Донбасс Криминальный. ЗАЛОЖНИКИ СИСТЕМЫ

11 февраля 2004 года сотрудники оперативно-следственной группы ГПУ Украины, расследующие «дело Александрова» задержали и этапировали в Киев подполковника милиции Игоря Криволапова, который летом 2001 года работал заместителем начальника Краматорского ГО по оперативной работе. Несколько позднее был задержан участковый инспектор Краматорского ГО Евгений Дроздов. 13 февраля 2004 года Печерский районный суд Киева дал санкцию на арест обоих задержанных.

Арестованные правоохранители обвиняются в в том, что «повесили» убийство Александрова на Вередюка. Более того, как заявил первый заместитель начальника главного управления «К» СБУ Украины Анатолий Бурмич, рассматривается версия насильственной смерти Вередюка.Краткий экскурс в историю.


Организаторы убийства Александрова, уверовавшие в собственную безнаказанность благодаря коррумпированным связям с руководством милиции и прокуратуры Донецкой области, не предусмотрели того общественного резонанса, который вызвало убийство. Первоначальные оперативно-следственные мероприятия, проводимые в Славянске, свидетельствовали не только о растерянности правоохранителей, но и большом их желании «укрыть» то, что причиной убийства журналиста была его профессиональная деятельность, сведя преступление к тривиальной «хулиганке». Именно поэтому в ходе первых обысков в печально известной «УКР-лиге» бесследно исчезли важные вещественные доказательства, компрометирующие первых должностных лиц правоохранительной системы области. Так, до настоящего времени ничего не известно о фотографиях, документах и компьютерной дискете, переданных Солодуном и Сербиным Игорю Александрову для подготовки четвертой передачи «Без ретуши». Есть все основания считать, что они были незаконно, без внесения в протоколы, изъяты сотрудниками правоохранительных органов в ходе обысков в офисе ИРТК «ТОР» и квартире Александрова, а затем переданы именно тем должностным лицам, которые должны были фигурировать в последней передаче «Без ретуши».

Тем не менее, возникшая ситуация вышла из-под контроля и все более приобретала политическую окраску. Президент Кучма «без преувеличения» заявил, что убийство Александрова может привести к гражданской войне. Это требовало немедленного «раскрытия» убийства. Элементарная логика предполагает особую заинтересованность в этом “главных героев” программы “Без ретуши”, а также их “крыш”, утомленных бесконечными комиссиями и грозными окриками сверху. И “раскрытие” преступление началось… Естественно, с “выдвижения версии”.

Рождение версии “бомжа”

Вообще-то, первыми кандидатами на роль подозреваемых стали, как это не забавно выглядит теперь, в 2004 году,…Олег Солодун и Михаил Сербин. Обвиненные своим руководством в далеком 1999 в предательстве и связях с организованной преступностью, они как нельзя лучше подходили на роль убийц по замыслу «сценаристов» (ведь действительно, в круг подозреваемых по известному принципу “кому выгодно?” их можно было включать автоматически.). При положительном результате в таком случае полностью дискредитировались и экс-обоповцы Солодун и Сербин, и все, о чем они говорили в прямых эфирах. Обоих следствие отработало по полной программе всеми имеющимися в арсенале оперативно-техническими методами и средствами.

Факт № 1. 24 июня 2003 года в ходе судебных слушаний в Ворошиловском районном суде Донецка по жалобе Солодуна на незаконные действия УМВД Украины в Донецкой области к материалам жалобы в качестве вещественного доказательства была приобщена видеокассета с оперативной видеосъемкой сотрудниками правоохранительных органов похорон Игоря Александрова в Славянске. Указанный видеофрагмент был в судебном заседании просмотрен и приобщен судом в качестве доказательства.

При просмотре отчетливо слышны указания сотруднику, производящему съемку: «Виталя! Солодун, Сербин, понимаешь?» Ответ: «Не видно ничего. Все позаступали все». Ему говорят: « Ну, лови момент! Ты же знаешь их в лицо?» Ответ: «Да». В дальнейшем Солодун и Сербин очень часто оказываются в кадре.

Об «отработке» Солодуну и Сербину позднее рассказал заместитель министра внутренних дел Владимир Мельников, попавший в «донецкий вакуум» как раз в тот период времени, когда более 700 милиционеров, участвовавших в следственно-разыскных мероприятиях по делу об убийстве Игоря Александрова, фактически саботировали его указания. Необходимо отметить и то, что именно Мельников и его люди вплотную приблизились к правильной версии убийства. Но только приблизились, не более. Остается только догадываться «КТО» помешал им довести расследование до логического конца.

Факт №2. В конце июля 2001 года находившийся в тот момент в отпуске Игорь Криволапов с друзьями пил шампанское на яхте, плывущей вдоль южного берега Крыма. После беседы по мобильному телефону он сказал окружающим: «Или стану героем, или посадят». Смысл сказанного перестал быть загадкой только теперь, в феврале 2004-го. Да и было ли это загадкой для большинства людей, внимательно следивших за развитием ситуации с расследованием убийства Игоря Александрова?
Нет большого секрета в том, что принять участие в «созидании бомжацкой версии» предлагали многим «проверенным» сотрудникам милиции. При этом никто особой целомудренности не соблюдал. Те, кому хватило ума и опыта, для того чтобы отказаться от такого предложения, сейчас благодарят бога за дарованное прозрение. Те, кто, ретиво исполняя начальственную волю, пошел «за орденами и должностями», сейчас меняют цвет лица, получая вести из киевских источников: “А что же здесь, в Краматорске и области будет, если не захочет Криволапов за всех в одиночку «париться»?”

Именно благодаря большому милицейскому «колхозу» произошла значительная утечка информации в отношении фальсификации «версии Вередюка». Внутри самого «колхоза» кто только не подвергал ее сомнению. На воспроизведении обстоятельств и обстановки события преступления, происходившем 24 августа 2001 года в помещении ИРТК «ТОР» обвиняемый Вередюк взял в руки бейсбольную биту не с той стороны, что сразу обратило на себя внимание присутствовавших милиционеров. Так же, как и то, что у Вередюка при этом не было адвоката, предусмотренного для таких случаев законодательством Украины.

«Шило в мешке не утаишь»

Милицейские проколы были настолько очевидны, что сразу становились предметом острой критики со стороны журналистов независимых СМИ. Пытаясь устранить постоянно возникающие противоречия, милиция и прокуратура все более запутывались в конкретных нюансах собственной версии. Настолько, что 5 сентября 2001 года в Славянске в ходе пресс-конференции заместитель Генерального прокурора Сергей Винокуров неоднократно подчеркивал свое неудовлетворение самостоятельными журналистскими расследованиями, появившимися в прессе. А на вопрос: «Сколько процентов жителей Украины поверят в эту («бомжацкую») версию?», Винокуров ответил, что это его вообще не интересует. «Если вы этого не поняли и мы не смогли объяснить, значит вы этого не захотели понять или мы недостаточно все ясно изложили. Мы рассказали вам о том, что излагаемая в прессе информация зачастую просто не соответствует действительности» – резюмировал Винокуров. Ну чем не украинский Цицерон? Хотя надо отметить, что местная и регинальная пресса в большинстве своем, проявив незаурядный местечковый патриотизм, стала на сторону донецких правоохранителей, называя критику в адрес руководителей расследования убийства некими “политическими игрищами” накануне выборов в Верховную Раду Украины, а попытки А.Хмелевого, А.Шеховцова, О.Солодуна и М.Сербина обратить внимание общества на происходящий в Донецкой области крминальный беспредел назывались не иначе как “черным пиаром”, “обливанием грязью заслуженных людей” и т.д., и т.п.

Совершенно очевидно, что высших должностных лиц государства, в который уже раз, абсолютно не интересовало мнение общественности. Перед ними стояла вполне определенная задача, и «профессионалы» выполняли ее любой ценой, даже продавая душу дьяволу.

Откуда у версии растут уши?

Факт №3. 25-26 сентября 2001 года в Славянске работала Временная следственная комиссия Верховной Рады Украины по расследованию причин и обстоятельств убийства журналиста Игоря Александрова. Приведем (в оригинале) несколько фрагментов из материалов, собранных комиссией.

«Временной следственной комиссии от свидетелей стало известно следующее:
1. Через неделю после смерти И. Александрова, т.е. примерно в середине июля, глава облгосадминистрации Донецкой области В.Янукович, высказав соболезнования вдове, вручил ей материальную помощь. Тогда же вдова И.Александрова сообщила народному депутату Украины А.Хмелевому, что В.Янукович спрашивал ее, не может ли это быть убийством по ошибке. Как было сказано ранее, первая информация о «бомже» появилась в милиции только 31 июля.
2. По показаниям А.Омельяненко (юриста ИРТК “ТОР”) начальник УБОП Донецкой области И.Белозуб 11 августа, беседуя с ним, расспрашивал о возможных конфликтах Омельяненко с кем-либо, кто мог ему отомстить. Беседа состоялась уже после того, как 4 августа был задержан Благов, и от него стало известно о «заказе» Омельяненко. «Бомжа» в этот момент уже активно искали, но А.Омельяненко официально не допрашивали, А.Омельяненко подтвердил Временной следственной комиссии, что Белозуб с ним «просто беседовал», это не был допрос.
3. Согласно показаний редактора телепрограмм ИРТК «ТОР» Т. Певень комиссия установила, что милиция после смерти И.Александрова определенное время пыталась выстроить и иную версию. Т.Певень неоднократно приглашали для допросов и «дружеских бесед» сотрудники Славянской милиции. Несколько раз ее вывозили на служебных машинах за город. Один раз с ней разговаривали в грубой, нетактичной форме, что было очевидным психологическим давлением. То грубо, то ласково ей предлагали подумать о следующей версии покушения на И. Александрова: предположительно это преступление, «связанное с женщиной». Т. Певень заявила комиссии, что знакомый сотрудник милиции из Киева пояснил ей позднее, что версия относительно женщины разрабатывалась именно под нее. На предложение Т.Певень сотрудникам милиции Славянска искать женщин, с которыми у Игоря Александрова действительно могли быть личные отношения (если это было), милиционеры отвечали, что другие женщины их не устраивают.

Кроме этого, «в Славянске два свидетеля (фамилии известны) заявили комиссии о том, что милиция применяла в отношении них репрессивные действия: обыски дома, на работе, помещение в следственный изолятор на 19 дней. Намеками и угрозами им предлагали подумать, кто мог заказать И. Александрова. При этом им обещали, что если они не дадут информацию, то «будут сидеть». С их слов сотрудники милиции задержали двух несовершеннолетних и под угрозами вынуждали от них оговорить указанных свидетелей в совершении вымогательств. Один из этих свидетелей заявил комиссии, что сотрудник Краматорского ОБОП (фамилия известна) в присутствии адвоката Зимы сказал, что ему (сотруднику ОБОПа) дали указание или заставить свидетеля дать показания о причастных к убийству И.Александрова, или «посадить» его».

Как видно из выше приведенных фактов, в поиске “единственно возможной” для донецкого руководства версии убийства Игоря Александрова милиция трудилась настойчиво, инициативно, «с огоньком». Сейчас вычислять «верных вассалов» особого труда не представляет – все были поощрены: кто должностями, кто премиями, кто именными часами. Криволапов, правда, обиделся, что вместо должности начальника Краматорского ГО ему выделили забытый богом (и щедрыми спонсорами) Краснолиманский отдел милиции. И не раз делился своей обидой с коллегами.

Когда тюрьма лучше, чем свобода


Оправдательный приговор судьи Ивана Корчистого Юрию Вередюку фактически стал для него приговором к смерти. Истину еще предстоит установить и доказать, но ряд объективных факторов свидетельствуют о том, что ему помогли уйти в мир иной. Как ранее помогли и жителю Латвии Благову, использованному ранее в своих целях следствием. Уже в сентябре 2001 года гражданин Благов был абсолютно нежеланным свидетелем для донецких правоохранителей. Точнее, в ходе следствия и в результате сотрудничества со следствием, он, судя по всему, стал опасным свидетелем не преступления против Игоря Александрова, а свидетелем формирования фальшивой версии “Вередюка-убийцы”.

Ну, а подполковник милиции Игорь Криволапов стал заложником системы. Всем очевидно, что «дело Вередюка» он «лепил» не один. Над Криволаповым и милицейская вертикаль – город (ГОВД), область(УМВД), министерство(МВД); и “бдительный” прокурорский надзор под руководством прокурора области Виктора Пшонки и заместителя Генерального прокурора Сергея Винокурова. Многие ответственные сотрудники этих органов в той или иной мере вникали в суть дела, давали свои указания, участвовали в следственных действиях, устраивали пресс-конференции (М. Потебенько, С. Винокуров, В. Малышев), оказывая влияние на общественное мнение и внося таким образом свою лепту в скандальное расследование. Тем более, что альтернативная и подтвердившаяся сейчас на 100 %, версия Солодуна-Сербина, в буквальном смысле слова «давила» на «профессионалов», заставляя их ради достижения неправедной цели настойчиво ее игнорировать и прилагать титанические усилия для ее дискридитации.

Не перевелись еще на Украине “мерзляевы”*

И, наконец, факт № 4, последний. Мы вынуждены напомнить читателям об одном из самых мерзких эпизодов, произошедших в процессе слушания уголовного дела по обвинению Ю. Вередюка в убийстве Игоря Александрова. В лучших сталинско-бериевских традициях заместитель прокурора Донецкой области Юрий Балев в судебном процессе произнес гневно-изобличительную речь. В ней он в недопустимой для порядочного человека форме подверг сомнению тот факт, что Игоря Александрова убили из-за его профессиональной деятельности, а открытое письмо Президенту Алексея Александрова (сына тележурналиста), требовавшего объективного расследования, назвал «чистой воды клеветой». Продолжая мысль, Юрий Балев заявил, что клеветнический характер имели и все выпуски программы «Без ретуши» со “скандальными” краматорскими экс-обоповцами Сербиным и Солодуном.

«Смех сына — Алексея Александрова – в зале суда свидетельствует о его низких моральных качествах!», — с пафосом заявил Балев. Цинизм прокурорского выступления вынудила председательствующего судью Ивана Корчистого принести извинения Людмиле Александровой. Теперь понятно, чего добивался Юрий Балев в своей гневной речи., отвлекая внимание от Юрия Вередюка и абсурдной версии о совершении им убийства. Рискуя навсегда остаться откровенным циником, Балев, в первую очередь, выполнял указание своего руководства, также став одним из заложников системы.

Был очевиден и не вызывает сомнения факт, что в “деле Игоря Александрова” действовала одна большая организованная преступная группировка, членами которой были: с одной стороны – уголовники, заказавшие, подготовившие и совершившие убийство журналиста Игоря Александрова из-за его обличительных телепередач о творящемся в северном регионе Донецкой области криминальном беспределе; с другой стороны – донецкие правоохранители, которых беспокоили программы журналиста, и выполнявшие роль если не прямых заказчиков убийства , то “крыши” для бандитов .

Ждать ответа на вопрос , кого еще отдадут правосудию осталось недолго, виновных назовут. В этом можно не сомневаться: история Ежова и Берии – беспощадный и показательный пример того, как система пожирает своих самых рьяных исполнителей. Об этом нужно не забывать.

Олег Солодун, специально для «УК»
В публикации использовались фотографии с сайтов IGOR ALEXANDROV и ВОСТОЧНЫЙ ПРОЕКТ Online — Дело Александрова

Читайте также: