УКРАИНА ОФФШОРНАЯ

Украинские олигархи самые застенчивые в мире. Они не записывают в декларации о доходах реальные суммы заработанного. И не признаются в том, что владеют огромными предприятиями. По подсчетам Николая Азарова, акциями облэнерго, металлургических комбинатов, ГОКов и других стратегических объектов владеют свыше 350 оффшорных компаний. Почти за каждой из них маячат хорошо известные широкой публике политические лица.


Оффшор по-украински: прачечная грязных денег

В сущности, оффшорный бизнес не есть синоним криминала – он популярен во всем мире. И даже такие известные компании как Merril Linch или Boeing регистрируются в зонах с низким налогообложением, а то и освобождением от налогов на основе небольшой фиксированной платы. Их цель – уменьшить фискальные платежи и увеличить прибыль. Самое интересное, что для этого не надо ехать на Кипр или устанавливать контакты с легендарным островом Науру. Достаточно зарегистрировать свое предприятие в швейцарском кантоне Цуг, американском штате Дэлавер, в Австрии, Дании или Люксембурге. Значительная часть территории старой доброй Европы – это зона благополучных цивилизованных оффшоров.

Наши люди предпочитают менее прозрачные места: Кипр, Британские Виргинские острова, Багамы, Тортолы и т.п. экзотику. Идеология украинской оффшоризации кардинально отличается от западной: на первое место ставится анонимность учредителей, на второе – надежность «нычки» для перепрятывания прибыли. Но главный смысл игры в оффшоры состоит в том, чтобы облагородить происхождение капиталов и превратить их из преступных денег в иностранные инвестиции. А это и есть «отмывание», с которым власть яростно борется (вернее, имитирует видимость борьбы), дабы избежать санкций и выкарабкаться из «черного списка» международной организации FATF. Один из влиятельнейших борцов с отмыванием, специальный советник Минюста США Тед Гринберг, который проработал 26 лет специальным прокурором США по вопросам противодействия коррупции, терроризму и легализации криминальных доходов, как-то высказал интересную мысль:

Даже поверхностный анализ украинского делового пространства свидетельствует, что многие богатые люди заработали капитал криминальными методами. И продолжают зарабатывать дальше. Запад очень тревожит, что доходы от рэкета, заказных убийств, торговли людьми, операций с краденными авто, контрабанды, наркобизнеса, финансового мошенничества и коррупции, словом, всех тех источников грязных денег, которые реально есть в Украине, могут быть вложены в приватизацию через оффшоры и подставных лиц.

Закон о предупреждении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, принятый в первом чтении парламентом, скорее, похож на правовой антураж для экспертов FATF, чем на серьезный документ. Например, в его нынешней редакции не содержится расшифровки термина «сомнительные финансовые операции», а также не указано, что банки обязаны давать информацию департаменту финансового мониторинга – «финансовой разведке» страны. Эта структура – вообще тема отдельного разговора.

Во-первых, ее возглавляет профессиональный дипломат Алексей Бережной, никогда не занимавшийся экономическими расследованиями. Во-вторых, на запросы, посылаемые департаментом, банки дают ответы, предварительно посовещавшись с клиентом: какую из его тразакций подать как сомнительную. И докладывают, естественно, о самой «железной» легальной операции. Что касается операций с оффошорами, то еще и 4 ноября 2000 года Нацбанк запретил украинским банкам обмениваться счетами с банками оффшорных государств Науру, Вануту, Антигуа, Барбуда. Хотя и ежу понятно, что сущестует немало иных благозвучных оффшорных зон, куда по-прежнему можно беспрепятственно уводить доходы. Также в постановлении Кабмина № 700 от 29.05.2002, в перечне сомнительных операций присутствует п.8 «Зачисление средств на счет, открытый в банке, зарегистрированном в оффшорной зоне или на автономный счет за границей», но слова не сказано о фирмах с андоррскими названиями, которые оперируют миллионными суммами.

Самые известные оффшорные скандалы

Если говорить о скандалах, связанных с оффшорами, то на первое место следует поставить «дело Нацбанка». Точнее — результаты парламентского расследования, проведенного с октября 1998 года по март 1999 года комиссией под руководством Виктора Суслова. Основанием для этого стали факты, изложенные в письме председателя СБУ Леонида Деркача председателю ВР Александру Ткаченко. Ключевым предметом парламентского следствия были операции с золотовалютными резервами Нацбанка в «Кредит Суисс Ферст Бостон (Кипр) ЛТД» (КСФБ). Это финансовое учреждение – тезка-двойник влиятельного швейцарского банка Credit Suisse First Boston, без сомнения самый скандальный оффшор в новейшей украинской истории. Кипрский банк, в котором Нацбанк держал 580 млн. долл. валютных резервов, был зарегистрирован 26.10.95. А 2.05.96 он получил от Центробанка Кипра лицензию на статус банковской группы. Акционерами «Кредит Суисс Ферст Бостон (Кипр) ЛТД» были две кипрские компании «Симанко сервис ЛТД» и «Сайпронавус ЛТД» , а зиц-директором числился таинственный господин с русской фамилией Матвеев. Этого человека никто никогда не видел и вряд ли увидит после международного резонанса, который обрело дело Нацбанка. Тут надо заметить, что в подавляющем большинстве случаев для сохранения анонимности используются услуги номинальных акционеров. При этом юридически резидент Украины не является владельцем иностранной фирмы, и никакие претензии к нему не могут быть предъявлены. Остается вопрос соответствующего оформления отношений между номинальными акционерами и реальным собственником оффшорной компании. Для того, чтобы не потерять контроль над компанией, реальный собственник, как правило, получает от номинальных акционеров отказные письма (disclaimer), в которых они отказываются от прав собственности на эту компанию в чью-то пользу (графа пустая, дата отсутствует). Этот отказ может быть оформлен в виде одностороннего договора также без даты о передаче акций компании.

Поэтому можно лишь догадываться, кто из украинских должностных лиц стоял за кипрским банком реально и руководил операциями по переводу валютных резервов через этот банк в российский «Национальный резервный банк» (НРБ). Комиссия Суслова пришла к выводу (оспоренному Нацбанком), что КСФБ (Кипр) был всего лишь посредником между Нацбанком и НРБ. Как сказано в отчете комиссии “комісія не виключає наявність особистої зацікавленості окремих посадових осіб НБУ в проведенні операцій НБУ з банком КСФБ (Кіпр) і вважає за необхідне доручити правоохоронним органам України провести перевірки можливого отримання посадовими особами НБУ, причетними до операцій з банком «Кредит Суісс Ферст Бостон (Кипр) ЛТД» і вважає за необхідне доручити правоохоронцям органам України провести перевірки можливого отримання посадовими особами Національного банку, причетними до операцій з банком «Кредит Суісс Ферст Бостон (Кипр) ЛТД» особистого доходу з цих операцій, наявності у них валютних рахунків за кордоном, нерухомості і т.п. Естественно, правоохранительные органы ничего проверять не стали…

Еще один интересный скандал разразился летом 2000 года в Крыму, когда была ненадолго арестована министр финансов Автономии Людмила Денисова. Причиной ареста послужили республиканские облигации, выпущенные в 1996 году на почти 300 млн. долл. Эмитентом выпуска облигаций стал крымский Минфин, генеральным платежным агентом – Черноморский Банк Реконструкции и Развития (ЧБРР), сопредседателем которого являлся шеф НБУ Виктор Ющенко, а контрольным пакетом акций владел… банк «Славянский». Этот же печально известный банк покупал прибыльные облигации у Минфина АРК и перепродавал их оффшоркам «Xenon Marketing Limited» и «Data Tehnology S.A.». Денисову арестовали, когда она отказалась выплачивать оффшорам прибыль по облигациям. Крымский конфликт стал началом конца банка «Славянский», но тайна кипрских оффшорок, в которые перекочевали деньги крымского бюджета, так и осталась неразгаданной. Кто был их реальным владельцем и получателем прибыли, возможно знают, некоторые народные депутаты, которые прошли по спискам известной политической силы, декларирующей прозрачную политику.

Еще раньше в 1997 году началась история, тянущаяся и поныне. 20.08.97 распоряжением Кабмина № 469-р в оффшорной зоне на Британских Виргинских островах была зарегистрирована украинская государственная (!) рыболовецкая компания «Fishing Company S.A.». Тогда же под залог строящихся на верфях Николаева траулеров был взят кредит в 10 млн. долл. в Ощадбанке. Как выяснили эксперты Счетной палаты, в прошлом году уже построенные траулеры «Fishing Company S.A.» вели промысел рыбы у берегов Новой Зеландии, находясь в залоге у еще одной, кстати, нерентабельной структуры

«Livingstone Shipping Inc.». Итог: кредит Ощадбанку не возвращен. Налоги в бюджет оффшорная государственная компания, по словам председателя Счетной палаты Валентина Симоненко, не платит. Да нам к этому не привыкать, так бы все и осталось шито-крыто… Шум вокруг ее деятельности возник после того, как15 августа 1998 года погиб в автокатастрофе председатель правления Сбербанка Александр Веселовский. Банком он руководил всего 5 месяцев и, говорят, пытался разобраться с «рыбным кредитом». Да вот не успел…

В прошлом году разразился иной занимательный скандал вокруг известной аудиторской компании «Price Waterhouse Coopers». Оказалось, что действующая в Украине структура основана кипрской фирмой «Куперс энд Лайбрант (Юкрейн) Лимитед. Кипр», зарегистрированной в Никосии, по улице Дервис Джулия (99% акций) и гражданином Краснянским Борисом Ефимовичем (1%).

18.06.99 Минюст выдал лицензию № 145262 ООО «Прайсвотерхаус Куперс» на осуществление юридической практики. Лицензии на аудиторскую деятельность оффшорная дочка знаменитой фирмы не имела, но несмотря на это согласно договору №1021 от 12.11.99 провела аудит НБУ по заказу МВФ(!). Эта информация просочилась в прессу, разразился скандал.

Владельцы заводов, газет, пароходов

На втором съезде металлургов в Днепропетровске президент Кучма высказал небанальную мысль: повесить на подоффшорном заводе табличку с именем собственника. Прекрасная мысль уже начала воплощаться в жизнь неугомонной журналистской братией. Благодаря ее пронырливости начитанный украинец знает, что, например, 40% акций стратегически важной государственной компании «Укрнефть», которая ежегодно добывает около трети потребляемой нефти, принадлежит оффшорам. И можно только угадывать, чьи интересы представляют те же «Оксидентал менеджмент компани» или «Юкрениан капитал менеджмент» — «Альфа-нафты», «Вотфорд петролеум» или «Приватбанка». Кстати, приватбанковкие оффшоры «European Trading group», «St.John Trading», «Foretrest», «Britain’s Raffles» и др. хорошо известны как владельцы Марганецкого и Орджоникидзиевского ГОКов – монополистов на рыке марганцевой руды, НПЗ «Галичина», а «Приват интертрейдинг» — как хозяин металлургического завода им. Петровского. При упоминании же о полуоффшорном украинско-кипрском СП «Байп», входящем в «Интерпайп» вряд ли отыщется здравомыслящий читатель, который усомнится в принадлежности этой структуры Виктору Пинчуку, «императору» труб, кокса и металла (см. статью «Пинчук государственного значения»).

Нельзя упустить из виду и оффшорные фирмы Юлии Тимошенко. Скажем, «Сомоли интерпрайсес» (зарегистрирована на Кипре 8.10.92). По данным американских следователей, в период между апрелем 1996 года и июнем 1997 года со счетов этой компании на счета Павла Лазаренко и Петра Кириченко в Швейцарию, Польшу и Северный округ Килифорнии переведено около 100 млн. долл. Эта же компания имела виды на «Криворожсталь». А две другие фирмы – «Ланата Трейдинг» и «Лансин Комершил» владели Южным ГОКом до переворота в августе прошлого года, когда власть на ГОКе захватили структуры близкие к «Приватбанку».

Не был чужд оффшороведениею и лично Павел Иванович Лазаренко: ему и Кириченко принадлежала фирма «Bainfield Company», владевшая пиво-безалкогольным комбинатом «Днипро». Кстати, 50% акций николаевского пивзавода «Янтарь» принадлежат виргинской компании «Ринако Лимитед».

Да что там пивзаводы, когда вся энергетическая сфера сплошь усыпана оффшорами. Скажем, знаменитая компания «Бринкфорд», принадлежащая народным депутатам Украины Николаю Мартыненко и Давиду Жвания и до начала 2000 года осуществлявшая платежи за российские ТВЕЛы и вывоз ядерных отходов (вследствие чего «Энергоатом» потерял 250 млн.долл.), зарегистрирована ни где-нибудь, а на Кипре в далеком 1996 году. А еще одна структура этой же бизнес-группы – «АМР» — в Андорре.

Касаясь темы оффшоризации энергетики родного Отечества следует отметить, что оффшоры здесь оригинальные со своими родимыми пятнами. Благодаря конфликту между Констатином Гриогришиным и Григорием Суркисом на суд Божий и общественный СМИ выставили целую плеяду оффшоров, владеющих приватизированными обьектами энергетики. Например, стало известно, что компании Puma Trading, Palladium Limited, Contrast Holding, Fildstar Inc. и другие близки к консорциуму «Металлургия» Григоришина, а компании Runchel Investments Ltd. и Fullway Consultants Ltd., засветившиеся в Сумах и Запорожье, упоминаются преимущественно в связке с именами Суркис-Медведчук. Владельцы упомянутых бизнес-структур вобщем-то не скрывают их принадлежности. Но структуры эти составляют лишь видимую часть айсберга – основание бизнес-империй скрывается под водой, и только единицам известно, кто плавает там, внизу – большой, прожорливый, неизвестный и потому страшный. До сих пор не известно, чьи интересы представляет через целый ряд других компаний VS Energy International (4 облэнерго); подернута пеленой тайны бизнес-история оффшора Overcon Enterprizes – список можно продолжать вплоть до последней страницы Интернета.

В последнее время в отдельных кабинетах государственных и не очень структур то и дело упоминаются фамилии Александра Гареза, Сергея Бравицкого, Максима Курочкина, Джордано Рузетти и пр. Кто такие, чем занимаются, какую роль играют в оффшоризации украинской экономики – до конца не ясно, очевидно одно: для исследователя тут непочатый край работы. А значит в будущем у нас есть шанс узнать много любопытных подробностей о функционировании оффшорных схем и об их «диспетчерах».

Но во всем этом существует лишь одно удручающее обстоятельство. Как показывает мировой опыт стран с переходной экономикой (и отчасти опыт Украины), рано или поздно все тайные схемы и комбинации по обзаведению недешевым имуществом, а также имена действующих лиц становятся достоянием гласности. А от всей этой публичности (как правило запланированной и стимулированной некой заинтересованной стороной) разит далеко не ароматами своевременно и сполна уплаченных налогов и блеском кристально чистых денег.

Впрочем, слово оффшор не есть ругательство или синоним слова криминал. Но порой случается, что через них отмывают успешно украденные у государства средства, через приобретение акций стратегических объектов легализуют бандитские общаки. Что, согласитесь, есть нехорошо. Хотя в условиях постсоветского общества, быть может, и нормально. Впрочем, не нам о том судить. Это дело суда и прочих компетентных органов.

Пантелей Панкартов, специально для «УК»

Читайте также: