Украина: тень Судетов

Новый миропорядок и раскол Украины: какой сценарий и чьими руками может реализоваться у нас в 2007-м? Для ответа на поставленный вопрос следует хотя бы в какой-то степени представлять создающиеся сегодня «планетарные оси» и проследить те шаги, которые уже сделаны в обозначенном направлении. Грядущий мировой порядок

Лет десять-пятнадцать назад философы как бы «по инерции» всерьез обсуждали неолиберальную концепцию так называемого «золотого миллиарда», появившуюся на свет божий в 70-х. Эта «правнучка» мальтузианства устами своих адептов утверждала тезис: «относительно высокие стандарты жизни могут быть обеспечены для всех живущих на Земле, лишь если ее население составляет примерно один миллиард». Народам, что «рылом не вышли» для включения в «расу господ», надлежало установить контроль за рождаемостью. Если кто помнит подернувшийся плесенью анекдот про китайцев, в котором проблема стерилизации решалась легким движением двух кирпичей в окрестностях мошонки, то он понимает, что за приговор мог ожидать граждан «Поднебесной». А заодно и других, на тот момент недоразвитых (хотя порой и масштабных по числу жителей) стран – к примеру, той же Индии.

Однако ирония истории, размашисто перечеркнувшая «золотую» утопию, состояла в том, что мир вдруг стал неукротимо меняться: распался СССР, исламский Восток предъявил чуть ли не ультиматум Западу, а Китай всерьез заявил о своей, как вероятно сказал бы Лев Гумилев, «пассионарности». Мир утратил былую полярность. «Хорошие» и «плохие» «парни-государства» с неизбежностью рыбы на нересте выделили из себя приемлемые (для себя, разумеется) концепции развития. Китай обозначился как некая «всемирная фабрика», Россия – как нефтегазовый рубильник, часть исламского Востока – как «другая цивилизация», готовая бороться за свою инакость всеми доступными способами, в том числе – терроризмом. Клуб «Золотой миллиард», на дивиденды от которого претендовали в основном США и Европа, не то чтобы вовсе опустел, но, похоже, дожидается ныне прилива новых завсегдатаев – с иными визитными карточками.

По крайней мере, двое из них – Россия и Китай – чрезвычайно агрессивны. (Об агрессии радикалов из числа поклонников пророка Мухаммеда стоит, вероятно, говорить в несколько ином контексте, хотя и не пренебрегая экономической составляющей ближневосточного «воодушевления»: в большинстве своем исламский мир, помимо артикулируемых идеологем, «замешан» на нефти — так же как и Россия.) Оба претендуют на роль некоего «планетарного председателя». Оба готовы (понятное дело, с точки зрения тактики, а не стратегии) договариваться друг с другом ради того, чтобы дать под зад всякому, кто попробует стать на их пути. И любой человек, хоть мало-мальски интересующийся международной тематикой, с трех раз без труда угадает, какой экономический сектор представляет собой замковый камень в своде российско-китайского взаимодействия.

«Сотрудничество в области энергетики является главной составляющей торгово-экономических отношений двух стран», — заявил в ноябре текущего года китайским СМИ министр экономического развития и торговли РФ Герман Греф. По предварительным данным, с 2010 года Россия намерена ежегодно экспортировать в КНР 25—30 млн. тонн нефти из Восточной Сибири. В настоящее время главным каналом экспорта нефти являются железнодорожные перевозки, однако с точки зрения долгосрочной перспективы такой метод явно ограничен. Ныне на Дальнем Востоке строится нефтепровод из Восточной Сибири до Тихого океана. Стороны ведут консультации по прокладке ветки нефтепровода из Сковородино в Китай. Кроме того, на повестку дня поставлено строительство двух газопроводов мощностью в 60—80 млрд. куб. м в год, к 2011 году будет обеспечена поставка природного газа из Сибири в Китай.

Эти данные вполне сопоставимы с цифрами транзита энергоносителей, ежегодно поставляемых через Украину в Европу: 136-137 миллиардов кубометров газа и около 31 миллиона тонн нефти. Если принять во внимание тот факт, что Россия в прошлом месяце категорически отказалась подписывать Энергетическую хартию ЕС, то становится понятным: Китай для Владимира Путина – не просто деловой партнер. Это, помимо верных ставок в футуристическую рулетку, еще и рукоять его, Путина, нефтегазовой дубины. Одна из рукоятей. Восточная.

Все эти факты, как меч в ладно пригнанные ножны, хорошо ложатся в новую «провиденциальную» концепцию, опубликованную в конце ноября британском Economist. Автор – россиянин, безусловный специалист в области ресурсной энергетики — предсказывает: в 2007 году мы станем свидетелями ускоренного формирования нового миропорядка. Он будет существенно отличаться от американоцентричной модели, к которой мы привыкли за последние без малого 20 лет, и не слишком похож на биполярный пост-ялтинский мир, просуществовавший с 1945-го по примерно 1990-й год. Китай окончательно и четко обозначит свои претензии на роль и статус глобальной сверхдержавы. Формирование нового миропорядка будет означать торможение процесса глобализации в том виде, в каком он вызвал регионализацию мировой экономики. На смену этим – активному и реактивному – экономическим форматам придет нечто новое: сегментация ряда ключевых рынков. В первую очередь, рынка энергоносителей. Энергетическая политика станет ключевым фактором в формировании нового миропорядка.

Развитые общества, по мнению автора, для разрешения надвигающегося энергетического кризиса принуждены будут выбирать одну из трех возможных стратегий. Самая печальная из них – новые колониальные войны, на сей раз – за энергоресурсы. Единственно перспективная – «новое лидерство», предусматривающее отход от модели возрастающего материального потребления в пользу повышения качества жизни, экономии, увеличения интеллектуальной составляющей потребительской корзины. Отложить решение данной проблемы «в долгий ящик», считает автор, будет невозможно. И резюмирует: «В 2007 году оно будет принято. Осмысленно или нет, тренд на ближайшие 10 лет будет задан окончательно».

Автор статьи – Михаил Ходорковский, бывший глава «ЮКОСа», опальный олигарх с почти пятилетним стажем тюремного заключения. Уж кто-кто, а он понимает, что такое «сидеть на трубе». Какие преимущества труба дает хозяину, и какие риски создает для тех, кто от трубы зависит. И сколь, вообще говоря, мал резон «водить распрю» с ее хозяином. С недавних пор, после неудачных переговоров с Россией – этаким «медведем-шатуном, пробудившимся от спячки», — по вопросу ратификации Энергетической хартии, это осознала и Европа. Правда, судя по реакции тамошних СМИ, с некоторым запозданием. Лишь после того, как 23 ноября в больнице Университетского колледжа Лондона от радиационного отравления скончался бывший сотрудник ФСБ России, а с минувшего октября — гражданин Великобритании Александр Литвиненко.

«Путиная» охота?

Какую же связь между экономическими рисками и смертью Литвиненко увидели обитатели «Старого света»? От чего они содрогнулись? Попытаемся разобраться.

Сытую Европу — и в первую очередь, обитателей Туманного Альбиона – напугал, надо полагать, не сам факт смерти человека, близкого к Борису Березовскому – еще одному олигарху, который предпочел застенкам эмиграцию, — а метод, которым этого человека угробили. Это была какая-то чудовищно-показательная казнь – полонием-210. Обозреватель Independent Йоханн Хари в публикации под заголовком «Назад в будущее: Россия, тоталитарный режим, убирает своих диссидентов одного за другим» пишет, что, на первый взгляд, отравление Литвиненко выглядит исключительно неэффективным способом устранения диссидента — гораздо проще было просто застрелить его где-нибудь на темной улице. «Но, как и предыдущие атаки такого рода, — продолжает он, — это способ донести до критиков Путина: где бы вы ни были, мы сможем вас достать, вы умрете в агонии, и вы будете знать, что это мы». Это и подобные выступления в прессе Москва, понятное дело, называет истерией. Причастность Кремля к данному убийству, как признают многие, доказать будет сложно – если вообще возможно. Предсмертная же записка Литвиненко, в которой он обвинил в своей смерти — носившей поначалу титул «подозрительной» и лишь затем переквалифицированной в «насильственную» — Владимира Путина, не есть «царица доказательств». Прокремлевские масс-медиа вообще сомневаются: есть ли в этом документе (надиктованном, по словам Александра Гольдфарба, умирающим) вообще что-нибудь литвиненковское – кроме подписи под набранным на компьютере текстом?

Однако в некотором смысле весьма примечательной представляется первая – что называется, по-детски непосредственная — реакция российского лидера на происшедшую трагедию. «В заключении британских врачей не указано, что это насильственная смерть. Значит, нет предмета для разговоров подобного рода», — заявил президент России на пресс-конференции почти сразу после случившегося. Это резануло ухо всем – и европейцам, и не европейцам. Ну конечно! Литвиненко сам себя порешил, избрав путь страшных мук – дабы с особым коварством дискредитировать Кремль. «По этой версии, — комментирует наскоро сооружаемый российской властью «театр абсурда» Валерия Новодворская, — все 60 миллионов жертв сталинского режима сами улеглись в могилы, чтобы скомпрометировать Иосифа Виссарионовича, а мы, диссиденты, сами запирались в лефортовских камерах, чтобы скомпрометировать Брежнева».

Не выдай Путин «на гора» приведенной выше тирады (выглядящей для общественного мнения Лондона некой перелицовкой поговорки «не пойман – не вор») — и версии иных московских комментаторов, в которых главным фигурантом содеянного выставлен Борис Березовский, были бы, вероятно, выписаны иначе и вызвали бы, возможно, больше доверия. А так тамошние политтехнологи, стараясь видимо быть «святее папы Римского», договариваются порой уже до абсолютной ахинеи. Например, Сергей Марков увидел в отравлении господина Литвиненко «украинский след» и предположил, что того отравил Президент Украины Виктор Ющенко — чтобы насолить Березовскому за то, что тот требовал своей доли после победы «оранжевой революции». Об этом пишет российская оппозиционная журналистка Юлия Латынина. Она же приводит показательный (для тех, кто высоколобо кривится: мол, на кой ляд он сдался, этот Литвиненко, Путину и Ко) пример: в тирах спецподразделений фотографию Литвиненко вешали в качестве мишени рядом с фотографией Басаева.

Александр Литвиненко, возможно, был не ангел – работал на Березовского, говорят, любил деньги. По словам Юлии Светличной — россиянки, проживающей в Великобритании (в нынешнем году она встречалась с Литвиненко и получила от него более ста писем по электронной почте), — планировал заработать десятки тысяч фунтов стерлингов, шантажируя высших руководителей российских спецслужб и бизнесменов. Эту информацию, правда, большинство экспертов воспринимает как фантазию — в силу того, что ее практически невозможно документально подтвердить; и вполне может оказаться, что данное сообщение – «заказуха» бывших коллег Литвиненко. Тех самых, о ком его книги «ФСБ взрывает Россию» и «Лубянская преступная группировка».

Кто эти книги читал – содрогнется. В первой, написанной Литвиненко в соавторстве с Юрием Фельштинским, утверждается, что ради обоснования войны в Чечне ФСБ прибегла к массовому террору, взорвав дома в Буйнакске, Москве, Волгодонске. Авторы препарируют всю «кухню» спецслужб по подготовке этих акций. Если сотая часть из описанного – правда, то на восток от Украины сегодня располагается страна с одним из самых зловещих режимов. После выхода в свет этих книг, Европа занесла Литвиненко в реестр одного из самых активных изобличителей «возрождающейся империи». Европа – но не Россия. «Давайте не будем преувеличивать роль Литвиненко как критика российских властей. Это не была столь серьезная критика. Он не был символом критики России», — так недавно заявил заместитель пресс-секретаря президента России Дмитрий Песков в интервью второму каналу ВВС. После таких слов невольно задумаешься: о чем еще должен был написать Литвиненко, чтобы Кремль таки признал в нем «увесистого» оппонента? Или – по-другому: кого Кремль вообще признает своим критиком? Похоже, что никого. Убитую недавно журналистку Анну Политковскую, описавшую в своей «Второй чеченской» пытки, убийства и вымогательства – не со стороны боевиков, нет! – там также сочли фигурой «не того калибра». Складывается впечатление, что все, кто позволил себе несогласие с Путиным и Ко, делятся на ничтожеств и врагов. Врагов у Кремля, на удивление, много – и это подтверждает философскую глубину давнего ницшеанского постулата: возрождающаяся империя более нуждается во врагах, нежели в друзьях. Впрочем, разница в статусах – «враг» ты или «ничтожество» — не слишком значима для уготованной тебе Кремлем судьбы: для любого «отступника» найдется своя, персональная «розга».

Этот «секрет Полишинеля» стал вдруг доступен для тех же британцев на стыке двух событий: криминального (убийство Литвиненко) и экономического (переговоры вокруг ратификации Энергетической хартии). Это и в самом деле высветило для них многое. Прежде всего — центр принятия целого ряда если не судьбоносных, то, по крайней мере, резонансных решений. И то, чьи интересы этот центр обслуживает. Британский Economist, видимо памятуя о том, что политика есть концентрированная экономика, недавно предложил назвать нынешнюю Россию «хоть «Газпромистан», хоть «Кремль Инкорпорейтед». Очень неслучайно. И очень точно. Ибо Кремль работает на Россию лишь в той мере, в какой это приносит дивиденды тем, кто в нем обосновался. Вот, например, как комментирует нежелание Москвы ратифицировать международную Энергетическую хартию знающий закулисье «третьего Рима» изнутри Андрей Илларионов, бывший советник российского Президента: «Ратификация Энергетической хартии, безусловно, находится в интересах России. Но, конечно, не в интересах правящей элиты». Целью российского руководства, по мнению Илларионова, является создание «монополий – в инфраструктуре, в добыче сырья и в торговле». Они создаются за счет частных предпринимателей и идут во благо «государственным олигархам». Илларионова можно заподозрить в необъективности – мол, обижен, хочет поквитаться. О”кей. Существует другой источник, который гораздо труднее упрекнуть в заангажированности: статистика. Буквально на днях, в декабре, газета «Труд», которую при всем богатстве воображения никак не причислишь к оппозиционерам, опубликовала данные исследования Всероссийского центра уровня жизни (ВЦУЖ). Так вот, согласно им, в стране, в полном смысле слова «объевшейся» за годы благоприятной конъюнктуры на энергоносители «петрорублями» (деньгами от продажи нефти), бедных не 17 процентов, как считается официально, а все 42. То есть более 60 миллионов человек! Судя по летней полемике между лидерами профсоюзов и Минфином РФ по поводу доходов граждан, заявленных на следующий год, минимальный размер оплаты труда в России в 2007-м в три с лишним раза будет уступать прожиточному минимуму.

«Кремль Инкорпорейтед», похоже, действительно лопатит исключительно на себя. И если кто-то вздумает путаться под ногами у его бизнеса, он готов пойти на самые радикальные силовые меры. Благо его нынешние обитатели в этом профессионально подкованы. Старая Европа в это, похоже, не хотела верить вплоть до самого последнего времени. И лишь цепь осенних событий (повторим: не только громкие убийства, но и «железобетонная» позиция Москвы в вопросах, связанных с главной ударной силой российского шантажа — энергоносителями) заставила ее задуматься о самом главном – о собственном будущем. И о том, что в этом будущем, при малейшей возможности, лучше искать иных партнеров, нежели «государство имени Владимира Путина».

«Запад должен сплотить ряды, — пишет Эдвард Лукас в Times. — Россия умело сеет раздоры. Британские евроскептики должны отбросить свое пораженческое презрение к идее единой европейской внешней политики, особенно в области энергетической безопасности. Иначе мы рискуем уступить полконтинента новой империи Кремля, построенной на этот раз не на танках, а на трубах. Европа должна отказаться от своего антиамериканизма, служащего удовлетворению ее прихотей, и восстановить альянс с новой администрацией — очищенной и ищущей друзей. Главной задачей этого альянса будет не оборона, а диверсификация поставок энергоносителей. Нам нужны новые трубопроводы на Балканах и Кавказе, по которым нефтяные богатства каспийского бассейна и Центральной Азии пойдут на европейские рынки в обход капризных и жадных российских монополистов нефтегазовой области». Помимо этого, заявляет автор, Европа должна «оказать решительную поддержку странам, оказавшимся на прицеле у России: таким, как Польша, Грузия и страны Балтии». О подобной поддержке заявляется и в масс-медиа США (скажем, в публикации Макса Бута в Los Angeles Times «Не поднимайте лапки перед Путиным»). Однако все это, наспех сметанное эмоциями, может остаться всего-навсего очередной диатрибой – желчной речью с элементами нападок личного характера. А в итоге в силу вступят «высшие интересы». Точнее – высшие заблуждения: Европа и США, размявшись словесной пальбой, проигнорируют прогнозы на устройство нового миропорядка и по-прежнему сочтут себя мировыми лидерами, а Россию – страной, которую можно слегка пожурить, а затем – обняться. Получится такой старый добрый «мюнхенский сговор». И тогда в ход пойдут сценарии, переписанные кремлевскими политтехнологами для стран «ближнего зарубежья» — этого, по мнению Москвы, коллективного «подбрюшья России» — из подернутых почти 70-летней пылью «мюнхенских конспектов». И тогда на карте Европы в числе прочих горячих точек появятся и наша —

Украинские Судеты

В качестве разъяснительного камертона – небольшой экскурс в прошлое.

Словосочетание «мюнхенский сговор» вошло в историю дипломатии и в лексику международных отношений как обозначение политики попустительства агрессии и пренебрежения интересами малых стран. Жертвой такой политики в 1938 году стала Чехословакия. Нацистская Германия, уже набравшая силу, произвела так называемый «аншлюс» Австрии, а затем потребовала у чехов Судетскую область: мол, в Судетах около половины жителей – немцы, и все они хотят воссоединиться с Германией. Главным отрядом судетских сепаратистов была немецкая партия Генлейна – двойник нацистской партии Гитлера. На процессе в Нюрнберге Геринг объяснил, с помощью каких «изящных рычагов дипломатии» происходило «братское» присоединение: «Я объявил тогда чехам, что если они не подпишут договор о Судетах, то мои самолеты будут бомбить Прагу». Для решения возникшей проблемы в Мюнхен прилетели главы правительств Великобритании, Франции, Германии и Италии – Чемберлен, Даладье, Гитлер и Муссолини. Договор о расчленении Чехословакии был подписан дружно и без осложнений – это преподносилось как победа, как сохранение мира в Европе. Чемберлен, вернувшись в Лондон, не постеснялся изобразить из себя Дизраэли и принародно произнести: «Во второй раз в нашей истории привозится из Германии на Даунинг-стрит мир с честью». Менее года спустя разразилась Вторая мировая война.

В какой мере подобный жуткий сценарий, в котором чехов заменят украинцы, возможен сегодня? Увы, в значительной. К этому имеется ряд предпосылок. Внутренние: Украина не отстроила властную вертикаль и, при нынешнем политическом пасьянсе, не имеет четкого вектора развития. Она неоднородна, в ней есть силы, фактически играющие на раскол страны. Она не решила и в ближайшие годы, вероятно, не сумеет решить проблемы своей энергобезопасности. Внешние: Россия (с ее кремлевскими бизнес-интересами), готовая в любой момент к энергетическому шантажу и подогреванию «судетских» настроений – в первую очередь, в Крыму.

Характерно, что всякий раз, как только ход событий в Украине перестает устраивать кремлевских мудрецов, они, как правило, делают две вещи: берут «под мышку» нефтяную или газовую трубу и начинают активно любить не попавшее в границы РФ русскоязычное население. Материализацией духа этой беззаветной братской любви уже несколько лет подряд служит Константин Затулин – человек, которого помаранчевая власть объявила в Украине персоной нон-грата, а сине-белая в лице вице-премьера Николая Азарова наградила общественным орденом «За возрождение Украины» І степени. Возможно, вид любви господина Затулина таков, что проявляется постоянно. Но все же – против всех установлений физиологии, — он заметно активизируется именно в критические дни. Вот, например, как господин Затулин любил Украину 4 июля, когда у нас решался вопрос о назначении премьера, или, как выразился «влюбленный», осуществлялся «самый неблагоприятный из возможных прогнозов». «Когда у запада недостаточно сил перебороть восток Украины, — сказал он, — но, с другой стороны, у запада недостаточно и мудрости для того, чтоб предложить компромисс. У востока нет возможности навязать этот компромисс западу, тогда приходится вещи называть своими именами: возможно все! Вплоть до деления Украины, до раскола Украины, до распада Украины. Распад Украины, если он случился бы, потребовал от России чрезвычайно ответственных решений… Националисты в Украине будут вопить. И найдутся те, кто их будет слушать на Западе». Россию, конечно, недруги будут обвинять, но дело, как можно понять из рассуждений господина Затулина, не в ней, а в «общем культурном пространстве».

Конечно, в одиночку господину Затулину было бы проблематично возлюбить всех, кто вместо слова «цибуля» говорит «лук», но у него есть в этом деле помощники. Внутри Украины. И уж когда все они вместе встречаются, получается такая насыщенная любовь, которой, должно быть, позавидовал бы и режиссер фильма «Калигула».

Очередной пример — опять-таки июльский. Представители партии «Русский блок», международного «Евразийского движения» и «Евразийского союза молодежи» провели пресс-конференцию на тему: «Распад Украины – единственный выход». (Устно фраза продолжается так: чтобы не было гражданской войны.) Одним из собравшихся было заявлено о сборе подписей за проведение референдума о размежевании страны. Идея референдума заключается в том, чтобы разделить Украину на два самостоятельных государства в границах до 1939 года, которая совпадает с реальной «цивилизационной» границей, по так называемой «линии Сталина», где в свое время были построены мощные укрепрайоны. Проходит эта линия по реке Збруч и отражает, по мнению выступающего, в том числе межконфессиональные различия. Для наглядности оратор даже прочертил на карте линию, по которой должна быть разделена Украина. (Вопрос, что бы произошло с оратором, будь он гражданином России и вздумай он там провести пресс-конференцию «Распад России – единственный выход», остается, понятное дело, открытым.)

Можно с высокой долей вероятности предположить, что если в следующем году нынешняя украинская оппозиция вдруг добьется досрочных парламентских выборов, то российские политтехнологи в содружестве с «внутренними патриотами» вновь примутся разыгрывать крымскую карту. Братская любовь «a la Затулин» к этому не будет иметь, разумеется, никакого отношения. Все проще и тривиальнее. России нужен Крым. Имперской России. Государству с более чем миллионными Вооруженными силами, о заявленном реформировании которых следовало бы написать отдельную статью. Крым – это геополитика. Если бы в Крыму вместо изобилия русскоязычных славян наблюдалось изобилие, допустим, голландскоязычных суринамцев, то сгодились бы и суринамцы. С божьей помощью и при соответствующей финансовой поддержке создался бы какой-нибудь «Русский блок Суринама», ну а дальше – как обычно: с призывами к единству с Россией и к тому, что «распад Украины для суринамцев – единственный выход». Крым – нужен. Нужна черноморская акватория. Нужен Севастополь – единственное место, где может разместиться ЧФ России. Все его четыре с лишним сотни боевых кораблей и судов – их ведь просто некуда девать. А военная доктрина РФ не позволяет от них отказаться.

Все разговоры о том, что после 2017-го (года, когда истекает срок аренды) российские военные корабли снимутся с якоря и возьмут курс на Новороссийск, — это сказки на ночь для впечатлительных: пирс, скупая мужская слеза, взмах белого платочка… Ничего этого не будет. Это подтверждают и выступления Владимира Путина. В 2003 году Президент России сообщил: им подписан документ о создании в Новороссийске пункта базирования ЧФ РФ. Однако тут же подчеркнул, что это не означает отказа от основной базы в Севастополе. Оговорка характерна: разумеется, не означает. Кто представляет себе Цемесскую бухту (и окрестности), где расположился Новороссийский транспортный узел (имеющий, как признают в «Белокаменной», ключевое значение для всей российской экономики), тот понимает, что операция по размещению здесь военных кораблей – лишь немногим уступает в изяществе попытке вписать слона в посудную лавку. Если подобное и удастся сделать, то это повлечет за собой серьезные проблемы в работе транспортного узла, развитие которого в том же 2003 году было названо Владимиром Путиным первоочередной необходимостью для России.

Еще три года назад через этот гигантский перевалочный пункт на мировой рынок поставлялось свыше четверти российского экспорта сухих грузов и более 50 процентов нефти и нефтепродуктов общей стоимостью порядка 20 миллиардов долларов США, что было эквивалентно 5 процентам всего российского ВВП. А задачи на перспективу ставились – еще более масштабные. «К 2010 году, — заявлял в 2003-м министр транспорта Сергей Франк, — перевалка внешнеторговых грузов составит около 200 миллионов тонн. Основной прирост будет достигнут за счет переработки нефти и нефтепродуктов, угля, зерна, химических грузов и контейнеров». (Вот она – вторая рукоять нефтегазовой дубины Путина. Западная, морская.) Согласно «Региональной схеме развития морских портов Азово-Черноморского бассейна», разработанной Министерством транспорта России, развитие Новороссийска прописано как развитие глубоководного порта для крупнотоннажных судов. Что касается средне- и малотоннажников, то их планируется обрабатывать в портах Таганрога, Ростова, Темрюка и прочих – дабы хоть немного разгрузить Цемесскую бухту. Ну до линкоров ли и крейсеров в такой теснотище! Чего бы там не говорили о перспективах создания «мультимодального военно-транспортного узла».

Исходя из сказанного, можно сделать вывод: Россия будет всегда держать Севастополь и вообще Крым «на коротком поводке». При малейшей угрозе для Черноморского Флота РФ остаться на положении бомжа Россия не преминет оказать «братскую помощь» в расколе Украины – лишь бы этого не допустить. Она вспомнит об «общем культурном пространстве». Она заявит, что Хрущев был в состоянии обострения шизофрении, когда административно переподчинял полуостров Киеву — это при том, что формально Россия признает существования стран СНГ в границах, существовавших на момент Беловежских соглашений. Если же понадобится, она всегда сможет к «крымскому абсцессу» приставить «скальпель» — газ, нефть или ядерное топливо для АЭС («пробные шары» в отношении последнего недавно уже начали катать). Слишком высока для возрождающейся империи цена вопроса: энергетическая экспансия.

Алхимия мифического царя Мидаса, если кто помнит, была незатейлива: все, к чему он прикасался, превращалась в золото. Владимиру Путину «все» не нужно – у него есть энергоресурсы. Их, как он видимо считает, можно претворить во что угодно. Вина же Украины кроется в географии: страна, как обычно, «не там» расположена. Но если в прежние века поводом для «не там» служили плодородные черноземы, то сегодня – буферность Украины на пути российских нефтегазовых потоков. Перспективы этой буферности пугающи: если механизм «украинских Судетов» будет запущен, Крымом дело не ограничится. Россия будет добиваться полной «капитуляции» — то есть сдачи газотранспортной системы.

Вопрос «какова цена такой развязки?» резоннее всего, как мне кажется, отправить по двум адресам: Евросоюзу и украинским олигархам. Во-первых, потому что от этих игроков сейчас реально очень многое зависит. А во-вторых, потому что ни Европе, ни крупному украинскому бизнесу ничего хорошего раскол Украины не сулит. Никакого «мира с честью» Европе после такого поворота событий ожидать не придется. Максимум возможного – временное перемирие. После которого уже не будет ни мира, ни чести. Европа останется один на один с путинской Россией и ее энергетической политикой. Что же до отечественных олигархов, то их судьбы будут зависеть от уровня их послушания. В противном случае – теплая камера по соседству с господином Ходорковским либо иммиграция по соседству с господином Березовским.

Но может быть, от передела Украины выиграет украинский народ? По крайней мере, из восточных областей? Тому, кто так думает, следует все-таки прочитать книги покойников – Литвиненко и Политковской. Жизнь простого человека в нынешней России чрезвычайно дешева. Да и труд его, если выбраться за пределы московской кольцевой дороги, ненамного дороже. Аргумент, мол, наши ездят в Россию на заработки — на самом деле весьма сомнителен. В основном-то украинцы едут в Москву и в регионы типа Тюменского, где опять-таки все связано с нефтью и газом. Это – что касается материальной стороны вопроса. Если же оценивать качество жизни с точки зрения иных критериев, то можно вспомнить и о свободе слова, и о ксенофобии и о многих других родимых пятнах путинской России. А еще мне вспоминаются многолетние попытки Збигнева Бжезинского прояснить такой вот краеугольный вопрос: существует ли совместимость демократии и империи? Те, кто параллельно с этим знаменитым американцем польского происхождения изучал данную проблему, пришел к выводу, что в принципе — существует. При условии, что империя давно установилась, а монархия носит конституционный (и слегка декоративный) характер. Как, скажем, в Великобритании. Ничего подобного в России сегодня нет и еще многие десятилетия, если не столетия, не будет. Россия вступает в новый этап «холодной войны». Ей не до демократии и не до благополучия собственных граждан. Ей нужно одно – выиграть эту необъявленную войну. Жертвы и потери, в том числе и среди соседей по коммунальной европейской квартире, — не в счет.

Юрий БОЖИЧ, Рубежное, Луганская обл.

Кстати

Почерк Камеры

В 1921 году при ленинской ЧК был создан «Специальный кабинет», известный ветеранам КГБ под названием «Лаборатория №12». Там, на основе последних достижений науки и приказов Кремля, создавались новые химические и биологические вещества. Ко всем разработкам предъявлялось одно непреложное требование: смерть жертвы должна выглядеть естественной, или хотя бы проявляющиеся у нее симптомы должны ставить в тупик достаточно долго, чтобы помешать правильному лечению. Об этом в своих публикациях в Wall Street Journal вспоминает Борис Володарский — бывший офицер советской военной разведки, проживающий ныне в Лондоне, в соавторстве с Олегом Гордиевским написавший книгу «КГБ: На западном направлении», которая скоро выйдет в свет. Продукция Камеры, как еще называли «Лабораторию №12», проверялась на осужденных на смерть заключенных, которых после расстреливали, если только яд не спасал их от пули. Автор вспоминает о ряде отравлений, в которых специалисты в области разведки узнают «почерк» Камеры. Например, в 1955 году перебежчик из КГБ Николай Хохлов на одном приеме в Германии выпил чашку кофе, после чего заболел. В его крови врачи обнаружили следы таллия, металлической субстанции, которая широко используется как крысиный яд. Однако соответственное лечение не помогло, и только спустя многие недели, когда Хохлов был близок к смерти, сообразительные врачи в армейском госпитале США во Франкфурте нашли ответ, о котором до того не могли и помыслить. Таллий был подвергнут радиоактивному облучению, чтобы этот метал медленно разлагался в организме, давая такие обычные симптомы, как гастрит, в то время как больной медленно умирал от радиации. «Бессчетные другие люди — буквально бессчетные, ибо кто может сосчитать жертвы отравления, когда никакого яда не обнаружено — разделили эту судьбу, — пишет далее Б.Володарский. — Мне известно более десятка примеров за последние годы. Лидер чеченских повстанцев Хаттаб был отравлен ФСБ в марте 2004 года. Агент КГБ отравил пищу афганского лидера Хафизуллы Амина в декабре 1979 года. Секретарь Троцкого Вольфганг Салус умер при загадочных обстоятельствах в 1957 году. Считалось, что антисоветский писатель-эмигрант Лев Ребет в октябре 1957 года умер от сердечного приступа, пока четырьмя годами позже подосланный КГБ убийца не бежал заграницу и не рассказал, как он, проходя мимо Ребета на лестнице, брызнул ему в лицо спреем, в котором был растворен изготовленный Камерой ядовитый газ на основе цианида». К числу подозрительных бывшие советские шпионы относят и отравление Виктора Ющенко в период избирательной кампании-2004.

День

Читайте также: