Рассказы не для протокола. ПОЛКОВНИК «ВОРОБЕЙ»

Кто служил в правоохранительных органах, тот знает, самое сложное – не раскрыть преступление и даже не задержать преступника. Самое сложное – написать «отказной», то есть постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Это как на пьянке, сложнее всего в самом начале сказать твердое «нет!». Иначе – напьешься пренепременно. В «органах» то же самое: написал «отказняк» и радуйся — одним «висяком» меньше, ноги целей будут. Сложное это дело, но важное. От него и карьера, и собственное спокойствие зависит.

Эта история описывает совершенно реальный случай из практики киевских милиционеров. Мы призываем наших многочисленных читателей из числа сотрудников многочисленных правоохранительных органов, а также многоопытных отставников, принять участие в продолжении нашего сериала.Был такой случай. В Зализнычном районе столицы в тихом переулке частного сектора разгильдяй-водитель оставил грузовик с пятью тоннами пшеницы. А сам на всю ночь завеялся — то ли с другом, то ли с подругой. Утром проснулся, глядь в окно — машина стоит, а зерна в кузове нет. Как корова языком слизала. Ну, мужичок подумал и написал заявление в РОВД. И попало это заявление молодому участковому, по фамилии, скажем, Иванов.

Пригорюнился Иванов. Потому как нарисовался ему очередной и явный «висяк». Следов возле грузовика никаких нет, потому как утром дождь прошел. Свидетелей в этом глухом углу тоже не выявилось. А искать эту долбанную пшеницу ну совершенно негде. Между тем, была весна, на улице все зеленело, птички собирались в веселые стайки, и только участковый Иванов должен был сидеть в прокуренном кабинете и продумывать, как раскрыть это совершенно безнадежное преступление. Сидел Иванов, рассеянно смотрел в окно, и на душе у него было тоскливо. И вдруг участковый хищно прищурился, закурил и начал писать Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Причем, писать почерком, который не расшифровали бы лучшие шифровальщики абвера и НКВД. Зачем, опытные люди знают. Чтобы начальнику и возможным проверяющим пришлось долго мучиться, пытаясь понять, о чем в этом заявлении написано.

Через 15 минут бодрый Иванов нес постановление начальнику на подпись, а через час счастливый лейтенант уже мирно пил пиво с друзьями в кафе. Еще через день Иванов забыл о пропавшей пшенице и об «отказнике». А зря.

Вспомнил он о том чудном весеннем деньке только через полгода, сидя среди своих коллег в актовом зале и слушая гневную тираду проверяющего из прокуратуры, В эти мгновения он ощущал себя расставленным в позе «мама моет полы» с разъяренным Кинг-Конгом сзади. А прокурор зачитывал то самое постановление и в глазах его стояли слезы восторга «Товарищи, вы только послушайте, что этот щегол нацарапал. Основанием к отказу является то, что, , район частного сектора Батыевой горы в г. Киеве, в котором Сидоренко оставил свою машину, густо населен птицами отряда воробьиных ,у которых сейчас проходит сезон брачных игр и они сбиваются в большие организованные стаи. Именно они в предрассветное время суток растащили для своих нужд путем склевывания доверенное Сидоренко зерно. В связи с вышеизложенным предлагаю в возбуждении уголовного дела отказать.

Начальник РОВД, изрядно покрасневший от сдерживаемого хохота, закончил речь прокурора, добавив «Так говоришь, птички сожрали? Отряда воробьиных? Ночью? Пять тонн зерна? А в ППС ты, щегол не хочешь?!»

Участковый Иванов не хотел идти в патрульно-постовую службу. И не пришлось, ведь участковых всегда не хватает. Хуже было другое. История о склеванном зерне очень быстро распространилась среди киевской милиции, и полковника Иванова по сей день за глаза называют «Воробьем».

Станислав Речинский, Илья Петров «УК»

Читайте также: