ГИБЕЛЬ «ДОНЕЦКОГО КЛАНА». Часть четвертая

“За что убивали донецких?” – на этот ключевой вопрос так и не дало убедительный ответ следствие по делу “банды Кушнира”. 8-летний труд следствия, итог которого — 162 тома уголовного и около 1000 (!) оперативно-розыскного дел, сведен к двум выводам.Вывод следствия первый: расстрел “донецкого клана” “бандой Кушнира” – результат бандитских “разборок” регионального значения и попытка передела сфер влияния в экономике Донбасса. Вывод второй: к “войне” приложил руку и частично ее профинансировал Павел Лазаренко, бывший тогда премьер-министром; на его совести – жизни Евгения Щербаня и Вадима Гетьмана.

Но выводы эти, увы, основаны не на логике неопровержимых фактов. И не на показаниях живых руководителей банды. А на словах “добровольно” “явившихся с повинной” киллеров — Болотских и Кулева. Которые со слов уже мертвых «подельников», брали и брали на себя одно убийство за другим…

Стоит ли удивляться тому факту, что в самом Донецке над процессом “банды Кушнира” посмеивались. Ибо там наверняка знают, почему во второй половине 90-х годов расстреляли целую плеяду бизнесменов, объединенных общностью как бизнес-интересов, так и видением политико-экономического будущего Донбасса. Как расстреляли и примыкавших к этому кругу лиц из числа донецких преступных авторитетов.

Как знают и то, кому и почему была дарована жизнь и право на “наследство”. И политикой здесь – не пахнет.

И чтобы в Донецке (а также в Москве и Татарстане) смеялись меньше, для начала напомним тем, кто сегодня “рулит” бизнесом Донбасса, печальный мартиролог жертв этого “передела”…

Жертвы бойни

19 марта 1994-го года в селе Писки Ясиноватского района Донецкой области совершено покушение на Ахатя Брагина, гендиректора донецкой фирмы “Люкс”. Вместе с ним под обстрел киллеров попали лица из его ближайшего окружения: граждане Мальзам, Чирин, Савин, Соловей и Рубец. Последние двое были убиты.

8 мая 1994-го года произошла вторая попытка убийства того же А.Брагина – уже в самом Донецке. Что примечательно — с использованием пяти гранатометов.

30 ноября 1994-го года в Донецке убит Гайдуков, совершены неудачные для исполнителей, но счастливые для жертв покушения на Насомова, Светланова, Васильева, Сидорова. Почти все эти лица также имели отношения к Брагину. Использовались взрывные устройства и автоматическое огнестрельное оружие.

12 апреля 1995-го в Донецке убиты Богданов (он же “Самсон-старший”), Кациев, Васильев – все лица из ближайшего окружения А.Брагина.

10 августа 1995-го года в Донецке совершается еще одно убийство. Погибает Артур Богданов (“Самсон-младший”), еще один человек ранен.

11 октября 1995-го года в Донецке убит учредитель фирмы “Свин” Гузаров и совершены покушения на Герасимова и Лобко.

15 октября 1995-го года в Донецке на стадионе “Шахтер” таки убит – с третьей попытки — гендиректор фирмы “Люкс” Ахать Брагин и пять сопровождавших его лиц. Трое ранены.

26 декабря 1995 года в Донецке убиты еще три человека, имеющие отношение к бизнесу «брагинской» группировки.

16 мая 1996-го года в Донецке убит президент акционерного общества “Данко” Александр Момот и совершено покушение на его водителя Щиголева.

3 ноября 1996-го года в аэропорту Донецка убиты Евгений Щербань, народный депутат Украины, его жена Надежда Никитина, двое работников аэропорта — Шеин и Гапчич, ранен сотрудник таможни Радченко.

В мае 1997-го года “банда Кушнира” якобы готовилась к убийству начальника Управления СБУ по Донецкой области. Но потом, по версии следствия, почему-то отказалась от своих намерений. Впрочем, нет у следствия и убедительных объяснений, почему бандиты хотели устранить высокопоставленного спецслужбиста (об этом – ниже).

После этого расстрелы и подрывы влиятельных горожан Донецка вдруг прекратились. И начался этап ликвидации авторитетных и не очень горожан соседнего областного центра – Луганска…

На этом этапе “банду Кушнира”, если следовать материалам уголовного дела, словно подменили. Объектом ее внимания на территории Луганска и области стали, в отличие от Донецка лица, не определяющие “положение вещей” в регионе. Из числа убитых на Луганщине выделялся разве что криминальный авторитет “Доброслав”, “хозяин” Луганска. Остальные же жертвы киллеров были либо средней руки бандитами “регионального значения”. Либо, опять-таки, средней руки предпринимателями…

Убитых в Луганщине явно нельзя отнести к числу лиц, определяющих “расклады” этого региона. Повторю: в отличие от убитых донетчан…

Почему следствие не обращает внимание на столь явную “неувязочку”?

Первый в списке – “Алик Грек”

Ликвидация безусловного лидера криминального Донецка “Алика Грека” — Ахатя Хафисовича Брагина — была явно ключевой акцией в операции по устранению целой когорты донецких предпринимателей. Потому что не убрав столь значимую фигуру, лица, спланировавшие расстрел “донецкого клана”, не могли рассчитывать на успешное завершение операции по “прибитию” Донбасса. Пока был жив Брагин, чье имя имело огромный вес в криминальных кругах Донбасса и на которого сводились все информационные потоки о жизни криминальной составляющей региона, безнаказанный расстрел его бизнес-партнеров был занятием весьма затруднительным.

Очевидно этим и объясняется та методичность, с которой “Грека” “брали на измор” его недоброжелатели. Два покушения на президента донецкого футбольного клуба “Шахтер” и донецкой фирмы “Люкс” венчало, если так будет уместно выразиться, неслыханное по своей дерзости его убийство в 1995 году. Взрыв на стадионе “Шахтер” прямо во время футбольного матча мощного радиоуправляемого устройства (в качестве взрывчатки были использованы пять килограммов пластида) уничтожил и “Грека”, и его охрану.

Стоит отметить, что “Грек”, как и его бизнес-партнер Е.Щербань, знали, что на них идет целенаправленная “охота”, начатая “серьезными людьми”. После первого известного общественности покушения на Брагина 19 марта 1994 года (тогда он был обстрелян из нескольких “стволов” с глушителями возле своей голубятни в селе Пески Ясиноватского района), лидер криминального Донецка перемещался по “вотчине” исключительно в бронированном “мерседесе”. Это учли его убийцы.

Еще одна попытка убийства Брагина (8 мая 1994 года в Донецке) вообще не имела прецедентов на территории СНГ по технике и дерзости исполнения. Сотрудники милиции обнаружили на одной из улиц грузовой автомобиль “ГАЗ-51” с пятью заряженными гранатометами, закрепленными в кузове. Привести оружие в действие должно было самодельное радиоуправляемое устройство, сотворенное умельцем из детской игрушки!

Убийство “Грека”, Е.Щербаня, организация отстрела их окружения “кукловодами” была поручена профессионалу. Каким, по версии следствия, в этом случае совпадающей с реальностью, и был “Москвич”.

“Москвич” — Вадим Болотских

Вадим Болотских, главный обвиняемый и ключевой свидетель в “деле Кушнира”, гражданин России, был похищен в Москве и вывезен в Украину сотрудниками украинского УБОПа весной 2000 года (по версии следствия, киллер сам (!) приехал в Киев и пришел с повинной в Генеральную прокуратуру). Именно на его показаниях строило большую часть своей доказательной базы обвинение в деле “банды Кушнира”.

О В.Болотских известно немного. “Специалистом Болотских оказался достаточно ценным: срочную службу в армии он проходил в спецподразделении МВД, получил боевой опыт в Нагорном Карабахе, участвовал в освобождении заложников из самолета, захваченного террористами. Владел приемами восточных единоборств, был знаком со многими типами оружия, водил машины, бронетранспортер. После армии вернулся в Москву, хотел устроиться на работу в милицию. Но в “органы” его не взяли, и он пошел работать охранником…” ( “Сегодня”, Олег Притыкин, 05.06.2003г.).

По показаниям Болотских, в Донецк он приехал специально для участия в войне между местными группировками “по просьбе одного из знакомых” в начале 1995 года. “Помогать” ему предстояло “бизнесменам” Евгению Кушниру и Анатолию Рябину, которые якобы решили свести счеты со своими конкурентами. “Первой жертвой стал предприниматель Артур Богданов по кличке “Самсон”, затем — президент донецкого акционерного научно-коммерческого общества “Данко” А. Момот. Вадим Болотских заявил, что до убийства Щербаня он принимал участие еще в нескольких убийствах. Был он и среди тех, кто совершил первое неудачное покушение на крупного бизнесмена Ахатя Брагина. Однако Вадим Болотских настаивает на том, что не участвовал в его убийстве на донецком стадионе “Шахтер”. На суде он сказал, что во время следствия оговорил себя, однако не уточнил, почему”. ( “Сегодня”, Олег Притыкин, 24.07.2002г.).

Почему Болотских на суде отказывается от показаний, данных следствию, еще можно объяснить в пользу следствия: бандит запирается, пытается затянуть процесс и выгородить себя. Но почему Болотских путает даты? В “начале 1995-го” ему “предложили поработать” в Донецке. Но, по его же показаниям, он принимал участие в первом покушении на Брагина, датированным еще мартом 1994-го…

Что, плохая “режиссура”? Зная репутацию украинской Генпрокуратуры, почему бы не предположить, что В.Болотских на следствии вынудили взять на себя, помимо “его” убийств, убийства “чужие”…За семь бед – один ответ?

Своими показаниями на судебном процессе, всем своим поведением Болотских подчеркивал: хочу отвечать перед законом только за те преступления, которые были совершены мною и при моем участии. Лишнего брать на себя не желаю.

Киллер не скрывал факт своего участия в расстреле бизнесмена Евгения Щербаня 3 ноября 1996-го в аэропорту Донецка. Он демонстрирует въедливость в детали картины убийства. И не соглашается с показаниями свидетелей, из которых следует, что на его совести, помимо самого Е.Щербаня, и смерть жены депутата Никитиной.

“…Я хотел сделать контрольный выстрел, — признался Болотских, — но почувствовал, что кто-то ранил меня в спину. Поначалу решил, что это охранник. Но сзади был только Зангелиди (подельник по кличке “Зверь”), и именно он вел беспорядочный огонь из автомата. В меня попало три пули из оружия Зверя. Поэтому второй выстрел в Щербаня я сделал, уже падая, и пуля попала не в сердце, а в ногу. Больше на летном поле я никого не убивал. Все остальные были убиты Зангелиди.

Однако с этим утверждением никоим образом не согласны очевидцы трагедии — сын Евгения Щербаня Руслан и делопроизводитель народного депутата. Они показали, что именно Болотских убил супругу Щербаня Надежду Никитину.

— После того, как упал отец, — свидетельствовал Руслан Щербань — его жена Надежда бросилась к убийце, обхватила за шею, и он выстрелил в нее несколько раз. Это был Болотских, я узнал его.

— Я стрелял, приподняв правое плечо, и оно закрывало нижнюю часть моего лица, — утверждает Москвич. — Поэтому моего лица они никак не могли видеть, так как стояли справа.

Кстати, непричастность Болотских к смерти Надежды Никитиной подтверждают показания многих свидетелей и даже судмедэкспертиза, которая нашла лишь три гильзы от пистолета “ТТ” — единственного оружия, которое имелось у Болотских. Но возникает вопрос: куда же полетела третья пуля? Две, как известно, попали в Щербаня. Вероятнее всего, до конца не понимая, что происходит, раненый Болотских, упав на землю, решил, что его в самый последний момент просто предали как отработанный материал. А поэтому третий и последний выстрел, сделанный им на летном поле, был направлен в сторону его сообщника — Зангелиди. Но тот даже не заметил просвистевшей рядом пули и продолжал стрелять из пистолета-автомата. На самом же деле, нападавшие не собирались ни от кого из своих избавляться. «Зверь» просто испугался и пытался себя обезопасить. Но «Москвич» этого не знал, а посему, теряя силы, старался хоть как-то защитить себя…” ( “Факты”, Олег Трачук, 14.01.2003г.).

Столь длинная цитата как нельзя лучше передает настрой Болотских в зале суда. Возможно, лишь в суде “Москвич” понял, какая роль уготована следствием его персоне — пусть профессионального, но всего лишь банального наемника, прибывшего в Донецк на “усиление” “братвы”. Он не хочет брать на себя ответственность за сотворенное не им! Но его откровения, похоже, теперь уже мало кого интересуют…

“…Суд установил, что одним из тех, кто готовил взрыв на стадионе “Шахтер”, был Вадим Болотских. Во время следствия он говорил, что консультировал исполнителей, когда они готовили взрывное устройство. А в день взрыва осуществлял наблюдение у стадиона. Однако на процессе Болотских заявил, что в этом убийстве участия не принимал, а ранее себя оговорил. Тем не менее, суд признал его соучастником в убийстве Ахатя Брагина. Во время обыска в квартире Болотских в Москве были найдены конспекты по взрывному делу, они и послужили доказательством его причастности к взрыву на стадионе” ( “Сегодня”, Олег Притыкин, 05.06.2003г.).

Чьим “гонцом” был “москвич”?

…Во время донецкой бойни навыки Болотских, и потому, наверное, его жизнь для заказчиков имели цену. Об этом красноречиво свидетельствует следующий факт: Болотских, отлежавшись 14 дней после ранения, полученного во время убийства Щербаня в Донецке, залечил раны и вместе с вернувшимся из Киева Алиевым выехал в Москву. Здесь в хирургическом отделении одного из лечебных учреждений Министерства обороны России ему сделали операцию, которую оплатил Алиев. По словам Болотских, это было единственное, чем материально отблагодарили его лидеры донецкой банды за оказанную “услугу”.

Следствие сознательно не искало ответа на вопрос, кто был этот таинственный “знакомый”, по чьей “просьбе” Болотских фактически возглавил техническую сторону ликвидации наиболее видных представителей “донецкого клана”?

Если да, то это лишь еще одно подтверждение версии автора этой статьи, что заказчики и организаторы расстрела “донецкого клана” – родом не из Донецка.

Следы ведут в Россию

Об этом же, по сути, проговорился сам Болотских на процессе: “Я пришел с повинной, когда никаких улик, никаких свидетелей уже не было. Отвечал следствию честно на все вопросы. Но сегодня суд делает свой вывод, инкриминируя мне статью “бандитизм”. Я согласен, что в 1996 году все мои действия подходили бы под эту статью (Болотских прибыл в Украину в 1996-м вместе с криминальным авторитетом Магометом Алиевым). Это была криминальная война между группировками.

— Вы можете эти группы назвать? О ком идет речь? — спрашивал в начале судебного процесса представитель Генпрокуратуры, старший советник юстиции Владимир Гузырь.

— Мы поддерживали тесные дружеские отношения с Брагинским (вор в законе по кличке «Чирик»). Он был убит, и мои друзья попросили, чтобы я приехал помочь.

— Какое материальное вознаграждение вы получили?

— Никакого. есть вещи, которые делают не за деньги. это были мои знакомые”…( “Киевские ведомости”, Наталья Кононова, 23.04.2003г.).

Откуда деньги на войну?

Любая война требует средств; война криминальная – не исключение. Таким финансовым базисом для донецко-луганской группировки могли бы стать какие-либо “крышуемые” предприятия. Но о таких коммерческих структурах нет сведений в материалах уголовного дела. Также члены банды не являлись ни руководителями, ни соучредителями каких-либо коммерческих структур. Соответственно, и из этого источника не могло быть финансовой “подпитки”. Но современные оружие, боеприпасы и взрывчатка – в огромном количестве – у них были. Были и средства на съем квартир, приобретение автотранспортных средств для разовых “акций”, бензин, питание, наконец. Значит, были и деньги. И киллер Болотских на процессе утверждал, что криминальная война, развязанная лидерами группировки, к которой он примкнул, обходилась до $ 50 тысяч в месяц. Но вот откуда взялись эти деньги?

По версии следствия, часть “военных действий” профинансировал Павел Лазаренко. Но его “инвестиции”, по версии того же следствия, начались лишь в 1998 году. Тогда как кровавая бойня уже близилась к завершению.

Версия следствия, широко представленная СМИ, о щедрой “спонсорской” поддержке “банды Кушнира” со стороны Лазаренко, явно не выдерживает справедливых нареканий скептиков. Во-первых, заветные миллионы члены банды так и не получили, потому что ряды бандитов стремительно редели от болезней и пуль неустановленных следствием врагов. Во-вторых, поверить в то, что за устранение неугодных (Щербаня и Гетьмана) “Матросу”, руководителям банды Кушниру, Рябину и Алиеву Павлом Ивановичем было обещано “содействие коммерческой деятельности структур, контролируемых лидерами группировки”, могут лишь люди, напрочь лишенные чувства юмора.

Да, кстати, о каких таких “коммерческих структурах” идет речь? В материалах следствия о них – ни слова. Неизвестны они и старожилам Донецка…

Так кто же финансировал “войну”? И на этот вопрос следствие не дало вразумительного ответа. Ответа, который бы мог вывести следствие на истинных заказчиков расстрела “донецкого клана”.

“…Болотских, услышав в суде, что ему инкриминируется бандитизм, вдруг сделал заявление, что… не входил ни в какую банду. А свое окружение, дескать, воспринимал как просто “знакомых”. К тому же он утверждал, что за помощь своим донецким товарищам он не получал никакого вознаграждения.

“Мне объяснили, что этот человек — с противоположной стороны, — заявил на суде Болотских. — Крупный бизнесмен, который имеет сеть бензозаправок, предприятий и магазинов. Я не знал, что он крупный государственный деятель…” Впоследствии «Москвич» все же признался, что за удачную операцию по устранению Евгения Щербаня ему обещали миллион долларов. Правда, при одном условии: выплата состоится только после того, как место Евгения Щербаня займет человек Кушнира, Рябина и Алиева (!)”.

Интересно, как трое перечисленных господ, если произносили такие слова, представляли себе “засветку” в качестве “преемников” покойного Е. Щербаня? Из вышесказанного невольно напрашивается вывод – настоящие заказчики гибели донецкого клана следствием и судом так и не установлены.

Кто эти люди?

Ответ на этот вопрос несложно получить жаждущим истины, ответив на другой вопрос: Откуда деньги у “донецких”?

Глеб Плескач, специально для «УК»

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Читайте также: