Что Россия сделала в Крыму за семь лет оккупации: пытки, милитаризация, разруха

Коллаж: Снежана Хромец / Заборона

Пытки, политически мотивированные преследования и уничтожение исторических памятников — с начала аннексии Крыма Россия систематически разрушает жизнь на полуострове. Об этом свидетельствуют результаты доклада «Ситуация с правами человека в Крыму за семь лет оккупации», который 15 июня презентовали украинские правозащитные организации.

В этом документе активисты собрали и проанализировали подтвержденные факты нарушений со стороны России. Издание «Заборона» вместе с руководительницей Крымской правозащитной группы и соавторкой доклада Ольгой Скрипник разбирает ключевые моменты.

Пытки и преследования

Россия захватила Крым в 2014 году. Несогласных с этим решением жителей полуострова преследовали с первых дней. Сначала это было беззаконие и бесправие, ведь власть удерживали вооруженные формирования «крымской самообороны». Однако впоследствии оккупационная власть «завуалировала все свои наступления на гражданские и политические права правовой оболочкой». В Крыму стали применять российское законодательство в вопросах борьбы с терроризмом и экстремизмом — под его прикрытием вытесняли инакомыслящих.

На первый год оккупации приходится больше всего насильственных действий — 28 человек пропали без вести. Первый известный случай произошел 3 марта, через неделю после того, как Россия установила контроль на полуострове. Крымский татарин Решат Аметов вышел протестовать на площадь Ленина в Симферополе. По словам очевидцев, во время одиночного пикета к нему подошли три человека из «самообороны Крыма», окружили и быстро увели в неизвестном направлении. С тех пор он не выходил на связь. Тело Аметова нашли через две недели в деревне. Рядом с ним — наручники. Голова была обмотана клейкой лентой.

Митинг в поддержку крымских татар в Киеве. На плакатах — имена крымскотатарских активистов, пропавших без вести в Крыму

В 2017 году около ста крымских татар выходили на одиночные пикеты в знак протеста против арестов в Крыму. Почти всех их задержали. 27 марта 2019-го произошло одно из самых массовых задержаний. Российские силовики устроили обыски в 27 домах крымских татар. Двадцать человек задержали и открыли против них уголовное дело по статье об организации или участии в деятельности террористической организации.

Правозащитники насчитали сотню политических заключенных, которые сегодня находятся в российских тюрьмах. Более 70 из них — крымскотатарские мусульмане, преследуемые по сфабрикованным обвинениям в терроризме и экстремизме.

Получить штраф или сесть за решетку в Крыму можно и за хранение «экстремистской» литературы. А это исламские религиозные книги, которые до оккупации свободно стояли на полках библиотек, в мечетях. Под предлогом поиска «запрещенной» литературы силовики регулярно проводят обыски в мечетях, медресе и частных домах мусульман.

Это целенаправленная деятельность по уничтожению людей, которые не поддерживают оккупацию, говорит руководительница Крымской правозащитной группы Ольга Скрипник.

Ольга Скрипник на митинге солидарности с украинским Крымом в Киеве, 2021 год

«Россия использует административное, уголовное право, пропаганду, чтобы уничтожить любые проявления сопротивления. И эта система постоянно себя обновляет, чтобы находить еще больше механизмов давления. Например, религиозное преследование перерастает в политическое. В 2018 году в Крыму начали преследовать даже свидетелей Иеговы, а уже в 2020-м люди получали реальные приговоры», — говорит правозащитница.

По словам Скрипник, сегодня неважно, кто ты: украинец, русский или крымский татарин. Если ты живешь в Крыму, можешь в любой момент попасть под прессинг системы.

«Российское законодательство само по себе репрессивно. Оно не нацелено на защиту человека. А когда на это накладывается еще и оккупация, когда стоит задача показать российский Крым — а значит, сломать всех, кто против — система работает еще активнее», — объясняет правозащитница.

Российский спецназ на страже у регионального парламента в Симферополе во время шестой годовщины аннексии Крыма, 2020 год

Без образования и языка, но с новой идеологией

За семь лет Россия изменила названия улиц, демонтировали украинские памятники и изъяла украинские школьные учебники из библиотек. Классы с обучением на украинском закрывали так же, как и классы, где преподавали на крымскотатарском. Например, учебники на крымскотатарском начали печатать с 2015 года. Но они не охватывают точные науки вроде математики и физики и предназначены для 1-9 классов. Однако, по данным общественных организаций, даже это часто существует только на бумаге.

С 2015-го в школах вместо курса «Культура добрососедства», который должен формировать межэтническую толерантность, преподают «Крымоведение». В нем Крым позиционируют как исторически российский, а начинается курс с тем о «воссоединении Крыма и России» и «Крымской весне 2014». Историю Украины в школах больше не преподают.

Зато проводят конкурсы и проекты, продвигающие формирование российской идентичности, милитаризующие детей. Один из них — всероссийский проект «Диалоги с героями», то есть с военными и силовиками, которые посвятили жизнь служению России.

«Милитаризация гражданского населения будет продолжаться, — уверена Скрипник. — На полуострове становится больше техники, строят новые военные базы, а среди детей пропагандируют службу в армии».

К слову, нежелающих служить в российской армии привлекают к уголовной ответственности, а потом все равно отправляют на службу.

В Бахчисарае устанавливают билборды в поддержку «референдума» о присоединении Крыма к России, 2014 год

Уничтоженная архитектура и природа

Один из аспектов исследования активистов — культурный. Акцент на нем дает понять: «масштабы последствий оккупации касаются всех сфер жизни», а «Россия лишает наш народ истории и культуры», говорит Скрипник. Украинцы не имеют доступа к ней сейчас и, скорее всего, не увидят уже никогда, ведь некоторые объекты просто уничтожат.

Наприклад, у 2015 році одна з веж Генуезької фортеці — об’єкт, що входить до Попереднього списку всесвітньої спадщини ЮНЕСКО — обвалилася. Керівництво музею найняло некваліфікованих працівників, які просто відремонтували вежу, однак не реставрували її. У січні 2018 року обвалилася частина воріт османської фортеці Єні-Кале на березі Керченської протоки. Її закрили для відвідувачів, а реставрацію не почали й досі. Не реставрували й колони античного міста Пантікапей у Керчі, які впали у 2019-му. А коли спробували відреставрувати єдиний збережений зразок кримськотатарського палацу — Велику ханську мечеть — на будівлі з’явилися тріщини, розпис 18 ст. пошкодили.

В то же время Россия активно застраивает полуостров. В 2015-2016 годах в заповедном урочище Ласпи появились две восьмиэтажки. Чтобы их построить, срубили более 300 краснокнижных деревьев, а это полмиллиона долларов убытков.

Также появляются предприятия, использующие древесину, чтобы выпускать свою продукцию. Из-за этого в Бахчисарайском районе уничтожили более тысячи вековых деревьев. Экологи уверены, что восстановить такие насаждения уже не удастся.

Полуостров без воды

О том, что вода в Крыму заканчивается и лучше не станет,  писали ранее. Подтверждают это и данные правозащитников. Жители Симферополя, Ялты, Севастополя получают воду почасово. Они жалуются на качество воды, которую фактически невозможно пить. Усугубляет ситуацию и то, что воду используют не для нужд населения, а для работы химических и военных предприятий.

Повседневная жизнь в Чонгаре — пункте пропуска в аннексированный Крым, 2021 год

Инфраструктуру для водообеспечения и водоотвода не ремонтируют, хотя трубы давно износились. Зато канализационные стоки сбрасывают куда попало. В 2018 году госпредприятие «Вода Крыма» оштрафовали за то, что оно сбросило неочищенные канализационные стоки в реку Булганак, откуда они попали в акваторию Керченского пролива. Канализационные стоки сбрасывали и в городе Саки вблизи местных озер.

Специалисты оккупационной власти констатируют, что существующая канализационная система не выдерживает нагрузки во время курортного сезона — соответственно, неочищенные стоки сбрасывают в море.

Пророссийские боевики заблокировали вход на украинскую военную базу, Севастополь, 2014

Пока Крым оккупирован, будет становиться хуже

Проблема нарушений со стороны России не только и не столько в том, что они были, а в их системности, говорит руководитель Крымской правозащитной группы. Оккупанты нарушают все фундаментальные права человека: право на защиту, образование, язык, религию, имущественные права. Пока Крым будет оккупирован, ситуация будет становиться хуже, считает Скрипник.

«В 2019-м освободили 11 политзаключенных, среди которых был Олег Сенцов [украинский кинорежиссер, писатель, общественный активист]. Но уже в следующем году как минимум 22 человека задержали снова. Если Крым не деоккупируют, Россия продолжит прессинг журналистов и простых людей, будет усиливать политику информационной изоляции», — говорит правозащитница.

Одна из причин, почему в вопросе возвращения Крыма сегодня сделано недостаточно — отсутствие хоть какой-то платформы для международных переговоров, считает Скрипник. Ведь, несмотря на критику Минских переговоров, они по крайней мере были, и о Донбассе не забывали.

Пророссийские боевики на страже у здания администрации в Симферополе, 2014 год

Вероятно, изменить ситуацию поможет «Крымская платформа» — августовский саммит, на котором международные лидеры будут обсуждать пути деоккупации полуострова. Активисты просили организовать такую ​​площадку международного формата еще с 2015 года.

«Но Украина не должна надеяться только на саммит. Надо работать внутри страны уже сейчас, — отмечает Скрипник. — Больше говорить о Крыме, комментировать ситуацию в международных медиа, блокировать сигналы российских каналов на юге, принять закон о защите политзаключенных. Над этим надо работать сегодня, ведь неизвестно, какими будут переговоры со странами. Мало кто готов идти на прямую конфронтацию [с Россией] — все боятся полноценной войны в регионе».

Автор:  ; ЗАБОРОНА

Читайте также: