Чужие тут не ловят. Рыбинспекция крышует браконьерство на Киевском море?

«Здесь практически не осталось рыбы, – сетуют рыбаки. – Русло Припяти перегородили сетями, и взрослой рыбе невозможно было прорваться на нерестилище». «Да кто же такое вытворяет?» – изумился автор этих строк. «А вот эти», – мои собеседники показали на моторную лодку рыбинспекции, на полном ходу рассекающую воды Киевского моря. Отправляясь сюда, корреспонденты не подозревали о варварском вылове рыбы. Изначально мы ехали расследовать убийство. По следам убитых зверей

Более месяца назад на островах в верховье Киевского водохранилища у устья Припяти прозвучали выстрелы. Обеспокое­нные местные жители сообщили куда положено, и на место события отправился отряд егерей и участковый милиционер. На островке, отделенном от границы чернобыльской зоны лишь несколькими сотнями метров водной глади, они нашли останки лося и свежие следы браконьеров. Эту историю нам поведал человек, утверждающий, что лично был свидетелем тех событий. Он же согласился переправить нас к месту убийства сохатого.

Эта поездка по воде походила скорее на вылазку партизан. На Киевском море рыбинспекция официальнопродлила нерест.

А в нерест, согласно закону, выходить на воду нельзя. Даже егеря охотничьих хозяйств, воюющие с браконьерами, не имеют права отправиться в рейд на острова без согласия водных инспекторов. Впрочем, утверждают рыбаки, такое разрешение охранников водных богатств получить несложно, хотя это и дороговато. Заплатив 50 гривен с человека, можно выйти в море и в свое удовольствие закидывать спиннинг, несмотря на нерест. «А вот с этого они гривен 100 возьмут, не меньше», – наш визави кивает в сторону хозяина новенького джипа. Тот уже спустил на воду свой мощный дорогой катер и нетерпеливо высматривал «билетеров». «Блин, где эти браконьеры?!» – громко возмутился он, затем махнул рукой и отчалил. Вскоре его нагнала инспекторская моторка, владелец катера перекинулся с инспекторами парой слов, что-то им передал и на полном ходу отправился к месту клева.

«Такого нереста, как в этом году, уже не было лет 15, – хвастался позже начальник Киевской областной рыбной инспекции Владимир Чечет. – В нынешнем году мы не дали возможности ни за деньги, ни «блатным» выходить на море и рыбачить. Все было жестко и строго».

Мы же решили прорываться в море бесплатно. К тому же цель нашего путешествия могла вызвать у стражей водохранилища, мягко говоря, возражения. Наш катер осторожно крадется по протокам среди камышей. Благо, между рыбаками и прочими отдыхающими здесь существует солидарность, и они по мобилке регулярно информируют нашего проводника о передвижении инспекторов. «Два архаровца пошли в сторону Днепра! – докладывают информаторы. – На таком-то острове бухают то ли менты, то ли эсбэушники. Осторожно, не попадитесь под пьяную руку!» Дорога заняла минут 20-30. Прячем катер в прибрежных зарослях, высаживаемся на остров.

Тут чувствуется запах разложения, в глаза сразу бросается огромная куча бутылок из-под водки. «Здесь браконьеры закопали останки многих лосей и кабанов, отсюда и запах», – объясняет проводник. «Могилу» последней жертвы браконьеров заметить было нетрудно – из нее торчала обглоданная нога лося. Рядом лежала бурая от запекшейся крови фанерная доска – на ней разделывали зверя. Осмотревшись и сделав несколько снимков, мы отправляемся обратно. Зоркий глаз проводника замечает катер рыбинспекторов, стремительно несущийся в нашу сторону. Взревел «ямаховский» двигатель, и наша посудина, выпрыгивая из воды, помчалась прочь. Через несколько минут за нами сомкнулись спасительные камыши.

Кто сожрал сохатого?

«Зная, что из-за нереста посторонних на воде быть не могло, патруль решил проверить соседний остров, на котором находится стоянка рыбинспекции», – продолжил наш собеседник, когда мы выбрались на «большую землю». По его словам, у берега они нашли три моторные лодки и разделанную тушку выдры, подвешенную на ветках. Выдра, кстати, занесена в Красную книгу, и охота на нее запрещена вообще. Кроме того, неподалеку обнаружились приблизительно 50 рыболовецких сетей до полсотни метров длиной каждая. Два сторожа стоянки не смогли объяснить ни происхождение браконьерских снастей, ни ответить, откуда взялась тушка выдры. Мол, это не наше, и мы ничего не знаем, а об убийстве лося на соседнем острове вообще впервые слышим. В сторожке нашлась еще одна ничейная вещица – незарегистрированное охотничье ружье. Егеря с милиционером составили протокол и вызвали рыбную инспекцию. Однако прибывшие стражи богатств Киевского моря без церемоний потребовали порвать протоколы и выбросить ружье, утверждает наш визави. «Если бы с егерями не было вооруженного автоматом милиционера, их, наверное, утопили бы», – предполагает он. По его словам, конфликт улаживался на уровне начальника охотничьего хозяйства и руководителя областной рыбинспекции. Сошлись на том, что инспекторы с миром отпустят егерей, а те порвут протоколы о браконьерстве и утопят изъятое ружье.

«Говорить могут все что угодно, но инцидентов у нас с егерями не было, – заявил корреспонденту «БЦ» Владимир Чечет, начальник Киевской областной рыбной инспекции. – Если какие-то будут, то мы сообщим». В охотничьем хозяйстве, работники которого якобы чуть не подрались с рыбинспекторами из-за лося и выдры, тоже не подтвердили рассказ о конфликте на острове. Но, что примечательно, и не опровергли.

Рыбе продлили «декрет», чтобы побольше поймать?

Рыбаки, облюбовавшие Киевское водохранилище, клянут местную рыбинспекцию на чем свет стоит. «В субботу с двумя товарищами приехали в Хотяновку порыбачить, – пишет посетитель интернет-форума любителей рыбалки. – Из залива со стороны школы милиции вышла лодка с тремя жлобами, одетыми в голубой камуфляж. Они собрали три большие сети и, проехав демонстративно перед нами, оборвали две наших снасти и уплыли дальше по своим грязным делам».

«Настоящие промысловики выходят ночью целыми артелями, прямо напротив базы инспекторов (а может, это инспекторы и есть?), – рассказывает другой рыбак-любитель, с которым корреспонденты «БЦ» связались по телефону. – Я веду речь о Вышгородской ГЭС. Уже несколько лет подряд наблюдаю по ночам реальный промысел с «тряпками» (сетями на сленге рыбаков. – Авт.). Работают там

2-3 бригады практически до утра. Перегораживают воду от берега до берега прямо напротив ГЭС. Освещение ночью там почти как днем, а они даже не боятся. Опустошают сети прямо напротив инспекции. Самое смешное – это фамилия начальника местной рыбинспекции – Правдивый. Я никогда не поверю, что он не знает, что творится ночью прямо за окнами его «офиса». Реально там даже лещ уже не ловится…»

В верховье Киевского моря, утверждают очевидцы, промышленный вылов рыбы продолжался весь период нереста. «Весной в устье Припяти два сейнера ходили, – говорят местные жители. – А в нерест оно было полностью перегорожено сетями». Специалисты объясняют, что в период икрометания у рыбы начинается гон, и если правильно расположить сети, то вылов может достичь 200 кг на одну снасть. Браконьеры ставят сотни сетей. Оптовая цена живой рыбы на «сером» рынке достигает 10 гривен за килограмм. То есть цена вопроса – до полумиллиона гривен в сутки.

Автору этих строк не один раз приходилось слышать предположение, что нерест на Киевском водохранилище продлили на 15 дней (до 14 июня), чтобы выловить побольше рыбы, пока нет рыбаков-любителей и отдыхающих. «Запрет в нерест существует для того, чтобы дать возможность рыбе отнереститься, – возражает Владимир Чечет. – А так как в связи с погодными условиями (и согласно выводам институтов) сом, линь и прочая рыба не успели отнереститься, то мы продлили сроки».

Необходимость продления «декрета» для рыбы вызывает у экологов ироническую улыбку. «А они завизировали продолжение нереста у рыб? – шутит директор Киевского эколого-культурного центра Владимир Борейко. – Это очень смешно, что не рыбы продолжили нерест, а рыбинспекция. Ведь рыба, насколько мне известно, уже отметала икру. Возможно, нерест еще идет в маленьких заливах второго-третьего порядка, но в самом море нереста уже нет».

Андрей ЛАВРИК , Без Цензуры

Фото Дмитрия КОМАРОВА

Читайте также: