Site icon УКРАЇНА КРИМІНАЛЬНА

Москва кладбищенско-криминальная

К криминальным авторитетам и после смерти особо трепетное отношение. На кладбищах им неизменно достаются VIP-места: у входа, на центральной аллее. Монументы подсвечиваются, зимой персонал в любую погоду расчищает их мягкими щетками от снега и наледи, летом ставит свежие цветы. “Братские” аллеи есть на всех престижных кладбищах столицы: Ваганьковском, Староармянском, Даниловском, Николо-Архангельском… Есть даже частные “братские” кладбища, наподобие того, что располагается в подмосковных Ракитках. В начале 90-х братва закупала на сельских и городских погостах целые участки. Чтобы и на том свете пацаны были вместе.

Я памятник воздвиг себе конкретный

“Здесь спят добро и справедливость” — высечено на могилах криминальных авторитетов

Гранитные стелы, многопудовые кресты, ограды с позолотой, ангелы в полтора человеческих роста… Над этими монументами трудились известные скульпторы. Пророческие эпитафии из Данте и других классиков подбирали заслуженные литераторы. Уж если скорбеть и помнить, то масштабно!..

К криминальным авторитетам и после смерти особо трепетное отношение. На кладбищах им неизменно достаются VIP-места: у входа, на центральной аллее. Монументы подсвечиваются, зимой персонал в любую погоду расчищает их мягкими щетками от снега и наледи, летом ставит свежие цветы. “Братские” аллеи есть на всех престижных кладбищах столицы: Ваганьковском, Староармянском, Даниловском, Николо-Архангельском… Есть даже частные “братские” кладбища, наподобие того, что располагается в подмосковных Ракитках. В начале 90-х братва закупала на сельских и городских погостах целые участки. Чтобы и на том свете пацаны были вместе.

В рейд по престижным столичным погостам, на могилы “джентельменов удачи”, отправились наши специальные корреспонденты.

У входа на Ваганьковское кладбище — стела-небоскреб, над ней — мраморный ангел, распростерший над надгробиями руки с бронзовыми венками. На двух парных гранитных плитах выбито: Амиран Квантришвили. Отари Квантришвили.

— Братья — композиторы? — переговариваются приезжие.

— Видные общественные деятели! — цинично усмехается бывший кладбищенский рабочий, ныне внештатный экскурсовод по миру мертвых, Валера.

— Ангел–то на могиле какой большой, не чета листьевской худосочной серафиме (рядом находится могила телеведущего Владислава Листьева. — Авт.), — отдают могиле должное гости погоста.

— Еще бы! — соглашается Валера. — Над памятником братьям Квантришвили, первый из которых был застрелен заклятыми друзьями в 93-м, второй — через год, трудился знаменитый скульптор Клыков.

— Тот, что Жукова на коне изваял? — удивляются слушатели.

— Тот самый. Вячеслав Михайлович. Автор памятников Кириллу и Мефодию, Сергию Радонежскому, Серафиму Саровскому, протопопу Аввакуму, княгине Елизавете Федоровне, Пушкину в Тирасполе, Батюшкову в Вологде, Рубцову в Тотьме…

Валера рассказывает, что эпохальное сооружение, посвященное памяти братьев Квантришвили, создавалось несколько лет. Обошлось оно заказчику явно недешево.

Отари Квантришвили был легендарной личностью Москвы конца 80-х — начала 90-х. Его называли крестным отцом столичной мафии и одновременно борцом за справедливость. Начинал Отари как карточный игрок. Был близким другом Вячеслава Иванькова (Япончика). Осенью 1993 года создал партию “Спортсмены России” и принимал участие в разгроме Белого дома. Был главой Фонда социальной защищенности спортсменов имени Льва Яшина, на который долгое время имел зуб московский РУОП. Заслуженный тренер России по греко-римской борьбе. Меценат и бизнесмен…

5 апреля 1994 года Отари расстрелял киллер-снайпер на выходе из Краснопресненских бань. Убийца до сих пор не найден. Следствие выдвигало самые фантастические версии, ни одна из которых не нашла официального подтверждения. Говорят, что на подхвате у киллера был знаменитый Солоник — Саша Македонский.

Впрочем, “черную метку” Отари получил за год до смерти. 6 августа 1993 года в офисе малого предприятия был убит его брат Амиран. Он приехал в офис фирмы вместе с вором Федей Бешеным (Федором Ишиным). Наемники расстреляли обоих.

Шагаем по Ваганьковскому кладбищу дальше. Престижный погост ныне считается закрытым, он переполнен. Здесь можно производить захоронения только по родственной линии, если позволяет пространство: “подселять” усопших к покойным бабушке, дяде, племяннику. Правда, удостоиться чести лежать на именитом кладбище может герой, почетный или другой особо отличившийся гражданин. Но на это должно быть особое разрешение городской администрации.

Как появилась на Ваганькове могила главы рязанской преступной группировки Виктора Айрапетова — загадка вдвойне.

— Айрапета или кого другого за него зарыли, доподлинно неизвестно. Документы, скорее всего, фиктивные. У любого хорошего хозяина припрятана всегда парочка-другая неучтенных могил. Начнете копать — ничего не докажете. Кладбищенский архив сгорел еще в октябре 41-го, — просвещает нас Валера.

При приближении к захоронению Виктора Айрапетова хочется зажмурить глаза. Массивную мраморную плиту обрамляет ограда с обильной позолотой. Поговаривают, полюбоваться на свою помпезную могилу не раз приезжал сам… Виктор Айрапетов. Не из преисподней, а из нашей суетной жизни. Неужто криминальный авторитет попросту инсценировал собственную смерть?

В начале 90-х годов прошлого века мастер спорта по вольной борьбе Виктор Айрапетов создал самую могущественную в Рязани подпольную боевую организацию — “айрапетовскую”. На международном уровне ее поддержал сам Япончик. К 1993 году Айрапетов переехал в Москву. “Айрапетовские” делились на бригады и насчитывали от 800 до 1500 членов. Но вскоре у них возникло серьезное препятствие — “слоновская” группировка. Они расстреляли элиту “айрапетовских”. Самому лидеру банды удалось спастись только чудом. И в Рязани началась великая криминальная война. А 19 ноября 1995 года около трех часов ночи была зафиксирована смерть Виктора Айрапетова. В похищении основателя и лидера одноименной группировки участвовали сотрудники спецподразделений. Люди в масках положили вниз лицом охрану, а самого авторитета увезли в неизвестном направлении. Через две недели анонимным звонком сообщили номер таблички в общем могильнике. На извлеченном из земли трупе нашли часы “Ролекс” и знаменитый ремень бандита с серебряными пластинами. Жена посмотрела на обгоревший, с дыркой в голове труп и спокойно сказала: “Да, это он”. Позже она и мать “авторитета” уехали на постоянное место жительства в Европу. Незадолго до своего исчезновения Айрапетов получил греческое гражданство и сменил фамилию на Аравидис. Через несколько лет рязанские предприниматели случайно встретили в Европе Витю Рязанского. Но официально Айрапетов мертв.

У Христа за пазухой

— Вы на армянский участок загляните, — советует нам Валера. — Там стоят монументы ворам в законе, подобные памятнику Пушкину на Тверской или Минину и Пожарскому на Красной площади.

Заходим через массивные ворота на указанный погост. По правую руку в старинном кресле восседает с задумчивым видом бронзовый мужчина. На постаменте выбито: Владимир Сергеевич Оганов. Слева примостился бронзовый Рудольф Сергеевич Оганов. Все пространство около могил братьев заставлено мраморными вазами. Цветов — роз, лилий, хризантем — что на премьере в Большом театре.

Братья Огановы (Рудик Бакинский и Вачигос Шестипалый) были не просто известными ворами. В криминальной иерархии они занимали одни из высших мест. За что и поплатились. В конце прошлого века между Огановыми и Асланом Усояном (более известным как Дед Хасан) разгорелась криминальная война, которая переросла в войну мафиозных кланов. Трижды судимого 53-летнего Рудика убили в феврале 1999 года в кафе на МКАД, после того как на воровской сходке он обвинил Деда Хасана в растрате денег из общака. Деда Хасана после этого “раскороновали”. А Оганов, только что вернувшийся с югов, получил от киллеров более 40 пуль. Причиной стал предшествующий расстрел воров из клана Хасана в Ессентуках. После него влиятельный московский “криминальный генерал” Борис Апакия (Хрипатый) собрал поддерживающих Усояна мафиози, и они вынесли Оганову окончательный приговор. Через некоторое время та же участь постигла и Владимира Оганова.

Идем на поиски могилы другого криминального авторитета — Песо Кучулория. Нас останавливает могильщик со стажем Сергей Иванович:

— Не ищите, не найдете. Я сам копал для Песо могилу. Нам тогда гопстопники каждому выплатили по 200 рублей. Только через неделю разразился скандал. Могила Песо оказалась на месте захоронения воина-афганца. Родственники последнего и подняли шумиху. Песо выкопали и увезли на Домодедовское кладбище.

Официально Валериан Кучулория по кличке Песо пропал без вести в 1993 году. Был одним из близких друзей все того же Отари Квантришвили.

Зная, что на 28-м участке Ваганькова лежат многие члены некогда мощной бауманской преступной группировки, мы в самом центре участка отыскиваем монумент из черного мрамора, под которым покоится их предводитель — Бобон. Могила, опять же, парная. Рядом с Бобоном (“в миру” — Владиславом Абрековичем Выгорбиным-Ваннером лежит его телохранитель. На плите выложены пирамидой ярко-желтые яблоки: кто-то из близких приходил сюда на Яблочный Спас.

Бобон был одним из самых эрудированных и сильных “авторитетов” конца 80-х. Его бауманская группировка держала в страхе пол-Москвы. Бобон, он же Владислав Выгорбин, считался правой рукой вора Глобуса. Бобон очень любил автомобили и разъезжал по Москве на белоснежном спортивном двухдверном “Бьюике” без водительского удостоверения, так как один из трех своих сроков провел в психушке, где в совершенстве выучил английский язык, но получил справку о душевном недуге и потому пройти комиссию для получения автомобильных прав уже не мог.

В 1994 году разгорелся спор из-за ночного клуба, “крышу” которому делал Глобус и его бригада. Глобус неожиданно потребовал увеличить свою долю. Его расстреляли “курганцы”, а ответственность за убийство взял на себя Солоник. Затем тем же Солоником был убит и Бобон. Он со своим телохранителем собирался поупражняться в тире на Волоколамском шоссе. Киллеры загодя продолбили в бетонном заборе отверстия. Едва “Форд” Бобона зарулил во двор, по нему открыли стрельбу. Погибли и Бобон, и телохранитель, и собака Бобона. А дочка “авторитета” успела упасть на пол между сиденьями машины.

“Не место красит человека?”

На Даниловском кладбище VIP–захоронения скрыты от посторонних глаз. Только дважды — вслед за рабочим Гришаней — преодолев лазы в заборе, мы оказываемся в гранитном мире.

— Здесь сплошь карельский гранит, гарантия на который более ста лет, — говорит наш провожатый. — Этот камень самый дорогой. Склеп с раздвигающейся плитой и надгробием стоит 10 тысяч “зеленых”, гравировка портрета — еще 4,5 тысячи. А если уж скульптуру ваять со всеми прибамбасами — бордюрами, ступенями, — 300 тысяч “зелени” надо готовить.

Бродя среди “конкретных памятников”, мы находим фамильное захоронение семьи Чограши. На мраморных стелах выбито: “Ноно”, “Дато”, “Кике”.

В августе 2001 года в Химках сгорел бронированный “Мерседес-600”, в котором ехали два известных армянских вора в законе — Дато и Ноно Чограши. “Мерседес” с водителем и двумя пассажирами направлялся в сторону столицы из аэропорта “Шереметьево”. Неожиданно на ходу “Мерседес” загорелся. Пожар был спровоцирован взрывом. Братья умерли от ожогов в больнице. Предполагалось, что покушение было связано с дележом воровского общака.

— Я помню, как хоронили Нодара Чограши, — продолжает Гриша. — Народу на церемонии было немного. Воров в законе и “авторитетов” было человек двадцать, среди них знающие люди опознали Михо Слепого и Бесика. Еще помню, могилу обложили кирпичом, а гроб залили бетоном. Я тогда удивился: зачем? Оказывается, на родине погибшего — в Армении — умерших хоронят в горах, в вырубленных нишах.

От могильщика Гриши веет не водкой, а дорогим парфюмом. На нем не засаленная спецовка, а отглаженный комбинезон. Ухаживая за могилами, по собственному признанию Гриши, “гребет” он в месяц до 50 тысяч рублей при официальной зарплате в 5 тысяч.

Когда в глубине кладбища звучит душераздирающий похоронный марш, Гриша морщится:

— Духовые оркестры ныне — дурной тон. “Больших людей”, например, хоронят под “живую” музыку. На кладбище прикатывают звезды оперной сцены, исполняют жалостливые арии из итальянских опер. А гробы — вообще визитная карточка покойного. Это в глубинке ходят по кругу многоразовые домовины — “шаттлы”. Чтобы доставить покойника до кладбища, разукрашенный рюшами и бантами гроб сдают неимущим в аренду за 200—300 рублей. У наших-то все по-другому.

Усопшие VIP-персоны прикатывают к последнему пристанищу в лаке и бронзе. Элитные гробы — настоящее произведение гробового искусства: выполненные из красного дерева, снабженные бронзовыми, “под старину”, ручками, с подсветкой, кондиционером, встроенной стереомузыкальной системой, украшенные репродукцией картины известного художника. Особой популярностью пользуются двухкрышечные “сенаторские” гробы, которые ко всему прочему оборудованы так называемым лифтом, который приподнимает или опускает тело. Стоимость подобной домовины начинается от 10 тысяч “зеленых” и устремляется в бесконечность.

— Как могилу покроют венками, дают траурный салют — выпускают ракету с черными мерцающими звездочками, — подводит итог Гриша.

Созвонившись с администрацией нескольких столичных кладбищ, мы убедились: несмотря на “перенаселенность”, проблем с организацией мест для захоронений на кладбищах нет. Достаточно заплатить. Цена вопроса “расселения” на закрытых кладбищах составляет от 50 до 200 тысяч рублей.

“Бронзовеет” братва в России

Не отстает от Москвы погребальной и Питер. В августе на Северном кладбище, на могиле влиятельного теневого “авторитета” Константина Яковлева, более известного как Костя Могила, был установлен помпезный донельзя монумент стоимостью 600 тысяч “зеленых”. В центре — фигура самого Кости Могилы, обнимающего руками православный крест. У ног покойного — змея, которая собирается его укусить. С разных сторон на Костю Могилу смотрят два полуметровых ангела: один сложил руки в молитве, второй тянет их к “авторитету”. На черном граните золотом выведены слова: “Меня предавших в лоб целую, а не предавшего в уста”.

Надписи и эпитафии на могилах “авторитетов” — отдельная тема. В Тольятти на памятнике руководителю преступного сообщества Дмитрию Рузляеву — Диме Большому — лаконично высечено: “Дима”. На надгробии непростого человека по прозвищу Синий друзья написали: “А на душевном пепелище уже ничто не прорастет, лишь время беспощадно взыщет за тех, кто больше не придет”. Во Владивостоке могила вора в законе Михо украшена и вовсе недвусмысленной надписью: “Здесь спят добро и справедливость”. Но переплюнули всех друзья-соратники Мухи Белого: стелу в виде сотового телефона они украсили надписью: “Абонент выбыл из зоны обслуживания”.

Памятники с изображением “братков” с игральными картами, ключами от “Мерседесов” в руках — в прошлом. В последние годы монументы “авторитетам” творят с фантазией. Например, в Нижнем Новгороде на Старозаводском кладбище стоит уникальное надгробие известному в криминальных кругах человеку по кличке Зарон. Рядом с изваянием усопшего в полный рост “плывет” каменный лебедь, из глаз которого… льются слезы.

Величественные монументы не могут не привлекать внимание сборщиков цветных металлов. С могил тащат всевозможные бронзовые детали: доски, ленты, цветы. Случается, мародеры выламывают и уносят на переплавку целые бюсты. Парадоксально, но, по заверениям кладбищенских рабочих, никогда не бывает краж с захоронений воров в законе и “авторитетов”. Воришки боятся усопших “положенцев” даже после их смерти.

Могущество криминала распространяется не только на жизнь земную?..

Автор фото: СЕРГЕЙ ИВАНОВ

Светлана САМОДЕЛОВА, Олег ФОЧКИН.

Exit mobile version