Израиль потрясен: детские «шалости» на тысячи шекелей!

Иерусалимская полиция раскрыла самое крупное в истории страны дело о вымогательстве денег у подростков. За годы службы в отделе борьбы с подростковой и молодежной преступностью округа Мория его сотрудники повидали многое. Не раз доводилось им расследовать и случаи вымогательства денег у подростков их сверстниками или ребятами постарше. Но 46 тысяч шекелей в месяц?! Такого в их практике еще не было… — Так вы выяснили, сколько именно денег было снято со счета без вашего ведома? – спросил капитан Йоав Бар сидевшую перед ним элегантно одетую женщину.

— Да, — кивнула она. – Только за последний месяц – 46 тысяч шекелей.

— Ого! – только и сказал Бар и выразительно посмотрел на присутствовавшего на допросе коллегу.

Тот только присвистнул… За годы службы в отделе борьбы с подростковой и молодежной преступностью округа Мория его сотрудники повидали многое. Не раз доводилось им расследовать и случаи вымогательства денег у подростков их сверстниками или ребятами постарше. Но 46 тысяч шекелей в месяц?! Такого в их практике еще не было…

Страх

Любопытно, что открытие этого дела произошло одновременно сразу по нескольким поводам – просто, видимо, все эти месяцы оно зрело, подобно гнойнику, и наконец этот гнойник лопнул. Во-первых, в полицию поступила информация о том, что ученик восьмого класса одной из школ в иерусалимских Катамонах, похоже, стал жертвой шантажа и насилия со стороны своих одноклассников и ребят постарше. Во-вторых, одновременно с этой информацией поступил звонок от директора этой школы — он был встревожен тем, что у одного из его учеников была обнаружена кредитная карточка его матери, причем не какая-нибудь, а «платиновая». Понятно, что мало кто из родителей, пусть даже и самых обеспеченных, доверит подобную карточку подростку, добавил директор, и потому у него появлялись определенные подозрения, о которых он и посчитал своим долгом сообщить полиции. (Нужно сказать, что первоначальная версия директора была ошибочной, — но это не так важно.) Наконец, в полиции раздался звонок из известной хайтековской компании. Звонила начальница одного из ее отделов – она обнаружила, что с ее счета была снята весьма крупная даже для нее сумма.

— Возьмите с собой сына и приезжайте к нам, — услышала она ответ. – Кажется, мы знаем что произошло!

А дальше был необычайно длинный и трудный допрос – 14-летний подросток, говоря языком протокола, отказывался сотрудничать со следствием. Сначала он пытался уверить следователя отдела по борьбе с молодежной и подростковой преступностью Йоава Бара, что снимал по 7000 шекелей исключительно для своих личных нужд и для того, чтобы сделать подарки своим товарищам. Потом признался, что эти «товарищи» заставляли его приносить им подарки. Потом оказалось, что «товарищей», по сути дела, было двое – одноклассник и его 18-летний старший брат, год назад оставивший школу…

Наконец подросток, видимо, просто устал. Допрос подошел к тому моменту, когда единственное, чего он хотел, – это чтобы поскорее все кончилось и зануда-следователь уже от него отстал. И потому он начал рассказывать всю правду, постепенно оживляясь, вспоминая все новые и новые подробности, порой прерывая свой рассказ рыданиями – когда вспоминать становилось особенно больно и стыдно. Его мать с побледневшим лицом слушала, через какой ад пришлось пройти ее сыну в течение последнего года, и тоже время от времени срывалась и начинала рыдать. Иногда они оба – мать и сын – вдруг бросались друг другу в объятья и захлебывались слезами.

— Просит меня, мама! Прости! – всхлипывал подросток.

— Это ты проси меня, сынок! – глотая слезы, говорила мать.

Йоав Бар не спешил. Он знал, что парню, носившему в душе такую тяжесть, по мере того, как он выговаривается, становится легче. А у него, наконец, появляются все основания для того, чтобы потребовать ордера на арест двух вымогателей и проведение обыска в их квартире.

Протокол первого допроса получился коротким – всего пять машинописных страниц, из которых были убраны эмоции и оставлена лишь самая суть дела. А суть эта заключалась в следующем: около года назад Цахи, воспитывающийся матерью-одиночкой, принес в класс ноутбук. Семиклассники (напомню, что во многих средних школах Израиля седьмые классы являются самыми младшими. – Б.Р.) тогда только знакомились друг с другом, и этот жест Цахи был оценен ими однозначно: он является сыном миллионеров! Конечно, это было не так. Да, мать Цахи, занимая высокую должность в процветающей компании, получает зарплату намного большую, чем официальная средняя зарплата, но миллионершей она все равно не является.

С того дня одноклассники стали часто просить у Цахи деньги – сначала по три, по пять шекелей, а затем все больше и больше. И он давал их совершенно добровольно – мальчику нравилось раздавать деньги. Вдобавок он искреннее полагал, что таким образом завоевывает себе друзей. Но спустя пару месяцев один из его одноклассников – признанный лидер и заводила – заявил, что отныне тот должен отдавать ему половину карманных денег, которые мать выделяет ему на месяц. В те дни мать давала ему на карманные расходы 400 шекелей в месяц – следовательно, он должен был отдавать 200.

Однако у этого одноклассника был старший брат, который, узнав, что у младшего появился такой «постоянный источник дохода», заявил, что тот, кто дает 200 шекелей в месяц, может дать и 400, и тысячу, и две тысячи.

Для начала братья потребовали, чтобы Цахи отдавал им все деньги, которые ему дает мать. Подросток попробовал было возмутиться, но два брата быстро доказали ему, что сопротивляться бессмысленно. Теперь каждый новый этап вымогательства сопровождался новыми побоями, а также угрозами изнасиловать и убить мать Цахи. А та, сама того не сознавая, облегчила вымогателям задачу: когда Цахи исполнилось 14 лет, мать сообщила ему, что он уже большой, сам может делать все необходимые для дома покупки и вручила свою кредитную карточку. С ее помощью Цахи и снимал огромные суммы – до 7000 шекелей в день. Все эти деньги он передавал братьям — до тех пор, пока банкомат просто не прекратил выдавать ему требуемую сумму из-за «овердрафта». Но братья продолжали требовать с него денег, на этот раз не только избивая, но и нанося ему сильные уколы ножами в ноги. Наконец, поняв, что кредитной карточкой больше пользоваться нельзя, они заявили Цахи, что возьмут с него дань натурой — просто явятся к нему домой и заберут те вещи, которые им понравятся.

Что они и сделали — на глазах частной учительницы Цахи по математике они преспокойно забрали видеокамеру, сотовые телефоны и другие ценные вещи и так же спокойно удалились. Однако учительнице эта сцена не понравилась. И она была первой, кто поделилась возникшими у нее подозрениями с полицией…

Шатия-братия

Названные Цахи имена двоих юных вымогателей не произвели на Йоава Бара особого впечатления – он давно и хорошо был знаком с ними обоими. Дети мотающего очередной срок в тюрьме известного рецидивиста, они давно отбились от рук и вели тот образ жизни, который им нравился. У каждого уже было по несколько приводов в полицию, а старший даже успел отсидеть несколько месяцев в тюрьме и под домашним арестом – за автоугоны, ограбление киосков и магазинов и прочие преступления. И то, что у этих ребят был опыт общения с полицией, как предполагал Бар, сильно затруднит следствие. И он не ошибся.

На допросе братья заявили, что никаких денег ни у кого не вымогали, а Цахи давал их по своей доброй воле – просто потому что он из богатой семьи, у него доброе сердце и он любит давать деньги таким бедным мальчикам, как они. Причем и давал-то он «немного» – максимум 6000 шекелей…

Видимо, договорившись друг с другом, братья твердо настаивали на своей версии. Обыск в их квартире результатов почти не дал – там был найден лишь принадлежавший Цахи компактный DVD-магнитофон и сотовый телефон. Денег найдено не было и, по всей видимости, их уже не найдут – как предполагает Бар, вымогатели уже успели просадить их в нелегальных казино и в бильярдных. Однако для того, чтобы составить против них весомое обвинительное заключение, Бару необходимы были доказательства того, что они вытащили из своей жертвы не тысячи, а десятки тысяч шекелей. Такие доказательства можно было получить в ходе очной ставки между Цахи и братьями, однако Бар опасался, что страх Цахи окажется сильнее его самого. И поэтому перед очной ставкой он вызвал парня и его мать на предварительную беседу.

В ходе этой беседы следователь с радостью обнаружил, что после того, как мучители Цахи были арестованы и тот узнал об этом, мальчик изменился – в нем появилась уверенность в себе, исчез мучавший его ежечасно, не оставлявший даже ночью страх. И на очной ставке Цахи держался молодцом, подтверждая свои прежние показания и опровергая все явно лживые утверждения вымогателей.

— Психологическое состояние мальчика и его матери остается тяжелым, и это понятно – ведь они столько пережили, — говорит Йоав Бар. – Я не исключаю, что Цахи понадобится помощь профессионального психолога. Но вместе с тем, думаю, самое страшное для них все-таки позади. Жить, нося в душе ту кошмарную тайну, которую год носил в себе Цахи, куда страшнее.

И все же конец этой истории вряд ли может быть назван счастливым.

Цахи по решению матери, которое было поддержано полицией и руководством школы, будет переведен в другую школу – есть опасения, что друзья вымогавшего у него деньги одноклассника попытаются тем или иным образом ему отомстить и вообще могут сделать само его нахождение в школе невыносимым.

Оба вымогателя отпущены под домашний арест, то есть спокойно сидят дома и смотрят телевизор – свободных мест в закрытом заведении для несовершеннолетних правонарушителей нет, и когда они появятся неизвестно. Если это и можно считать наказанием, то очень условным.

А, между тем, если отбросить в сторону размеры сумм, которые были отданы Цахи юным рэкетирам, то речь идет, увы, о весьма и весьма типичной для израильской школы истории…

Главное – не бояться!

В минувшем году израильской полицией были открыты 92 уголовных дела, связанных с вымогательством денег у школьников. Но и в полиции, и в министерстве просвещения прекрасно осознают, что эта цифра совершенно не отражает реальности – на самом деле случаев вымогательства денег в школах во много раз больше. Закрытое социологическое исследование, проведенное по заказу Минпроса, показало, что с подобным явлением хотя бы раз в жизни сталкивался… каждый второй израильский школьник. Причем в роли вымогателей чаще всего выступали либо его одноклассники, либо ученики старших классов.

Тот, кому пришлось лично испытать чувства страха, унижения и боли от собственного бессилия, когда оказываешься лицом к лицу с рэкетирами, которые намного старше и сильнее тебя, кто знает, как дрожат руки, пока ты достаешь из кармана эти проклятые деньги, наверняка прекрасно поймет подростков, ставших жертвами этого явления.

Сознавая его масштабы, в Минпросе решили провести во всех школах страны специальные уроки, посвященные тому, как следует вести себя школьникам в случае, если они или их товарищи столкнулись с рэкетом. Суть этих уроков сводится к тому, что главное – не бояться вымогателей. И — не молчать. Школьникам следует преодолеть вполне понятный страх и рассказать о том, что происходит родителям и учителям. А те, в свою очередь, должны немедленно обратиться в полицию.

Если кому-то стало известно о том, что какой-то другой подросток подвергается угрозам и издевательству со стороны вымогателей, но сам он боится кому-то рассказать об этом, значит, об этом должны рассказать взрослым его товарищи. При этом немалая часть таких уроков посвящается развенчиванию бытующих в среде подростков зачастую ложных представлениях о том, что честно, а что бесчестно; о том, что является доносительством, предательством и т.д.

Барух Розин, Израиль

Читайте также: