Охранка ГДР «пасла» Майкла Джексона

Только что рассекреченные документы из архивов восточногерманского КГБ – Штази – шокируют. Как выясняется, 21 год назад Майкл Джексон ровно на сутки стал врагом № 1 «первого на немецкой земле государства рабочих и крестьян». А все потому, что концерт короля поп-музыки, который состоялся 19 июня 1988 года в Западном Берлине неподалеку от Бранденбургских ворот, был потенциально опасен для коммунистического режима 

Во-первых, как подозревали в шестом отделе гэдээровской охранки, Джеко мог позволить себе выпады лично против «немецкого дорогого Леонида Ильича», товарища Эриха Хонеккера. Во-вторых, тут процитирую рассекреченный документ Штази: молодые граждане ГДР «постараются в любом случае послушать этот концерт, сосредоточившись у Берлинской стены и на прилегающих улицах, а также спровоцировать столкновения с народной полицией».

Для того чтобы товарищ Хонеккер спал спокойно, а юные бунтари не затеяли «триллер» по-восточногермански, пуская в ход против гэдээровских «ментов» бутылки с «коктейлем Молотова» и оружие пролетариата, «штазиаты» разработали внушительную программу контрмероприятий. Так, на 16, 18 и 19 июня под негласной эгидой восточногерманской охранки в Восточном Берлине должны были состояться дорогостоящие и, главное, политкорректные концерты социалистических поп-звезд, посвященные борьбе с апартеидом в ЮАР и под лозунгами «Европа без атомного оружия».

Но, поскольку «джеймсбонды Хонеккера» сами не верили, будто «правильные» концерты отвлекут внимание юных жителей ГДР от выступления Майкла, был дополнительно разработан и другой план. План организации на стадионе в Восточном Берлине «условно прямой» трансляции злополучного шоу, которая должна была отвлечь молодых бунтарей от похода к Стене. Что значит «условно прямой»? А то, что западноберлинское шоу Джеко планировалось транслировать в восточной части города… с двухминутной задержкой по времени. В случае если артист позволил бы себе выпады против режима ГДР и лично товарища Хонеккера, на стадионе прервали бы «почти прямую» трансляцию и – без всяких пауз – запустили уже запись другого концерта певца. Но не только ее, а даже загодя подготовленную тираду двойника Джексона, агента Штази, о прогрессивной роли восточногерманского режима!

Надо сказать, 19 июня 1988 года в ГДР решили все же обойтись без таких технически сложных «наворотов». Джеко спокойно – то есть без политических «па» в адрес главного «берлинского мечтателя» – спел и станцевал в Западном Берлине. Гэдээровская молодежь, слегка опьяненная шнапсом, умеренно побуянила по ту сторону Стены. Так что на долю агентов Штази, растворившихся в гуляющей толпе, оставалось одно: под видом «представителей возмущенной общественности» препятствовать работе западногерманских телевизионщиков, снимавших репортаж о «рок-фанатах Востока».

Вот до чего доводит тупой «службизм» и солдафонщина! В то время как Джексон, сам того не ведая, работал на экономику ГДР (государственная фирма грамзаписи «Амига» выпускала диски певца, в том числе «Триллер», который озолотил восточногерманскую казну деньгами верноподданных меломанов-комсомольцев), «штазиаты», по их личной инициативе, спровоцировали ухудшение отношений между ФРГ и ГДР. Бонн прислал Берлину официальный протест – против ущемления профессиональных прав свободных журналистов.

И такой еще любопытный аспект давнишнего берлинско-берлинского «триллера», рассекреченного лишь теперь. Еще за сутки до начала концерта восточногерманская охранка чуть ли не поминутно фиксировала каждый шаг Джексона на западногерманской земле, в том числе его променад «в сопровождении неизвестных мужчин и неопознанной стройной женщины примерно 25 лет, рост 165 см» неподалеку от знаменитого пограничного КПП «Чекпойнт Чарли».

«Штазиаты», опасавшиеся внезапных политических провокаций со стороны Джеко на самой границе Востока и Запада, обстоятельно запротоколировали «две киносъемочные группы, примерно 80 людей в окружении американского певца и примерно 100, преимущественно молодых, персон, находившихся поблизости». А затем сухо констатировали: «Международному транспортно-пассажирскому движению фигурант не препятствовал».

Самое сенсационное заключалось в том, что в Западном Берлине тоже не обошлись без двойника Майкла Джексона. Западногерманские секретные службы (как и журналисты ФРГ) опасались провокаций со стороны «людей Хонеккера», а потому предпочли – вплоть до начала концерта – укрыть знаменитого подопечного от зорких глаз «коллег». И в результате на карандаш «штазиатам» угодил не сам Майкл, а его «дублер» – южноафриканец Файзал, внешне не отличимый от поп-идола и успешно сработавший возле пограничного КПП под кумира.

Сходство африканца и американца было столь велико, что – как вспоминает автор идеи подмены Джеко на Файзала редактор телеканала Sat-1 Торстен Петерс – одурачить удалось не только восточногерманскую охранку, но и телевизионщиков Второго канала ТВ ФРГ, истово допрашивавших неожиданно замкнутого «Майкла Джексона» о «его» жизни. Тот репортаж «по непонятным причинам» в эфире ZDF в 1988 года не прошел. А сам Джексон так до конца жизни и не узнал, что был однажды «под колпаком» сразу у двух могущественных разведок Европы.

Антон Шандоров, Германия, Невское время

Читайте также: