в состоянии умопомрачения и по своей собственной инициативе. Информация о полете и пребывании Гесса в Англии, получаемая Москвой, свидетельствовала о том, что Гесс вылетел с одобрения Гитлера для заключения с Англией союза, мира или перемирия, чтобы полностью развязать себе руки перед нападением на СССР.

Так, советский разведчик Ким Филби сообщал из Лондона: »:п. 2. Во время бесед офицеров английской военной разведки с Гессом тот утверждал, что прибыл в Англию для заключения компромиссного мира. п. 4. Бивербрук и Иден посетили Гесса, но официальными сообщениями это опровергается». Последующие сообщения советской разведки свидетельствовали, что официальные лица английского правительства ведут с Гессом переговоры по документу «Основы соглашения», который Гесс привез с собой».

Заслуживает внимания информация, что после войны было обнаружено восемь экземпляров плана «Барбаросса», хотя, по некоторым данным, их было девять. Где девятый экземпляр, не был ли он у Гесса, чтобы документально подтвердить намерение Германии напасть на СССР и склонить Англию к совместному «антибольшевистскому походу», сторонником которого был в свое время У. Черчилль? Документы о переговорах Гесса в Англии засекречены на беспримерный по английским законам срок — 75 лет. Надо полагать, что правительству Англии есть что скрывать от мирового сообщества.

Таким образом, первый вывод доклада Ф.И. Голикова, в котором говорится, что срок начала военных действий против СССР настанет после победы над Англией или после заключения с ней почетного для Германии мира, был подтвержден последующими внешнеполитическими шагами Германии и Англии.

Сейчас мы знаем, что Германии не удалось договориться с Англией, однако вывод военной разведки о возможности англо-германских переговоров, сделанный 20 марта 1941 года, то есть почти за два месяца до их начала, в условиях продолжающихся боевых действий между ними, заслуживает самой высокой оценки со стороны ученых-международников, военных и разведчиков.

Вывод второй из доклада Ф.И. Голикова: «Слухи и документы, говорящие о неизбежности весной этого года войны против СССР, необходимо расценивать как дезинформацию, исходящую от английской и даже, может быть, германской разведки».

Рассматривая достоверность этого вывода, нельзя обойти вниманием мнение такого профессионала в области разведки, как П.А. Судоплатов. В книге «Разведка и Кремль» он пишет: «Так, Филби сообщал, что британский кабинет министров разрабатывает планы нагнетания напряженности и военных конфликтов между Германией и СССР с тем, чтобы спровоцировать Германию.

В литерном деле «Черная Берта» есть ссылка на информацию, полученную от Филби или Кэрнкросса, о том, что британские агенты заняты распространением слухов в Соединенных Штатах о неизбежности войны между Германией и Советским Союзом: ее якобы должны начать мы, причем превентивный удар собирались нанести в Южной Польше. К нам поступали новые данные о том, как британская сторона нагнетает страх среди немецких высших руководителей в связи с подготовкой Советов к войне».

Наиболее полно и масштабно дезинформационные мероприятия проводила Германия. Немецкая военная разведка, Главное управление имперской безопасности, МИД, Министерство пропаганды распространяли дезинформационные сведения и проводили специальные акции для маскировки проводимых в Германии и оккупированных странах Западной Европы мероприятий, связанных с подготовкой нападения на СССР.

Дезинформация германской и английской разведок не смогла ввести в заблуждение органы советской разведки о фактических планах гитлеровской Германии в отношении СССР. И доклад генерала Ф.И. Голикова не исключал немецкое нападение на СССР в 1941 году, второй вывод доклада исключал начало военных действий немцев против СССР весной 1941 года.

Этот вывод военной разведки основывался на реальной и всесторонней оценке военных возможностей Германии и реализации ее военно-стратегических планов с учетом продолжающихся военных действий с Англией в Европе, Северной Африке и обострения военно-политического положения на Балканах. Это была не дань И.В. Сталину, а объективная оценка положения Германии весной 1941 года и ее группировки сухопутных сил вдоль границ СССР.

Не будем забывать, что доклад генерала Ф.И. Голикова был сделан 20 марта 1941-го, когда немецкие войска еще не начинали свое выдвижение к советской границе по «Графику «Барбаросса». Немецкий военный историк Курт Типпельскирх, который в годы Второй мировой войны был начальником разведывательного управления Генерального штаба сухопутных сил, пишет в книге «История Второй мировой войны»: «К маю (1941 г. — Прим. авт.) войска в Прибалтике были усилены лишь пехотными дивизиями, основная же масса танковых и моторизованных дивизий еще оставалась в Германии и на Западе. На Западе оставалось также большое количество кадровых пехотных дивизий, которые должны были создать впечатление подготовки к высадке в Англии. Такую же цель преследовали и соответствующие мероприятия в Норвегии».

Основываясь на докладе военной разведки и его выводах, что неизбежность войны против СССР весной 1941 года следует расценивать как дезинформацию, Советский Союз и его Вооруженные Силы могли весной 1941 года в течение трех месяцев предпринять дополнительные меры по укреплению обороноспособности страны, усилению западных приграничных округов новыми воинскими соединениями, дальнейшему повышению их боеспособности и боеготовности.

Мог ли генерал Ф.И. Голиков докладывать военно-политическому руководству страны о готовности Германии начать военные действия, когда более 50 процентов соединений вермахта продолжали находиться во Франции, в других странах Западной Европы, в Норвегии, Северной Африке?

22 июня 1941 года при нападении на СССР, по немецким данным, Сухопутные войска Германии располагали 140 дивизиями, не считая охранных и полицейских, а также войсками своих союзников.

В интересах объективности оценки доклада военной разведки от 20 марта 1941 года следует повторить некоторые его положения.

В докладе приводится сообщение вполне авторитетного источника из Берлина (руководитель нелегальной агентурной группы военной разведки «Альта». — Прим. авт.), что начало военных действий Германии против СССР следует ожидать между 15 мая и 15 июня 1941 года. По данным этого же источника, «для наступления на СССР создаются три армейские группы: 1-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Бока наносит удар в направлении Петрограда, 2-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Рундштедта — в направлении Москвы и 3-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Лееба — в направлении Киева».

Как указывалось выше, военные разведчики за рубежом и их источники добывали информацию о военно-политических планах Германии в исключительно сложных условиях, при жестоком противодействии немецких контрразведывательных органов, нередко рискуя своей жизнью в интересах решения поставленных задач.

Так, «Альта» была гильотинирована, ее источник в МИД Германии «Ариец» — повешен. Всего по так называемой гестапо операции «Красная капелла» против советской разведки было репрессировано 129 человек, из которых 49 человек были осуждены на смертную казнь.

Заслуживает внимания и пункт доклада Ф.И. Голикова, в котором военная разведка дает оценку позиции наци №2 в немецком руководстве Геринга, который якобы согласен заключить мир с Англией и выступить против СССР. И это в то время, когда немецкая авиация продолжала совершать опустошительные налеты на английские города.

Анализируя военно-стратегическую обстановку в связи с концентрацией немецких войск на советской границе, военная разведка не могла не учитывать и то обстоятельство, что военные приготовления не всегда завершаются войной. Концентрация войск могла происходить и с целью угрозы применения вооруженных сил для достижения политических и экономических целей.

Оценивая доклад генерала Ф.И. Голикова с позиций сегодняшнего дня, нельзя обойти вниманием и немецкие документы, которые стали известны нам уже после войны и которые отражали определенные колебания Гитлера и военного руководства Германии в отношении сроков нападения на СССР, что не могло не повлиять и на доклады военной разведки.

План «Барбаросса» требовал закончить подготовку к нападению на СССР к 15 мая 1941 года. Гитлер 30 апреля назвал новый срок начала операции «Барбаросса» — 22 июня и только 10 июня окончательно подтвердил дату нападения. При этом если сигнал «Дортмунд» означал, что нападение начнется, как запланировано, 22 июня, то сигнал «Альтона» означал, что нападение переносится на другой срок. 21 июня в 13.00 в войска был передан сигнал «Дортмунд», что означало начало войны с СССР.

Следует особо подчеркнуть, что доклад готовился и был представлен военно-политическому руководству страны в условиях сложной, противоречивой и, казалось, непредсказуемой международной обстановки, после репрессий, больших и неоднократных кадровых перестановок в руководстве военной разведки и ее зарубежных аппаратах.

За предвоенные три года генерал Голиков был шестым начальником военной разведки, а пять его предшественников были арестованы и расстреляны, как иностранные шпионы и враги народа, что не могло не отражаться на морально-психологическом климате в Центре и зарубежных аппаратах.

Доклад военной разведки, с которым выступил генерал Голиков перед высшим военно-политическим руководством СССР накануне Великой Отечественной войны, является одной из многочисленных страниц деятельности военной разведки, которая докладывала о сроках нападения Германии, о стратегическом построении вермахта перед нападением, о конкретных мероприятиях немецкого командования на всех этапах подготовки войны, о силах и средствах ее ведения.

Наш высший судья — это история, и через 67 лет она подтвердила объективность выводов доклада начальника военной разведки генерала Ф.И. Голикова и его основных положений.

На фото — Адольф Гитлер обсуждает с генералами вермахта детали плана «Барбаросса».

Валерий Калинин, ВПК

 

Читайте также: