Откровенное ханство: Чингисхан возвращается!

Среди главных новшеств современной Монголии — Музей жертв политических репрессий 1930–1950 годов и скинхеды. Скины в Монголии объединены в группировку с громким названием Great Mongolian Action (GMA). Эти крепкие молодые ребята, подражая своим европейским единомышленникам, в прошлом месяце разгромили несколько китайских ресторанов, требуя, чтобы иностранцы убирались вон.В супермаркетах Улан-Батора продаются презервативы с портретом Чингисхана на упаковке. Рекламный слоган под портретом обещает потребителю «мощь Великого хана». В нынешнем году монголы празднуют 800-летие своей государственности, и поклонение главному герою прошлого приобретает черты коллективной мании. Кроме презервативов, портрет Чингисхана украшает стены домов, футболки, кошельки, деньги в этих кошельках, ковры, склоны гор и государственные награды. В любую минуту гость Улан-Батора может утолить жажду пивом «Ханброй» и съесть «чингизбургер». Национальное телевидение показывает сериалы про империю Чингизидов, а в столичном театре драмы на проспекте Чингисхана идет рок-опера (по монгольски — «рок дуурь») «Чингисхан»: рок-группа «Черный волк» аккомпанирует Академическому ансамблю песни и пляски монгольской армии под руководством полковника Гансуха, а юный (но очень толстый) Чингисхан на сцене, весь в белом и под белым знаменем, мстит злобному хану племени меркитов — разумеется, он в черном и под черным стягом.

Отсчет существования монгольского государства ведется с того дня в XIII веке, как Великий курултай всех племен провозгласил Чингисхана верховным вождем. После этого в течение 40 лет монголы создали величайшую в истории империю, раскинувшуюся от Корейского полуострова и реки Меконг до Карпат и Балтийского моря. Вскоре после того как тумены Батыя прошли через Золотые ворота Владимира, монгольский десант высадился на островах Ява и Бали — это 15 часов лету от Москвы. Везде, где ступали копыта армии Чингисхана, тут же появлялись тысячи и многие тысячи трупов.

Кульминация торжеств в его честь пришлась на прошлую неделю: на главном празднике года Наадам монголы, подражая великим предкам, боролись, стреляли из лука, скакали на лошадях. И радовались обретению новой национальной идеи, без которой в переходный период Монголия чувствовала себя так же неуютно, как Россия.

В поисках новой идеологии Монголию занесло примерно туда же, куда Россию — в воспоминания о великой империи прошлого. Главное теперь — почитание великого завоевателя, который, может, и кровавый палач народов, но отец нации и создатель империи, ставшей прообразом нынешнего мира с его глобализацией. А воплощается новая идеология почти как и в России, где таковой избрали День Победы, — монументы, статуи, спортивные праздники и концерты. И даже эксцессы поиска новой национальной идеи у нас похожи — по стране ставят циклопические монументы, а по улицам Улан-Батора бродят монгольские скинхеды.

Национальная идея, конечно, пугает внешних наблюдателей. Как если бы Россия провозгласила лучшей страницей в своей истории не просто День Победы, а все правление Сталина целиком. А самого отца народов, создавшего величайшую империю современности, — главным героем. В Монголии национальная идея «для внутреннего употребления» в конечном счете оказалась важнее, чем то, что о ней подумают во внешнем мире. К тому же нынешняя Монголия — страна, которая никого не пугает, а значит, может себе позволить поклоняться жестокому завоевателю.

Вид на Чингисхана из космоса

По случаю юбилея, как и в России, правительство объявило амнистию, свободу получили 2000 из 7000 заключенных. «Я всю жизнь буду благодарить президента, дух великого Чингисхана и Вечное синее небо, — говорит бывший зэк Белект, уроженец юга страны. — Как доберусь до своей юрты, до жены — сразу начну делать сына, которого назову Чингисом». Лет через 40 Монголией будут править сплошь Чингисханы. Большинство мальчиков, родившихся в год 800-летия основания Великого Монгольского государства, названы в его честь. «Имя основателя государства, создателя монгольской нации, великого законодателя и просветителя долгие годы было под запретом, — говорит Newsweek президент Монголии Намбарын Энхбаяр, — однако сегодня слово “Чингисхан” является паролем, открывающим сердце любого монгола». Официальные документы заканчиваются почти так же, как слова амнистированного Белекта: «Пусть Вечное синее небо и дух великого Чингисхана хранят Монголию и покровительствуют ее народам!»

В начале августа в аймаке (провинции) Тув установят 30-метровую конную статую Чингисхана. Автор проекта, выпускник Московского высшего художественного училища им. Строганова Дорждамын Эрдэмбилег признался корреспонденту Newsweek в том, что его кумиром всегда был «выдающийся монументалист современности Зураб Церетели, увековечивший многих национальных героев России и других стран». Эрдэмбилег пожелал «поставить в бескрайней монгольской степи памятник, который можно увидеть из космоса». В 10-метровом постаменте, обнесенном двойной колоннадой, разместятся гостиница, кинотеатр и бизнес-центр, а вокруг статуи — национальный заповедный парк-музей «XIII век» и поле для игры в гольф. Скульптора не смущает, что гольф не очень вписывается в старинные монгольские ценности. Империя Чингисхана тоже охотно впитывала чужие традиции и технологии — пусть весь мир и считает, что не впитывала, а захватывала силой.

Оставил память на века

В 1962 г. власти СССР запретили лидеру Монгольской Народной Республики Юмжагийну Цеденбалу отметить 800-летие со дня рождения Чингисхана. В России, несмотря на модное евразийство, тоже не любят Чингисхана и его потомков, завоевавших Русь. Но не только у русских чествование одного из самых жестоких завоевателей в истории человечества вызывает недоумение. Корреспондент Newsweek провел в Улан-Баторе экспресс-опрос о роли Чингисхана в мировой истории. Хотя монгольские орды не дошли до Франции, менеджер из Лиона Ги Маршандо возмущен: «Монголы вольны кого угодно объявлять своей национальной святыней. Но мне кажется возмутительным тот факт, что чествование убийцы сотен тысяч людей проходит под эгидой ЮНЕСКО и других уважаемых международных организаций». Чезаре Бьокко, инженер из Флоренции, до которой орды не дошли какую-то сотню-другую километров, видимо, чувствует свою родину достаточно защищенной морем и Альпами: «Чингисхан — герой далекого прошлого, а мы не можем объективно оценивать события 800-летней давности. Цезарь тоже был завоевателем, а в Европе его считают великим человеком». Джонатан Эрроусмит, историк из Лондона, жалеет монголов: «Любой народ нуждается в кумирах и героях. У европейцев есть выбор, у монголов нет: Чингисхан действительно величайший и единственный всемирно известный представитель их народа». Иржи Павлинка, врач из Праги, которую от монголов спасла случайность — они, не дойдя до нынешней Чехии, повернули на юг, — даже напуган: «Не могу спокойно смотреть на портреты Чингисхана. Страшно представить, что было бы с Чехией, если бы его внук, Бату [Батый], завоевал нашу страну».

Зато китайцы — в XIII в. первая жертва Чингисхана — не связаны западной вежливостью, а потому не церемонятся. Патрик Ло, предприниматель из Гонконга, презрительно бросает: «800 лет назад монголы были варварами, и 100 лет назад, и 50, и сейчас они — варвары. Мне нечего к этому добавить». О том, что во времена Чингисхана эти варвары вполне успешно управляли всем цивилизованным Китаем, он решил не упоминать. Впрочем, сейчас китайцы берут реванш за давнее монгольское завоевание: после ухода России на роль покровителя и хозяина монгольской экономики претендует именно Китай.

Даже среди монголов есть те, кто не разделяет восторги по поводу Чингисхана, — но это все больше поклонники социализма. Цэрэндолгор Дорж, учительница из Эрдэнэта, рефлексирует: «Я признаю выдающуюся роль Чингисхана в истории нашего народа, но мне не нравится столь поспешный отход от всей системы ориентиров и идеалов, которая сложилась в XX веке. Прежде Монголия шла вперед, в будущее, а теперь обратилась к прошлому — и ничего хорошего из этого не выйдет». Но тех, чье «сердце открывается при имени Великого хана», — большинство.

«Вокруг личности Чингисхана и его деяний создано множество мифов, — втолковывает Newsweek президент Монголии Намбарын Энхбаяр. — Да, он был жесток, и его походы сопровождались большими жертвами, но такое было время. Он создал первую в истории глобальную империю, соединив Восток и Запад. Империя — это единое информационное и экономическое пространство, свободный обмен знаниями, благоприятные условия для торговли между Европой и Азией, система безопасных дорог и почтовая служба, твердый курс обмена валют, железный порядок и закон. Чингисхан был абсолютно терпим ко всем религиям, поэтому в империи не было религиозной розни и преследований. Чингисхан был великолепным, как сейчас говорят, менеджером. Он быстро думал, быстро действовал и быстро получал результаты действий. В этом смысле он является примером для всех монголов и для меня лично: мы хотим создать эффективную государственную систему, такую, как была у Чингисхана. У вас в России говорят: хотели как лучше, а получилось как всегда. Это во многом справедливо и для Монголии, но наша цель — хотеть как лучше, а результаты получать еще лучшие!»

Столица Великой Империи

Улан-Батор, бывшая Урга, столица Халха-Монголии, сейчас переживает третье рождение. Первое было в конце XVII в., когда возникло более-менее стационарное скопище юрт в излучине реки Тола; второе — при «народной власти», когда в центре Улан-Батора советские строители возвели каменные дома и административные сталинские здания. На протяжении XX в. Монголия, «второе в мире социалистическое государство», больше чем любая другая страна социализма имела право называться 16-й республикой СССР. Монгольскими заводами управляли советские директора, а монгольская армия непосредственно подчинялась командованию Забайкальского военного округа. Советские филологи успешно перевели монгольский язык на кириллицу, а советские идеологи придумали Монголии национальную идею — из нашего социализма и красных конников под командованием Сухэ-Батора.

Ныне город меняется при активном участии китайских, корейских, японских, американских инвестиционных и строительных компаний. Кирпичные бараки, трущобные районы, асфальтовое покрытие в трещинах и ухабах и памятник Ленину на главном проспекте никуда не делись. Зато появились многоэтажные здания банков, отели, супермаркеты и интернет-кафе. 20 лет назад в столице Монголии было два ресторана — сейчас кажется, будто по числу кафе, пабов, клубов и ресторанов на душу населения Улан-Батор бьет мировой рекорд. В ларьках рядом с газетами — разумеется, на кириллице — продаются эротические журналы с заголовками вроде «Европчуудын ойлголтоор массаж секс биш». Как ни пытались патриоты-почвенники перевести страну на древнюю уйгурскую письменность — вертикальную идущую сверху вниз вязь, — привычка многих поколений монголов к кириллице победила, и гражданин Российской Федерации (по–монгольски ОХУ — Оросын Холбооны Улс) видит вокруг себя сплошь родные буквы.

Среди главных новшеств — Музей жертв политических репрессий 1930–1950 годов и скинхеды. Скины в Монголии объединены в группировку с громким названием Great Mongolian Action (GMA). Эти крепкие молодые ребята, подражая своим европейским единомышленникам, в прошлом месяце разгромили несколько китайских ресторанов, требуя, чтобы иностранцы убирались вон. Местные скинхеды, как и положено, обриты наголо, на затылке — татуировка в виде древнего символа Монголии соёмбо, а на голенищах высоких черных ботинок — белые свастики.

Свастика в буддистской Монголии — символ гармоничного мироустройства, так что никакого намека на нацизм здесь нет, просто подчеркивается приверженность исконной старине. Возрождению старинной символики и восстановлению церемониалов, описанных в «Ясе» Чингисхана, в Монголии уделяют самое пристальное внимание. По-прежнему существует государственный флаг, флаги городов и воинских частей, выполненные на европейский манер, однако превыше полотнищ материи почитается то, что в XIII в. называлось «тук» — вздетые на древко конские хвосты, перехваченные медным обручем и увенчанные навершием в виде трех языков пламени. Под такими туками, отличительными знаками каждой тысячи воинов, монголы дошли до берегов Вислы и Дуная. Раз в год президент Монголии как верховный главнокомандующий, строго следуя канону «Ясы», проводит церемонию освящения туков на вершине горы Огоомор, что в аймаке Тув. Он вместе с высшими офицерами преклоняет колени, плещет кумыс на все четыре стороны, а потом садится на войлочную кошму и поет старинные боевые песни. Полицейское оцепление в это время следит за тем, чтобы ни одна женщина не оказалась ближе чем в пяти полетах стрелы от подножия священной горы.

Чингисхан возвращается

В день открытия праздника Наадам на главную площадь столицы, к памятнику Великому хану, президентские гвардейцы вынесли девять белых туков — девять вязанок из хвостов лучших белых лошадей, собранных со всей страны, — точных копий тех, под которыми Великий хан сражался 800 лет назад со всем человечеством.

Приверженность страны возрожденным древним традициям имеет, помимо рационалистического, еще и мистическое объяснение: буддизм, смешанный с мистическими верованиями времен Чингисхана вполне заменил монголам коммунистическое учение.

Ганболд, один из идеологов националистического движения GMA, назначил корреспонденту Newsweek встречу в монастыре Гандантэгчилен — главном буддийском святилище Улан-Батора. «Следование ритуалам может и должно приблизить предсказанное возвращение Потрясателя Вселенной [одно из парадных имен Чингисхана], — сказал он совершенно серьезно. — В монголах продолжает дремать невероятная сила, которая еще проснется. Барон Унгерн фон Штернберг, русский генерал, принявший буддизм и захвативший в 1920 году Ургу, свято в это верил».

В XIII в. монголы уже совершили невозможное, и их час настанет вновь, объяснил предводитель скинхедов: «Чингисхан завещал нам два священных числа — 3 и 9. Нам известны 26 его имен — трижды девять без одного. Существует пророчество о том, что в какой-то момент последний повелитель Шамбалы, блистательный Ригден-Джапо, остригший ногти пальцев ног своих на головах властителей трех миров, откроет потомкам Чингисхана его последнее, самое грозное имя, дающее власть над миром». И тогда монголы найдут подлинный белый тук Чингисхана, вместилище его души, и, встав во главе всех азиатских народов, вновь пойдут войной на запад. А будет это через 156 лет.

Вениамин Гинодман, Runewsweek.ru

Читайте также: