Шпионка американская и советская. Кое-что об Анне-Луизе Стронг

Она «разгребала грязь» в Америке, в СССР организовала газету «Московские новости», у нас была объявлена американской шпионкой, в США — советской, а в конце жизни повязала повязку «почетного хунвейбина». 

На фото Анна‑Луиза Стронг и Мао Цзедун

На причале

Если плясать от формулы Гюго, что «жизнь — путешествие, а идеи — путеводитель», то интересно, как именно Анна-Луиза свой путеводитель открыла.

Это сейчас американцы гордятся упорядоченными трудовыми отношениями. А в начале ХХ века в США бушевали крутые классовые бои. В ноябре 1916 г. в городке Эверетте забастовка кровельщиков перешла в рабочие волнения. Одна нью-йоркская газета попросила молодого педагога Анну-Луизу Стронг из соседнего Сиэтла сообщать о ходе событий. Так Анна-Луиза оказалась свидетельницей расстрела полицией членов левого профсоюза IWW («Индустриальные рабочие мира»).

Анна-Луиза пережила шок. Ей шел 31‑й год, она была очень правильной. Отец — проповедник Конгрегационной (ветвь баптистской) церкви в штате Небраска (американская глубинка), сама тоже веровала, даже написала диссертацию «Социальная психология молитвы».

После этой истории она вступила в IWW. А еще стала журналисткой, причем из «разгребателей грязи»: расследования коррупции, обнажение язв. Определилась и новая система ценностей. Отныне везде, где запускала красного петуха очередная революция, в отблесках пламени можно было увидеть Анну-Луизу с блокнотиком и фотоаппаратом.

В 1917-м красный петух загулял в России.

Поволжье

Она приехала к нам в 1921-м с добровольцами-квакерами, помогавшими АРА — американской организации, действовавшей в России во время поволжского голода. Руководство АРА отмечало ее энергию и смелость. Организация столовых в умиравших деревнях, подвоз продуктов — Стронг тогда спасла сотни жизней. На высшем суде ей за это много грехов спишется.

Одновременно она писала для американских информагентств. И, оказавшись позднее в Москве, очень хотела взять интервью у Ленина. Тот болел, но настырная Анна-Луиза совершенно замучила Крупскую просьбами устроить встречу.

Бросок в Китай

В свое время в Америке она познакомилась с большевиком Михаилом Бородиным. В 1923-м Бородин стал главным советским политсоветником при Чан Кайши. То ли поэтому, то ли ее заинтересовала еще и «китайская специфика» мировой революции — в общем в 1925-м Анна-Луиза рванула в охваченную гражданской войной Поднебесную. Круг ее тогдашних знакомств: Бородин, Блюхер (главный советский военный советник), Чан Кайши, Сунь Ятсен, их влиятельные жены — сестры Сун Мейлин и Сун Цинлин, а также молодой тогда Чжоу Эньлай, потом — правая рука Мао Цзедуна.

В подробности чужих революционных потрясений не лезем, скажем только, что в 1927-м Чан Кайши разошелся с Москвой и устроил «контрреволюционный переворот». Бородин с семьей и ближайшими соратниками бежал. По пути в СССР совершил опасный переход через пустыню Гоби. Анна-Луиза была рядом. Правда, злые языки недоумевали — она-то чего увязалась, ей ведь ничего не угрожало! Тяга к приключениям? Или охота посмотреть, что делается в Советском Союзе?

Дальтонизм

А Советский Союз строил социализм. И Анне-Луизе это очень понравилось. Тогда многие западные интеллектуалы наблюдали за происходящим в СССР с любопытством. Но Анна-Луиза наблюдала с восторгом. Зря в Америке ее до сих пор именуют «опасной радикалкой». Скорее, по натуре она была просто чеховской «душечкой» — только прикипала сердцем не к мужчинам, а ко всякой новой революции и ее вождям. Одно время обожала Троцкого (которого учила английскому). Потом Сталина.

Понаписала она в те годы уйму глупостей. Чего стоят репортажи о коллективизации — как русские крестьяне рвутся в колхозы и сами изгоняют гадких кулаков. И не то чтобы врала — просто, рассказывая об одних вещах, сознательно не замечала других, не укладывающихся в схему. Этакий политический дальтонизм.

Но Москве деятельность «прогрессивной американской журналистки» (а Анна-Луиза оставалась гражданкой США) была весьма кстати. Даже не из-за идеологии. В США бушевала Великая депрессия, масса специалистов искала работу. СССР нужны были их мозги и руки! А Анна-Луиза рассказывала о грандиозной русской индустриализации, о невиданном социальном эксперименте… И американцы ехали к нам, причем в немалом количестве. В 1931-м Стронг предложила Сталину выпускать газету The Moscow News («Московские новости») — для пропаганды среди американских специалистов, находящихся в СССР. Так что издание, по которому при Брежневе советские студенты изучали английскую лексику и которое в 1980-е стало одним из рупоров перестройки, ведет начало от Анны-Луизы. Бородин стал редактором, Стронг — его замом.

Но дальше начались репрессии, «большие процессы». На скамье подсудимых оказались люди, которых Анна-Луиза тоже обожала (например, Каменев). Растерянная мисс Стронг (нет, уже миссис Шубина — в Москве она вышла замуж за советского агронома, редактора «Крестьянской газеты») уехала домой.

Впрочем, в СССР регулярно возвращалась. И вообще до конца дней осталась убежденной сталинисткой — несмотря на то, что произошло с ней позднее.

Шпионка американская и советская

Конечно же из Америки она отправилась в воюющую Испанию. Конечно же в Отечественную была целиком на нашей стороне (здесь ей — вопросов нет! — огромное спасибо). Но после войны у Анны-Луизы появилась новая страсть — великий Китай, где окончательно победила революция, и его мудрый кормчий Мао. Это в интервью с ней Мао произнес знаменитое: «Все реакционеры — бумажные тигры».

В начале 1949-го она снова оказалась в Москве — и была внезапно арестована. За что — см. в нашей справке, а о том, что Стронг — американская разведчица, был оповещен весь советский народ.

«Шпионка Стронг» — эти слова тогда стали у нас нарицательными. Режиссер Г. Александров отмечал: не зря он в фильме «Встреча на Эльбе» главную злодейку (играла конечно же Л. Орлова) сделал американской журналисткой. Все они волки в овечьей шкуре, посмотрите на Анну-Луизу! Чем Стронг на самом деле вызвала раздражение Сталина — есть несколько версий. Скорее всего, старыми связями. Например, с тем же Бородиным — он, урожденный Грузенберг, был уже арестован в ходе антисемитской «борьбы с космополитизмом» (вскоре умер в тюрьме, измученный пытками).

Просидела Анна-Луиза неделю. Но этого хватило, чтобы она оказалась на грани помешательства.

Вернулась в США — и была объявлена уже советской шпионкой. Там ведь кипели свои страсти — маккартизм, знаете ли. Кстати, в литературе о советской разведке в Америке мне встретилось уверение — к разведзаданиям Анна-Луиза не привлекалась. Слишком приметная личность, да и по характеру не подходила.

В общем, только в красном Китае ей были рады.

«Известия» от 15.02.1949

«Известная разведчица, американская журналистка А.Л. Стронг, пробравшаяся в СССР вследствие оплошности некоторых чиновников внешних сношений, вчера арестована органами государственной безопасности. Г-же Стронг инкриминируется шпионско-подрывная деятельность против Советского Союза. Сообщают, что на днях она будет выслана из пределов Советского Союза».
Кто попало тогда в СССР не ездил, а Анна-Луиза к тому же из Москвы должна была ехать к Мао. Решение о визе для нее принималось Политбюро, но никто не предполагал, что Сталин через какое-то время на Стронг разозлится. Потому, видимо, и потребовалось странное уточнение об оплошности МИДа. 22.02.1949 сообщалось: «Арестованная американская журналистка А. Стронг вчера выслана из пределов СССР».

Почетная хунвейбинка

Здесь она прожила последние 20 лет жизни. Славила успехи, захват Тибета, «большой скачок»… При этом китаист и дипломат Валерий Грешных, когда я спросил его про Анну-Луизу, заметил: ее статьи с лупой изучали во всех иностранных посольствах в Пекине. В советском — тоже.

— В Китае Анна‑Луиза Стронг считалась чем‑то вроде «агента влияния №1 для внешнего мира». Публиковалась она в основном в Гонконге, в тамошних пропекинских газетах. Но все знали: эта американка — личный друг Мао, его жены Цзянь Цин, Чжоу Эньлая… И действительно, в ее материалах встречались подробности, свидетельствующие о вхожести в высшие круги китайского руководства. Потому дипломаты эти публикации и отслеживали.

В дни «культурной революции» Анна‑Луиза была принята в почетные хунвейбины. Входила в «третий штаб» — самый яростный, его патронировала лично Цзянь Цин, именно он осаждал посольство СССР. Возглавляла «комиссию по чистке» (впрочем, В. Грешных считает — номинально). Что чувствовала высокая седая старуха, приветствуя толпы раскосых фанатиков-юнцов, уходивших «разбивать собачьи головы реакционеров»? Восторг — ведь революция продолжается? Затаенный ужас? Усталое равнодушие?

Умерла она как раз 40 лет назад — 29 марта 1970 года. Вот автор и решил ее вспомнить. Очень уж колоритная судьба.

Сергей Нехамкин, Аргументы недели

Читайте также: