Меж серпом и молотом. Июльские юбилеи социализма

90 лет назад, в воскресенье, в советской Одессе – диковинное зрелище: вся городская шпана, налетчики, бандиты, воры, уголовники торжественно и добровольно уходят в Красную армию. По Дерибасовской, главной городской улице, в сопровождении оркестра движется разношерстный отряд, бойцы которого одеты кто во что горазд. Впереди на лихом коне, а если честно, то на серой кобыле, горделиво восседает сам глава всей бандитской Одессы, легендарный Мишка Япончик, он же Моисей Вольфович Винницкий, он же прототип бабелевского «короля» Бени Крика… 

1919: все бандиты – ну и ну! – на гражданскую войну

90 лет назад, в воскресенье, в советской Одессе – диковинное зрелище: вся городская шпана, налетчики, бандиты, воры, уголовники торжественно и добровольно уходят в Красную армию. По Дерибасовской, главной городской улице, в сопровождении оркестра движется разношерстный отряд, бойцы которого одеты кто во что горазд. Впереди на лихом коне, а если честно, то на серой кобыле, горделиво восседает сам глава всей бандитской Одессы, легендарный Мишка Япончик, он же Моисей Вольфович Винницкий, он же прототип бабелевского «короля» Бени Крика.

Оркестр шпарит мелодии блатных песен. Революционно-бандитский отряд, созванный Япончиком, направлен на борьбу с Петлюрой. Что к тому побудило Япончика, установить ныне трудно, но однажды он является в одесский исполком и говорит, что готов сформировать для Красной армии полк. Советская власть от предложения налетчика не отказывается и помогает бандитам оружием. В первом бою под Одессой в азарте своей бесшабашности налетчики-красноармейцы забрасывают наступающих петлюровцев гранатами и обращают в бегство.

Знай одесситов, супротивник! Погордившись, Мишкины красноармейцы понимают, что завтра будет новая атака, которую отбивать совсем неохота. Повоевали разок – и будет. А то еще убить могут. Отряд снимается с позиций и с оружием шествует домой, в Одессу. А это дезертирство, что по условиям военного времени чревато. Красное командование приказывает задержать и разоружить дезертиров. При попытке ареста Мишка Япончик начинает отстреливаться – и его убивают. Красным командиром ему удалось побыть меньше месяца.

1929 – Кто танцует фокстрот? Лишь моральный урод!

80 лет назад, в субботу, в городе Николаеве, что на берегу Черного моря, на Украине, выходит очередной номер местной газеты «Красный Николаев», а в нем – критическая статья о советском фильме «Веселая канарейка». Фильм повествует о героическом большевистском подполье в Одессе, когда та была занята французскими войсками.

Большевики-подпольщики действуют рискованно, но, конечно, весьма и весьма успешно ради светлого будущего советской страны. Они изображают весьма изысканных благородных личностей – один берет на себя роль князя (!), другой – белого офицера. Все, казалось бы, идеологически выдержанно. Ан нет, отмечает газета, далеко не все. Князь и офицер зачем-то посещают кафешантан «Веселая канарейка», в котором выступает симпатичная актриса Брио.

И надо же – большевик проникается симпатией к звезде шантана и даже влюбляется. И даже танцует буржуазные заграничные танцы под буржуазную заграничную музыку! Под «музыку толстых»! Разве к лицу такое поведение большевику, тем более подпольщику? Разве может так себя вести классовый борец за идеалы социализма? Разве позволительно нести такой негатив с экрана? Это же гнилостное влияние развращенного Запада! Газета бдительна и бескомпромиссна: «Революционная героика отступает на задний план перед фокстротами, в которых герой-большевик принимает активнейшее участие. Кокотка так прочно входит в его душу, что зритель сомневается: подлинно ли это большевик?». Не только в Николаеве, но и в других советских городах развертывается кампания против фокстрота и иных западных влияний за чистоту комсомольских и большевистских нравов.

1939 – Там, где не найти троцкистов, расстреляем коммунистов

70 лет назад, в четверг, в Улан-Баторе, столице Монгольской Народной Республики, советскими чекистами арестованы министр внутренних дел страны Хаса Осир, 42 лет, и начальник отдела МВД Монголии Цибик Долгоржап, 26 лет. А до этого дня в июле в Улан-Баторе арестован целый ряд министров и других государственных и партийных деятелей. Все они под конвоем отправлены в московскую тюрьму, всех их расстреляют.

Как это получается – правительство страны, с которой Советский Союз никогда не то что не воевал, но всегда находился в дружественных отношениях, – арестовать, увезти в СССР, расстрелять? А почему, собственно, нет, если Сталин так приказал? Приказал же он так потому, что монгольские министры не отреагировали на его ценные указания. Перед тем в Улан-Баторе советские чекисты собирают министров и иных руководителей и требуют от них начать, по примеру СССР, борьбу со шпионами, вредителями, троцкистами и иными врагами народа.

А монгольское руководство приходит к выводу, что шпионов и вредителей у них нет, а троцкистов среди монголов-кочевников тоже ну очень уж мало. Ах, так! В Улан-Батор направляется Фриновский, заместитель Ежова, который вмиг разбирается в ситуации. 30 министров и других высших руководителей республики арестовывают и вывозят в Москву на расстрел, а на местах репрессируют около 12 тысяч монголов. В Москве расстреляны: Доринжаб Шарап, 41 год, первый секретарь ЦК; Ульзуйто Бадархо, 46 лет, секретарь ЦК; Зундуев-Парбу-Данжи, 41 год, министр скотоводства и земледелия; Рэнчинэ Миндэ, 40 лет, министр торговли и промышленности, и другие.

1949 – Пересылки, перегоны… Выселяем миллионы

60 лет назад, в среду, в Москве министр внутренних дел СССР Сергей Никифорович Круглов направляет Сталину служебную записку о положении выселенцев и спецпоселенцев. На записке гриф «Совершенно секретно». Круглов пишет: «Министерство внутренних дел СССР докладывает о проделанной в первой половине 1949 г. работе по усилению режима в местах расселения выселенцев и спецпоселенцев, по организации точного учета, правильного и обязательного их трудоиспользования и укрепления административного надзора в местах поселения. По состоянию на 1 июля 1949 г. на учете в органах МВД всего состоит 2 562 830 выселенцев и спецпоселенцев (вместе с членами семей).

В том числе: немцев – 1 093 490, чеченцев и ингушей – 372 257, карачаевцев – 58 854, балкарцев – 32 522, калмыков – 77 663, крымских: татар, греков, армян и болгар – 192 953; хемшилов, турок, курдов – 81 575; кулаков, националистов, бандитов и членов их семей, выселенных из Литовской, Латвийской и Эстонской ССР, – 94 779; греков, турок и дашнаков, выселенных из Грузии, Армении, Азербайджана и с Черноморского побережья, – 57 246; кулаков, участников профашистских организаций, пособников немцам и членов их семей, выселенных из Молдавии, – 34 763 человека. В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета Союза ССР от 26 ноября 1948 г. эти лица расселены в местах поселения навечно. Выселенцы и спецпоселенцы расселены в Казахской ССР, в Средней Азии, на Урале, в Западной Сибири, Восточной Сибири и на Дальнем Востоке, в Центральных районах СССР».

1969 – Не прославила страну, а разбилась о Луну

40 лет назад, в воскресенье, на Луне должна была прилуниться советская автоматическая станция «Луна-15». Ее запустили 13 июля. Цель этой станции – сесть на Луну, набрать лунный грунт, взлететь и доставить его на Землю. Пикантность ситуации в том, что в это же время к Луне летят американские космонавты – реализуется полет «Аполлон-11». Если бы у советской станции все шло по графику, то она села бы на Луну на час раньше американских космонавтов.

Тут советской пропаганде уже было бы о чем поговорить. А если бы станция взлетела, то она доставила бы на Землю лунный грунт всего на 2 часа позже прилета американцев. Тогда бы худо-бедно, но у советской пропаганды опять-таки был бы повод заявить, что вот, мол, американцы бездумно и неоправданно рискуют жизнями космонавтов, чтобы что-то сфотографировать на Луне и привезти оттуда камешки. А вот советский гуманный строй, советская наука к людям относится бережно и превыше всего ценит жизнь человека. Сфотографировать поверхность Луны и привезти оттуда образцы грунта советская наука и техника вполне в состоянии автоматическими аппаратами, не рискуя жизнями космонавтов.

Но вот незадача – американские космонавты спокойно садятся в этот день на Луну, а советская лунная автоматическая станция продолжает крутиться вокруг земного спутника. На следующий день, когда американцы еще на Луне, предпринимается новая попытка посадить автоматическую станцию. Автоматика направляет станцию к поверхности Луны, о которую станция вместо мягкой посадки и разбивается. А американцы взлетают и успешно возвращаются на Землю. Космическая лунная гонка Советским Союзом проиграна – и навсегда.

Виктор Кутузов, РГ

Читайте также: