Донбасское «Приднестровье» и белорусские миротворцы

Донбасское «Приднестровье» и белорусские миротворцы

Пока все обсуждают скандальный телефонный разговор президента Владимира Зеленского с американским коллегой Дональдом Трампом, Офис президента «съехал» с крайне болезненной для команды Зеленского темы: «особый статус» для Донбасса, который продвигает Кремль. В то же время проблема никуда не делась, пишет Realist.

Москва повышает ставки в дипломатическом противостоянии, навязывает Киеву невыгодный вариант возвращения ОРДЛО под формальный контроль Украины.

Донбасское «Приднестровье»

Офис президента перестал акцентировать внимание на том, что глава государства намерен заключить с российским лидером Владимиром Путиным некое новое соглашение по Донбассу. Напротив, Владимир Зеленский, выступая с трибуны ООН, обвинил Россию в агрессии против Украины. На фоне его предыдущих просьб к господину Путину в духе «пожалуйста, повлияйте на своих боевиков» такие заявления выглядят жесткими.

Пока Зеленский отбивается от неудобных вопросов по поводу Дональда Трампа, Москва методично продвигает свои планы по ОРДЛО. Предоставление оккупированному Донбассу «особого статуса» создаст в Украине ситуацию, которая похожа на Приднестровье в Молдове. Такое мнение высказал глава российского МИД Сергей Лавров в интервью московскому изданию «Коммерсант».

Отвечая на вопрос, можно ли сформулировать позицию Москвы относительно «особого статуса» Донбасса, Сергей Лавров отметил, что Кремль смотрит на ситуацию не просто как «нет особого статуса — нет урегулирования» на востоке Украины. По его словам, «позиция России несколько шире и заключается в том, что есть Минские договоренности», которые «подразумевают восстановление контроля Украины над всем этим регионом при уважении его особого статуса».

«Это очень похоже на Приднестровье, между прочим», — сказал министр Лавров, но добавил, что в отношении Приднестровья нет утвержденного документа, подобного Минским соглашениям по Донбассу.

Важный нюанс заключается в том, что Москва не просто изменила формулировку. Формат условного «Приднестровья для Донбасса» отличается от так называемой «формулы Медведчука», предполагающей возвращение ОРДЛО обратно под формальный контроль Киева, но на правах некой «автономии» с возможностью проводить собственную экономическую, социальную и культурную политику.

Под формат «автономии» подпадает также возможность самостоятельно выстраивать отношения с Россией в обход официального Киева. Речь идет о превращении Украины неустойчивую федерацию, хотя доктор юридических наук Виктор Медведчук настаивает, что, мол, унитарному статусу страны якобы ничто не угрожает. Его основной аргумент — существование в Конституции Украины отдельной главы, посвященной Крыму.

Логика господина Медведчука заключается в том, что существование Автономной Республики Крым не превратило Украину в федерацию. Следовательно, предоставив аналогичный статус ОРДЛО, Киев якобы ничем не рискует, с конституционной точки зрения. И чем активнее он продвигает «автономный статус» для Донбасса, тем более негативно украинское общество расценивает подобные идеи, усматривая в этом политическую ловушку.

Инициативы, которые Москва до последнего времени навязывала Владимиру Зеленскому по Донбассу, в целом укладывались в «формулу Медведчука». Проблема для Кремля возникла после выборов в Верховную Раду, которые партия скандального кремлевского кума де-факто проиграла. Если бы Оппозиционная платформа смогла получить кресло спикера или его заместителей, заведя в Раду реально крупную фракцию, господин Медведчук имел бы возможность продвигать свою «автономию» уже посредством законов.

В ситуации когда «формула Медведчука» забуксовала, Кремль пошел на повышение ставок в дипломатическом противостоянии. Заявления Лаврова о том, что «особый статус» Донбасса (в российской интерпретации) будет подобен Приднестровью, указывает именно на это.

Москва на территории Молдовы создала и содержит так называемую «Приднестровскую республику», которая в целом похожа на фейковые «республики» Донбасса. Если «формула Медведчука» это принудительная федерализация Украины, то приднестровский сценарий — попытки навязать Украине бумажную конфедерацию, своего рода «союз» Киева, Луганска и Донецка.

«Все, что сейчас происходит в Молдове (попытки ЕС, США и России договориться за спиной у Кишинева — R) россияне будут пытаться „натянуть“ на Украину. Цель Москвы — сковать геополитически страны СНГ, не дав им возможности проводить независимую внешнюю политику. Лавров сравнил российские перспективы оккупированных районов Донбасса с Приднестровьем, так как подобная аналогия может быть более понятной для российского обывателя», — пояснил в комментарии Realist’у директор Института мировой политики Евгений Магда.

Россияне методично продавливают свои условия, видя насколько ЕС устал от санкций, а лидеры ведущих европейских государств явно не против поставить точку в конфликте, даже ценой украинских интересов.

«Запад заинтересован в завершении кровопролития на Донбассе любой ценой, но всегда нужно думать о последствиях. Можно формально прекратить войну, не устранив проблемы, которые к войне и привели. В пример можно привести Боснию и Герцеговину, где по Дейтонским соглашениям насилие удалось остановить, но получилось совершенно недееспособное государство с перспективой возобновления насилия. Имея такой опыт, европейцам стоит крепко задуматься, нужно ли так навязывать Киеву „формулу Штайнмайера“, которая в итоге может превратить Украину в такое же недееспособное государство», — отметил в разговоре с Realist’ом руководитель исследовательских программ Центра содействия реформам Георгий Чижов.

Что делать с Конституцией?

Москва ставит вопрос ребром — урегулирование возможно только при условии внесения изменений в украинскую Конституцию. И вряд ли Сергей Лавров и его кремлевские руководители откажутся от таких требований. Офис президента и руководство МИД Украины, напротив, публично заявляют, что их такой вариант не устраивает.

Министр иностранных дел Вадим Пристайко неоднократно говорил, что внесения в Конституцию Украины изменений по поводу особого статуса Донбасса не будет. И тут эксперты сомневаются, что Офис президента сможет до конца выдержать такую линию. Пока не грянул скандал с телефонным разговором Трампа с Зеленским, Офис президента и МИД шарахались из стороны в сторону запутанно объясняя ситуацию вокруг «особого статуса» и так называемой «формулы Штайнмайера», которую Киев в последний момент отказался подписывать.

«У Владимира Зеленского и Вадима Пристайко попросту нет другого выбора, как вести именно такую линию — менять Конституцию не будем. Иначе их политическое будущее под вопросом, так как украинское общество негативно воспримет попытки изменить Основной закон под запросы Москвы», — настаивает Евгений Магда.

С одной стороны, Зеленский и Пристайко отказываются вносить изменения в Конституцию, но с другой стороны они ведут с россиянами предметную дискуссию по поводу выборов и так называемой «формулы Штайнмайера», которая и предполагает особый статус Донбасса.

Объяснять это можно двумя причинами. Первое — политическое наследие Петра Порошенко, которое полностью устраивает Германию и Францию. Президент Зеленский в злополучном разговоре с Дональдом Трампом не просто так жаловался на Париж и Берлин, которые не хотят усиливать давление на Кремль. Вторая причина сугубо профессиональная — внешнеполитическая команда Зеленского так до конца не сформирована, и все делается с колес. И, как показал разговор с президентом Трампом, все это усугубляется политической неопытностью самого Зеленского.

«Следствием тайных договоренностей Петра Порошенко и Владимира Путина стало создание переговорной группы в Минске, где стороны подписали договоренности (так называемый Минск-2 от 12 февраля 2015 года — R), в которых фигурировало внесение изменений в Конституцию страны. Экс-президент Леонид Кучма не имел права подписывать такой документ от имени Украины, а президент Порошенко, нарушил Конституцию страны, передав полномочие на ведение внешней политики другому лицу. Верховная Рада не ратифицировала», — сказал в комментарии Realist’у глава Центра исследований политических ценностей Олесь Доний.

Соответственно, возникает вопрос, является ли Минск-2 политическим обязательством Украины как государства? Судя по действиям команды Зеленского, они исходят из того, что Киев будет выполнять договоренности. При этом Пристайко и «командаЗе» постоянно акцентируют внимание на том, что Минск-1 и Минск-2 подписывались при Петре Порошенко, но от соглашений не отказываются. Дискуссия с россиянами ведется только вокруг сроков и условий для проведения выборов на территории ОРДЛО.

Украинские планы Лукашенко

Пока тактика и, тем более стратегия, команды Зеленского по Донбассу покрыта мраком и демагогией, третьи страны имеют внятные интересы в этой войне. Президент Беларуси Александр Лукашенко — одно из заинтересованных лиц, имеющее собственные интересы по ОРДЛО. Причем он, в отличии от Владимира Зеленского, грамотно маскирует собственные пожелания под чужие политические интересы.

Александр Лукашенко на днях заявил, что Беларусь готова ввести миротворцев на Донбасс и взять под контроль участок украино-российской границы.

«Если вы хотите, чтобы мы закрыли границу 400 километров между Украиной и Россией, которая сейчас не контролируется властями Украины, мы закроем эту границу. Хоть для меня это большая проблема ввязываться в этот конфликт, но мы готовы ввести туда миротворцев, пограничников, войска, как хотите, но мы готовы закрыть этот участок границы, если будет согласие двух сторон», — заявил Александр Лукашенко.

Предложение господина Лукашенко по поводу пограничников, на первый взгляд, соответствуют интересам Киева. Представитель нашей страны в Трехсторонней контактной группе, второй президент Украины Леонид Кучма заявил, что проведение выборов на Донбассе возможно после соблюдения стандартов безопасности и установления контроля над украинско-российской границей. В этом смысле активное содействие белорусов может быть очень кстати.

Вопрос заключается в том, располагает ли Минск нужным количеством военных для «перекрытия» неконтролируемых участков украинско-российской границы? В составе миротворческого контингента под эгидой ООН могут быть только военнослужащие, прошедшие профильную подготовку с выдачей соответствующего сертификата.

В министерстве обороны Беларуси таких сертифицированных миротворцев не более 600 человек, чего явно мало для полноценной миссии на Донбассе. Соответственно, Лукашенко нужна будет подмога. Киев такой вариант может устроить, но только при условии, что в миротворческом контингенте будут не только белорусы и казахи. Проблема не только в «токсичности» белорусского и казахстанского начальства и их зависимости от Москвы. Украинское общество вообще вряд ли с энтузиазмом воспримет «миротворцев», состоящих только из военных из стран СНГ.

Господин Лукашенко тихой сапой продвигает идею миротворческого контингента еще с 2015 года, при каждом удобном случае напоминая о своих услугах. Лидер Беларуси руководствуется собственными далеко идущими интересами. И дело не только в том, что, благодаря стараниям президента Путина, господин Лукашенко из «последнего диктатора Европы» внезапно стал для властей ЕС уважаемым руководителем государства и нужным посредником в переговорах.

Александру Лукашенко крайне невыгодно поражение Украины. Пока Кремль завяз на Донбассе, у россиян будет меньше интеллектуальных и, условно говоря, спецслужбистских ресурсов для давления на Минск. Соответственно, Лукашенко заинтересован в том, чтобы Киев постепенно возвращал контроль над ОРДЛО на приемлемых для украинской стороны условиях, отметил в разговоре с Realist’ом эксперт по внешней политике Украинского института будущего Игар Тышкевич.

«В нынешних условиях поражение Киева — более опасный вариант для Александра Лукашенко. Ведь в таком случае его схема „лозунги в обмен на российские деньги“, которую он эксплуатирует с 2003 года, перестанет работать. Заполучив контроль над Украиной, Москва может сказать ему, мол, смотрите с Киевом все хорошо получилось, поэтому и вы не рыпайтесь», — говорит Тышкевич.

Автор: Владимир Шевчук; Realist

Читайте также: