![Военная полиция: что это такое и зачем Украине ее создавать](https://cripo.com.ua/wp-content/uploads/630_360_1573215576-808.jpg)
Как пишет Укринформ, Президент поручил руководству Минобороны создать военную полицию (ВП). “Министр обороны Андрей Загороднюк до 31 декабря должен ввести новую объединенную систему руководства и управления силами обороны, соответствующую стандартам НАТО. Кроме того, в структуре Минобороны должен быть создан современный эффективный правоохранительный орган – Военная полиция”, – сообщает пресс-служба Офиса президента.
В целом, тут не придумано чего-то нового – военная полиция есть в большинстве европейских стран, в США и в Канаде, а также у нашего северо-восточного соседа-агрессора. Более того, еще с 2002 года в Вооруженных силах Украины (ВСУ) действует Военная служба правопорядка (ВСП), которая следит за порядком в армии, соблюдением военнослужащими Устава Вооруженных сил. Так вот, в 2015 году законодатели задумались над реформированием ВСП в Военную полицию. Появился тогда и соответствующий законопроект № 1805 (авторства депутатов от тогдашней фракции БПП – Виктора Короля и Николая Паламарчука), в котором сформулированы полномочия военной полиции. Документ, как отмечают юристы, несовершенен, а потому требует правок. Впрочем, похоже, как раз он и станет основой для будущего закона про ВП.
Так о чем говорится в этом законопроекте, в частности, о таких вопросах, как организация, сфера подчинения, функций и механизмов действия? И что известно о западной практике деятельности соответствующего военного органа?
Что это такое, чем будет заниматься и кому подчиняться
Согласно законопроекту № 1805, в котором 27 страниц, военная полиция – это военное правоохранительное формирование, задачей которого будет обеспечение правопорядка среди военнослужащих, военнообязанных и резервистов во время прохождения ими военных сборов; предотвращение, выявление криминальных и других правонарушений, совершенных военнослужащими, а также работниками Министерства обороны и Вооруженных сил Украины, их раскрытие и пресечение.
По мнению авторов, такая полиция усовершенствует организацию обеспечения правопорядка и законности в Минобороны и Вооруженных Силах, правоохранительных органах специального назначения и других военных формированиях. Также речь идет об обеспечении возможности эффективно и оперативно вести расследование наиболее распространенных воинских преступлений, положительно повлияет на уровень национальной безопасности государства.
Что важно, законопроект № 1805 должен наделить военную полицию, помимо стандартных функций, присущих ей в других странах мира (об этом речь пойдет ниже), дополнительными полномочиями. Речь идет о досудебном расследовании коррупционных преступлений, совершенных госслужащими и работниками Министерства обороны Украины и ВСУ при выполнении ими служебных обязанностей в расположении воинской части или на военных объектах.
Общее руководство Военной полицией, а также руководство ею по вопросам исполнения правоохранительных задач и функций осуществляет министр обороны Украины (то есть президент Украины). Руководство Военной полицией по вопросам выполнения других задач и функций, не отнесенных к компетенции министра обороны Украины, осуществляет начальник Генерального штаба – Главнокомандующий Вооруженных Сил Украины. Осуществлять руководство, контроль и давать поручения Военной полиции любым другим должностным и служебным лицам Минобороны или Генштаба ВСУ запрещено.
Численность военнослужащих и работников военной полиции составляет не менее 1,5 процента общей численности ВСУ (от 3825 человек) и определяется Министром обороны.
В состав Военной полиции входят: органы Военной полиции (главное управление ВП, центральное управление ВП, территориальные управления ВП, зональные отделы ВП), воинские части Военной полиции (специальные отделы ВП, дисциплинарный батальон, Центр специального назначения ВП), а также Учебный центр военной полиции.
Кроме того, в зависимости от задач возложенных на территориальные органы (военные части) ВП в их состав включаются структурные подразделения: следователи, оперативно-розыскные, предотвращения, выявления преступлений и других правонарушений, охраны, патрульно-постовой службы и розыска, военной инспекции безопасности дорожного движения, специального назначения, служебных расследований, режимной службы, подразделения ВП в отдельных гарнизонах, подразделения, обеспечивающие выполнение задач по назначению и повседневную деятельность ВП.
Почему документ не приняла еще прошлая Рада?
Как мы уже упоминали, законодатели хотели наделить военную полицию дополнительными полномочиями, в частности досудебного расследования коррупционных преступлений, совершенных служащими и работниками Минобороны и ВСУ, на что общественность и экспертная среда отреагировала вопросом: мол, а не приведет ли это к хаосу и полному переплетению полномочий антикоррупционных органов? Ведь, кроме НАБУ, которое согласно ч.5 ст.216 УПК имеет широкие процессуальные полномочия при досудебном расследовании коррупционных преступлений, в том числе совершенных служащими и работниками Министерства обороны и ВСУ, есть еще ГБР, которое согласно ст.5 Закона “О ГБР” имеет полномочия по расследованию военных преступлений.
По мнению доктора юридических наук, профессора, заслуженного юриста Украины Николая Хавронюка, законопроект противоречит Конституции. В частности, он нарушает статью 17, в которой четко определено, что воинские формирования, в отличие от полицейских органов, никем не могут быть использованы для ограничения прав и свобод человека.
“Согласно законопроекту, права военнослужащих ограничиваются другими такими же военнослужащими. Такое ограничение может осуществляться только специально подготовленными лицами, выполняющими полицейские функции. Поэтому военную полицию нужно создать как воинское формирование. Но тогда она не может выполнять следственные и оперативно-розыскные функции, а только функции охраны”, – отметил господин Хавронюк.
Если же военной полиции хотят предоставить следственные функции, тогда, говорит юрист, она не может состоять из военнослужащих: “Это должны быть либо госслужащие, или специалисты по рангам. То есть либо надо вносить изменения в Конституцию, или создавать такое подразделение не из военных, а из обычных полицейских, тоже не совсем целесообразно”.
Также господин Хавронюк отмечает, что не вполне понятно, кто будет защищать права подозреваемых в военных преступлениях, ведь каждый имеет право на защиту. “Могут ли это делать адвокаты, специализирующиеся на уголовных делах? Насколько компетентны суды общей юрисдикции? Когда-то существовал военный трибунал, однако к его беспристрастности было много вопросов. Военных судов нет… “, – считает эксперт. И добавляет: что есть еще один момент – военная тайна. “Если преступление связано с военной тайной, то обычный суд не может его рассматривать. То же самое можно сказать об адвокатах”.
Итак, вопросов к законопроекту о военной полиции было немало, документ не совершенен, в нем нужно менять многое. О чем, собственно, недавно сообщила заместитель комитета ВР по вопросам национальной безопасности, обороны и разведки Марьяна Безуглая: “Для наработки законопроекта о военной полиции создается рабочая группа из числа народных депутатов Украины – членов Комитета по вопросам национальной безопасности, обороны и разведки, Комитета по вопросам правоохранительной деятельности и представителей соответствующих заинтересованных государственных органов”.
Как это решено в мире: в западных странах и РФ
Военная полиция США насчитывает более 30 тысяч человек. Американские военные полицейские поддерживают дисциплину среди военнослужащих, ведут расследование военных преступлений, а также участвуют в антитеррористических мероприятиях.
Численность оенной полиции в Германии – около 4500 человек, они охраняют военные объекты, органы управления, обеспечивают безопасность транспортных перевозок, поддерживают дисциплину в воинских формированиях. В Великобритании численность военно-полицейских подразделений превышает 5 тысяч, там полиция Минобороны обеспечивает безопасность военнослужащих, охрану вооружения, военной техники и имущества на военных объектах. Похожие структуры также есть в Японии, Израиле, Италии, Франции, Китае, Нидерландах, Иране, Турции, Индии, Пакистане.
Кстати, что интересно, военная полиция Швейцарии комплектуется из полицейских, которые проходят срочную военную службу. Функции военной полиции те же, что и полиции вообще. Военная полиция, как и гражданская, имеет право задержать человека на 12 часов. А суд должен принять решение о дальнейшем содержании под стражей. Кстати, самое распространенное там воинское преступление – уклонение от воинской обязанности – 70% всех рассмотренных дел. Кроме того, в Швейцарии работают военные суды и военная прокуратура. Все преступления, совершенные военнослужащими, подлежат юрисдикции этих судов. Но дисциплинарные взыскания, к которым относится и краткосрочное заключение под стражу, налагаются командирами воинских подразделений.
Собственно, РФ… Официально военная полиция появилась там относительно недавно – в 2014 году (де-факто существовала уже давно). Согласно положению о Главном управлении военной полиции Министерства обороны Российской Федерации, в полномочия военной полиции входит: укрепление правопорядка и воинской дисциплины в ВС РФ, обеспечение безопасности дорожного движения в ВС РФ (военная автоинспекция), обеспечение охраны особо важных и сверхсекретных режимных объектов, находящихся в подчинении Минобороны.
Военные полицейские отвечают за исполнение наказаний в отношении военнослужащих, а также наравне с начальниками гарнизонов назначают поощрения и взыскания. Штатная численность военной полиции РФ на 2017 год составляет 10 тысяч человек. Стоит упомянуть еще одно: с 2016 года по настоящее время батальоны военной полиции РФ на основе ротации выполняют специальные задачи на территории Сирии, как то – охрана важных объектов размещенной там группировки российских войск и тому подобное.
Об их численности, конечно, ничего не известно. Впрочем, по информации росСМИ, в конце октября т.г. РФ решила усилить контингент в Сирии 276 военными полицейскими и 33 единицами военной техники. “Эти силы будут направлены для выполнения заключенных недавно российско-турецких договоренностей”, – пишет российское издание “Ведомости”.
Автор: Мирослав Лискович, Киев; УКРИНФОРМ