Бессмертное дело покойного Гончарова

Знаменитое дело милицейских оборотней все рассматривается судом и пока что еще не развалилось там. При ближайшем рассмотрении оказалось, что уроков из истории, стоившей жизни более чем десяти нашим согражданам, никто не извлек. А многие сотрудники органов внутренних дел по сей день полагают, что раскрывшие банду… опозорили милицию, вынеся сор из избы! Как в сказках свадьба, передача дела в суд обычно призвана символизировать счастливый конец, вовсе не обязательно являясь таковым на самом деле. Учитывая это обстоятельство, мы решили вернуться к событиям вокруг дела оборотней, чтобы проанализировать, какие уроки извлекла из него правоохранительная общественность и удостовериться, что должностные лица приняли все меры для того, чтобы минимизировать риск повторения этого кошмара. В результате можно утверждать: увы, такой уверенности у нас нет. Более того, при ближайшем рассмотрении оказалось, что уроков из истории, стоившей жизни более чем десяти нашим согражданам, никто не извлек. А многие сотрудники органов внутренних дел по сей день полагают, что раскрывшие банду… опозорили милицию, вынеся сор из избы! И, вопреки громким заявлениям руководителей государства и милицейского ведомства, каждый из которых считал своим долгом прокомментировать нашумевшее дело, в нем осталось немало странностей и подводных камней, которые заставляют констатировать: сочувствующих покойному подполковнику, обвиняемому в создании милицейской банды Игорю Гончарову со товарищи пока что предостаточно.

Запомним, что в столице и ее пригороде действовала банда, в состав которой входили сотрудники милиции, занимавшиеся похищением с последующим требованием выкупа. Вне зависимости от результата вымогательства, жертву убивали. Раскрыли действия бандитов в погонах их же коллеги — сотрудники органов внутренних дел. Дело довели до суда, что по нынешним временам большая редкость. Беспрецедентное по своей сути, общественной значимости уголовное дело находилось под личным контролем министров внутренних дел и двух последних президентов Украины. Его неоднократно обсуждали в Верховной Раде. МВД и Генпрокуратуре приходилось отвечать на депутатские запросы, направленные в связи особенностями расследования дела народным депутатом Григорием Омельченко. Во время своего первого заграничного вояжа в качестве президента Виктор Ющенко подробно рассказывал в Европе о том, что дело оборотней передано в суд. Это должно было засвидетельствовать новые веяния и торжество законности, ознаменовавшее приход новой власти. В очередной раз восстанавливая в должности генпрокурора С.Пискуна, президент особо отметил его достижения в деле борьбы с милицейскими оборотнями. Если судить по тому, как развивались события в связи с громким делом оборотней, работы тут у генерального прокурора и по сей день — непочатый край. Как пессимистично заявлял в связи с данным делом компетентный экс-министр внутренних дел Н.Билоконь, оборотни не переведутся никогда.

Особо отметим, что не подразумеваем под оборотнями всех подряд нарушителей закона в погонах, начиная со мздоимцев, как сегодня стало модно говорить. А тех, кто, используя служебное положение, связи, форму, документы и табельное оружие, похищал людей, требовал выкуп, а затем убивал. И множество их пособников в погонах, которые помогали оборотням тогда и, судя по всему, до сих пор продолжают расправляться с недобитыми остатками группы коллег, обезвредившей оборотней. Часть которых — выходцы из ведомства беглого генерала Пукача ( разыскиваемого в связи с делом Гонгадзе), а один из оборотней руководил подбором кадров для службы разведки МВД.

Итак, несмотря на резонансность дела и осведомленность о нем первых лиц государства, события, по сей день развивающиеся вокруг него, скорее дают пищу для фельетона, чем для судебного очерка. На примере расследования и судебного рассмотрения этого беспрецедентного дела можно составить себе довольно четкое представление о том, каковы шансы быть надлежащим образом расследованным у любого другого, обычного дела. Особенно того, где замешаны сотрудники милиции.

Уже сегодня можно с уверенностью констатировать, что известные всей стране люди, неоднократно фигурировавшие в показаниях подсудимых оборотней, успешно вышли сухими из воды. Им никто не задавал и уже не задаст неудобных вопросов. Кстати, может, г-н Плющ, вернувшийся в высшие эшелоны власти, теперь захочет и сможет узнать, наконец, правду о своих водителе и охраннике, погибших противоестественной смертью, над которыми по сей день витает зловещая тень покойного Игоря Гончарова. Впрочем, складывается впечатление, что всем без исключения сегодня удобнее забыть обо всем, связанном с этой бандой.

Так же, как и дело об убийстве журналиста Гонгадзе, оно не рассматривается целиком. Существует собственно знаменитое дело оборотней № 62-2222. Кроме того, отдельно, другим судьей рассматривается ряд иных преступлений, в том числе двойное убийство, инкриминируемое той же самой банде. Насколько известно, о факте этого убийства милиционеры и прокуроры знали давным-давно. Но по каким-то своим соображениям к основному делу присоединять этот эпизод не стали, искусственно слепив из него другое уголовное дело. Кроме ряда иных аспектов, это удивительное с точки зрения Уголовно-процессуального кодекса ноу-хау в виде процессуального нонсенса вполне способно сыграть злую шутку с обоими делами, что отнюдь не в интересах правосудия. Да, кроме того, привести к непредсказуемым фатальным последствиям для фигуранта обоих дел — главного свидетеля-обвиняемого по делу оборотней Ю.Нестерова, на которого опирается обвинение.

О каком всестороннем анализе всех обстоятельств дела может идти речь в подобной ситуации? И ответил ли кто-то за то, что укрывались известные следствию эпизоды? Мы обратились с соответствующим запросом в МВД. Но там, спустя четыре месяца, проявив сомнительное чувство юмора и вопиющую некомпетентность, «не заметили» пункты касающиеся дела оборотней, по сей день являющегося больной темой, как оказалось, даже для департамента по связям с общественностью, который предпочел расписаться в собственном непрофессионализме, чем дать ответ по сути, о чем пойдет речь ниже.

Дело о двойном убийстве — не единственное, разными правдами и неправдами «отпочковавшееся» от основного дела. Было также уголовное дело по факту смерти обвиняемого в организации милицейской банды Игоря Гончарова. Уж как хотели придать его смерти видимость естественной, а дело все-таки пришлось возбудить. Правда, через год после кончины. И, похоже, что смерть его пытаются свалить вовсе не на тех, кто в ней на самом деле в ней повинен.

Еще одно «ответвление» — по не установленным следствием лицам — расследует почему-то областная прокуратура, а не Генеральная, ведшая следствие по делу оборотней. Отдельно рассматривается еще одно уголовное дело — (№49-1515) в связи с угрозами в адрес свидетеля-обвиняемого Ю.Нестерова со стороны действующих сотрудников УБОП, принуждавших его отказаться от показаний по делу в суде.

По факту покушения на свидетеля-обвиняемого и офицера УБОП было возбуждено еще одно дело. Но оно два с половиной года как «похоронено» Днепровской прокуратурой столицы.

Кроме того, что дело было «расчленено» следствием, любой посвященный в материалы дела юрист скажет, что оснований для отправления дела оборотней на дополнительное расследование более чем достаточно. Но тут юмор ситуации заключается в том, что, поскольку все мыслимые и немыслимые сроки давно истекли, отправив дело на д/с, членов банды надо… выпускать на свободу. А поскольку некоторые из них неустанно писали петиции, обжалуя свое «незаконное увольнение» из рядов внутренних дел, то кульминационным моментом могло бы стать их восстановление на службе. И теоретически шансов для этого вполне достаточно.

Напомним, что за день до обнародования президентом В.Ющенко сенсационного заявления о том, что дело Г.Гонгадзе раскрыто, произошло покушение на главного свидетеля-обвиняемого по описываемому нами делу. Далее в Генпрокуратуру поступило заявление этого свидетеля-обвиняемого Ю.Нестерова. В заявлении Нестеров называл фамилии действующих сотрудников милиции, которые вынуждали его отказаться от своих показаний и скрыться до суда. Произошло это за день до заявления президента и за три дня до «двойного самоубийства» Ю.Кравченко Чрезвычайное происшествие, что и говорить. Заявление свидетеля было передано в Департамент внутренней безопасности МВД. Ю.Луценко поручил это дело лучшему профессионалу — руководителю департамента внутренней безопасности А.Новикову, который передал эту бумагу… в тот же самый отдел, сотрудники которого упоминались в заявлении свидетеля… Уже при следующем министре этих сотрудников за их «подвиги» поставили на руководящие должности.

С самого начала расследования дела оборотней служба внутренней безопасности не просто абстрагировалась от него, а избегала его как черт ладана. Хотя блюсти чистоту рядов — ее первоочередная задача. Зато, когда дело было расследовано УБОПом, ДВБ вплотную занялась теми, кто пресек деятельность без преувеличения страшной банды. И этот факт неоднократно находил свое подтверждение в заявлениях руководства МВД, признававшего в этом контексте, что по делу «были перегибы».

Что касается покушения на свидетеля-обвиняемого по делу оборотней и его охранника — офицера Управления по борьбе с организованной преступностью (УБОП), МВД также проявило себя в лучшем виде. Началось все с того, что УБОПовская машина, на которой передвигались свидетель и сопровождавший его офицер, по свидетельству очевидцев, в день покушения была разворована прибывшими на место происшествия сотрудниками милиции. То ли мародеры в погонах сочли, что потерпевшие не выживут, то ли справедливо решили, что война все спишет, как оно впоследствии и оказалось.

Свидетели рассказывали, что, несмотря на ранение, офицер УБОП преследовал нападавших, стреляя из своего «резинового изделия» по злоумышленнику, который вел огонь из огнестрельного оружия, что подтверждается и найденными на месте пулями. Но сразу после ЧП офицер попадает не в госпиталь, где для него… не нашлось места, а в больницу скорой медицинской помощи. Именно туда, где при до сих пор не выясненных обстоятельствах скончался главный обвиняемый по делу оборотней Игорь Гончаров….

Уголовное дело по факту покушения, как указывалось выше, возбудили. Но на этом адекватные действия правоохранителей, пожалуй, и закончились. Насколько известно, до сих пор, спустя два с половиной года, у следствия нет ответа на элементарный вопрос — использовалось ли ранее членами банды оборотней оружие, которое применили при покушении на Нестерова и офицера УБОП В.Кошмякова. Зато главной версией случившегося определили «самострел».

Возможно, это произошло не в силу вопиющего непрофессионализма, а просто потому, что никто не хотел отвечать за то, например, что офицер при исполнении был вооружен изделием для отстрела резиновых пуль и другие правонарушения.

се, кому не лень, пиарились на деле раскрытия банды оборотней. Госсекретарь Гапон и его зам Опанасенко придумали каких-то глубоко законспирированных сотрудников. Их слова можно было истолковать так, что если не под руководством, то при непосредственном активном участии граждан похищали и убивали действующие сотрудники — по личному указанию тогдашнего министра МВД Ю. Смирнова. Они рассказывали много других небылиц, врали бесконечно, однако неизменно называли офицеров, пресекших деятельность банды, героями и отмечали, сколь беспрецедентное дело сделано ими.

Впоследствии уже другие высокие милицейские чины — министр Билоконь и его замы Гусаров и Жук на пресс-конференциях рассказывали о том, что все члены группы повышены в должностях. Это также было ложью. Потому что карьерный рост членов группы, раскрывшей оборотней, имел противоположную направленность — некоторые были понижены в должностях (еще при генерале Опанасенко). За подвиг также наказали «рублем» — урезали зарплаты, назначив минимальное денежное содержание.

Следующий министр Ю.Луценко официально на пресс-конференции признал, что группа, раскрывшая оборотней, подвергалась гонениям в родном министерстве. Он констатировал, что членам группы создавались всевозможные препятствия по службе. Ю.Луценко, человек не из системы, очевидно, воспринял эту историю как обычный нормальный человек без погон, искренне ужаснувшись тому, что делали милиционеры с гражданами. При этом он торжественно наградил (спустя столько лет и по ходатайству Генпрокуратуры, а не МВД!) отдельных членов группы, раскрывших банду, потешными медалями за 10 лет безупречной службы. Такие медали щедро раздают за выслугу лет всем, в том числе сотрудникам, которые без особых проколов просидели в своих кабинетах с десяток лет и ни разу не рискнули собственной жизнью по долгу службы. Впрочем, оказалось, что и гражданский министр прекрасно понимал несоответствие этой награды. Как рассказывают сотрудники Центрального музея МВД, возле стенда, посвященного делу оборотней и героическому поступку майора В.Кошмякова при покушении на свидетеля по делу, Ю.Луценко в разговоре с коллегами из других стран сетовал на то, что награда была неадекватной, мол, Родина не заметила этот подвиг и дала медали за выслугу лет…

При следующем министре его заместитель М. Корниенко в одной их телепередач снова заявил, что группу надо было не наказывать, а награждать. А в ведомственном журнале МВД «Именем Закона» за январь нынешнего года появляется описание покушения на свидетеля и сообщается, что спасший его офицер представлен к государственной награде. Это тоже оказывается ложью. И подтверждает это, в частности, недавнее заявление в суде одного из адвокатов о том, что МВД саботирует сопровождение этого уголовного дела в суде, что обязано делать по закону, не выполняет соответствующее постановление Апелляционного суда г.Киева.

Почему же вопреки официальному признанию происходит все, описанное выше? Почему руководство МВД, говоря о подвиге сотрудников, демонстрирует свое полнейшее равнодушие к их судьбам? Почему один из них, рискуя жизнью, ценой собственного здоровья, выполняя служебный долг, сохранил главного свидетеля, был забыт командирами, будто подрывы и перестрелки в столице уже стали обыденным делом для личного состава МВД? Почему министерству совершенно все равно, какими будут итоги рассмотрения в суде дела о самом громком милицейском скандале?

Сегодня от группы, раскрывшей деятельность банды, практически никого не осталось в строю. В отношении руководителя вступил в законную силу приговор. История о том, как наказали мента, которого многие его коллеги считали чуть ли не самым «правильным», в отличие от подавляющего большинства, не приемлющим ни допросов «третьей степени», ни иных непроцессуальных способов улучшения милицейской статистики — заслуживает отдельного рассказа.

Неоднократные запросы «ЗН» относительно данного дела в нарушение закона традиционно остаются без ответа МВД. Вышеупомянутый нами ответ редакции также весьма характерен. Наверное, самим милиционерам, составлявшим его, он показался весьма забавным. Они так были заняты составлением письма за подписью начдепартамента г-на Стогния, что, проявив весьма сомнительное чувство юмора и потуги на сарказм, просто «забыли» ответить на целый ряд вопросов, непосредственно касающихся дела оборотней. Расследование дела оборотней, и прежде всего — особенности позиции МВД по этому делу, имеют самое непосредственное отношение к деятельности правоохранительного органа, созданного для защиты правопорядка и прав граждан государства. А теперь товарищи из МВД, сидящие там при всех властях, очевидно, исключительно в силу непревзойденного профессионализма, тупо делают вид, что вопросы по «оборотням» «непосредственного отношения к деятельности милиции не имеют». К сожалению, имеют. И такого рода ответы — лишнее тому подтверждение.

Представления о награждении членов группы терялись в недрах отдела кадров МВД. Да, очевидно, остались еще в МВД сочувствующие подсудимому по делу оборотней кадровику подполковнику Лысенко, машина которого служила бандитам в погонах «труповозкой» бывших заложников. Ибо «против своих копать нельзя». Нынешние руководители отдела кадров просидели в Лысенко в одном кабинете не один год. Разве ж поднимется рука дать ход документам о награждении тех, кто «упек» товарища за решетку?

За все эти годы МВД никогда не проявляло инициативы о награждении героев, которые избавили Киев и область от преступной милицейской группировки. Зато многим и неоднократно доводилось слышать точку зрения действующих сотрудников МВД о раскрывших банду оборотней: мол, копали под своих. То есть вымогателей и убийц там многие считают своими. Как показывает вышеописанное, это не просто слова. И происходит это не только потому, что многие ныне действующие сотрудники близко знали ныне подсудимых, работали с ними бок о бок десятки лет. А, пожалуй, еще и потому, что сотрудникам органов внутренних дел испокон веков было свойственно разделение окружающего мира по главному признаку — на людей с погонами и остальных. И поэтому по сей день к генералу А.Пукачу многие менты относятся сочувственно, а зная о преступлениях, инкриминируемых членам милицейской банды, все равно полагают, что не существование банды, а именно ее разоблачение опозорило правоохранительные органы, и что нельзя выносить сор из избы…

За прошедшие с момента разоблачения банды четыре года в Киеве и области не было ни одного инцидента, подобного тем, которыми прославились милицейские оборотни. О том, что пережили жертвы и родные выкраденных бандитами и убитых людей, знают только они — родители, потерявшие сыновей, вдовы и осиротевшие дети. О том, во сколько обходились бюджету безуспешные попытки освобождения заложников банды оборотней и как месяцами лихорадило Киевский гарнизон милиции, известно лишь профессионалам. Общественность ужаснулась — и забыла. Высшие должностные лица попиарились на теме, и тоже предпочитают не вспоминать. А если, не дай Бог, когда-то возникнет подобная проблема, не думаю, что среди рядовых ментов, прекрасно осведомленных с этой эпопеей и ее последствиями для главных героев, найдутся желающие рисковать жизнью — своей и своих семей, чтобы вскрыть очередной нарыв насквозь прогнившей правоохранительной системы. Потому что система этого не прощает. И если система против, то даже слова президентов и министров — это просто пустой звук…

Александра Примаченко, Зеркало недели

Читайте также: