Записки районного опера. «Дело сенсэя»: «Дуля» и сестричка

Интересно, что делал бы на моём месте Шерлок Холмс? Небось, часами пиликал бы на скрипке, курил свою знаменитую трубку и тренировал мозги дедукцией. Я же выбрал путь хоть и простой, но эффективный: по одиночке отлавливал на своей «земле» наркоманов, отводил в РОВД. И, закрывшись в кабинете, изрядно их поколачивал, требуя рассказать, что за новая супер-пупер – яма у нас в последнее время образовалась, где находится, и кто там хозяин? Ну то есть я упрощаю, конечно же… Не сразу начинал бить этих пусть и наркозависимых, но — полноправных граждан Отечества… Мы ж не звери — беспредельщики, чёрт побери, а – уголовный розыск, правоОХРАНИтельный орган, улавливаете?.. Поэтому вначале говорил миролюбиво, упрашивая дать нужную информацию добровольно, как бы в исполнение своего гражданского долга, И уж только потом, получив вызывающе-наглый ответ: «А я ничего не знаю!», — сердился, кидался недобрыми словами и ласково «плясал» по их рёбрам и суставам своей подружкой-дубинкой…

Метод поголовной обработки сомнительного контингента хорош именно массовостью. Сплошь и рядом конкретных зацепок в том или ином преступлении у розыска нет, а что-то же делать надо, вот и ищем на ощупь, методом проб и ошибок, пинков и затрещин… Недостаток этого метода — слишком много тратится физической энергии. Основательно избить даже одного человека – и то устаёшь так, словно в шахте полсмены отстаханил, а ведь «полировать» клиентов приходится зачастую десятками в день, причём – без малейшей уверенности в том, что действительно — в е р н я к, а не фуфлон толкаешь…

Сейчас-то я такими лобовыми атаками на преступность без крайней надобности не занимаюсь, ну его… Силы берегу!.. Повторись та ситуация сегодня — скорей всего, задействовал бы агентуру (тогда же я имел её горстку лишь, не понимая, что с урками надо не бодаться, а договариваться!), провёл бы серию п о д с т а в, придумав что-нибудь, свежее и оригинальное… А тогда — молодой, дурной, вулкан нерастраченной силушки, да ещё и безумная надежда на то, что вот-вот руководство горУВД (а то и облУВД) заметит меня, талантливого и умного, поддержит, двинет на повышение… Ох, каким же я был тогда идиотом!..

…Сперва дела не ладились. Одного нарика поколотил, другого, десятого, а полезной информации — ноль. «Не знаю», «не видел», «не слышал», «не при делах – второй день уж не колюсь, хочу даже наняться на работу в ЖЭК дворником – смотрите, вот и заявление о приёме на работу в кармане случайно завалялось!», — такие звучали ответы.

Но бил я и 11-го… и 15-го… и 22-го… И к исходу третьих суток уже примерно представлял, что мощная я м а в нашем районе – есть, причём расположена она не где-нибудь, а именно на моей «территории». Но где именно — допрашиваемые не знали, хоть спрашивал я усердно…

Между одной — двумя сотнями проживавших в нашем микрорайоне наркоманов и неведомым продавцом «дури» стояла промежуточная прослойка из 5-6 посредников. Он отдавал товар только им, и именно от них получали товар потребители.

Схема такова: жаждущий наркоты находил посредника, и давал ему бабки (посредник брал их только в том случае, если хорошо знал клиента, и не сомневался в нём). А через час-два – получал в условленном месте от посредника ш и р л о. Таким нехитрым образом районные нарколыжники обеспечивались дешёвой и качественной «дурью», даже не зная, кому они обязаны этим великолепием…

Но самое интересное, что и личности посредников установить оказалось затруднительно. «Не знаю по имени, — щупленький такой», «Зовут Люськой, а фамилия – то ли Рыжова, то ли Белоглазова, точно не помню…», «Кажись, кликуха — Серый… Но может, и не погоняло это вовсе, а имя…» — вот и все наколки.

Но потом одна т о р ч а щ а я на игле шлюшка после пары пинков и обещания засунуть её на трое суток в одну камеру с сифилитчицами и туберкулёзницами — обмолвилась, что в последний раз пяток к у б ы ш е к зелья загнал ей некий Семён Дунев, по кличке «Дуля», проходивший по учётам районного угрозыска как мелкий наркоманчик, успевший в годы недалёкой юности отсидеть полтора года за квартирные кражи, и с тех пор, вроде бы, нигде не с в е т и в ш и й с я…

Нашёл Дулю по адресу, где он был прописан, скорёхонько ошмонал квартиру — ничего примечательного. Отвёз его в райотдел, побеседовал… И по-хорошему толковал, и по-плохому — он только пялился упорно и бекал: «Да в чём вы меня обвиняете?! Ни в чём я не виноват!»

Блин, и не столкнёшь его с этой точки. Винить-то его действительно не в чем… Не шлюшку же на очную ставку с ним выставлять!.. Она скажет: «Он мне «дурь» толкал!», а Дуля ответит: «Впервые в жизни вижу эту наглую соску!» Ну и чем докажешь, что врёт он, а не она?..

Будь у меня времени побольше, и опыт посерьёзней — окружив Дулю со всех сторон агентами, терпеливо изучил бы его привычки, образ жизни, круг знакомых… Но и опыта недоставало, и времени — в обрез. И так уж – четвёртые сутки, всё побросав, занимался только этим делом!..

Тогда решил сработать по-другому… Была у Дунева сестричка родная, то ли Лиза, то ли Лида, — точно не помню. Симпатичная девушка, вполне добропорядочная, замужем, ребёнку три годика… Реализатор на местном рынке. Как Дуля к сестре относился – не знал, но исходил из того, что к сестре он привязан, и неприятностей для неё не хочет.

И вот, спустя короткое время после того, как через 72 часа измученного долгими «беседами» Дулю отпустили из РОВД домой, на реализаторшу Лизу (или Лиду, — неважно) вдруг «наехал» некто Витя Месяцев, кличка «Месик», ранее трижды судимый (хулиганка, кражи, прочая хренотень), а попутно — мой секретный сотрудник под псевдонимом «Меткий». По рынку шастал он постоянно, всё вынюхивал, высматривал, — и то кошелёк себе склямзит, то интересную информацию родной уголовке раздобудет… А теперь, без видимой причины, стал он цепляться к нашей Лизе-Лиде: то обидное слово скажет, то якобы случайно столик с товарами толкнёт, а там и вовсе захамил, стал намекать на свои сексуально-извращённые намерения в отношении грудастенькой реализаторши, и при этом — чуть ли не острым ножиком перед её личиком помахивал…

Вообще-то «крышей» на этом рынке были б ы к и из б р и г а д ы Феди-Филина. Но они знали, что Месик – с т у ч и т, и в его «левые» маневры вокруг торговки старались не вмешиваться, понимая: раз цепляется – значит, НАДО… Муж реализаторши был из заводских работяг, то есть — ни рыба, не мясо. Такому ли со злобным хулиганьём совладать?.. И понятно, что за помощью обижаемая реализаторша обратилась не к мужу, а к своему брату-Дуле, рассудив, что, как ранее судимый, он наверняка обладает в криминальном мире авторитетом, и вполне способен замолвить словечко перед нахально наезжающим бандитом в её защиту…

Дуля попытался выяснить у Месика, чего ж это он Лизку напрягает, но Витюха в ответ изобразил приступ неудержимой ярости, и Дуле пришлось убегать от размахивающего перед его носом п е р о м рецидивиста в сторону дальних кустиков, за которыми его чисто случайно дожидался я, довольно ухмыляющийся, с гостеприимно распахнутыми для приёма в объятия перепуганного Семёна…

В принципе в среде криминалов за падло звать на подмогу ментов в конфликтах друг с другом… Но Месик в перерыве между кровожадными матюками и живописными манипуляциями с ножиком успел вполголоса втолковать Дуле, что не след ему ссориться с опером таким-то, иначе — кранты не только его сестричке, но и ему самому!.. А поскольку свою связь с ментурой Месик не слишком и шифровал (ну разве что не ходил по жилмассиву с большущей табличкой на груди: «Я – секретный сотрудник угро, так что пусть никто меня не трогает!»), то Дунев быстренько понял, откуда ветер дует, и скумекал: не пойди он навстречу моему пылкому любопытству насчёт новообразованной я м ы — и окончательно оборзевший Витёк превратит жизнь Лизы-Лиды в сплошные сумерки!.. А кому такое надо?.. Какой ни есть ты гнилушка по этой жизни, но и у тебя есть родичи, друзья и прочие близкие тебе люди, — те, с кем ты с детства общаешься, привык к ним, и в общем-то хочешь, чтобы им всем было хорошо…

Ввиду столь серьёзно осложнившейся обстановки, Дуля согласился поделиться со мной имеющейся у него информацией… Как и полагается «шестёрке», знал он немного, но, как впоследствии оказалось — вполне достаточно для того, чтобы вывести угро на конкретный след…

По его словам, неделю назад подошёл к нему один знакомый (Дуля наотрез отказался его назвать), спрашивает: «Хочешь срубить бабок, да ещё и ш и р л а дармового в придачу?..» А кто ж такого не хочет?! Дуля только «за»… Тем более, что работа предстояла непыльная: мелкий опт всё той же ш и р к и… Знакомый брался регулярно обеспечивать Дулю ф а н ф ы р я м и (пузырьками) с зельем, и — присылать покупателей. Дуля принимает бабки и отдаёт товар, а знакомый регулярно забирает эти бабки, отстёгивая Дуле положенные комиссионные, и принося новую «дурь»…

Казалось бы, что даёт угрозыску эта информация, если имени своего знакомца Дуля не назвал?.. Но на самом деле польза оказалась огромная!.. Ибо однажды, придя за вырученными бабками, и оставшись довольным размерами полученной прибыли, дулин знакомый случайно обмолвился, что погоняло хозяина я м ы — некий «Сенсэй», из спортсменов, и живёт он на улице Мостостроителей, дом №34, в угловом подъезде… Если Дуля это не придумал (а какой резон?.. в случае л а ж и Месик из его сестры лапшу наделает!), и если его знакомый не пургу гнал, из осторожности выставляя основным продавцом кого-то другого, вместо себя, то мы получали добротную и вполне проверяемую наколку!..

…Тут я, правда, немножко прокололся… Мне следовало вытянуть из Дули имя его таинственного знакомца, — так, на всякий случай… Окажись информация о Сенсэе дезой, и тогда хоть что-то оставалось для последующих оперативных комбинашек… Да и Дулю потом легче было припереть к стенке: «Ты сдал нам тогда-то своего дружка?.. Сдал!.. А раз так, то и дальше будешь сексотить, а иначе – сообщим твоему дружку, кто именно его заложил…». Я же — отпустил Дулю восвояси, решив, что и потом всегда успею выудить из него всё, что меня заинтересует. Но Дуля мне такого шанса не дал, — в тот же день благополучно слинял из города к дальним родичам в деревню, и в последующих событиях участия не принимал.

У подъезда

…Все полученные сведения были мною углублённо проверены.

В нашей картотеке никого по кличке «Сенсэй» не значилось. Никто из моих более опытных коллег уркагана с таким погонялом не знал.

Тогда я выбрался на адрес, к дому №34 на Мостостроевской… Обычная девятиэтажка на дюжину подъездов. Двор зарос деревьями и кустарником, заставлен беседками для доминошников, инвалидными гаражами, детскими песочницами и площадками для игр, повсюду на верёвках – сушащееся бельё. На скамейках около подъездов судачили про своё кумушки-пенсионерки (практически только женщины — старики, их ровесники, надо понимать, давно поумирали)… Обычный городской пейзаж — что на этой улице, что на любой другой, как в нашем микрорайоне, так и в любом другом… Кабы не табличка с номером дома и названием улицы — и не различишь, где в данный момент находишься…

От здешнего участкового я узнал, что в одном из угловых подъездов 34-го дома вообще не живёт кто-либо около-спортивный, зато в другом, в квартире №15, обитает некто Гайдуковский Валентин Евгеньевич. 28 лет, кандидат в мастера спорта, занимается частным предпринимательством, попутно — тренер секции каратэ при двух или трёх близлежащих школах. Холост, беспартиен, положительно характеризуется как по месту работы, так и по месту жительства, без малейших пятнышек в биографии… То есть с точки зрения уголовного розыска — человек никакой, неинтересный, ничем не примечательный. Заподозрить его в торговле наркотиками в особо крупных (по меркам наших местных условий) размерам?!. Невероятно!..

Когда я поинтересовался личным мнением участкового о Гайсуновском, он – пожилой, чахоточного вида капитан, — лишь развёл руками: «Кто его знает… Нормальный тип, по-моему. Я тут — лишь 6-й месяц, видел его на улице мельком , вот и всё знакомство, так что…» И ещё раз развёл руками, наглядно демонстрируя широту своей некомпетентности по данному вопросу.

Будучи тогда пылким фанатом ментовской службы, я про себя поморщился: Полгода у ч а с т к о м на крошечной «территории» — и до сих пор не знает всех вдоль и поперёк?!. И при таком отношении к службе он, никудышний и ленивый, уже капитан, а я, способный свернуть горы и в одиночку повязать банду автоматчиков (я не пробовал, но уверен, что смогу!) — всё ещё хожу в лейтенантах, и не обласкан наградами, или хотя бы благодарностями в приказах?.. Где ж справедливость?!.

Тогдашняя обида в душе мучила меня ещё пару лет, но потом тот капитан ушёл в отставку по болезни, и очень скоро туберкулёзные палочки забили его до смерти. Только тогда я и перестал ему завидовать… Ну и тем более — никому не завидую теперь, поняв, что везде и во всём – одинаково дерьмовато… Так какой смысл суетиться и выпендриваться?.. Сиди уж в той заднице, куда с размаху воткнула тебя жизнь, и не чирикай!

Узнав от участкового, в какой из школ в данный момент занимается со своими учениками Гайдуковский, отправился туда.

В тесненьком школьном спортзальчике издали понаблюдал за ним. Типичный качок в «каратистком» халатике, окружённый ватагой жадно внимающей ему ребятни, в таких же халатах. Вот он показывает им какие-то приёмчики, потом они под его присмотром начинают их отрабатывать… Ничего особенного.

Зацепил только памятью, как тренер мимолётом одобрительно потрепал по сдобной щёчке одного из своих учеников, точнее — учениц. Старшеклассница, с вполне сформировавшимися грудяшками. Он отметил её усердие мимоходом – и отвернулся, а она долго смотрела ему в спину, пылая глазами…

«Тренер любит малолеток. Эта — отработанный материал, и его тянет к другим, а она – ревнует!.. Так-так… В случае необходимости навешу на него «растление малолетних»…» — на всякий случай скомстрячил я оперзаготовку, ещё не зная, тот ли человек передо мною, который мне нужен, и возникнет ли необходимость его в дальнейшем разрабатывать…

Я прекрасно понимал, что и будь Гайдуковский наркоторговцем — в школе предлагать «дурь» он никому не станет, — явно не дурак!.. И наверняка лично он вообще никому наркоту не продаёт – только через посредников… Но ему же где-то надо с ними встречаться!.. Эх, установить бы за ним круглосуточное наблюдение… Но законных оснований – ни малейших. Не даст начальство санкции, и людей на эти цели не выделит… Впрочем, информировать боссов о Валентине Евгеньевиче я и не собирался, пока всё не перепроверю… Ударишь во все колокола, и если потом кончится пшиком — меня же на смех в райотделе подымут!..

Оставалось одно: отслеживать Гайдуковского единолично. Я решил не ходить за ним по пятам (рано или поздно заметит, насторожится и обрубит концы), а, выбрав наблюдательный пункт где-либо во дворе около его подъезда, «пастись» там, отслеживая, кто в его подъезд шастает…

Я рискнул, присев на скамеечку около подъезда, погутарить про жизнь с всезнающими бабуленьками-сплетницами. Они-то уж точно всё про всех знают, и если я м а в их подъезде — заметить её признаки должны обязательно!..

Беседу вёл тонко, ненавязчиво, совершенно не касаясь единственной по-настоящему интересующей меня темы – их соседа Гайдуковского.

По «легенде» я искал в этом районе какую-то Дашу, но запутался в нумерации домов , и не мог найти нужную квартиру. Это позволило бабулям задать мне массу уточняющих вопросов и про Дашу, и про меня, а когда отвечаешь — то естественно смотрится и твоё встречное любопытство. Но опять-таки — ни слова о Гайдуковском я не произнёс…

Однако через полчаса такой беседы я уже знал от старушек, что Валентина Евгеньевича («Вальку-каратиста») они прекрасно знают, и в целом отзываются о нём уважительно: вежливый, культурный, всегда здоровается… Холостякует после смерти матери, один в 2-комнатной квартире… Не раз бабульки советовали: «Женись, Валька, жизнь-то проходит – глазом не успеешь моргнуть, как в старых холостяках засидишься!» На что он не огрызался сердито, и даже не бил болтливую ветошь с молодецким хеканьем пяткой в челюсть, а наоборот, отвечал почтительно, что они-де абсолютно правы, но пока что не нашёл он ЕЁ, единственную и неповторимую… Вот поэтому и воздерживается от похода в ЗАГС!.. Но как найдёт — обязательно женится, и тогда уж обязательно пригласит всех пенсионерок подъезда на свадьбу!..

Иногда, конечно, привозит он домой на купленной пять лет назад «шестёрке» каких-то девушек (парень-то видный!), но дальше романтических свиданий дело у них, надо полагать, не заходит…

Сочетание — «Гайдуковский» и «наркоман» — никакой реакции у словоохотливых бабуль не вызвало. Молодцеватый тренер-каратист и угрюмые нарколыжные хари существовали в разных Вселенных, — какие между ними точки соприкосновения?!. Но одна дородная бабка в очках мимолётно припомнила (и тотчас была в этом поддержана остальными), что в последние недели иногда захаживают в подъезд «какие-то рожи», однако к кому именно они ходят – старушки не знали… Но мнение было однозначным: милиция обленилась и совершенно не хочет работать, а э т и — ходят и высматривают, где что плохо лежит… А вон, слыхать, на соседней улице в прошлую пятницу какие-то наглые квартиру главного инженера завода ограбили, средь бела дня, — и тоже, видать, перед этим ходили и высматривали!..

«Да что вы говорите?!. Вот сволочи!..» — искренно возмутился я, ту самую кражу самолично расследовавший, и уж успевший найти и «закрыть» тех самых «наглых», оказавшихся вовсе не «нарколыжниками высматривающими», а родными племяшами главного инженера…

Полученная от пенсионерок информация не вдохновляла, но и не расхолаживала. Да, Гайдуковский не кричал всему двору, высунувшись из окна по пояс: «Люди, вяжите меня – я наркотой торгую!», но такого от него и не ждалось. А что ни капельки по структуре личности и образу жизни не был похож на прочих известных мне наркобарыг, — так что ж?.. Значит, какой-то особенный, а то и уникальный экземпляр попался!..

После этого целые сутки (только на ночь уходил) я дежурил у подъезда, выпросив для этих целей у приятеля его старенькие «Жигули» с тонированными стёклами. На классных авто он помешался, а бабок на новую машину (тем более – иномарку) — не было, вот и отводил душу, оборудовав свой поношенный автомобиль классными прибамбасами. Вначале у него был «Запорожец», и эта громыхающая тачка стала первым в нашем городе «Запором», снабжённым тонированными стёклами, противотуманными фарами, системой защиты от автоугона, и многими-многими другими модняцкими штукенциями и финтифлюшками. И всё это – на типичной консервной банке, со ржавым багажником на крыше!.. Потом, немного разбогатев, он продал «Запор», капельку доложил, и купил «Жигули» одной из самых первых моделей, оборудовав их всё теми же автоукрашениями. Издали посмотреть — чудо автотехники, а подойдёшь поближе — обыкновенный металлолом, но — ухоженный…

Меня в основном привлекали тонированные стёкла. Сидишь внутри и всех видишь, а тебя – никто. Полезное свойство для длительной слежки!.. Вот в этой бандуре я и сидел. Вначале – с 12.00 и до 22.30, в среду, а затем — в четверг с 6.30 и до 13.00 примерно… Часами наблюдал и фиксировал, занося всё интересное в тетрадочку. Кое-что любопытное — высмотрел…

На протяжении этих суток в этот подъезд 9-этажки в разное время заходило минимум трое лиц, известных мне как заядлые наркоманы — Коробка, Жир и Земляка. Опытный глаз замечал, как перед вхождением в подъезд они проверялись на отсутствие «хвоста», помаячив некоторое время в стороне и бдительно зыркая по сторонам… А когда минут через 15 выходили из подъезда — тоже весьма старательно осматривались, надо полагать — удостоверяясь, не затаился ли поблизости опер-лягаш с охотничьим азартом во взгляде…

В моём понимании, именно так и должны себя вести посредники между наркопродавцом и покупателями — осторожно, с оглядкой, не упуская мелочей, — совсем как в фильмах про разведчиков… При себе эти трое не имели ни сумок, ни свёртков, со стороны взглянуть – пусты совершенно… Но ш и р к а много места и не занимает: рассовал по карманам десяток фанфыриков — вот уж и нарко-куръер, хоть никакого груза на нём и не заметно… Но ходили ли они в квартиру Гайдуковского, или же ещё куда-то — оставалось загадкой, как и то, была ли при них наркота…

Я мог торчать в этой машине у подъезда и неделю, и месяц, и год, так и не приблизившись ни на шаг к истине… Что-то следовало предпринять!.. Но – что?.. Приехав с парой коллег, задержать нескольких нариков при выходе с адреса тренера?.. А вдруг при них компры не обнаружим? Или — обнаружим, но с самим Гайдуковским связать это не удастся?.. Тогда – провал операции. Если Валентин Евгеньевич и в самом деле содержит крупную я м у, то — сразу ляжет на дно, и хрен его оттуда достанешь!.. Ещё и телег во все инстанции накатает, настрочит кляуз: «Менты — грубияны наезжают на спортивную общественность со вздорными обвинениями, и это – вместо того, чтобы ловить н а с т о я щ и х наркоторговцев!» Смотреться это будет убедительно: заподозрить солидного бизнесмена и школьного тренера по каратэ в торговле вульгарным ш и р л о м смог бы только полный дебил, коим меня вышестоящие инстанции враз и определят… «Что за идиот у тебя ишачит?» — недовольно скажут в горУВД нашему подполковнику, и не видать мне тогда звёзд генералиссимуса на своих погонах как собственных ушей!..

Нет, если делать по милицейской «науке», то к Гайдуковскому для начала следует подвести агентуру, из числа мелкой шушеры, — пусть попасутся возле него, Коробки с Жиром и Землячкой, пусть вотрутся в доверие… Потом Валентин Евгеньевич кому-либо из них продаст «дурь», и тут же мы – цап-царап!.. На этом факте сбыта (доказанном показаниями нашего агента) мы Гайдуковского ловим и «закрываем» в СИЗО. Ну а там уж дело техники — его дожать, отпрессовать вещдоками и уликами… Но ещё разумнее — с использованием той же сети сексотов «пасти» Гайдуковского, выявляя все связи, каналы снабжения и сбыта, круг общения, уровень деловых знакомств…

Был ещё один вариант: задержать кого-либо из зафиксированной мною троицы, лучше даже — их всех, и поработать над ними в РОВД, выжимая показания против Гайдуковского. А затем — предложить сделку: вы нам помогаете его «закрыть», а мы – проводим вас по делу в качестве ни во что не замешанных свидетелей…

Хотя ещё вопрос: согласятся ли!.. Точней говоря: найдутся ли у нас аргументы, достаточно весомые для того, чтобы побудить их сознаться, убедив в том, что помогать нам для них — более выгодно, чем запираться во всём и молчать…

Но в любом случае, работёнка по изобличению Гайдуковского обещала быть долгой и трудоёмкой. Долгие недели, если не месяцы, хлопотливых спецмероприятий…

С этой думой я возвращался в райотдел. Предстояло сочинить на бумаге план операции, и затем наконец-то доложить о своих намерениях руководству, будь оно трижды… благословенно. Что можно сделать в одиночку – я всё уж сделал, а теперь предстояло подключить все «мощности» и возможности районного уголовного розыска.

(Продолжение следует)

Владимир Куземко, специально для «УК»

P.S. Републикация материалов Владимира Куземко, возможна только с разрешения автора!

Читайте также: