БИЗНЕС БРАТЬЕВ ЧУРКИНЫХ: ИСТОКИ КРИМИНАЛЬНОГО «ЧУДА»

«Под удар» правоохранителей попали братья Чуркины — Игорь и Олег Анатольевичи. Скандально известные владельцы «Черноморского судостроительного завода», доведшие флагман отечественного кораблестроения фактически до банкротства, должны «объясниться» с государством Украина. И рассказать следствию о происхождении своих капиталов. Прокуратуру Николаевской области интересует, почему при приватизации ЧСЗ должностные лица этого — государственного — предприятия и частной компании «Николаевская малотоннажная верфь» подали «неправдивые сведения в Фонд государственного имущества. А именно — лживые сведения «о происхождении средств, за которые приватизировалась государственная собственность». По причине чего 31 января нынешнего года и было возбуждено уголовное дело. Прокуратура «взяла след»…

По данным прокуратуры, в результате этих действий Чуркины & Со незаконно завладели контрольным пакетом акций завода — стоимостью 119 миллионов гривен. Уже 3 марта с.г., не дожидаясь окончательных выводов прокуратуры, Фонд государственного имущества заявил о желании разорвать договор купли-продажи 90,25% акций Черноморского судостроительного завода (Николаев) с компанией «Николаевская малотоннажная верфь».

За полтора года до этого — в сентябре 2003-го — ФГИ признал «Николаевскую малотоннажную верфь» безусловным победителем конкурса по продаже 90,25% акций ЧСЗ. Компания предложила за пакет акций 119,305 миллионов гривен — при стартовой цене 119,3 млн. гривен. В 2003-м братьям Чуркиным хватило каких-то 5000 гривен, чтобы «убедить» государство в своей безальтернативности как будущего собственника легендарного ЧСЗ. Со стапелей которого в советское время сходили и подводные лодки, и могучие ТАКРы — тяжелые авианесущие крейсеры с ядерными энергетическими установками.

Это сегодня, когда протестуют массово увольняемые работники «ЧСЗ», и государство Украина ребром ставит вопрос о реприватизации этого — стратегически важного — объекта, вызывает удивление: как такое предприятие могло оказаться в руках, по сути, «заезжих босяков»? И почему многотысячный коллектив уникальных специалистов былого флагмана отечественного судостроения стал заложником местечковых по менталитету «лавочников» от предпринимательства?

Сами братья Чуркины о происхождении своих капиталов предпочитали не распространяться. «Семь-восемь лет назад мы тесно сотрудничали с «Нефтегазом Украины» как российская фирма, поставлявшая товары из Украины в Туркменистан в счет бартерной оплаты за газ. Сегодня этот бизнес для нас больше не актуален…» (www.soskin.info). Почему бизнес «на газе», заложивший фундамент состояний большинства украинских и российских олигархов стал для Чуркиных «не актуален» — отчасти удалось прояснить корреспонденту «УК».

На чем уже «горели» братья Чуркины

…Еще в 2001-2003 годах расследовалось масштабное уголовное дело против номинальных руководителей, а фактически — рядовых «шестерок» крупнейшей бизнес-аферы в классе «незаконное возмещение НДС». Суть аферы — в незаконном возмещении налога на добавленную стоимость. И присвоении почти 300 000 000 (трехсот миллионов!) гривен, украденных из госбюджета средств.

Механизм преступления, совершаемого на протяжении многих месяцев, был следующим. В начале 2000-го года украинская таможня обратила внимание (возможно, при участии СБУ) на бурный рост экспорта лома цветных металлов, отправляемого за границу как давальческое сырье. Подразумевалось, что отправители лома взамен получат некую продукцию, из этого лома изготовленную. По накладным так и было: через некоторое время в Украину возвращались дорогостоящие «изделия» в виде чушек и болванок различных конфигураций, выдаваемых в сопутствующей документации как «уникальной» конфигурации «литье» для металлообрабатывающей промышленности. Предприятия-экспортеры лихо возмещали НДС, от 30 до 50% от суммы которого оседало в качестве «отката» в карманах руководства ГНАУ. Санкционирующего «возмещение» НДС.

Таможню заинтриговал тот факт, что выход продукции из дефицитного «сырья», следовавшего на Запад в качестве давальческого, несоизмерим с тоннажем самой «продукции», возвращающейся в Украину. Да и сам внешний вид примитивных чушек наталкивал на раздумья… Ряд встречных проверок, проведенных ГНАУ на киевских предприятиях-экспортерах, очевидно, обозлил высоких патронов, «патронировавших» незаконное возмещение НДС. Оказалось, что экспортеры «давальческого сырья» возвращали на Родину в виде «продукции переработки» не более 10-20 % тоннажа металла. Остальные объемы регулярно «браковались» контрагентами украинских экспортеров за границей. Украинской стороне регулярно выставлялись «претензии», которые тут же удовлетворялись дополнительными поставками «давальческого» лома. Или перечислением за рубеж финансовых средств как покрытия «штрафных санкций». В ходе проверок выяснилось, что «котрагентами» киевских фирм-экспортеров являлись оффшорные компании; печати некоторых были изъяты в ходе обысков в Киеве.

Таким образом, экспортеры-возместители НДС не только «нагревали» государство. Но и обманывали своих покровителей из ГНАУ, утаивая от них истинные размеры своих прибылей. И государственный «каток» пошел «утюжить» зарвавшихся наглецов…

Поскольку связь чиновников из ГНАУ с организаторами схем незаконного возмещения НДС мог всплыть на поверхность, а «наказать» двурушников стало делом престижа негласного, корпоративного «кодекса чести» азаровских «орлов», налоговики принялись разрабатывать еще одно направление деятельности крысятничавших «возмещенцев». А именно — «газовое».

… Осенью 2001 года на 8-м этаже престижнейшего столичного офисного центра «Горизонт» (улица Шелковичная, 42/44) появились автоматчики и десятки людей в штатском. Начался обыск: бледнели секретарши, документы выносились огромными картонными коробами, описывалась и конфисковывалась оргтехника, изымались печати. Оказалось, что порядка 15 фирм, зарегистрированных в разных концах Киева, занимались общим «бизнесом» — возмещением из бюджета НДС. И фактически находились в одном офисе на Шелковичной.

Эта «ветвь» криминального бизнеса братьев Чуркиных по незаконному возмещению НДС зиждилась на коррупционных связях российских предпринимателей с рядом чиновников из НАК «Нафтогаз Украина». Механизм преступления, в которое были вовлечены десятки человек, следующим образом: фирмы, зарегистрированные на подставных лиц, отгружают лом в НАК, по зачету получают газ. Газ поставляют потребителю, (например — «Запорожстали»), от потребителя получают металлопрокат.

Затем стоимость металлопроката — путем нескольких фиктивных операций по перепродаже, осуществляемых в одном и том же офисе — искусственно завышается в несколько раз. Наконец, металл отправляется на экспорт (покупатель, как и в случае с «давальческим» ломом — своя же «оффшорка» с печатью в киевском офисе). А фирма-экспортер выставляет требование на возмещение НДС. В иных случаях сумма возмещенного НДС превышала в несколько раз (!) стоимость самого отгруженного за рубеж металла.

Всего за период с 1999 по 2001 годы сумма сделок достигла более 2 000 000 000 (двух миллиардов!) гривен. Соответственно, к возмещению НДС было выставлено около 300 миллионов…

Государственные чиновники, изучающие перипетии незаконной приватизации братьями Чуркиными «Черноморского судостроительного завода», могут самостоятельно составить впечатления о методах, какими указанные господа наживали стартовый капитал для будущей приватизации гордости украинского судостроения. Для этого всего лишь нужно востребовать материалы уголовного дела №84-00022, возбужденного Киевской ГНА.

Фигурантами уголовного дела стали Артур Тарашкавичус — директор ООО «Стальпром», граждане Украины Вадим Захарук, Сергей Санько, Ирина Байбуз. То есть рядовые исполнители преступной воли руководителей; последние своих подписей на документах криминального характера не оставили. Зато показания допрошенных по делу подозреваемых и свидетелей пестрят упоминаниями о главенствующей роли в этом криминальном «предприятии» Игоря Анатольевича Чуркина.

Самого И.Чуркина в то время и след простыл. Вместе с избежавшим задержаний и арестов «директоратом» фиктивных фирм-«возместителей» И.Чуркин подался в бега — в Москву. Там прием беглецов организовал младший брат Игоря Чуркина — Чуркин Олег Анатольевич. Предпринятая мера предосторожности была более чем оправдана: мошенников искали не только правоохранительные органы. Но и бандиты — по «наводке» возмущенных клиентов. Ведь на момент обыска в киевском офисе и аресте банковских счетов у братьев «на возмещении» находилось свыше 200 миллионов гривен.

Вся тяжесть закона легла на плечи рядовых исполнителей преступной воли братьев. В апреле 2004 года Байбуз Ирина, а в июне — Захарук Вадим по приговору суда получили по пять лет лишения свободы каждый. Правда, Шевченковский суд Киева отсрочил приведение приговора в исполнение (возможно, учитывая третьеразрядную роль подсудимых в многомиллионном преступном бизнесе). Ведь на скамье подсудимых фактически сидели нищие водители и секретари, в то время как организаторы — при деньгах — встречи с правосудием избежали.

На роль исполнителей И.Чуркин всегда подбирал людей заведомо зависимых. Например, та же Ирина Александровна Байбуз, 1971 года рождения, проживавшая в Киеве по адресу улица Борщаговская, дом 144, квартира 407, уроженка г. Термиртау Карагандинской области Республики Казахстан, числилась в розыске, как лицо, совершившее побег из исправительно-трудовой колонии. А Вадим Захарук (1972 г.р.) имел регулярные неприятности с милицией по причине невоздержанности при распитии спиртного… Они и «ответили по всей строгости…»

В розыске оказался киевлянин Сергей Валерьевич Санько (1967 г.р., уроженец Ивано-Франковска). Бегал он недолго — его задержали 5 сентября 2003-го). Судьба Тарашкавичуса (по другим данным — Тарашкявичуса) до сих пор неизвестна.

Но прокурора «лирика» не интересовала: на решение суда он тут же вынес протест, требуя для «бизнесменов» более сурового наказания…

Братьев «пронесло»…

Но широкой огласки это уголовное дело так и не получило. Скорее всего, потому, что само руководство ГНАУ, затеявшее уголовное преследование «крысятничавших» Чуркиных, в этой огласке заинтересовано не было. Так как «дожатый» «клиент» в безвыходной ситуации мог прибегнуть к «обнародованию» интимных нюансов своих взаимоотношений с былыми покровителями и подельниками из ГНАУ.

К тому же, преследуя Чуркина-старшего, налоговики вторгались в зону интересов другого клана — чиновников НАК «Нафтогаз» и их бизнес-партнеров. В частности, руководителей «Укргаздобычи» и «Укртрансгаза», подмахивавших сомнительной целесообразности контракты с россиянами. Возможно также, что большая часть из почти 200 миллионов гривен, арестованных на счетах фирм-«мотыльков», стала тем самым — «утешительным призом» — для былых партнеров Чуркиных из ведомства Азарова. Ведь следствие, напомним, вело следственное Управление именно налогового ведомства.

И еще одна немаловажная деталь: пик активности братьев по «вытягиванию» НДС из украинского бюджета пришелся на период, когда НАКом руководил Игорь Бакай. Активно расхищавший казну этой крупнейшей госкомпании под шумок финансирования выборов «Кучмы-2». А всплеск принципиальности налоговиков в отношении Чуркиных совпал по времени с опалой И.Бакая, уличенного Азаровым и Кучмой в «крысятничестве».

Но вернемся к уголовному делу. Исходя из его материалов, следует: на незаконном возмещении НДС братья успели «нагреть» государство на сумму, приблизительно, в 300 миллионов гривен. Но около 200 миллионов «чужих» гривен «зависли» на арестованных счетах подконтрольных Чуркиным фирм-«мотыльков». Практика предпринимательства на постсоветском пространстве такова, что сколько-нибудь значительные суммы никуда бесследно не исчезают и не «прощаются». А в арбитраж «играют» только трусы.

Можно предположить, что братья таки были вынуждены расстаться со своими «кровными», чтобы расплатиться с «влетевшими» партнерами. И тем самым сохранить себе жизнь. А оставшиеся средства — около 100 000 000 (ста миллионов) гривен решено было вложить в какой-либо презентабельный объект приватизации. Времена стремительно менялись, менялись и нравы: одно дело быть «барыгой», совсем другое — «промышленником». Например, судостроителем…

Государственный пакет николаевского «Черноморского судостроительного завода» ФГИ оценил в сумму, немногим превышающую 100 миллионов гривен.

Истоки «авторитета»


Украинские эксперты в области экономики не раз высказывали свое удивление тем, что госпакет акций «ЧСЗ» — по минимально возможной цене — достался малоизвестным российским предпринимателям Чуркиным. Возможно, это удивление вызвано незнанием специфических нюансов появления братьев на территории Украины. И не менее специфических причин.

В определенных кругах о Чуркиных бытует однозначное мнение, как о представителях печально известного «уралмашевского» организованного преступного сообщества (ОПС) России. Скорее, легенда, что в середине 90-х, спасаясь от бандитских «разборок» в Екатеринбурге, Игорь Чуркин в столицу Украины на ржавых «жигулях». Якобы, намереваясь наладить в нашей стране реализацию запчастей к КАМАЗам. В чем и преуспел.

На самом деле, именно в середине 90-х екатеринбургская — «уралмашевская» — ОПС стала расширять свое влияние на другие города и регионы России, страны ближнего и дальнего зарубежья. За пределами области интересы сообщества представлены в Москве, Санкт-Петербурге, Самаре, Сочи, Анапе, Челябинске, Тюмени. А также — в Латвии, Казахстане, Венгрии, Германии, Швеции, США, Великобритании, Израиле, Украине. Расширение зарубежных связей ОПС осуществляется через контролируемые совместные предприятия, оффшорные фирмы и свердловчан-эмигрантов.

А начиналось все так.

Все мы родом с «Уралмаша»…


Дурную славу бандитской столицы Екатеринбург (советский Свердловск) приобрел в 80-е годы. Здесь сформировалось наиболее мощное на Урале, да и, пожалуй, во всей России, бандформирование — «Уралмаш». Его лидер разом мог поставить под ружье десять тысяч «бойцов». Специально для «Уралмаша» даже придумали термин — «организованное преступное сообщество» — ОПС (против обычного ОПГ — «оргпреступная группировка»). Сами бандиты со временем, (а также ростом благосостояния и влияния) аббревиатуру расшифровывали по-своему: «общественно-политический» либо «общественно-промышленный» союз. Хотя бандитская суть «Уралмаша» от этого не менялась.

А начиналось все с небольшой команды бывших спортсменов, друзей и родственников, живших в окрестностях легендарного завода «Уралмаш». «Крестными отцами-основателями» ОПС считаются братья Григорий и Константин Цыгановы («Цыганки»). К братьям присоединились родственники, соседи, одноклассники, близкие знакомые — Сергей Терентьев («Тереха»), Александр Хабаров («Хабар»), Сергей Курдюмов, Александр Крук, Сергей Воробьев, Андрей Панпурин, Игорь Маевский и еще пара десятков человек.

Взяв под контроль территорию своего района, «уралмашевцы» стали расширять влияние в Екатеринбурге, столкнувшись с конкурентами в лице группировки «центровых» (контролировавших центральные районы города) и «синих» (классических уголовников). Мирные «разборки» быстро закончились. Первый залп полномасштабной бандитской войны прозвучал 16 июня 1991 года, когда киллером «центровых» через окно своей квартиры был убит Григорий Цыганов.

«Уралмашевская группировка нанесла ответный удар. Боевые действия велись с применением автоматов, взрывчатки, пулеметов и гранатометов. Почти два года город пах порохом и кровью. В России тогда впервые заговорили об организованной преступности, взявшейся за раздел сфер влияния. Взрывы, выстрелы и убийства в 1992-1994 годах стали в Екатеринбурге достаточно обыденным явлением. Конкуренты нынешнего ОПС отходили в мир иной не только в Свердловской области — их убивали в Москве, Воронеже, Киеве и Будапеште.

К концу 1994 года стало ясно, что войну за передел сфер влияния уралмашевцы выигрывают. Под контроль победителей стал отходить все больший сектор экономики города и области, в котором так или иначе фигурировали наличные деньги. И областью дело не заканчивалось. Сообщество, например, отчасти контролировало самый крупный московский аэропорт Домодедово» — так описывала «достижения! Уральских бандитов российская пресса.

Однако от «коротких» денег со временем пришлось переходить на «средние» и «длинные». Содержание в тени государства такого громоздкого хозяйства требовало все больших средств. К тому же и прогресс не стоял на месте. «Уралмаш» неизбежно начал вкладываться в недвижимость, промышленность и капитальное строительство.

Укрепляя экономическую базу, лидеры ОПС создали разветвленную сеть коммерческих предприятий. Полностью или частично контролируют более 600 коммерческих структур. Под контролем ОПС находятся предприятия, работающие практических во всех отраслях экономики: добывающей и перерабатывающей промышленности, ТЭК, пищевой и легкой промышленности, кредитно-финансовой системы, охранного и туристического бизнеса, сферы услуг и развлечений, торговли. В том числе такие крупные, как ОАО «Первоуральский новотрубный завод», ОАО «Северский трубный завод», ОАО «Михалюм», ООО «Интернефто», ЗАО «Нефтьинвест», ОАО «Тавдинский гидролизный завод», ОАО «Екатеринбургский виншампанкомбинат», ОАО «Алкона», Ирбитский стекольный завод. Расла и международная «кооперация»…

С конца 90-х «уралмашевцы» начинают «корешиться» с властными структурами. Они не только устанавливают контакты с политиками и чиновниками, но и сами все настойчивее пытаются занять места в исполнительных и законодательных органах. Кроме того, «уралмашевцы» упорно продвигают во власть людей, которые, по их мнению, способны влиять на принятие решений в интересах группировки.

Братья Чуркины в Украине тоже работали над созданием собственного «лобби». Например, одна из таких примеров попыток братьев выйти в большую политику стали парламентские выборы 2002 года. Тогда в списке «Команды Озимого Поколения» находилось и два «соратника» нашего героя. Но выборы «КОПы» проиграли. Но вряд ли стоит думать, что это была последняя попытка Чуркиных «поиграть в политику». На кону — «Черноморский судостроительный»…

(Продолжение следует: Покровители Чуркиных; как за грош скупить завод — опыт ЛАЗа Или почему горят автобусы; последнее убежище — оффшоры).

Георгий Киквидзе, специально для «УК»

Читайте также: