Кайф по рецепту: фармацевты Украины – на страже интересов наркоманов!

В ближайшее время Украина должна определиться, стоит ли на общегосударственном уровне вводить для лечения наркозависимости заместительную терапию. Что подразумевает замещение традиционных наркотиков другими наркосодержащими препаратами, в частности метадоном. Противников и сторонников такого метода лечения предостаточно, однако за моральной стороной вопроса все четче просматриваются интересы фармацевтических компаний. Благими намерениями…

Министерство здравоохранения уже сделало первые шаги в этом направлении. 20 декабря прошлого года ведомство издало приказ № 846 «О мероприятиях по организации профилактики ВИЧ/СПИД и заместительной поддерживающей терапии для потребителей инъекционных наркотиков». Согласно документу, людей, употребляющих опиумные наркотики через иглу, предлагают лечить синтетическим наркотиком в таблетках – метадоном или бупренорфином. За пять дней до этого в государственный реестр таблеточной продукции был включен медпрепарат метадон канадского производства.

А 25 января другим приказом была создана межведомственная рабочая группа, которая должна разработать мероприятия по повышению эффективности лечения опиоидно зависимых больных с помощью заместительной поддерживающей терапии. Техническое сопровождение деятельности группы осуществляет бюро Всемирной организации здравоохранения в Украине.

Сегодня пропагандой заместительной терапии занимаются представительства международных организаций и фондов. Даже американская правозащитная организация Human Rights Watch подталкивает Украину к ее внедрению, утверждая, что это один из самых эффективных методов борьбы с распространением СПИДа. Главный аргумент – замена шприцев таблетками снижает риск передачи заболевания. Есть и другие доводы: замена нелегальных наркотиков метадоном, принимаемым под контролем врача, поможет стабилизировать состояние пациента, вернет его в общество, сократит количество преступлений. Сторонники этого метода апеллируют к мировому опыту – мол, заместительную терапию в течение десятков лет практикуют во многих странах мира.

Кстати, экспериментальные программы под медицинским контролем и надзором со стороны правоохранительных органов реализуются с мая 2004 года и в Украине. Более полутысячи наркозависимых в столице и еще девяти областных центрах уже являются участниками эксперимента в рамках проекта «Преодоление эпидемии ВИЧ/СПИДа в Украине», финансируемого Глобальным фондом по борьбе со СПИДом, туберкулезом и малярией. До конца сентября 2007 года на средства донора планируется обеспечить лечение трех тысяч наркозависимых, а еще через год в два раза увеличить количество таких пациентов. Сейчас программы заместительной терапии действуют исключительно на базе наркологических диспансеров и центров СПИДа. В перспективе планируется расширить этот круг противотуберкулезными диспансерами и поликлиниками общего профиля.

Упомянутый фонд готов предоставить дополнительное финансирование Украине на борьбу с ВИЧ/СПИДом, если будет создана общегосударственная программа заместительной терапии. Исходя из количества официально зарегистрированных больных, а это 370 тысяч человек, фонд намерен выделять на эти цели 170 тысяч долларов в год. На основании проведенного тендера, определены компании, готовые продавать бупренорфин (для одного пациента стоимость курса лечения этим препаратом составит 170 долларов в месяц) и метадон (8 долларов).

Не все так гладко

Заместительная терапия имеет давнюю историю. Еще в XIX веке, когда опиумная наркомания охватила весь мир, врачи предложили лекарство, которое, по их мнению, могло помочь справиться с опиумной зависимостью. Это вещество назвали морфием. Но вскоре выяснилось, что морфий приводит к еще большим проблемам, чем опиум. Тогда разработали лекарство уже от морфинизма и дали ему звучное название – героин. Результат применения героина – взлет уровня наркомании и преступности. Чтобы справиться с зависимостью, придумали так называемую метадоновую программу.

Оперируя цифрами и фактами, ее сторонники, однако, не говорят всей правды. При лечении метадоном один наркотик заменяется другим, более сильным, и не стимулирует отказ от наркотиков вообще. Опыт показывает, что некоторые пациенты, которых лечили по метадоновой программе, систематически или периодически продолжали употреблять героин со всеми вытекающими последствиями. Результативность лечения тоже спорная. Скажем, в США метадоновая программа так и не смогла преодолеть рост наркомании и СПИДа, зато вывела страну на первое место по количеству смертей из-за передозировок этого препарата.

Многие страны сегодня сворачивают лечение метадоном. Иногда отказываются от него вообще, иногда используют другой заменитель – например, чистый героин.

Еще один нюанс: в Украине большинство инъекционных наркоманов отдают предпочтение «ширке» – вытяжке из маковой соломки, которую варят вместе с ацетоном. Дорогие опиум и героин употребляют немногие – а именно на эту категорию рассчитана метадонотерапия. Влияние же метадона на наркозависимых, употребляющих «ширку», до конца не изучено.

Упомянутый приказ Минздрава предусматривает, что выдача наркотиков будет происходить не только в медучреждениях, но и в «немедицинском окружении вместе с социальными службами». К тому же если за рубежом метадон применяют только при лечении безнадежных больных, то у нас звучит формулировка «потребители наркотиков». То есть каждый, кто хоть раз попробовал наркотик, может потребовать дозу метадона.

И хотя приверженцы лечения метадоном возмущаются, когда их обвиняют в попытке легализации наркотиков, де-факто она таковой является. Поэтому самым ярым их оппонентом сегодня является Министерство внутренних дел. По мнению руководителей ведомства, программы лечения наркозависимости, утвержденные Министерством здравоохранения, могут привести к очередной вспышке эпидемии наркомании. Грамм метадона на черном рынке стоит около 200 долларов, и демпинговые цены, по которым будут закупать метадон в рамках программы, кое-кого может соблазнить подзаработать на этом.

Пациент становится зависимым не только от препарата, но и от другого человека, который его назначает. И вполне вероятно, что он начнет искать наркотик вне стен больниц, что будет только на руку подпольным производителям метадона.

Кому – беда, кому – мать родна

Государство подталкивают внедрить метадонотерапию без серьезной законодательной подготовки, и это может привести к тому, что заместительная терапия как один из методов лечения наркозависимости, может превратиться в основной. Исходя из того, что данные официальной статистики потребления наркотиков сегодня далеко отстают от реальных цифр, легко можно прогнозировать и увеличение количества потребителей метадона.

Возникает вопрос: а кому это на руку? По этому поводу все чаще говорят о лоббировании интересов иностранных компаний, производящих наркотики-заменители. Сегодня в Украине официально зарегистрировано уже четыре разновидности препаратов заместительной терапии: три – метадона и одна – бупренорфина. Торговые марки метадона принадлежат известным фармацевтическим компаниям Канады, Нидерландов и Германии, бупренорфина – индийской фирме.

Сокращение потребления наркопрепаратов на традиционных рынках сбыта вынуждает сегодня искать новые. В частности – в странах бывшего Советского Союза, где долгое время их вообще не производили. По последним данным Международного комитета по контролю за наркотиками, общая оценочная потребность в метадоне на 2007 год составляет 78,3 тонны (в 2006 году – 60,3 тонны). Такая существенная разница, видимо, объясняется появлением новых стран – участниц метадоновых программ.

Однако можно предположить, что и отечественные фармацевтические фирмы не останутся внакладе. Метадоновые программы потребуют многомиллионных средств из государственного бюджета. Если в первые годы финансирование будет осуществляться за счет международных грантов, то потом Украине придется поддерживать многотысячную армию метадоновых наркоманов за свой счет. Страна вынуждена будет закупать за рубежом или сам препарат, или лицензию на его изготовление. Или приобретать заменители заменителей у собственных производителей.

Хотя для последнего варианта даже окончания срока действия гранта ждать не надо. Так, в прошлом году тендерный комитет Минздрава пришел к выводу, что в 2004–2005 годах медикаменты для больных СПИДом (как на деньги донорских организаций, так и государственные) покупались по цене иногда в 22–27 раз выше рыночной. Как рассказывали сотрудники организаций по борьбе со СПИДом, вместо закупки оригинальных препаратов (брендов) приобретались их воспроизведенные копии (генерики) – притом по ценам, значительно превышающим стоимость лекарств известных компаний.

Вот только тем, кто решил реально «соскочить с иглы», от этого не легче. Ведь такие расходы поставят крест на поиске более эффективных методов лечения, которые намного труднее внедрять в практику, чем просто раздавать наркотики.

Кстати

Богатые тоже плачут

Из последних скандалов, связанных с метадоном, наиболее громким стала смерть бывшей модели Playboy – 39-летней Анны Николь Смит. 8 февраля нынешнего года она умерла в гостиничном номере во Флориде.

Согласно заключениям патологоанатомов, звезда скончалась от передозировки прописанных ей медицинских препаратов, которые она приняла вместе со снотворным. В качестве обезболивающего средства она, в частности, употребляла и метадон. Этот же препарат входил в состав наркотической смеси, от передозировки которой в сентябре 2006-го умер 20-летний сын Анны Николь Смит – Даниэль.

Вообще, злоупотребление метадоном и его аналогами в среде известных людей не является чем-то необычным. Так, большими дозами любил побаловаться Курт Кобэйн, лидер рок-группы «Нирвана». А легендарный Джон Леннон однажды в отчаянии сказал своему доктору: «Мы отошли от героиновой ломки за три дня, а теперь уже пять месяцев не можем избавиться от метадона!»

СПРАВКА

Метадон – анальгетик опиумного ряда синтетического происхождения. Производится в лабораторных условиях. Из-за высокой цены считается элитным. Оптовая стоимость 1 грамма на черном рынке составляет от 80 до 150 долларов, розничная – 250 – 350 долларов. Зависимость от метадона по негативным последствиям и продолжительности в несколько раз превышает героиновую. Ломка после героина продолжается 5 – 7 дней, после метадона – 40.

Особенности метадоновой наркомании: зависимые резко прибавляют в весе, у них отекают конечности, развивается удушье, цирроз печени. По ночам беспокоят кошмары. Передозировка, как правило, заканчивается летальным исходом.

Программа заместительной терапии для лечения наркозависимых используется со второй половины 60-х годов в Канаде и Великобритании.

На данный момент заместительную терапию с использованием метадона и бупренорфина в мире проходят около 800 тысяч человек более чем в 60 странах мира.

Количество участников программ заместительной терапии по отдельным странам (данные Международного альянса борьбы с ВИЧ/СПИД):

США – свыше 180 тыс. чел.

Великобритания – 128,4 тыс. чел.

Франция – 106,5 тыс. чел.

Италия – 91 тыс. чел.

Испания – 89 тыс. чел.

Германия – 74, 7 тыс. чел.

Австралия и Новая Зеландия – свыше 20 тыс. чел.

Канада – 15 тыс. чел.

Австрия – 13,5 тыс. чел.

Нидерланды – 13,5 тыс. чел.

Китай – 11,5 тыс. чел.

Польша – 800 чел.

Литва – 10 чел.

При широком внедрении программ метадоновой терапии в Украине прогнозируется участие в них от 60 до 238 тысяч человек. Таким образом, число потребителей метадона в мире возрастет по меньшей мере на 8% за счет страны, все население которой составляет менее 1% мирового населения.

С 1994 года правительство Швейцарии отказалось от применения метадона в связи с тем, что желаемого эффекта достичь не удалось. Со второй половины 90-х годов метадоновые программы сворачиваются в Нидерландах, Австралии и Швеции.

В США метадоновая программа признана малоэффективной, поскольку она не смогла предотвратить рост наркомании в стране. В то же время Соединенные Штаты лидируют по количеству смертей от передозировки метадона.

КОММЕНТАРИИ

Терапия метадоном: нужна ли она в Украине?

Анатолий Виевский, главный нарколог Министерства здравоохранения Украины:

– Потребители инъекционных наркотиков являются в нашей стране основной группой риска в отношении ВИЧ-инфицирования. Введение заместительной терапии поможет приостановить эпидемию и даст возможность взять ее под контроль. Мы работаем в соответствии с протоколами, общепринятыми для всех стран – членов ВОЗ. Практически все результаты, которых мы ожидали с точки зрения восстановления социальных возможностей больных, подтвердились. Нужно сказать, что в программе участвуют только те больные, у которых тяжелая ситуация, то есть имеются и социальные, и медицинские проблемы. Медицинские – это ВИЧ, гепатиты В и С, кроме того, многие больны туберкулезом. Один из ощутимых результатов – удалось спасти жизнь более тридцати пациентам, находившимся на заместительной терапии, и это по самым скромным подсчетам. А вообще-то эту цифру можно было бы удвоить.

Игорь Линский, завотделом профилактики и лечения наркомании Института неврологии, психиатрии и наркологии:

– Назначение больным препаратов, содержащих опий, вызывает наркотическую зависимость. Мировой опыт свидетельствует: в подавляющем большинстве случаев заместительная поддерживающая терапия сводится к простой раздаче «наркопайков». В то же время значительная их часть оказывается на черном рынке. Такую терапию можно применять исключительно к зависимым от опиумных наркотиков больным, а не ко всем «потребителям», как это значится в приказе министерства. Потому что это может увеличить количество потенциальных клиентов терапии. Ведь формально потребителем наркотиков считают каждого, кто хотя бы раз в жизни их пробовал. Программа заместительной поддерживающей терапии в перспективе должна финансироваться за счет государственного бюджета. И складывается впечатление, что заграничные и отечественные лоббисты действуют сообща.

ДОЖДАЛИСЬ!

Трамадол – под колпаком

Дебаты вокруг целесообразности лечения наркоманов метадоном ведутся на фоне другого знакового события. Украинский парламент все-таки решил ввести уголовную ответственность за нелегальную продажу трамадола, чему длительное время препятствовали фармацевтические компании.

С этой целью 23 марта Верховная Рада приняла за основу проект Закона «О внесении изменений в статью 321 Уголовного кодекса Украины об установлении ответственности за незаконное производство, изготовление, приобретение, перевозку, пересылку, хранение с целью сбыта или сбыт ядовитых и сильнодействующих лекарственных средств». Ранее за незаконную продажу трамадола предполагалась только административная ответственность, несмотря на то, что эффект от его употребления аналогичен наркотическому опьянению.

Интересно, что автором законопроекта является депутат-регионал Валерий Малышев, длительное время возглавлявший областное УВД Донецка. При его руководстве милицию часто обвиняли в «крышевании» подпольных точек продажи трамадола.

В свою очередь, Министерство здравоохранения внесло препарат в группу социально опасных лекарственных средств и планирует изменить условия выдачи лицензий на его производство и реализацию. Вдогонку бросился спасать ситуацию и Кабинет Министров. Там подготовили проект постановления «О государственном регулировании производства и ввоза (импортирования) на территорию Украины лечебного средства трамадол независимо от его торгового названия и формы выпуска».

До последнего времени изготовлением трамадола занимались 14 мощных украинских фармацевтических предприятий, производивших 90 миллионов доз – вместо необходимых медицинской отрасли 4 миллионов. «Неликвид» оказывался на улице, где его употребляли в основном несовершеннолетние. Это уже приобрело масштаб настоящей эпидемии. В той же Донецкой области насчитывается от 10 до 20 тысяч потребителей трамадола. По неофициальным данным, две трети львовских школьников хоть раз попробовали заветные таблетки.

Первые полгода зависимость от лекарств-наркотиков диагностировать невозможно. Системное употребление приводит к нарушению функционирования внутренних органов, приступам белой горячки и эпилепсии.

К наркоторговцам и наркоманам трамадол попадает либо непосредственно с украинских заводов, либо контрабандным путем из Индии, Польши, Словакии и ФРГ. На сегодня в Украине зарегистрировано более 50 видов этого препарата, 21 из них производится в пределах страны, в частности в Киеве и Харькове. Долгое время наиболее известным поставщиком этой «дури» был горловский завод «Стирол». Однако с февраля прошлого года там прекратили производство препарата.

В последние несколько лет не раз проходили массовые акции протеста с требованиями запретить открытую продажу трамадола (например, недавно такие акции состоялись во Львове и в Мариуполе). И вот, наконец, мнения их участников учтены.

Но успокаиваться рано. В любой момент среди лекарств на аптечных стеллажах может оказаться новый, не менее опасный препарат.

Василий Васютин, Без цензуры

Читайте также: