Первоцветы зла: тревожный мир цветочных контрабандистов

Контрабанда первоцветов — выгодный и несложный бизнес. Но, похоже, стараниями милиции он доживает последние дни.

Накануне 8 Марта наш корреспондент погрузился в тревожный мир цветочных контрабандистов… На часах всего 7 утра. А мы с Сергеем уже сидим в побитых жизнью «Жигулях» на окраине подмосковного Королева.

Сергей — армянин родом из Сочи, мой приятель и плохой парень, на которого каждую весну устраивает облаву милиция в рамках операции «Первоцвет».

Салон «Жигулей» загромождают коробки из-под бананов. В каждой 300 тугих букетов бледно-голубых подснежников и бутылка со льдом.

— Брошу все, надоело, — говорит Сергей. — Раньше, в середине 90-х, серьезные деньги на цветах делал. Тогда все Черноморское побережье от Геленджика до Абхазии первоцветы собирало — работы другой не было. Семьями вкалывали: мужчины собирали цветы, женщины обрезали и связывали в букеты, дети поставляли листья плюща для обертки.

По словам Сергея, в Москву первоцветы больше практически не возят — слишком опасно. Сам он доставляет товар из Сочи, не хочет везти из Крыма и связываться с таможенниками. Снимает партию с поезда, не доезжая до Москвы, и потом распихивает по проверенным мелким оптовикам. Вот как сейчас.

Рядом с нашими «Жигулями» тормозит «газель». Из нее выпрыгивает молодой кавказец.

— Привез, дорогой? — парень наскоро обнимает Сергея. — Сколько тут, тысяча? Ты слышал, на днях Наримана замели на Рижском рынке? Продавал партию «зелени», по документам все нормально. Нет, привязались, товар конфисковали.

— Что за зелень? — недоумеваю я.

— Ветки иглицы и самшита, — нехотя отвечает Сергей. — Их для аранжировок букетов используют. Оба растения в Красной книге, но в Израиле их научились выращивать в теплицах, понимаешь? Поэтому они продаются свободно, если документы в порядке. Дальше понятно: везешь «зелень» из того же Сочи. Каждая веточка иглицы стоит, как букет подснежников — 30 рублей. Подделываешь документы, что все это в Израиле произведено, — и вперед. Сейчас почти все, кто раньше первоцветами занимался, на «зелень» перешли… Мне бы тоже надо перейти, но я хочу завязать с Москвой. Поеду в Сочи — там жене по наследству завод кирпичный достался, надо за ним присматривать…

Так что же получается — не везут в Москву первоцветы? Начинаю методично проверять эту версию. На трех вокзалах можно было купить черта, но не букет подснежников. Первоцветов не оказалось на Пушке и Кузнецком мосту, на Павелецком вокзале и Курском. Сергей сказал правду — цветочные контрабандисты не жаловали столицу.

В отчаянии я позвонил в «Гринпис». Эксперт Михаил Крейндлин также подтвердил, что в Москве торговля первоцветами сведена до минимума. И что в течение трех последних лет милиция наловчилась отлавливать оптовиков еще на границе с Россией, чем сильно подпортила бизнес контрабандистам.

— Только с поездов ежегодно снимают по 60 тысяч букетов, — сказал Михаил. — Это 50 — 70 процентов от всех ввозимых первоцветов. Мы, кстати, с 2001 года ведем научную работу в сочинском Национальном парке и на территории Кавказского природного географического заповедника. Пытаемся определить, как влияет массовый сбор на популяцию. Уже сегодня понятно, что влияние весьма сильное. Например, вся популяция цикламена Кузнецова растет на участке в 400 га. Если не контролировать его сбор, вид может исчезнуть всего за 2 года… Кстати, мало кто знает, что голландские луковицы подснежников на самом деле родом из Грузии. Грузия долгое время имела международную квоту на вывоз подснежников и продала на экспорт, в Голландию, несколько миллионов луковиц этих растений. В искусственных условиях выращенный галантус цветет всего несколько лет. Чего-то ему не хватает, луковица слабеет, и для поддержания искусственной популяции нужна «свежая кровь».

Про подснежники есть красивая легенда. Когда Бог изгнал из рая Адама и Еву, на земле стояла зима и шел снег. Ева замерзла и заплакала. Слезы тронули бога, и он превратил несколько снежинок в цветки подснежника. Поэтому бледно-голубые галантусы считаются грустными цветами. И по приметам дарить подснежники на свадьбу — значит желать молодым зла.

Может быть, доля правды в легенде есть. Контрабандисты, хотя и не женихи, связываться с подснежниками отказываются. И правильно делают…

Андрей Полунин, Русский курьер

Читайте также: