Нравы Колымы: большие трагедии маленькой Олы

Следствие обозначает мотивом преступления неприязненные отношения на фоне совместного распития алкоголя. Настолько неприязненные, что старшие товарищи долго и безжалостно избивали тринадцатилетнего Ваню, кидали в него камни, душили удавкой, а потом решили отрезать ножовкой голову от безжизненного тела…

Почти два месяца назад, вечером 1 апреля, в поселке Ола произошел случай, потрясший всех жителей района. Убит ребенок. Убит жестоко такими же детьми, как и он сам. Извечные русские вопросы мучают ольчан: «Кто виноват?» и «Что делать?».

Обстоятельства дела уже хорошо известны широкой общественности. В средствах массовой информации это убийство получило широкий резонанс. Вопросы, с которыми мы обратились в прокуратуру Ольского района к прокурору Рафаэлю Мусину, заключаются в другом: почему именно в Ольском районе происходит столько преступлений с участием молодежи? Что влияет на эти показатели?

Так уж повелось, что район не первый год гремит своими преступлениями на всю область. Жестокая драка между девушками, изнасилование и убийство Маши Виноградовой, кровавая разборка между подростками, закончившаяся смертью одного из них, расчлененный труп маленького мальчика, четырнадцатилетний Витя, зверски орудующий ножом… И наконец, убийство тринадцатилетнего Вани Замышляева. Список кажется устрашающе-бесконечным.

Кулакам закон не писан?

Будем опираться на факты. 10 января 2003 года «Магаданская правда» опубликовала материал Ольги Лопатниковой под названием «Кулакам закон не писан», в котором речь шла о жестокой драке между двумя девушками из поселка Ола. Милиция и прокуратура тогда не предприняли никаких решительных действий, обидчица получила лишь устное предупреждение. А между тем пострадавшая так легко не отделалась: довольно серьезную травму головы и лица пришлось лечить не одну неделю, также была нанесена порча ее имуществу. Наказания за совершенное преступление не последовало. Мотивация очень проста: ну это всего лишь драка! С кем в молодости не бывает? И действительно, как может так случиться, что одна отделалась! легким испугом, а другая еще долго лечила синяки и шишки, за которые никто не ответил?!

Так что же получается? Кроме как махать кулаками, местной молодежи и заняться-то нечем? В администрации Ольского района отвечают однозначно — занятий уйма, было бы желание.

— В поселке очень развиты спортивные секции, — перечисляет специалист по работе с молодежью Управления по делам молодежи администрации Магаданской области по Ольскому району Леся Иванюшко. -Можно заниматься лыжами, футболом, теннисом, пауэрлифтингом. Также функционирует Центр дополнительного образования, куда ходят как дети дошкольного возраста, так и старшеклассники. В школе искусств ребята учатся игре на музыкальных инструментах, рисованию, пению, танцам. Заинтересованных много.

Приходим к выводу: молодежь не забыта. Кто хочет с пользой провести время, может выбрать занятие по душе. Но ведь насильно гонять мяч или танцевать польку не заставишь. Если у ребенка с раннего детства перед глазами были пьяные матерящиеся родители, выясняющие отношения «под газом», захочется ли ему приобщаться к прекрасному? Или лучше встретиться с такими же друзьями и подождать в подъезде одинокую старушку с пенсией? Ответ очевиден.

Кто убил — известно, наказания нет.

Поселок до сих пор будоражат слухи о так и нераскрытом изнасиловании и убийстве восемнадцатилетней Маши Виноградовой в сентябре 2004 пода. Тело девушки обнаружили утром рыбаки. На месте Маши в тот теплый осенний вечер могла оказаться любая ольская девчонка. «Заезжие гастролеры» сознательно искали жертву, и так уж получилось, что им на пути попалась именно она. Говорят, что их было четверо. Они затащили свою жертву в машину, жестоко надругались над ней и выкинули на ольском мосту. Потом, видимо, опомнившись и рассудив, что она все расскажет и зло будет наказано, эти, с позволения сказать, «ребята» развернулись и сбили девушку насмерть. Но даже после этого они не успокоились, вышли из машины и перекинули изуродованный труп через ограду моста, где его наутро и обнаружили. С тех пор памятник с фотографией невинно убиенной девушки стоит возле дороги перед поселком как немой укор убийцам, правоохранительным органам, обществу.

«Я не умер. Я живой!»

Так заканчивается одно из стихотворений Артема Мулюкина и также называлась статья, которую мы написалио нем в «Молодой Колыме» 25 ноября 2005 года. 7 мая было два года, как Артема нет с нами. Мама до сих пор перебирает его детские фотографии, школьные тетрадки, милые ее сердцу предметы. Его сестренка еще слишком мала, чтобы понимать, что Тема уже не войдет к ней в комнату, не сядет на кровать и не споет колыбельную на ночь…

А между тем его убийца Игорь Гетманов все не может согласиться с наказанием, к которому его приговорил суд, — одиннадцать лет за убийство и год за отмену условно-досрочного освобождения. И даже этого срока безбожно мало, чтобы смыть кровь со своих рук, убрать камень с души. Только есть ли душа-то?

Второй фигурант — Вова Якушков — свой срок отбывает условно. Его наказали только за изготовление обреза. А между тем вечером 7 мая именно из этого оружия был убит Артем. Его брата Женю отпустили прямо в зале суда. А ведь это он принес злополучный обрез на дискотеку в местный ДК, после чего произошла жестокая драка, унесшая молодую жизнь. Суд опирался на то, что Женя пытался опустить обрез, который держал Игорь Гетманов, в результате чего выстрел пришелся в живот, а не в голову. Гетманов же до сих пор утверждает, что стрелять не собирался, хотел попугать. Его слова опровергла баллистическая экспертиза, которая показала, что для нажатия на курок необходимо было применить усилие, что не вяжется с показаниями обвиняемого.

— Основная причина высокого процента преступлений, — считает прокурор Ольского района Рафаэль Мусин, — заключается в непосредственной близости поселка от города с его атрибутами веселой жизни. До Магадана можно добраться в течение получаса. Поэтому ольская молодежь частенько выезжает в город в бары, на дискотеки, а к нам приезжают городские. И от этого взаимодействия исходит та печальная статистика, которую мы видим сейчас.

Око за око?

Полтора года назад в Олу с «показательным выступлением» приехал немолодой уже человек, поселился как сторож на даче знакомых, находившейся в черте поселка по дороге в Гадлю. И все бы ничего, если бы через небольшой промежуток времени не выяснилось, что мужчина этот числится в психоневрологическом диспансере. Находясь в поселке, он изнасиловал и убил девятилетнего мальчика, а труп расчленил. Сотрудники прокуратуры говорят, что страшнее фотографий, чем с места этого преступления, им видеть не доводилось. В черном пластиковом мешке находились смерзшиеся фрагменты человеческого тела, изрубленного на множество кусков. Так преступник хотел замести следы своего надругательства над ребенком.

И самое парадоксальное то, что до этих событий убийца находился под наблюдением четыре года. Тогда он тоже надругался над ребенком, но, к счастью, не убил. Теперь осужден на усиленное бессрочное наблюдение и отправлен в специализированное учреждение.

— А что вы хотите от человека, — говорит Рафаэль Рашидович, — который был рожден от пьяных родителей, еще в детстве попал в интернат и был там изнасилован? Он и не знает другой модели поведения, считает то, что совершал, нормой.

Со мной не связывайся, а то убью.

А в чем тогда провинился сорокалетний ольчанин, павший от руки четырнадцатилетнего Виктора Тимошина (имя и фамилия изменены)? В том, что оказался в ненужное время в ненужном месте? Или в том, что имел красивый охотничий нож, так понравившийся преступнику, которым Витя и нанес своей жертве 20 ударов.

С виду Витя Тимошин не производит впечатления отпетого преступника, ему можно дать не больше двенадцати лет. Происходит он из многодетной семьи, родители живут в городе. В Оле у парня сестра, к которой он очень привязан. И как почти еще ребенок мог совершить такое зверство? В свои юные годы подросток хорошо известен своими «поступками» как жителям поселка, так и правоохранительным органам. Когда Витю судили, к обвинению присоединили еще два дела о грабежах из Магадана. Он мог подойти в городском парке к своему сверстнику и, угрожая расправой, отнять любую понравившуюся вещь. В совокупности малолетний преступник получил семь лет лишения свободы.

— Проблема преступности среди молодежи скорее психологическая, но имеющая негативные социальные корни, — говорит глава Ольского района Валерий Форостовский. — Посудите сами: по последним статистическим данным, 46 % населения района -безработные. Это самый высокий показатель по Магаданской области. Соответственно, где низкий уровень жизни, там и преступность. Но я не говорю за всех. В 200G году половина студентов Магаданского аграрного техникума, а именно более 170 человек, обучающихся очно, занимались в различных спортивных секциях. И вообще, в поселке много творческих коллективов, где выступает одна молодежь. И в разрез с этим такие жуткие преступления! Среда довлеет над людьми, зреет чувство неудовлетворенности. Я на посту главы недавно, но вплотную занимаюсь решением этих и многих других проблем, считаю своим долгом переломить ситуацию.

Получается, что половина жителей поселка довольствуется случайными заработками, а на появившиеся деньги покупает горькую, как говорят, напиться и забыться. А как же дети?

Этот вопрос я задала ответственному секретарю комиссии по делам несовершеннолетних поселка Ола Надежде Мамоновой.

— Неблагополучных семей, состоящих на учете, очень много. Приведу конкретные цифры. За 2005 год — 83 семьи, в которых воспитываются 142 ребенка, в 2006-м — 87 семей, 138 детей, и за I квартал 2007 года эта цифра достигла высочайшей отметки — 92 семьи, 158 детей. Также неутешительны и другие показатели. За 2005 год родительских прав были лишены 10 родителей в отношении 23 детей. В 2006-м — 20 родителей к 25 детям и, наконец, на I квартал 2007 года -1 родитель в отношении 1 ребенка, ограничены в родительских правах 2 родителя к 2 детям.

А по словам завуча Магаданского областного детского дома Марины Велеховой, наоборот, все меньше родителей лишаются своих прав на детей, что негативным образом сказывается на психике подростков.

— Когда в семье складывается резко негативная обстановка и ребенок по разным причинам не может находиться дома, — объясняет Марина Алексеевна, — он идет на улицу. Что происходит дальше — хорошо известно каждому из нас. В итоге ребенок попадает в детский дом. Педагоги и психологи занимаются с ним, но как только он начинает адаптироваться, появляются родители и забирают его домой. И все начинается заново. А если бы родителей сразу лишали родительских прав, их детям не приходилось бы несколько раз ходить по этому замкнутому кругу.

— Многие из воспитанников детских домов склонны к преступности, среди ваших много таких?

— В этом году на внутреннем учете стоит всего один подросток. В прошлые годы эта цифра была гораздо больше. Причины для постановки на учет самые различные — от употребления алкоголя до кражи. Но к громким преступлениям на Оле наши не причастны.

— Ваши воспитанники ходят в общеобразовательную школу. Как они взаимодействуют со сверстниками?

— Особых проблем не возникает. Общаются. У нас есть практика гостевых семей, когда наши дети дружат с одноклассниками, бывают у них дома и даже остаются на летние каникулы.

— Сколько ребят покинут детский дом в этом году и какова их дальнейшая судьба?

— Восемь человек. Пятеро из 11 -го класса, трое из 9-го. Они будут поступать в средние специальные или высшие заведения. Мы следим за их судьбами, после первого полугодия проводим совещание, на котором обсуждаем вопросы их адаптации.

Довольно благоприятная картина, не так ли? А по словам местных жителей, не попавшие на учебу подростки остаются в поселке, где живут у друзей или на съемных квартирах и, ничем не занятые, создают криминогенную обстановку. А если вывести район из кризиca безработицы не удастся, что тогда? Простые жители так и будут пожинать плоды чьей-то неблагополучности, расставаясь со своим имуществом и жизнями близких?

Слезы в день смеха

Кто знал, что роковой вечер Дня дураков — 1 апреля — закончится актом ничем не прикрытой жестокости, зверства, бесчеловечности.

Следствие обозначает мотивом преступления неприязненные отношения на фоне совместного распития алкоголя. Настолько неприязненные, что старшие товарищи долго и безжалостно избивали тринадцатилетнего Ваню, кидали в него камни, душили удавкой, а потом решили отрезать ножовкой голову от безжизненного тела. Позже на допросах они скажут, что не понимают, как могли такое совершить, зачем убили подростка, почему так жестоко издевались над своим приятелем.

Они закопали его в снег у вагончиков на Танонской сопке, где некоторое время назад весело проводили время за распитием спиртного. Домики они сожгли, говорят, что следы заметали. Но как же чувствовали себя они в тот момент, когда из пьяных подростков превращались в хладнокровных убийц? Как спали несколько ночей, до того как сдались милиции, когда по всему району искали пропавшего Ваню.

Следствие обозначает мотивом преступления неприязненные отношения на фоне совместного распития алкоголя. Настолько неприязненные, что старшие товарищи долго и безжалостно избивали тринадцатилетнего Ваню, кидали в него камни, душили удавкой, а потом решили отрезать ножовкой голову от безжизненного тела. Позже на допросах они скажут, что не понимают, как могли такое совершить, зачем убили подростка, почему так жестоко издевались над своим приятелем.

Они закопали его в снег у вагончиков на Танонской сопке, где некоторое время назад весело проводили время за распитием спиртного. Домики они сожгли, говорят, что следы заметали. Но как же чувствовали себя они в тот момент, когда из пьяных подростков превращались в хладнокровных убийц? Как спали несколько ночей, до того как сдались милиции, когда по всему району искали пропавшего Ваню Замышляева? Как смотрели в глаза родителям своим, когда те в милиции узнали, кого восемнадцать лет назад породили на свет. По ст. 105 УК РФ максимальный срок наказания — двадцать лет лишения свободы. Получит ли кто-нибудь из убийц Вани такой срок?

— Пока молодые организованы школой, — говорит Рафаэль Мусин, -дружбой или их сдерживают родители, проблемы недостатка воспитания удается купировать. Но когда они остаются одни, без материальной и государственной поддержки, самый простой выход — встать на преступную дорогу. Ведь зачастую зло в человеке берет истоки из детства, из семьи. В 2006 году нами зафиксирован всплеск преступности среди несовершеннолетних.

Но в шок повергает, что мужчина, убивший и расчленивший ребенка, жил с таким анамнезом в обществе и был отпущен будто для совершения нового преступления. И на пути этого чудовища попался мальчик, который совершенно не виноват, что его мучителя когда-то в детстве тоже унизили. Око за око, зуб за зуб?

На Ольском мосту снег и ветер. А выцветшие венки на памятнике с овальной фотографией в посередине напоминают нам о том, что прошло уже много времени, а зло так и не наказано…

P. S. А в начале мая новое потрясение. В ольской квартире обнаружен обгоревший труп молодого человека. Парню было около тридцати лет. Его убили собутыльники — облили тело морилкой и подожгли. Мотив? Он задолжал им сто рублей…

Татьяна Хрипун, Колыма

Читайте также: