Главная цель России – вернуть свой контроль над Украиной

Главная цель России – вернуть свой контроль над Украиной

Политические советники лидеров «нормандской четверки» — Германии, Франции, Украины и России должны встретиться сегодня в среду, 26 января, в Париже. В ходе консультаций, в частности, «хотят определить дату, когда Украина проведет переговоры с сепаратистами об особом статусе Донбасса»,  — об этом сообщает агентство dpa со ссылкой на источники в Елисейском дворце.

По сей день Украина официально отклоняла любые инициативы по переговорам с представителями российских боевиков на Донбассе. Украинская сторона  видит за столом переговоров только РФ как сторону конфликта.

Факт переговоров политических советников в Париже подтвердил и руководитель Офиса президента Украины Андрей Ермак. По его словам, речь будет идти о режиме прекращения огня на Донбассе, а также о каждом из пунктов Минских соглашений, но он не упоминал о переговорах с террористами. Ермак якобы ожидает, что во время переговоров Германия и Франция будут занимать проактивную позицию.

Тем временем в  России КПРФ предложила Госдуме обратиться к Путину с просьбой признать террористические республики на оккупированных территориях Донбасса в качестве самостоятельных и суверенных государств. По мнению компартии, их признание Россией обеспечит безопасность и защиту «республик и положит начало процессу международного признания обоих государств».

По поводу возможности признания Россией  этих террористических образований и зачем Путин добивается того, чтобы Украина вела переговоры напрямую с террористами, высказался Сергей Гармаш, представитель отдельных районов Донецкой области от Украины в Трехсторонней контактной группе по Донбассу.

Сергей Гармаш

Сергей Гармаш

***

Пока у России есть надежда добиться от Киева выполнения Минских соглашений в ее трактовке ( т.е. прямого диалога с Донецком и Луганском) она не пойдет на признание «республик».

Ее главная цель в этой войне – вернуть свой контроль над Украиной, лишить ее независимости, а лучше — государственности. А главным инструментом этого Кремль видит «Минск» — т.е. вживление в наше политическое тело Донецка и Луганска с «особым статусом», который, в задумке Путина-Суркова означает автономию или, де-факто, независимость «республик» в рамках де-юре унитарной Украины.

Если Киев соглашается на это, то возможны два варианта развития событий: или «особые» регионы становятся аккумулятором пророссийских сил в Украине и благодаря этому и «особому статусу» — инструментом контроля Москвы над Киевом; или большая часть украинских регионов не захочет «ложиться» под Москву и начнется раскол государства. И то и другое – отвечает целям Путина.

Поэтому, реально признать сейчас «ДНР»-«ЛНР» означает для Путина лишить себя главного инструмента достижения своей главной цели, поскольку после такого признания Минские соглашения становятся просто частью истории.

Москва может быть заинтересована в признании «республик» только в одном случае – реальной угрозы потери оккупированных ею сейчас территорий Донбасса, т.е. – военной операции Украины по освобождению своей территории. Трудно представить реалистичность такой операции в ближайшее время, особенно сейчас, на фоне скопления российских войск на наших границах.

И тем не менее, именно сейчас Компартия России регистрирует соответствующее заявление для рассмотрения Госдумой.

Из Москвы, при этом, раздаются противоречивые голоса. С одной стороны — заявление министра Лаврова о невозможности признания независимости «республик», поскольку они сами » отозвали свои решения о независимости», подписавшись под Минскими соглашениями. С другой – обтекаемое заявление Пескова, что комментировать нечего, поскольку Дума еще только должна проголосовать за это обращение. Но сам факт вынесения вопроса о «признании республик» в зал российского «парламента» означает, скорее всего, его положительное рассмотрение депутатами, — обратный результат просто не укладывается в логику российской пропаганды и идеологию «русского мира».

Это похоже на ситуацию, когда в 2014 году Госдума дала Путину разрешение на введение войск в Украину. Тогда Путину публично дали инструмент, а воспользуется он им или нет – на его усмотрение. Сейчас, скорее всего, будет то же самое. Госдума призовет Путина «признать», а решение – за ним. И оно явно не будет быстрым.

Но, почему именно сейчас Кремлю понадобился такой инструмент? Первое, что приходит в голову – для давления на США и Запад, с целью заставить их принудить Киев выполнить Минские соглашения в трактовке России. То есть, обменять угрозу большой войны в Европе на «выполнение Киевом Минских соглашений». Лавров, действительно, говорит об этом практически на всех своих встречах с западными дипломатами. К тому же Путин и без всяких обращений Думы может признать «республики» просто своим указом. Но здесь понадобилась именно публичность – демонстрация угрозы. Но! Вполне, можно допустить, что на Западе только рады такой демонстрации. Потому что, чем сильнее угроза, — тем понятнее оправдание сомнительных компромиссов, направленных на ее устранение.

Собственно, многие на Западе действительно могут увидеть выход из нынешнего дипломатического клинча в принуждении Киева «к выполнению Минска». Ведь Запад тоже постоянно говорит о безальтернативности «Минских соглашений». А главное, — Запад, особенно европейский, боится крупномасштабной войны, точнее, миллионов беженцев в ЕС. Не все наши «партнеры» понимают последствия такого «компромисса» для целостности Украины. Поэтому они вполне могут согласиться разменять глобальную военную проблему, на, как они думают, локальную уступку Киева Москве.

Но, даже тайно договорившись с Западом, или отдельными его столицами, — как заставить Киев пойти на убийственный для украинской государственности формат прямого диалога с Донецком и Луганском при «посредничестве» Москвы? Ведь, даже если в Офисе Президента, в результате активной работы с «западными партнерами», и случится коллективное помутнение разума, то с ним еще должна смириться улица. А улица в Украине решает всё!

И вот здесь в Кремле вспоминают о том же инструменте, который уже применялся им при принуждении Киева к подписанию Минска-1 и Минска-2 — военном наступлении. Но, не по всему периметру границ (зачем Москве уже анонсированные западные санкции), а на Донбассе и чужими руками (опять же, — не будет санкций), под видом «народных милиций» «ДНР» и «ЛНР». Причем, сделано это будет в ответ на «провокацию ВСУ», то есть, наступление, якобы, начнет не Москва, а Украина, «напичканная западным оружием». Те, кто мониторит российские и оккупационные СМИ ОРДЛО не могут не видеть, что население готовят именно к такому сценарию.

Это будет и демонстративной местью Путина Западу за невыполнение его ультиматумов. И принуждением Киева к выполнению действующего Минска в трактовке Москвы. Либо, в Кремле нацелены вообще на подписание Минска-3, еще более разрушительного для Украины. В любом случае цель всего, что мы видим сейчас и на наших границах, и на различных переговорных площадках и донбасском фронте – принуждение Киева к прямому диалогу с Донецком и Луганском и выполнение их (Москвы) условий прекращения конфликта.

Но исход такой военной операции, в отличие от 2015 года, уже не является предрешенным. Вполне вероятно, что «народные милиции», даже усиленные «добровольцами» и «отпускниками» , не только не продвинутся вперед, но спровоцируют контрнаступление ВСУ. И вот тогда может возникнуть угроза потери Россией оккупированных ею территорий на Донбассе. И только в этом случае, Путин подпишет указ о признании «республик», чтоб по просьбе Донецка и Луганска ввести в «ДНР»-«ЛНР» своих «миротворцев» и начать «операцию по принуждению к миру».

Причем, «принуждение» это может быть с применением авиации и ракетными ударами (в том числе по военной инфраструктуре Украины не только на Донбассе). Но по просьбе «властей» «ДНР»-«ЛНР» и «в целях защиты российских граждан и соотечественников». Это уже комбинация Южно-осетинского и сирийского опытов «миротворчества»…

И задача этой операции — не столько консервация конфликта в его нынешних границах, или расширение этих границ, сколько масштабное поражение Украинской армии, способное вызвать внутриполитический кризис. Цель остается прежней – навязать Украине (путем военного поражения, путем внутренней дестабилизации, путем смены властной команды, путем давления испугавшегося Запада) имплементацию Минска в варианте «внутриукраинского гражданского конфликта» с внедрением в политическое тело страны инструмента управления ею, либо разрушения (в зависимости от ситуации).

Очевидно, что Дума не будет рассматривать обращение к Путину раньше, чем США дадут письменный ответ РФ на российские требования гарантий безопасности. Очевидно, что ответ США не удовлетворит Россию. Очевидно, что Путин, в первую очередь, угрозой признания «республик» попытается заставить Вашингтон надавить на Киев. Но если трюк не удастся – все будет зависеть от цены принятия такого решения для Москвы. А факторы, составляющие эту цену: способность ВСУ нанести ощутимый урон ВС РФ, и квалификация Вашингтоном и ЕС такого «миротворчества», — на сколько его степень будет укладываться в шкалу «масштабности» агрессии, чтоб последовали действительно разрушительные санкции.

Похоже, реальные планы именно такие. Но ничего не предрешено. По крайней мере, очень многое зависит от нас.

***

Тем временем Макрон и канцлер Германии Олаф Шольц, вчера, во вторник на совместной пресс-конференции в Берлине отметили поддержку Украины и подтвердили свою позицию, что Москва заплатит высокую цену, если нападет на своего соседа. Лидеры двух стран говорили накануне возобновления переговоров в «нормандском формате», которые должны пройти в Париже в среду.

Макрон сказал, что надеется, что его телефонный разговор с Путиным в пятницу приведет к «требовательному диалогу и возможности получить разъяснения».

Сегодня, получить некоторые рахъяснению надеемся и мы.

УК

Читайте также: