Что на самом деле скрывается за вывеской формулы Штайнмайера

Дьявол — в формуле

Игнорируя активные предостережения гражданского общества и экспертных кругов, президент Украины Владимир Зеленский подтвердил формализацию согласия Украины на формулу Штайнмайера. Тем самым было констатировано, что наше государство такого согласия раньше не давало.

Несмотря на заверения Владимира Зеленского и его команды, что формула малозначимая, фактически налицо поворотный момент в переговорном процессе по мирному урегулированию ситуации в Донбассе, пишет ZN.ua.

В погоне за «нормандским саммитом» украинская власть приняла российскую логику выполнения Минских договоренностей, перечеркнув договоренности по результатам саммита в Берлине 2016 г. Речь идет о первоочередности выполнения условий по безопасности и разработке дорожной карты для имплементации «Минска», которая давала бы Украине полную картину урегулирования и, соответственно, устраняла потенциальные риски от реализации этой формулы.

Сейчас  есть как те, кто абсолютно не принимает формулу, так и те, кто хватается за слова о проведении местных выборов в соответствии с украинским законодательством и международными стандартами, в частности ОБСЕ, как за спасательную соломинку, которая должна обезопасить нас от поражения. Но внимательное прочтение предложенной редакции в отрыве от всеобъемлющей дорожной карты лишает даже этой иллюзии.

Собственно, чрезмерный акцент на соответствии выборов украинскому законодательству и стандартам ОБСЕ отвлекает внимание от ее ключевого элемента — процедуры введения в действие закона об особенностях местного самоуправления.

Речь идет о временном применении закона со дня проведения выборов и его введения на постоянной основе с момента положительного заключительного отчета ОБСЕ. Ни единого слова о возможности прерывания применения такого статуса. Уже сама формулировка предусматривает безальтернативность результатов проведения выборов. И это не принимая во внимание дополнительных «фишек», наподобие включения в формулу «соответствуют стандартам в целом» и «отвечая на вопрос Украины к БДИПЧ», которыми Россия пытается максимально обезопасить признание выборов состоявшимися.

Есть также и отступление от позиции, которую Украина последовательно занимала все предыдущие годы. Мы настаивали, что всеми преференциями смогут воспользоваться только законно избранные органы местного самоуправления, чтобы не допустить легитимизации российской оккупационной администрации. Кстати, не предусмотрена ситуация, что делать с избранными местными органами на территории ОРДЛО в том случае, если ОБСЕ признает выборы не соответствующими демократическим стандартам.

Не менее показательным является тезис президента о подготовке нового закона, который должен инкорпорировать упомянутую формулу и заменить собой нынешний закон об особенностях местного самоуправления, чье действие заканчивается 31 декабря 2019 г. Как экс-переговорщик в «нормандском формате» замечу: россияне постоянно пытались избавиться от этого неудобного для них закона, который не только вводился на ограниченный период времени, но и в статье 10 содержит широкий перечень предохранителей для Украины. Поэтому президент прежде всего должен ответить, готов ли он поддержать включение этой статьи в новый закон, что позволило бы снять большинство волнений в обществе.

Прозвучал еще один не менее важный пассаж президента, —  что местные выборы пройдут только при отсутствии каких-либо войск на этих территориях. Но дав согласие на формулу Штайнмайера, Украина не получила никаких гарантий безопасности — ни относительно устойчивого прекращения огня, ни по выводу российских войск, ни по восстановлению (даже с помощью СММ ОБСЕ) постоянного контроля над границей.

Тех, кого одолевают сомнения, советуем обратить внимание на оперативный сигнал т.н. предводителей из ОРДЛО, мгновенно предупредивших, что Киев не получит контроль над границей, а согласие на формулу Штайнмайера вовсе не означает неминуемый возврат Донбасса в Украину. С выборами или без них. Прочитать этот сигнал просто: он из Кремля, где оперативно отреагировали на бравурные успокоения президента Зеленского о том, что все будет хорошо, и что никаких войск в Донбассе на момент выборов не останется. Москва не замедлила вновь повысить ставки и сразу зафиксировать конечную цель — Донбасс после выборов получит право сам определять свою дальнейшую судьбу. Полномочия уровня федерализации Украины.

Учитывая нежелание Киева форсировать вопрос миротворческой миссии ООН (на включении которой в дорожную карту мы раньше тоже настаивали), остается открытым вопрос: какие силы будут гарантировать безопасность в течение избирательной кампании (есть риск, что ими должны стать «местные силы безопасности» — читай «оккупационные войска»)? Не менее важные аспекты — администрирование выборов, установление результатов, как и их обжалование в украинских судах. Все это нуждается в кропотливой и продолжительной работе, а не в поспешных заявлениях о проведении выборов уже весной или осенью 2020 г. Очевидно, украинская сторона должна разработать специальный закон об особенностях применения Закона Украины «О местных выборах» при проведении выборов на территории ОРДЛО.

Привлекает к себе внимание факт предоставления согласия на формулу Штайнмайера незаконными образованиями на оккупированных территориях, чьи представители были избраны по результатам фейковых «выборов», легитимность которых не признается  ни Украиной, ни международным сообществом. Оставляя без ответа риторический вопрос о юридической силе их согласия, следует отметить риск дальнейшего подталкивания Украины к «прямому диалогу» с Донецком и Луганском. В этом контексте тревожным сигналом является сравнение в недавнем интервью Лаврова ситуации в Донбассе с Приднестровьем.

Согласившись на такой алгоритм учета отдельного мнения незаконных образований относительно конфигурации национального законодательства, Киев открывает ящик Пандоры, допуская размывание своего «законодательного суверенитета». На очереди — закон об амнистии, о проведении выборов, о конституционном закреплении особого порядка самоуправления. Очевидно, что Москва делает задел на будущее для влияния как на внутреннюю, так и на внешнюю политику Украины, проталкивая ее «мягкую федерализацию».

Дав согласие на формулу Штайнмайера, Украина потеряла также весомый рычаг влияния на Россию в переговорах по восстановлению мира в Донбассе. Вместо этого Москва удостоверилась в эффективности своего давления и шантажа. Привлекает к себе внимание то, что  весь этот многомесячный спринтерский забег Киева имел целью исключительно выполнение прихотей Москвы для проведения «нормандского саммита», а не создание предпосылок для восстановления мира в Донбассе.

Форсируя проведение «нормандского саммита», Киеву надо также осознавать все потенциальные внешние риски для защиты наших национальных интересов. Кроме разбалансировки проукраинского крыла в США, есть политически мотивированное желание Европы как можно быстрее закрыть тему Донбасса, вывести за скобки крымский вопрос, отменить санкции против России и вернуться с Москвой в business as usual. Фактически создаются условия для снятия санкций против России, но это будет происходить не через восстановление суверенных прав Украины, а за счет наших национальных интересов.

Уже теперь очевидно, что главной темой следующего «нормандского саммита» станет не выполнение Москвой положений по безопасности Минских договоренностей, а создание условий и проведение Киевом местных выборов в Донбассе.

Своими действиями Киев не только максимально сузил пространство для маневрирования, но и создал условия, когда партнеры будут мотивировать нас к дальнейшим компромиссам. Критически важно не допустить ситуации, по которой политическая целесообразность проведения выборов заставит закрыть  глаза на отсутствие базовых предпосылок по безопасности к этому.

Чтобы выскочить из российской ловушки, Киев должен максимально сосредоточиться на восстановлении своих предыдущих позиций. Речь идет о восстановлении приоритетности принципа «сначала безопасность».

Для Украины приоритетно добиться от России выполнения положений по безопасности Минских договоренностей, включительно с восстановлением линии от 19 сентября 2014 года, обеспечения устойчивого прекращения огня, создания пограничных зон безопасности, зоны, свободной от вооружения в районе Мариуполя, обеспечения беспрепятственного доступа СММ ОБСЕ к оккупированным территориям, включительно с  неконтролируемым участком границы.

Надо также активизировать дискуссию о развертывании усиленного международного присутствия в оккупированном Донбассе, включительно с границей, о разработке всеобъемлющей дорожной карты урегулирования ситуации в Донбассе и максимальном дистанцировании от каких-либо контактов с незаконными образованиями.

В контексте подготовки к выборам Киев должен был бы настаивать на выполнении статьи 10 упомянутого закона об особенностях местного самоуправления, которая содержит исчерпывающий перечень условий. В частности речь идет о выводе всех незаконных вооруженных формирований, их военной техники, а также боевиков и наемников с территории Украины, о недопущении незаконного вмешательства в избирательный процесс, в том числе со стороны незаконных вооруженных формирований, а также о полноправном участии в избирательном процессе украинских партий, СМИ, гарантировании свободы предвыборной агитации, обеспечении избирательных прав переселенцев, как и обеспечении прозрачного подсчета голосов, установлении итогов голосования и результатов местных выборов и т.п.

Кроме того, до проведения местных выборов надо настаивать на возвращении Украине захваченных Россией украинских предприятий на территории ОРДЛО и восстановлении украинского налогового законодательства и банковской системы. Напомню, что это также предусмотрено «Минском».

Какой-либо другой путь урегулирования будет стратегически проигрышным. Надо наконец понять, что главная цель России — руками самой Украины создать условия, при которых проблема вооруженной агрессии РФ в Донбассе исчезнет как такая. И для Москвы, и для мирового сообщества. Без создания надлежащих условий безопасности выборы завершатся лишь легализацией российского присутствия и дистанционным управлением Кремля частью украинской территории. А адский круг гибридной войны против нашего государства замкнется российским нарративом о гражданском конфликте в Украине.

Из своего опыта переговоров в «нормандском формате» помню, как на определенном этапе Путин прямолинейно, не скрывая своих намерений, предлагал участникам переговоров заранее определить «победителей» выборов в Донбассе. Так будет и на этот раз. Ведь для России выборы никогда не были демократическим соревнованием и конкуренцией программ. Для Москвы выборы — это способ узаконения марионеточного режима, а отныне — еще и узаконение оккупации части территории суверенного государства.

Автор: Константин Елисеев, Чрезвычайный и Полномочный Посол, дипломатический советник пятого президента Украины (2015-2019 гг); ZN.ua

Читайте также: