Взятки и украинские политики

коррупция

Украинским политикам и высокопоставленным чиновникам уровня замминистра и выше регулярно предлагают взятки. Они могут быть в разной форме: как в виде регулярных «процентов» или «откатов» от прибыли, получаемой взяткодателем, так и в денежном виде.

Размер взятки редко бывает меньше миллиона американских долларов, а порой исчисляется десятками миллионов. Разумеется, не миновала сия практика и представителей нынешней власти. Все это – чистая правда. Они (политики и высокопоставленные чиновники) сами об этом говорят, пишет «СЕГОДНЯ«.

Иллюстрация

Взятка нашла героя

На протяжении десятилетий в украинских СМИ регулярно появлялись заявления тех или иных политиков и госслужащих примерно следующего содержания: «Мне предлагали взятку в размере (цифру вставить), но я от нее отказался». Наиболее часто они звучали в интервью с политиками накануне выборов. Масс-медиа новость мгновенно тиражировали, электорат восторженно цокал языками либо крутил пальцами у виска – в зависимости от собственных морально-этических устоев. Других последствий, как правило, не наблюдалось. Что удивительно: ведь, по сути, речь шла о преступлении. А преступление должно быть наказуемо.

Несколько примеров. В ноябре прошлого года министр развития экономики, торговли и сельского хозяйства Украины Тимофей Милованов в одном из своих интервью в ответ на вопрос, какую наибольшую взятку ему предлагали, сказал буквально следующее:

«Не предлагали еще. Я думаю, будут. Я буду отказываться, конечно. У меня нет американского паспорта, но у меня есть грин-карта – разрешение на пребывание в Америке, потому что я там профессор. Я плачу налоги в Америке и не могу брать взятки, американцы могут меня посадить. Почему я сказал «еще»? Потому что «подерибанить» госпредприятия мне уже предлагали. Поставить своих людей и что-то подерибанить (потоки разделить). Я от этого отказываюсь».

Министр как в воду глядел. Не прошло и трех месяцев, как он отрапортовал гражданам о своем отказе уже от «десятков и сотен» коррупционных предложений. «Бывает, предлагают взятки. Наибольшая цифра, на которую намекали, – 10 млн долларов за назначение руководителя госпредприятий», – рассказывал министр уже в январе нынешнего года.

Подкуп оптом и в розницу

Заявление Милованова о попытках подкупа – далеко не единственное за последнее время. В ноябре руководитель фракции «Слуга народа», народный депутат Давид Арахамия с парламентской трибуны заявил, что его коллега по фракции (позже исключенная) Анна Скороход предлагала неправомерную выгоду депутатам.

«То, что госпожа Скороход неоднократно обращалась к народным депутатам и предлагала им денежную материальную помощь, – это факт», – заявил Арахамия.

Позже глава партии «Слуга народа» Александр Корниенко заявил, что Скороход якобы предлагала деньги десятки раз. Но предложение взяток не было процессуально подтверждено. «Десятки случав… Если бы у нас была такая информация процессуально подтверждена, то эти депутаты ходили бы на допросы в НАБУ», – сказал Александр Корниенко.

Не только Кабмин и парламент страдают от атак взяткодателей. Жертвой стал даже Офис президента. Так, в июле прошлого года на тот момент глава Офиса Андрей Богдан сообщил на пресс-конференции о том, что ему предлагали взятку в размере 20 миллионов.

«Несколько дней назад на меня выходил один из адвокатов, который представился адвокатом одного из таких «смотрящих», которые мешают господину Кличко эффективно управлять городом, и высказал такое предложение. Работа с местным бюджетом Киевского городского совета и городской государственной администрации позволяет им получать 40 миллионов долларов в год. Попросил все же не двигать голову городской государственной администрации и предложил этот бюджет разделить пополам», – заявил Богдан.

Уже через несколько дней НАБУ по обращению Владимира Кличко открыло уголовное производство по части 1 статьи 369 Уголовного кодекса (предложение, обещание или предоставление неправомерной выгоды служебному лицу), а Богдана, как писали некоторые СМИ, вызвали для дачи показаний.

Впрочем, перспектива этого дела, как и других подобных, весьма туманна. Хотя бы потому, что правоохранителям довольно затруднительно доказывать сам факт предложения взятки, если он не был надлежащим образом задокументирован и зафиксирован. То есть процессуально подтвержден.

Куда бежать жертве взяткодателя

Многие чиновники и политики, сообщающие в прессе о предложениях взяток, к сожалению, не уточняют, были ли ими предприняты шаги (помимо заявлений в СМИ и соцсетях) для информирования правоохранительных органов о преступлении.

«Любой гражданин, которому предлагают взятку, или, как говорит сегодня закон, неправомерную выгоду, обязан обратиться с соответствующим заявлением в правоохранительные органы, – рассказал сайту «Сегодня» экс-генпрокурор Украины, глава Союза юристов Украины Святослав Пискун. – В противном случае его действия подпадают под статью о сокрытии преступления, за что предусмотрено уголовное наказание. Предложение взятки – это преступление, поэтому о нем необходимо сообщать правоохранителям. Должно быть расследование, заявитель должен подтвердить, что ему предлагали взятку, и тот, кто это делал, должен быть наказан», – отмечает Святослав Пискун.

Экс-генпрокурор при этом отмечает, что даже высокопоставленному чиновнику, ставшему жертвой взяткодателя, обращаться можно в любой из правоохранительных органов, не обязательно в НАБУ.

«Можно просто позвонить или прийти в полицию. И они уже там направят в тот орган, который уполномочен будет расследовать это дело», – рассказал Святослав Пискун.

Примерно так, надо полагать, поступил в ноябре прошлого года руководитель Фонда госимущества Украины Дмитрий Сенниченко. Получив предложение за пять миллионов долларов назначить «нужного» человека в руководство госпредприятия, Сенниченко отправился не к компьютеру с соцсетями и даже не в ближайшую редакцию СМИ, а прямиком к правоохранителям. Сотрудники НАБУ мгновенно взяли объект в разработку. Снабдили (вероятно, поскольку как на самом деле проходила операция – профессиональный секрет) Сенниченко кучей «жучков». Зафиксировали на аудио и видео предварительные и окончательные переговоры… Операция заняла более двух месяцев, зато в конце января взяткодатели были задержаны на горячем с необходимыми «процессуально подтвержденными» доказательствами.

Впрочем, отметим, что информирование правоохранителей посредством СМИ – также один из способов заявить о преступлении. Хотя и не совсем правильный. Статья 214 КПКУ гласит, что «следователь, прокурор безотлагательно, но не позднее 24 часов после подачи заявления, сообщения о совершенном уголовном правонарушении или после самостоятельного выявления им из любого источника обстоятельств, которые могут свидетельствовать о совершении уголовного преступления, обязан внести соответствующие сведения в Единый реестр досудебных расследований и начать расследование». То есть теоретически даже сообщения на странице в Facebook достаточно, как минимум, для досудебного расследования.

Акцентируем также, что «недоносительство» чревато для скрывающего преступление лишением свободы до трех лет, что предусмотрено статьей 396 Уголовного кодекса.

Учет не предусмотрен

Другой вопрос, следят ли вообще правоохранители за такой информацией? И реагируют ли на нее? Сайт «Сегодня» попытался выяснить, сколько вообще дел возбуждено по факту заявлений высших чиновников о попытке предоставить им неправомерную выгоду. Сколько из них было возбуждено непосредственно по заявлениям чиновников в правоохранительные органы, а сколько – по соответствующим сообщениям в СМИ и соцсетях. Наконец, что там с преступниками, столь безрассудно предложившими незаконно обогатиться Милованову, Богдану и т.д.

Пресс-служба НАБУ, к сожалению, предпочла отделаться отпиской. Так, к примеру, на вопросы, было ли проведено досудебное следствие по фактам, указанным в сообщениях Милованова, Богдана, Арахамии, были ли возбуждены уголовные дела, на каком этапе пребывает следствие и фигурируют ли в делах подозреваемые, в НАБУ ответили, что данная информация «является информацией с ограниченным доступом и не может быть предоставлена».

Остался без ответа и чисто «статистический» вопрос: сколько уголовных дел возбуждено или досудебных следствий проведено в прошлом году по факту сообщения в СМИ высшим должностным лицом о попытке предложить ему кем-то неправомерную выгоду. В НАБУ ответили, что «организационно-распорядительными документами НАБУ не предусмотрено ведение учета информации по запрошенным критериям».

Когда политические «понты» – во вред

Бывают, впрочем, случаи, когда политики или чиновники, рассказывая СМИ, как отказались от предложенной им взятки, руководствуются мотивами, далекими от чувства гражданского долга.

«По-блатному это называется «понты». У меня был случай: один замминистра по СМИ как-то раструбил, что ему предлагали пять миллионов. По-моему, что-то там с транспортом было связано. Ну, я его вызываю на допрос, сажаю в кресло и начинаю: когда это было, как, кто свидетель, как выглядит человек, какие усы, прическа, рост, одежда, приметы? Ну, и так далее. В итоге он говорит: извините, Святослав Михайлович, я это выдумал. Хотел себе имидж мнимый создать», – рассказал экс-генпрокурор.

Политтехнологи считают, что подобные случаи действительно нередки в политике. Однако зачастую «создание имиджа» на заявлениях об отказе от взятки (так это расценивается электоратом) может больше сыграть против политика или чиновника.

«Во-первых, подобные заявления на самом деле мало повышают имидж политика. Когда это сказано в первый раз – это круто. Но когда об этом говорится каждые полчаса каждым вторым политиком – уже скучно. Более того, это дает повод конкурентам задать кучу вопросов. Тоже довольно стандартных, но, тем не менее, неприятных. Например: если предлагали взятку, то где заявление в правоохранительные органы? Где дело? Назови фамилии! Если ответов нет – значит, прикрываешь? Соответственно, ущерб от заявления может быть большим, чем пиар», – рассказал сайту «Сегодня» политолог и политтехнолог, основатель исследовательской компании ACTIVE GROUP Андрей Еременко.

По его словам, эффективным в плане повышения имиджа было бы как раз сотрудничество с правоохранителями.

«То есть подача заявления, чтобы правоохранители разработали операцию, чтобы была зафиксирована взятка меченными купюрами и т.д. То есть не просто заявить, а помочь поймать преступника. Тогда это сработает. Причем это будет «хорошая» и «длинная» история, поскольку она будет играть на имидж не только в момент задержания взяткодателей. Потом будет расследование, суд – все это долго будет подогревать положительный интерес СМИ», – рассказал политтехнолог.

Впрочем, как автор ни старался, не мог припомнить за последние два десятка лет заявления политика о том, что, «тот негодяй (ну, помните, который мне взятку предлагал) осужден и понесет заслуженное наказание». Хотя такое заявление было бы логичным. Возможно, ситуацию изменит новая власть. Тем более что сегодня есть уже не только заявления, но и конкретные задержания при попытке дать взятку.

Автор: Виталий Рябошапка; СЕГОДНЯ

Читайте также: