Одесса-криминальная: операция «рабочая одежда»

В 1956 году Украина, будучи одной из республик СССР, занималась сооружением канала водоснабжения в Средней Азии. По решению Совета Министров, Одесса должна была изготовлять материалы для производства рабочей спецодежды в Казахстане, Узбекистане и в Таджикистане. Вот что из этого вышло… 

Во времена Иосифа Сталина возникали разные уголовные и мошеннические дела, многие из которых не предавались огласке. В бытность сталинской всеобщей бедности народа и одновременно богатства партийной и хозяйственной элиты раскрывались большие и малые преступления, связанные с тем, что чиновники хотели жить еще лучше и богаче, достичь уровня миллионеров Западной Европы и США. Многим из них это удавалось. Уже тогда были раскрыты преступления по взяткам чиновников, распределявших элитные квартиры хозяйственникам заводов, особенно пищевых, а также транспортных и металлургических комбинатов.

После смерти Сталина взяточничество и коррупция расцвели еще в большей степени. Хрущев занимался целиной, а его подопечные личным обогащением. Так, например, первый секретарь Ленинградского обкома партии Романов обожал посуду царей Романовых: золотые тарелки и блюда, а также ложки и вилки, украшенные бриллиантами (посуда была исключительно от Фаберже). Более мелкие чиновники тоже постоянно залезали в карман государства.

Одесса не была исключением — воровали, брали взятки чиновники в зависимости от степени значимости. Коррупция и взяточничество процветали. Об одном из громких дел 1956 года нам поведал интересный человек, полковник милиции Василий Григорьевич Давиденко.

В 1956 году Украина, будучи одной из республик СССР, занималась сооружением канала водоснабжения в Средней Азии. По решению Совета Министров, Одесса должна была изготовлять материалы для производства рабочей спецодежды в Казахстане, Узбекистане и в Таджикистане.

В те времена в Одессе существовала межобластная организация по городскому и сельскому строительству, которую возглавлял видный одесский чиновник Александр Медведюк. Он договаривается с Москвой, чтобы все материалы для изготовления спецодежды отправлялись не в Казахстан или в одну из республик Средней Азии, а в Одессу, чтобы получать многомиллионные прибыли.

В течение трех месяцев после заключения договора материалы прибывают в Одессу, размещаются по артелям, где и должны были изготавливаться рукавицы, брюки, жилеты и т. д. В этих артелях уже готовому товару давали свою расценку и отправляли в Казахстан, невзирая на то, что всё это производство могло быть организовано на месте, чтобы избежать таких колоссальных затрат на транспортировку. Члены одесской межобластной организации по городскому и сельскому строительству получали за это большие деньги, которые, как выяснилось следствием позднее, отправлялись в Москву. А чиновники приобретали драгоценные камни, дорогостоящие путевки в санатории, мебель, картины, машины.

О степени предусмотрительности этих мошенников говорит тот факт, что все деньги были отправлены и зарегистрированы на имена родственников людей, которые являлись непосредственными участниками договора. В частности, Александр Медведюк, придумавший это мошенничество, отправлял свою часть к теще в Москву. Через год поступает сигнал начальнику ОБХСС г. Одессы Василию Григорьевичу Давиденко, который является в настоящее время директором народного музея истории Одесской милиции. Он начал выяснять, куда и кому направляются деньги за вырученную продукцию, ее истинную цену, а также, почему эта продукция изготавливается в Одессе, на очень отдаленном от Средней Азии расстоянии. Давиденко тут же предположил, что эти деньги должны были поступать к управляющему областной конторой по строительству городского и сельского хозяйства.

Давиденко вместе со своими сотрудниками с привлечением опытных бухгалтеров выясняет, что всего 15 % от вырученной продукции поступает к начальнику областной конторы, а тот уже сам распределяет, кому, куда и как отправлять деньги.

Опытный розыскник Давиденко выясняет, что замначальник первого заместителя начальника областной конторы по строительству городского и сельского хозяйства Игорь Иванович Кратков получает 5 % прибыли, начальник присваивает себе 10 %, а Медведюк забирает себе 75 % дохода. Это уже миллионы рублей. Узнав о такой афере своего непосредственного начальника, И. А. Кратков начинает помогать следствию, направив их по пути разоблачения чиновников в Москве, которым пересылалось безумное количество денег. Вся пересылка выполнялась почтой. Тогда Давиденко решает проверить Главпочту, и в итоге выясняется, что все деньги и ценности получают родственники мошенников.

Следующим шагом Давиденко было заполучение документов на ревизию из Министерства городского строительства. Для этого он посылает в Москву честного и неподкупного работника Одесского ОБХСС капитана Николая Тоскина. Он ему помогает устроиться в Москве на конспиративную квартиру МВД и взять санкцию прокурора на ведение расследования этого крупного мошенничества. Тоскин сразу отправляется в Министерство городского строительства г. Москвы. После настойчивой просьбы его наконец принимает министр.

После длительного разговора министр (недавно назначенный) понимает, что оторван от «жирного пирога», потому решает помочь в расследовании. В результате было возбуждено уголовное дело против руководителя одесской конторы по строительству городского и сельского строительства Александра Медведюка и нескольких работников министерства.

Задержание Медведюка произошло у него же дома (он жил на ул. Садовой, на 2-м этаже над аптекой Гаевского). С обыском пришли сотрудники городского управления милиции. Они были очень удивлены богатейшему интерьеру квартиры, а особенно их поразил огромный не менее 60 метров ковер, который показался подозрительным Давиденко. Он приказывает свернуть ковер и посмотреть, что под ним.

Давиденко вспоминает, что для голливудских киноманов это было бы потрясающим зрелищем. Пол всей комнаты был выложен сторублевыми купюрами, число которых доходило до миллиона. Эти купюры были потерты до такой степени, что пришли в полную негодность. И когда Давиденко спросил Медведюка, зачем он хранил и портил деньги под ковром, тот ответил, что просто забыл об их существовании.

Далее при обыске были обнаружены золото в различных изделиях, бриллианты, алмазы и другие ценные камни, стоимость которых равнялась двум с половиной миллионам советских рублей. На даче Медведюка в Аркадии в подвале находят в бочке из-под вина золотой слиток на 4,5 килограмма, а в тайнике комнаты — 600000 рублей советских денег и свыше 300000 американских долларов, которых Давиденко и его сотрудники ранее даже и не видели.

В меньшем количестве были найдены драгоценности и деньги у других сотрудников Медведюка. Оказалось, что Медведюк отправил своего сына в ГДР, по-видимому, с большими деньгами. Давиденко запросил Берлин с просьбой задержать Медведюка, но стало известно, что тот успешно перешел через берлинскую стену и уже находится на территории Западного Берлина, где его следы и затерялись.

Сколько дал отец ему денег, до сих пор неведомо. Когда дело Медведюка и его сообщников было передано в прокуратуру и в суд, оказалось, что у Медведюка имеется много защитников из числа высокопоставленных чиновников Одесского обкома партии. Уже тогда честный Давиденко понял, что рыба тухнет с головы, и участие завотделов и секретарей обкома партии в деле Медведюка бесспорно связано с горячим участием в его судьбе для того, чтобы он не заговорил.

Самый гуманный суд в мире вынес определение — Медведюк и его команда получили от трех до восьми лет лагерного заключения. Сам Медведюк, как ветеран и инвалид войны, получил всего три года тюрьмы. Кстати говоря, он не выдал ни одного из своих патронов, занимавшихся его крышеванием, и после выхода на свободу получил довольно приличную и высокооплачиваемую должность. Так закончилось это дело о злоупотреблении и мошенничестве советских чиновников Одессы.

В.Файтельберг-Бланк, академик; Арминэ Абовян; Одесса, Порто-Франко

Читайте также: