Человечество приблизилось к последней войне, ставящей крест на его существовании

Война всегда занимала в истории человечества громадное место, меняя ее ход и направление, характер и содержание, перемалывая и переламывая судьбы народов, уничтожая огромные людские ресурсы и неисчислимые материальные ценности. На десятилетия мирной жизни приходятся столетия войн самых различных форм и содержания. Казалось бы, кровопролитная история давно должна была бы научить человека бояться и избегать войн как сознательного самоистребления и взаимоуничтожения людей, положить все усилия на то, чтобы окончательно вычеркнуть их из перечня необходимых и вечных феноменов человеческого существования. Ничуть не бывало! Весь так называемый прогресс человеческого общества, как видно, и состоял только в том, чтобы усовершенствовать «искусство войны», научиться эффективнее убивать как можно больше людей, вечно разделенных на «своих» и «врагов». На это кинуты были львиные доли результатов развития промышленности и науки, человеческого интеллекта. И сегодня положение дел в этой области если и изменяется, то к худшему. Вот почему мы не имеем права и оснований говорить о прогрессе в человеческой истории. Ныне понятие «прогресс» практически исчезло из философского обихода; слово, обозначающее это понятие, стало почти что неприличным, бранным, кощунственным. И причина этого — фактический нынешний апофеоз насилия, войны.

Культурная, интеллектуальная, научная история человечества констатирует безусловное и постоянное внимание к многосторонней проблеме войны со стороны историков, политиков, философов, ученых, писателей, религиоведов, представителей всех искусств. Но позволило ли это внимание хотя бы сегодня, в начале ХХI столетия(!) от рождения Христова, хоть чуть-чуть продвинуться вперед в вопросах постижения корней насилия и войн, хоть ненамного уменьшить «удельный вес» войны в решении человеческих судеб, а тем более полностью избавить от этого кошмара нынешние и грядущие поколения?! Вопрос риторический. Не только не позволило, но едва ли не усугубило ситуацию. Человечество ныне, как никогда, приблизилось к самой истребительной войне за всю историю, к войне, по сути, последней, ставящей крест на самом человеческом существовании. предаваться безраздельно чувствам безнадежности и отчаяния — самый большой грех. Надо утроить, удесятерить усилия — интеллектуальные, психические, духовные — в отношении одной из вечных проблем. Если есть проблема, есть и предпосылки для ее решения. Бог посылает людям ношу, испытания, страдания, загадки — по их силам. Не разгадаем загадку войны — сами погибнем и погубим самый великий замысел Всевышнего.

Конечно, проблема сложна, запутана, бесконечно трудна, «запущена». Кое-кто — и таких в мире очень много — прямо заинтересован в ее нерешенности и нерешаемости, в искажениях, фальсификациях. На сегодняшний день существует бесконечное множество трактовок проблемы войны и точек зрения ее решения: от апологетики и прославления войны, абсолютизации ее «положительных» роли и значения в историческом «прогрессе» как необходимого атрибута «естественного» человеческого существования до абстрактно-пацифистской риторики, пустого морализаторства, игнорирования, анафемы.

Конечно, выработаны и некоторые глубокие философские концепции войны (например, великими русскими мыслителями Н.А. Бердяевым и И.А. Ильиным), не учитывать которые ныне не только было бы глупостью, но и преступлением против человечества. И история накопила немало информации и фактов для конструктивных размышлений и выводов.

Страшно, правда, то, что в наше трагическое время почти не находится мужественных, могучих и ответственных умов, готовых и способных сделать такие выводы и спасти человечество. Может, еще есть время?! Но самое, пожалуй, изумительное в том, что, по сути, ответ на обозначенную здесь проблему уже давным-давно дан. И человечеству остается совсем «немного»: усвоить этот ответ и найти в себе мужество, волю и силы реализовать его содержание. Если оно стремится увидеть завтрашний день.

Мы имеем здесь в виду только два великих исторических документа — свидетельства мощи и глубины человеческого духа и ума, величайшие философские прозрения. Это трактаты живших в VI-V веках до новой эры в Китае мыслителей Сунь Цзы «Искусство войны» и Лао Цзы «Дао дэ Цзин». В современных изданиях это две небольшие по объему брошюры, содержание и мудрость которых во многом перевешивают все то, что было написано за две с половиной тысячи лет после них. К сожалению (или позору?), ни большинство из нас, ни власть предержащие до сих пор не удосужились хоть немного почерпнуть из сокровищницы мировой мысли. А сделать это сегодня просто жизненно необходимо. Завтра будет поздно.

В данной статье, разумеется, можно только кратко коснуться лишь некоторых аспектов проблемы войны в этих книгах, имеющих, по нашему убеждению, не только важнейшее теоретико-методологическое, но и практически-политическое значение, и при том жгуче актуальных. Эти аспекты, уверен, имеют «приложение» не только чисто военное, военно-промышленное или военно-стратегическое, но и — глобальное, общеполитическое, мировоззренческое, общечеловеческое, призванное отвести сегодняшний мир от края пропасти.

Начнем с трактата Сунь Цзы «Искусство войны» («Феникс». Ростов-на-Дону, 2004), который, будучи лет на 500 старше Библии, вполне может соперничать с самым гуманистическим творением человечества как по издаваемым тиражам, так и по притягательности, вызываемому к себе интересу. Парадокс, который еще ждет и сегодня своего осмысления и объяснения: книги о Спасении, Божественной любви и о воплощении Зла, войне, всегда пользовались почти одинаковым успехом!

Книга, написанная мыслителем и успешным полководцем более двух с половиной тысяч лет назад, поражает и завораживает современного читателя уже с первых своих строк (чего никак нельзя сказать о современном многопудье и многотомье сочинений о войне!). начинает с констатации того, что искусство войны имеет первостепенное значение для любого государства. Против этого тезиса вряд ли кто-либо будет выступать и сегодня. Неоспорим и другой тезис Сунь Цзы: в основе искусства войны должны лежать какие-то определенные и постоянные, объективные и субъективные факторы, определяющие стратегию и тактику войны. Что же это за факторы?

Их всего пять: 1) нравственный закон — Дао (Путь); 2) Небо (космологическое начало, законы Богов); 3) Земля; 4) Полководец; 5) метод и дисциплина. Как видим, первые места в анализе и трактовке войны занимают факторы духовного и религиозного порядка (на которых мы более подробно остановимся, когда будем говорить о книге Лао Цзы), глобального (общепланетарного), геостратегического (Земля) и лишь затем идут факторы более конкретные, сугубо «военные»: Полководец и метод и дисциплина. Отметим здесь же весьма знаменательный факт: о «материальных» факторах (армия, военно-техническое обеспечение, количественные, силовые, финансовые параметры и т.д.) речи пока вообще не идет, их «удельный вес» не идет ни в какое сравнение с факторами Дао, Небо, Земля, то есть с факторами духовно-нравственными, метафизическими.

А что же со специфически военным фактором, с Полководцем, который хоть и является в контексте «специфических» важнейшим, но в этом принципиальном перечне занимает лишь четвертое место? И здесь на первый план выдвигаются не какие-то сугубо «военные», скажем, тактико-стратегические премудрости, а опять-таки факторы духовно-нравственные, «добродетели»: мудрость, искренность, благожелательность, смелость и строгость. Это весьма характерно и важно, особенно «искренность» и «благожелательность». Ведь речь идет о полководце, ответственном, в частности, за исход войны, за гибель народных масс! И смелость необходима в жизни не только полководцу, да и строгость, самая «военная» добродетель, тоже к лицу совсем не только полководцу, а и лицам сугубо «мирной» ориентации.

Наиболее «приземлен» и конкретен, «материален» пятый элемент перечня (характерно, что, в отличие от предыдущих четырех, он прописан маленькими буквами!) — метод и дисциплина. И здесь автор настолько конкретен и определенен, что, пожалуй, вполне уравновешивает его предшествующую отвлеченность и метафизичность: метод и дисциплина — это выстраивание войска по частям и подразделениям, субординация среди офицеров, поддержание в надлежащем порядке дорог, по которым армия получает запасы продовольствия и снаряжения, а также контроль за распределением и расходом поступающих запасов. Это и сегодня звучит абсолютно актуально, трезво, обоснованно: разве наши современные военные теоретики и стратеги могут конструктивно развить эти положения или добавить в них что-то свое?!

Далее в трактате глубоко и конкретно, методологически и фактологически строго и обоснованно анализируются такие важнейшие и принципиальные элементы искусства войны, как «нападение с применением военных хитростей», «тактические диспозиции», «слабые и сильные места», «маневрирование», «войско в походе», «местность», «огневые атаки», «использование шпионов» и др. Эти элементы, конечно, необычайно важны и актуальны и сегодня и должны представлять собой предмет первостепенного и пристального внимания со стороны современных военных теоретиков и практиков. Мы же кратко еще остановимся на некоторых других, несравненно более принципиальных и глубинных моментах, представляющих особенно сегодня судьбоносный интерес в деле выживания человечества, содержащих необычайно концентрированную и важную информацию к размышлению.

Вот Сунь Цзы отчеканивает: «Всякая война основана на хитрости и обмане!». Вот вам и цена бесконечных и пространных рассуждений о войнах «справедливых» и «несправедливых», «священных» и «освободительных», «благодетельных» для судеб человечества! Здесь речь идет не только о необходимости военных хитростей и уловок, введения противника в заблуждение и задачах перехитрить, обмануть его, но и о природе, корнях самой войны как таковой. Неслучайно великий полководец Веллингтон сделал из этого тезиса весьма справедливый вывод о необходимости обманывать в войне «кого угодно — друзей и врагов»! вот важная идея о факторе времени в войне: это настолько трагический и антиконструктивный в деле государственного строительства феномен, что нужно стремиться к тому, чтобы сделать его как можно более кратким, быстротечным: «В истории не существует примеров того, чтобы страна получала выгоду от длительных военных действий»; «пусть на войне вашей главной целью будет победа, а не длительные походы». Философско-методологическая важность этой идеи оттеняется еще и тем, что феномен и категории времени, хронологии, последовательности в восточном менталитете существенно иные, чем на рационалистическом Западе. Ход истории сегодня показывает многие преимущества Востока перед Западом (а в этой дихотомии Россия всегда более тяготела именно к Востоку; вообще, проблема «Запад — Россия — Восток» все больше становится глобальной, геостратегической, философской — и это тема большого разговора); последний находится ныне в глубочайшем кризисе, грозящем потрясениями для всего человечества. И проблема «время — война», поднятая на Востоке, ныне не только востребована, но и не может быть решена без восточного опыта. В исторической перспективе война должна быть исключена из «реки» времени. Это наступит не раньше, чем люди органически и полностью воспримут духовный закон Дао, нравственно переродятся. А пока надо хотя бы стремиться как можно больше вытеснять войну из сферы человеческого существования, сокращать «время войны»: «Победит тот, кто знает, когда нужно сражаться, а когда этого делать не нужно».

Сунь Цзы делает и ряд важных замечаний по поводу решающего значения в войне такой духовно-нравственной формы, как наличие морального духа в войсках, единого для всех духовно-душевного порыва: «Победит тот, чья армия воодушевлена единым порывом снизу доверху», кто сумеет навязать именно свою волю противнику, — если эта «воля» имеет позитивное общечеловеческое содержание. «Поэтому, — пишет Сунь Цзы, — умный командир навязывает свою волю противнику и не дает противнику навязать ему свою волю»; великий полководец сражается только на своих собственных условиях или не сражается вовсе.

Поразительно глубоких и актуальных замечаний в тексте «Искусства войны» очень много, и они еще нуждаются в современном анализе и усвоении, что делается, к сожалению, не всеми и не всегда. Это касается и важнейшей (пожалуй, самой трудной и сложной) проблемы победы: предпосылки, корни, условия, содержание, последствия, цена, противоречия и др. И здесь сущность проблемы лежит прежде всего в сфере духовности, нравственности, идей: «Непобедимость заключена в себе самом, возможность победы заключена в противнике». Важнее не допустить войны вообще, гарантировать собственную неуязвимость, чем, затратив огромные материальные и людские ресурсы, пробовать пожинать вполне сомнительные «плоды победы» над поверженным противником. Эту мысль более глубоко разовьет Лао Цзы, на чем мы ниже еще остановимся.

И, наконец, все многочисленные современные комментаторы трактата Сунь Цзы в один голос отмечают: у идей Сунь Цзы большое прошлое, великое настоящее и еще более перспективное будущее; нынешние умные стратеги и практики военного дела не только

тают, но и успешно используют идеи «Искусства войны». Руководители спецслужб и военных ведомств частенько обращаются к древней мудрости. Как пишет известный английский специалист, комментатор и переводчик нашего трактата Лайонелл Джайлс: «Джентльмены в белых перчатках, не афишируя этого, не стеснялись учиться у древних китайцев», используя их идеи и в Афганистане, и в Ираке.

Переходим к краткому анализу великого произведения Лао Цзы «Дао дэ Цзин» («Книга пути и благодати»), квинтэссенции древневосточной мудрости (цит. по книге «Мудрецы Поднебесной». «Реноме», Симферополь, 2003). Содержание этой книги гораздо глубже и шире, масштабнее в философско-методологическом плане, чем «Искусства войны». Но и здесь методологическим проблемам войны уделено достаточно места (не по количеству слов, а по концентрации мысли), а некоторые важнейшие идеи Сунь Цзы здесь развиваются, углубляются, высказываются принципиально новые мысли. Мы оставим, по сути, за пределами рассмотрения великую философию даосизма, сосредоточив внимание на «философии войны».

«Дао дэ Цзин» — это 81 короткий фрагмент, в которых в афористической форме излагается суть философии и религии даосизма, являющегося наряду с буддизмом кладезем древневосточной — читай общечеловеческой! — мудрости, призванной спасти человечество. А в этом деле нельзя обойти проблемы войны и народа.

есть великое зло, вернее, она есть выявление зла, которое клокотало в глубине при внешнем мире… Война есть страшное зло и глубокая трагедия, но зло и трагедия не во внешне взятом факте физического насилия и истребления, а гораздо глубже. И на глубине этой зло и трагедия всегда даны уже до войны и до ее насилий. Война лишь проявляет зло, она выбрасывает его наружу. Внешний факт физического насилия и физического убийства нельзя рассматривать как самостоятельное зло, как источник зла. Глубже лежат духовное насилие и духовное убийство… Нельзя лишь в войне видеть насилие и убийство. Вся наша мирная жизнь покоится на насилии и убийстве…

Николай БЕРДЯЕВ

Отметим лишь некоторые основные моменты нашей темы: целостное и адекватное осмысление всего комплекса идей Лао Цзы является все еще насущной задачей будущего человечества. Вот первый афоризм-парадокс Лао Цзы, ошарашивающий, шокирующий: «Имеющий сильные войска уничтожается!». Как, почему?! Лао Цзы объясняет это философски-мудро, лаконично (Восток, в отличие от Запада, не терпит многословия), в этом объяснении и сегодня нечего добавить или убавить: «Крепкое и сильное — слуги смерти: Человек при своем рождении нежен и слаб, а при наступлении смерти — тверд и крепок. Все существа и растения при своем рождении нежные и слабые, а при гибели — сухие и гнилые. Твердое и крепкое — это то, что погибает, а нежное и слабое — это то, что начинает жить. Поэтому могущественное войско не побеждает и крепкое дерево гибнет. Сильное и могущественное не имеют того преимущества, какое имеют нежное и слабое». Наивность, утопичность? Никак нет, правота Лао Цзы подтверждена тысячелетиями, и нет мыслителя более трезвого и глубокого, ближе всех подошедшего к последней истине, хоть и в форме парадокса. Другого пути у человечества просто нет; сам же Лао Цзы подчеркивает: «Истинные слова кажутся парадоксальными, но никакое другое учение не может заменить их».

Тысячелетиями позже выдающийся русский мыслитель и социолог Н.К. Михайловский, как бы развивая плодотворную мысль Лао Цзы на основе данных современного естествознания, высказал очередной мудрый парадокс-афоризм: «Выживают бескрылые и подслеповатые!». Вот последствия бесконечных «войн всех против всех», конкуренции, всяческих форм борьбы и насилия, пресловутых дарвиновских «борьбы за существование» и «естественного отбора» (несостоятельность чего была ясна уже Лао Цзы), неправоты, античеловечности грубой материальной силы. Все сильное гибнет, а слабое — «бескрылые и подслеповатые» — выживает (вспомним хотя бы живущих гораздо больше человечества, переживших и переживающих все катаклизмы и катастрофы муравьев, пчел, крыс, клопов!). Излишне добавлять, что в войнах гибнут прежде всего самые сильные, благородные, смелые, умные. А насчет трезвости и «приземленности», пожалуйста, пример: «Нет беды тяжелее, чем недооценивать противника». Под этим тезисом может подписаться и автор «Искусства войны».

Лао Цзы не просто пацифистски осуждает все войны вообще, он конкретен и историчен, показывает обреченность, например, захватнических войн: «Если кто-нибудь силой пытается овладеть страной, то, вижу я, он не достигнет своей цели. Страна подобна таинственному сосуду, к которому нельзя прикоснуться. Если кто-нибудь тронет его, то потерпит неудачу. Если кто-нибудь схватит его, то его потеряет». Разве история, вплоть до сегодняшнего дня, не приводит тысячи примеров правоты слов Лао Цзы?!

Лао Цзы «расшифровывает» первый элемент в «пятичленке» Сунь Цзы о сущности духовно-морального фактора, закона Дао применительно и к войне: «Кто служит главе народа посредством дао, не покоряет другие страны при помощи войск, ибо это может обратиться против него. Где побывали войска, там растут терновник и колючки. После больших войн наступают голодные годы». Война и путь мудрости, жизни народа несовместимы.

В центр своей концепции войны Лао Цзы, по сути, ставит проблему победы, проблему сомнительности и противоречивости этого феномена, который многие теоретики и практики войны и сегодня абсолютизируют и фетишизируют. Суть победы, за которую отдают зачастую слишком большую цену («мы за ценой не постоим»), не такая уж простая и благая вещь. И Лао Цзы через тысячелетия поясняет нам, в чем тут дело, раскрывает суть Дао, путь спасения: «Хорошее войско — средство, порождающее несчастье, его ненавидят все существа. Поэтому человек, следующий дао, его не употребляет. Благородный правитель во время мира предпочитает быть уступчивым в отношении соседних стран и лишь на войне применяет насилие. Войско — орудие несчастья, поэтому благородный правитель не стремится использовать его, он применяет его, только когда его к этому вынуждают. Главное состоит в том, чтобы соблюдать спокойствие, а в случае победы себя не прославлять. Прославлять себя победой — это значит радоваться убийству людей. Тот, кто радуется убийству людей, не может завоевать сочувствия в стране. Благополучие создается уважением, а несчастье происходит от насилия». наверное, одни из самых сильных слов за всю историю человечества, спасительного потенциала которых невозможно переоценить и ныне. Так и хочется сегодня воскликнуть в духе Лао Цзы: а победителей все еще не судят! Картина, нарисованная Лао Цзы немногими словами, страшна и гротескна, пугает своей трагической истинностью и актуальностью: «Слева строятся военачальники флангов, справа стоит полководец. Говорят, что их нужно встретить похоронной процессией. Если убивают многих людей, то об этом нужно горько плакать. Победу следует отмечать похоронной процессией». Вот истинная цена плясок на гробах миллионов людей многих сегодняшних «победителей»! Вот глубина прозрений Лао Цзы!

Интересно отметить, что с мыслями Лао Цзы как бы перекликаются глубина и богатство великого русского языка, в котором есть простое и мудрое слово «победа», означающее не что иное, как «после беды»! Разве можно поставить рядом с этим трагическим словом всевозможные западные «виктории» — звонкие, но пустые?!

Война ничего общего не имеет с интересами народа, с творчеством, истиной, духовностью, нравственностью, справедливостью, добром: «Страна управляется справедливостью, война ведется хитростью». Непобедимость ничего общего не имеет с военной победой: «Он не борется, благодаря чему он в мире непобедим». Настоящая победа — то, что ведет к сохранению народа и любви, добру: «Кто храбр без человеколюбия, щедр без бережливости, находясь впереди, отталкивает тех, кто находится позади, тот погибает. Кто ведет войну человеколюбиво, побеждает, и возведенная им оборона неприступна. Небо его спасает, человеколюбие его охраняет». У Лао Цзы проблемы мира и искусства войны, лишь намеченные у Сунь Цзы, достигают классической полноты и глубины, становясь мыслями на все времена.

Это относится и к полководческой мудрости, затронутой и Сунь Цзы: «Умный полководец не бывает воинствен. Умелый воин не бывает гневен. Умеющий побеждать врага не нападает. Умеющий управлять людьми, не ставит себя в низкое положение. Это я называю дэ, избегающее борьбы. Это сила в управлении людьми. Это значит следовать природе и древнему началу дао». Войны и военачальники когда-нибудь уйдут из истории, а вот уметь управлять людьми придется значительно дольше. И Лао Цзы закладывает философские и методологические основы чрезвычайно важной и актуальной сегодня отрасли социологии управления. Проблемы войны и мира оказываются органически связанными — прежде всего нравственным законом своих рассуждениях о войне Лао Цзы в VI веке до нашей эры поднимается на мировоззренческие и метафизические высоты, неведомые, к сожалению, и современным мыслителям, а тем более политикам. Чтобы сегодня приблизиться к истинам Лао Цзы, испорченному классическим западным рационализмом современнику нужно очень многое: мужество, воля, усилия, доброе сердце, духовность, вера, мудрость, любовь, совесть, справедливость: Но наши усилия окупятся сторицей — спасением человечества, тем, к чему и стремился Лао Цзы со своими законами Дао.

Возьмем, например, следующее рассуждение древнего мыслителя: «Военное искусство гласит: я не смею первым начинать, я должен ожидать. Я не смею наступать хотя бы на вершок вперед, а отступаю на аршин назад. Это называется действием посредством недеяния, ударом без усилия. В этом случае не будет врага, и я могу обходиться без солдат. Нет беды тяжелее, чем недооценивать противника. Недооценка противника повредит моему сокровенному средству дао. В результате сражений те, кто скорбит, одерживают победу». Подобная философская глубина, хотя бы и на конкретном примере войны, очень редка в мире истории идей и доступна далеко не всем и сегодня. Во всяком случае, она — не для боящихся головокружений. Но другого Дао, другого пути для спасения человечества нет.

Лао Цзы — и это еще одно свидетельство его величия и уникальности! — отдавал себе отчет в том, что его истины далеко не всеми будут поняты адекватно. И это подтверждается и сегодня, спустя тысячелетия. Вот, например, еще его слова о войне, над которыми нам еще необходимо думать и думать: «Кто храбр и воинствен — погибает, кто храбр и не воинствен — будет жить. Эти две вещи означают: одна — пользу, а другая — вред. Кто знает причины того, что небо ненавидит воинственных? Объяснить это трудно и совершенно мудрому. Небесное дао не борется, но умеет побеждать:». Если даже сам Лао Цзы признается, что и ему трудно объяснить нам, почему небо ненавидит воинственных, то для нас сегодня это означает, в частности, то, что работа по спасению человечества нам предстоит адски трудная. Но она необходима.

Необходимо проникнуться трудной правотой слов Лао Цзы: «Даже если имеются воины, не надо их выставлять» — и мудростью последних слов «Дао дэ Цзин»: «Совершенно мудрый ничего не накапливает. Он все делает для людей и все отдает другим. Небесное дао приносит всем существам пользу и им не вредит. Дао совершенно мудрого — это деяние без борьбы». так — начав с веками проклятой и злой войны, мы с помощью мудрецов Поднебесной поднялись до вершин общечеловеческой мудрости, вплотную подошли к ответам на вечные вопросы. А нам пора сверхкратко подводить некоторые итоги. Самые древние трактаты о войне и сегодня не только «в строю», но без них нам просто не решить сегодняшних судьбоносных и трагических, сверхтрудных проблем.

Ex Oriente lux — эта вечная истина помогает нам сегодня решить глобальную геостратегическую проблему «Запад — Россия — Восток», в том числе и в военно-промышленном аспекте; решить проблему места и роли России в современном трагическом и тревожном мире. И здесь наши союзники и помощники — не только Будда, Сунь Цзы, Лао Цзы, но и, в частности, их последователи, наши великие соотечественники — Михайловский, Достоевский, Толстой, Бердяев, Ильин…

Идеи Сунь Цзы и Лао Цзы сегодня как нельзя более востребованы и актуальны, просто жизненно необходимы. Именно они сегодня наши главные союзники в предотвращении гибельной для человечества термоядерной войны, в изживании «однополярного мира», «глобализации по-американски», американской «инициативы» по ПРО, культа насилия и зла, оружия массового уничтожения, концепции «гарантированного взаимоуничтожения». Надо, в частности, стремиться перенести акцент в решении проблемы войны из сферы вооруженного насилия и военной техники в сферу политики, духовности, нравственности, справедливости, любви, доверия. Это будет соответствовать духу Дао, и только это принесет спасение человечеству.

Естественный демократизм древних мудрецов учит нас уважать прежде всего интересы человечества, народа, большинства, учит нас, когда и как можно или необходимо применять силу и вынужденно становиться на тропу войны и как в этой войне сохранить народ и обрести истинную победу. Надо духовно переродиться, научиться жить без войны (она народу не нужна); но если уж пока еще необходимо (вынужденно) будет воевать, то надо уметь, по истинам древних, это делать и знать, как победить и что такое победа,- т.е. выжить, спасти людей.

XXI век должен стать веком возвращения человечества к вечной общечеловеческой мудрости, и прежде всего в решении проблем войны.

Или его не будет вовсе.

Фото Леонида ЯКУТИНА

Борис Чикин, доктор философских наук, профессор, академик РАЕН, ВПК

Читайте также: