«Каково это — находясь в колонии, быть слепым и беспомощным…»

«Каково это - находясь в колонии, быть слепым и беспомощным…»

Есть ли виновные в том, что заключенный потерял зрение? Достаточно сложно было взяться за эту публикацию. Слишком уж возмутительными даже для нашего, ко многому уже привыкшего общества выглядят изложенные ниже факты. Впрочем, судите сами.

В учреждение «ТаймАкт» обратился Сергей Каменщик, пишет БелГазета. В марте 2018г он освободился из ИК-14, которая находится в поселке Новосады Борисовского района. Каменщик рассказывает, что прибыл в эту колонию в июле 2016г. практически здоровым человеком, но через две-три недели стал испытывать сильные головные боли. Как предполагает Сергей, врач медчасти поставил ему диагноз гайморит, поскольку назначил курс антибиотиков. Однако лечение не помогало, головные боли усилились. Через некоторое время другие заключенные заметили, что левый глаз у Сергея отклонился в сторону. Спустя еще четыре-пять дней стало пропадать зрение на этот глаз.

Разумеется, обо всех этих симптомах Каменщик рассказывал в медчасти. Но медработников ИК-14 не насторожили необъяснимые и достаточно грозные симптомы. Как говорит Сергей, какое-то лечение ему назначали, но эффекта от него не было, а никаких других мер не предпринимали. Судя по всему, у врачей не хватало знаний установить диагноз, однако по необъяснимой причине они так и не организовали консультацию специалиста. Как можно предположить, необходимость такой консультации медики понимали, потому что обещания ее организовать Каменщику давали.

НАКАЗАНИЯ ЗА… БОЛЕЗНЬ?

Дальнейшие события ярко показывают отношение представителей администрации ИК-14 к проблемам и нуждам осужденных. Сергей рассказывает, что изнурительные головные боли не давали ему спать, а когда ему все-таки удавалось забыться на некоторое время, он два или три раза проспал подъем, за что на него составили рапорты. «Когда меня привели для разбирательства по поводу этих рапортов к заместителю начальника ИК-14 по РОР, в связи с утратой зрения на левый глаз я не заметил, что в кабинете слева находится еще и начальник колонии. Однако он обвинил меня в том, что я с ним не поздоровался, и, несмотря на мои объяснения по поводу моего здоровья, принял решение о помещении меня в штрафной изолятор», — рассказывает Сергей. Ни руководство ИК-14, ни медработники не реагировали на слова осужденного об ухудшающемся состоянии здоровья, его неоднократно помещали в штрафной изолятор, а потом и в помещение камерного типа. Трудно понять, как врачи могли давать заключения, что по состоянию здоровья Каменщик может там находиться.

Однажды камеру ШИЗО, в которой содержался Сергей, посетил проверяющий из Департамента исполнения наказаний (его фамилия известна). При свидетелях Каменщик рассказал ему, что потерял зрение на один глаз, что мучается от сильнейших головных болей, а надлежащей медицинской помощи не получает. Более того, фактически из-за проблем со здоровьем он и помещен в ШИЗО. Проверяющий обещал разобраться, но в итоге, рассказывает Сергей, за жалобу он получил еще восемь суток ШИЗО.

К середине осени 2016г. у Сергея стало пропадать зрение и на правый глаз. А немного позже начались проблемы с элементарными физиологическими функциями. Сергей снова не смог подняться после подъема, и начальник ИК, несмотря на его пояснения, наказал осужденного двумя месяцами помещения камерного типа.

Все это время состояние здоровья Каменщика продолжало прогрессивно ухудшаться. Только в конце января 2017г. его положили в стационар медчасти. Далее мы приведем цитату из рассказа Сергея: «Мне назначили какие-то таблетки, однако они не помогали… Тем не менее медицинские работники ИК-14 так и не организовали проведение мне консультаций необходимыми специалистами, не направили меня на обследование и лечение в Республиканскую больницу ДИН МВД или гражданский стационар. Более того: несмотря на неэффективность лечения, практически уже полное отсутствие зрения на оба глаза, меня не только не направили на консультацию специалиста или на лечение в больницу, но выписали из медчасти снова в ПКТ».

МЕДИЦИНСКАЯ БЕСПОМОЩНОСТЬ

«Из ПКТ я вышел в марте 2017г. уже фактически слепым только с помощью других осужденных. Назавтра меня все же положили в стационар медицинской части, где я находился еще около двух с половиной месяцев, не получая адекватной медицинской помощи, страдая сильнейшими болями, недержанием физиологических функций, не способный обслужить сам себя без посторонней помощи. Из-за жесточайших болей, моральных и физических переживаний я уже слабо помню детали этих дней, знаю только, что санитары очень часто меняли постель за мной, а чтобы я реже отправлял свои естественные надобности, не поили и не кормили меня на ночь. В связи со своим беспомощным физическим состоянием я испытывал постоянный и жестокий прессинг со стороны санитаров медчасти. Медицинские работники в эту ситуацию никак не вмешивались. Не знаю, что писали врачи в моей истории болезни и велась ли она вообще, но на практике за все время лечения мой лечащий врач, как и начальник медчасти, посетил меня всего несколько раз», — рассказывает Сергей.

Консультации специалиста, который смог бы поставить больному правильный диагноз и назначить адекватное лечение, за все это время (более года!) он так и не дождался.

В мае 2017г. врачи ИК-14 по необъяснимой причине направили Каменщика «на лечение» в психиатрическое отделение Республиканской больницы, которое располагается в ИК-3 (пос. Витьба). Сергея уверили, что именно там он сможет наконец получить консультацию окулиста или невролога, однако ничего подобного не произошло и там. Правда, следует отметить, что, начиная с мая 2017г., Каменщик уже периодически с трудом осознавал, что с ним происходит, смутно помнит происходившие события и их последовательность, так что, говорит Сергей, он может ошибаться с названием осматривавших его специалистов. Каменщик знает только, что был выписан из психиатрического отделения, его опять привезли в ИК-14, а потом он был наконец направлен в Республиканскую больницу на ул. Володарского, 2 (дату Сергей не помнит), откуда после некоторых консультаций и обследования был переведен в РНПЦ неврологии и нейрохирургии (ул. Скорины, 24).

5-6 сентября 2017г. в РНПЦ неврологии и нейрохирургии Каменщику сделали операцию на черепе, которая длилась 18 часов, а затем еще 30 часов он находился без сознания на грани жизни и смерти. Больному удалили доброкачественную опухоль мозга, из-за роста которой у него и происходило ухудшение здоровья. Врачи РНПЦ объяснили Сергею, что уже после появления первых симптомов заболевания, в июле-августе 2016г., когда появилось отклонение левого глаза и нарушения зрения, его обязаны были представить на консультацию невролога или окулиста.

Жизненно важная необходимость такой консультации, по словам врачей РНПЦ, была очевидной для любого начинающего медика уже при первых признаках заболевания. «В случае своевременно начатого адекватного лечения я почти гарантированно сохранил бы зрение, а также был бы избавлен от жестоких моральных и физических страданий, малую часть которых я способен описать, а большая часть которых просто не поддается описанию простыми словами. Казалось бы, каково это — находясь в колонии, быть слепым, беспомощным, не управлять элементарными физиологическими процессами, не получать жизненно необходимой медицинской помощи — может понять любой нормальный человек, однако на деле меня понимали и помогали мне лишь некоторые осужденные. Со стороны медицинских работников ИК-14 я встретил только халатность, равнодушие к моей судьбе и здоровью, а со стороны руководства ИК — черствость и полное нежелание вникнуть в проблемы осужденного», — это снова цитата из рассказа Сергея.

В январе 2018г. его, полностью слепого, снова вернули в ИК-14, и только 23 февраля 2018г. администрация колонии организовала заседание МРЭК, которая определила ему первую группу инвалидности.

Сейчас 34-летний Каменщик — нетрудоспособный человек с первой группой инвалидности, нуждающийся в постороннем уходе. Единственный доход Сергея — пенсия по инвалидности, 283 рубля. Риторический вопрос: как прожить на такие деньги?

КОММЕНТАРИЙ ЭКСПЕРТА: «ПЛАТОН МНЕ ДРУГ,  НО ЖИЗНЬ ЛЮДЕЙ ДОРОЖЕ»

Ситуацию комментирует исполнительный директор социально-информационного учреждения «ТаймАкт» Василий Завадский:

— Мне очень сложно комментировать эту информацию по той причине, что в конце 80-х и 90-х годов я работал врачом и начальником медицинской части именно в Новосадах, в ИК-14. Разумеется, и позже, в период службы в Департаменте исполнения наказаний в должности начальника медицинской службы ДИН, я с особенным вниманием относился к работе медиков ИК-14. Прошло длительное время, но некоторых из сотрудников медчасти ИК-14, имеющих отношение к случившемуся с Сергеем, я знаю лично.

Медицинское обеспечение заключенных — деятельность очень и очень непростая. С одной стороны, очевидная для всех специфика пациентов, с другой — служебная зависимость от руководства учреждения, которое, выполняя стоящие перед ним задачи, очень часто склонно игнорировать потребности медиков. Есть еще и третья, и четвертая, и другие стороны.

Так что бывало всякое. Но я не припомню случая, чтобы человек оставался без элементарной помощи, как это произошло, если исходить из представленной Сергеем Каменщиком картины.

Все мы крепки задним умом. Из изложенной информации очевидна была необходимость консультации невролога или окулиста уже в первый месяц развития заболевания, после появления очаговой симптоматики. Вполне допускаю, что в реальности все было не так очевидно. Однако не организовать консультацию специалиста в течение долгих месяцев — это не поддается объяснению. Еще более необъяснимо для меня: как могли врачи ИК-14 подписывать справки о возможности содержания Каменщика в ШИЗО и ПКТ при таком развитии болезни?

Нельзя не сказать и о действиях руководства ИК-14. Видите, какой «ранимый» начальник: не поздоровался с ним осужденный — в ШИЗО! Не поднялся утром — в ПКТ! Пожаловался проверяющему — опять ШИЗО! А что стоило элементарно вникнуть в ситуацию? Забыли? Забыли, что сами — люди и что с людьми работают?.. Одного элементарного действия — вызова консультанта — могло быть достаточно, чтобы предотвратить трагическое развитие событий!

После освобождения Сергей с помощью родных и близких направил жалобы в прокуратуру, Следственный комитет, управление собственной безопасности МВД. Волшебным образом все его заявления переслали в управление ДИН по Минску и Минской области, откуда ему ответили, что все проверили, все нормально и правильно. Потом и вовсе прекратили переписку.

Сергею Каменщику ничего не оставалось, как написать заявление о возбуждении уголовного дела в отношении представителей администрации ИК-14 — еще в августе 2019г. он направил обращение в Следственный комитет Минской области. До настоящего времени — уже пятый месяц! — Борисовский районный отдел СК не принял решение по заявлению. «Проводится проверка» — сообщают оттуда.

Мы неоднократно обращались и в ДИН, и в МВД с предложениями о конструктивном взаимодействии. Всякий раз мы говорили, что не ставим цель создание дополнительных проблем государственным органам, напротив, мы считаем одной из основных задач учреждения содействие профильным госорганам в их деятельности по улучшению качества и эффективности медицинской помощи гражданам, находящимся в местах лишения свободы.

Все наши предложения были проигнорированы, а апофеозом реакции госорганов можно считать цитату из ответа заместителя начальника ДИН МВД В.А. Мандрика, взявшего на себя ответственность сделать такое заключение от имени всего департамента: «…информирую, что Департамент не нуждается в содействии по совершенствованию деятельности уголовно-исполнительной системы со стороны вашей организации» (см.фото).

В период моей службы в медицинской части ИК-14 там работали на условиях полной занятости семь врачей, еще два — на 0,5 ставки. Сегодня, как рассказывают, в Новосадах нет ни одного врача, работающего на постоянной основе, а возглавляет медчасть специалист без высшего медицинского образования. По нашей информации, в ряде других исправительных учреждений ситуация не намного лучше. Возможно, это в некоторой степени и объясняет случившееся с Сергеем Каменщиком.

Объясняет — но не оправдывает. «Платон мне друг, но истина дороже», — говорил древний философ. Здоровье и жизни людей независимо от их статуса и нахождения относятся к ценностям, игнорировать которые никому не позволительно. Так что, понимая все проблемы ведомственной медицины ДИН, не могу принять такое отношение к судьбам людей. Зрение Сергею Каменщику не вернуть, однако на данном примере можно четко видеть тяжелые болезни пенитенциарной медицины. Назрело серьезное реформирование системы организации медицинской помощи заключенным, и в очередной раз предлагаю посильную помощь пенитенциарному ведомству в этой работе.

Автор: Максим Соколовский; БелГазета

Читайте также: