МЕНТОВСКАЯ ЗОНА: ХРОНИКИ АБСУРДА. Часть 2 — старик Руденко

После публикации первой части статьи «Ментовская зона:хроники абсурда» на форуме «УК» появилось сообщение, посвященное одному из обитателей Макошинской ИТК. Причем, речь в сообщении шла не о «менте», а об инвалиде. Мы приводим этот текст прежде всего по той причине, что он отражает весьма распространенное в нашем обществе настроение – если человек совершил преступление, то он должен быть не только наказан, но, наказан как можно более жестоко.Итак, цитируем:

« Г-ну Речинскому. «…И воздаяние, и справедливость»

Автор: Belt

Дата: 04-07-04 15:48

Известна истина, что в мире все вещи нравственно упорядочены на основе закона и наказания. Не передвинуть громад совершённых в прошлом: возмездие тоже должно быть вечным.

Я это к тому, г-н Станислав Речинский, что в ИТК Макошино Черниговской области отбывает наказание за тяжкое преступление Руденко А.В., 1932 г.р. проживавший в Николаеве, по ул. Клубной, 126. На данный момент ему должно исполниться 72 года.

Старик Руденко — убийца. 10 мая 2000 года он нанёс один единственный смертельный удар молодому мужчине, отцу двух детей, посмевшему по его понятиям стать на защиту женщины.

Накануне ветеран отмечал великие праздники — пил беспробудно. Он так и убивал в белой рубашке, не успев сменить одежду на будничную.

В тот страшный день мой дядя чинил в гараже свою машину. Спешил, было много работы. Около 12 часов с проверкой пришла инспектор городского энергонадзора Свергунова. Сняв показания счётчика, инспектор ушла в дом по соседству на Клубную, 126, а дядя Саша вернулся к работе.

Через считанные минуты перепуганная работница энергонадзора появилась на улице и со всех ног кинулась к дяде, благо гаражные ворота выходили на улицу. За ней, изрыгая ругательства, гнался старик-ветеран. Оказывается, на ввод Руденко накинул провода, попросту, он крал электричество, что и заметила контролёр, естественно, со всеми вытекающими обстоятельствами.

Дядя Саша, всегда был человеком спокойным и толерантным, и со слов Свергуновой, легко ситуацию сгладил. Старик Руденко пошёл к себе, но через считанные минуты вернулся, держа за спиной заостренный прут.

Им-то он и нанёс удар в спину, дядя как раз нагнулся к мотору, а Свергунова, собираясь уходить, продолжала разговаривать. Смертельно испуганная женщина нашла спасение в доме дяди. Дядина жена бросилась на улицу, старик-ветеран напал на неё. Ей удалось чудом отклонить удар, он задел кожу головы. И снова пролилась кровь.

Ни милиция, ни «скорая» на вызов не приехали. Дядя Саша умер по дороге в больницу.

Безвинная кровь. Остались сиротами дети и вдовой жена.

Первой из органов за дело взялась прокуратура Центрального района и тогдашний прокурор Клименко Александр Павлович. Но странным образом — её работники стали консультировать убийцу и его подельника Денисенко В.Г., которого ст. 27 и 28 Криминального Кодекса квалифицировала как «пидбурювача», ибо он находился вместе с Руденко, именно он вложил орудие убийства в кровавые руки безумного старика. Родная сестра Денисенко Алла была работником прокуратуры Центрального района.

Поэтому первую информацию из рук исполнителей получила именно прокуратура Центрального района г. Николаева, и рьяно позаботилась о том, как бы умышленное убийство выдать за несчастный случай – «самонатыкание».

Сбором доказательств занимался работник угро Центрального РОВД майор Кравченко Сергей Владимирович. Собранные им доказательства неоспоримо свидетельствовали о преднамеренном убийстве.

Видно, поэтому следователь прокуратуры Машарова Оксана Владимировна, начинавшая вести дело, спешно ушла на больничный. Второй следователь без угрызений совести повёл следствие вопреки фактам и показаниям свидетелей, и в полном согласии с иудой-прокурором Клименко, который успел получить откупного от родичей убийцы.

В свою очередь дочь и зять убийцы Руденко — семья Майстренко, запугиванием заставили контролёра Свергунову упустить важнейшие факты в деле.

Вышло так, что убийца Руденко, его подельник Денисенко, прокуратура Центрального района в лице прокурора Клименко и сестры Аллы очутились по одну сторону баррикады. В такой противоестественный симбиоз можно было бы верить с трудом, если б с высоты 2004 года мы не смотрели на дела Гонгадзе и Александрова.

Суд осудил убийцу Руденко. Этапом престарелого душегуба отправили в вышеупомянутую ИТК под Черниговом.

Пока ушёл от ответственности организатор — Денисенко Василий Григорьевич. За эти четыре года он купил себе инвалидность, хотя нигде не работал, занимался самогоноварением, промышлял мелким воровством и вымогательством, приторговывал контрабандой из России, доставляемой его женой Людмилой, проводником поезда Николаев-Москва.

Дочь убийцы Галина и её муж Майстренко открыли пункт сбора цветного металла по ул. Клубной, 126, промышляют и тем, что, имея газовый резак, ездят по краям и весям, срезая металл и разворовывая линии электропередач.

Прокурор Клименко, несмотря на свой молодой возраст, отправлен на пенсию, он устроился в правовом отделе почтенного предприятия — завода «Заря». И по-прежнему бдит закон. Интересно, снятся ли ему по ночам кровавые мальчики, или он уверен в непогрешимости пословицы «Лес рубят — щепки летят».

Сестра Денисенко Алла тоже на пенсии. За услугу она требовала продать дом и отдать её часть денег, но братец отказался.

Контролёр Свергунова перешла в кассу энергосбыта, ей боязно и страшно.

Помощник прокурора Машарова, сохранив своё реноме, ушла в городскую прокуратуру на повышение.

Семья моего дяди считает, что дело расследовано несправедливо, и просит вернуть дело на новое следствие. Оно обязательно будет!

Следовательно, пусть подождёт в том же состоянии «абсурда» Менская ИТК, красная зона своих потенциальных клиентов — инвалида Денисенко, отобравшего жизнь замечательного человека, прокурора Центрального р-на (бывшего) Клименко А.П., иуду и взяточника, втоптавшего в грязь справедливость и Закон, престарелую сестру Денисенко Аллу, злоупотребившую своими служебным положением и преступившую долг и совесть.

И пусть все запомнят, правда рано или поздно торжествует.

P.S. На ваших фотографиях особого ужаса я не увидел. Инвалиды-заключённые не вызывают сожаления и сочувствия. Преступники должны быть изолированы от общества, и нести наказание за свои злодеяния. Кроме бед и несчастий эти люди никому ничего не приносили.»

Вот такая история об одном из обитателей ментовско-инвалидной зоны в Макошино. Несмотря на то, что вполне понятны чувства автора этого текста, с его выводами согласиться нельзя. Для того, чтобы объяснить, почему нельзя превращать наказание в пытку, автор вынужден слегка «поумничать» и несколько отвлечься от рассказа о жизни обитателей макошинской зоны. Для начала стоит обратиться к определениям. В частности, к таким ключевым для затронутого вопроса, как «юридическая ответственность» и «соразмерность наказания».

Итак, юридическая ответственность — это применение к лицам, совершившим правонарушение, предусмотренных законодательством мер государственного принуждения в установленном для этого процессуальном порядке. Меры могут быть: а) личного характера (лишение свободы); б) имущественного характера (штраф); в) организационного характера (увольнение).

Признаки юридической ответственности:

— устанавливается государством в правовых нормах;

— опирается на государственное принуждение;

— применяется специально уполномоченными государственными органами;

— связана с возложением новой дополнительной обязанности;

— выражается в определенных отрицательных последствиях личного, имущественного и организационного характера;

— возлагается в процессуальной форме;

— наступает только за совершенное правонарушение.

Принципы юридической ответственности:

1) законность — означает, что ответственность применяется только за правонарушение, т.е. виновное, противоправное деяние, совершенное праводееспособным лицом;

2) справедливость — означает соразмерность наказания виновного, недопустимость установления уголовных санкций за проступки, возложение на виновного только одного наказания за одно правонарушение;

3) обоснованность — означает объективное исследование обстоятельств дела и определение конкретной меры наказания в точном соответствии с законом;

4) гуманизм — означает запрет устанавливать и применять такие меры наказания, которые унижают человеческое достоинство;

5) неотвратимость — означает неизбежность наступления юридической ответственности;

6) целесообразность — предполагает соответствие наказания, избираемого применительно к правонарушителю, целям юридической ответственности.

В соответствии со ст. 5 Всеобщей декларации прав человека и ст. 7, 10 Международного пакта о гражданских и политических правах устанавливается, что наказание не имеет своей целью причинение физических стадий или унижение человеческого достоинства. В Конвенции против попыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания подчеркивается, что определение “пытка” означает “любое действие, которым какому-либо лицу умышленно причиняется любая боль или страдание, физическое или нравственное.., чтобы наказать его за действие, которое оно совершило…” Статья 28 Конституции Украины вполне подтверждает эти нормы: «Кожен має право на повагу до його гідності. Ніхто не може бути підданий катуванню, жорстокому, нелюдському або такому, що принижує його гідність, поводженню чи покаранню.»

Что, согласитесь, несколько противоречит происходящему в украинских ИТК, СИЗО, ИВС и прочих малоприятных местах, в том числе и в Макошинской зоне.

Но, вернемся к теории. Конечно, уголовное наказание по своей природе может объективно причинять физическое или нравственные страдания. Но в данном случае не они являются целью его применения. Целями наказания являются: а) восстановление социальной справедливости; б) исправление осужденного; в) предупреждение совершения новых преступлений.

Восстановление социальной справедливости как цель наказания предполагает, с одной стороны, возможно полное и адекватное восстановление нарушенных преступлением интересов личности, общества, государства, а с другой, минимизацию “преступности” осужденного путем его ресоциализации, т.е. адаптации к обществу посредством исправительного воздействия наказания.

Цель уголовного наказания состоит в том, чтобы воспрепятствовать виновному вновь нанести вред обществу. И это препятствие должно быть тем сильнее, чем ценнее нарушенные социальные блага и чем интенсивнее побуждение индивида к совершению преступлений. Соразмерность между преступлением и наказанием состоит в том, чтобы наказание было действенным для данной личности, чтобы оно производило наибольшее влияние на психику и было бы не столь мучительным для его тела. Уповая же на воспитательное воздействие лишь карательных мер, на причинение физических страданий виновному, переоценивая значение жестокости режима, исправительная система не достигает цели.

Кроме того, лишая человека свободы, его подвергают таким страданиям и лишениям, которые юридически не вытекают из данного вида наказания. В силу низкой правовой культуры, отсутствия демократических традиций, забвения прав личности, лишение человека свободы (а только к этому приговаривает суд) практически налагает на осужденного такие тяжкие страдания, которые не предусматриваются приговором суда: угнетение невыносимыми “жилищными условиями”, крайне скудным питанием, ограничением социального общения, криминализированной микросредой, обнаженностью интимной стороны жизни, враждебным отношением персонала ИТУ.

Менская зона, в частности фотографии и рассказы очевидцев, являются свидетельством против Украины, как цивилизованного, правового государства. Если государство осуждает к лишению свободы инвалида, то оно должно обеспечить ему соответствующее медицинское обслуживание и уход. Иначе лагерь, подобный Макошинскому, превращается в лагерь уничтожения. Иногда быстрого, иногда медленного. Да, преступник должен понести наказание. Но, наказание должно быть соразмерно как тяжести преступления, так и личности преступника, в том числе его полу, возрасту и состоянию здоровья. Безусловно, такая задача слишком сложна и затратна для отечественной пенитенциарной системы. Но, почему бы ее руководителям не примерить Макошинскую зону на себя? И вспомнить, что никому не следует зарекаться «от тюрьмы и от сумы».

(продолжение следует)

Станислав Речинский, специально для «УК»

Читайте также: